Глава 25. Дворец шаха

Со вздохом скинула покрывало с головы и его сунула рядом стоящему слуге.

– Я немного устала, не могли бы вы показать, где можно прилечь и попить чего-нибудь освежающего, пожалуйста.

Качнувшись, облокотилась на руки Якоба. Он подхватил меня и пошел следом за слугой, указывающим дорогу к комнате. Быстро раздев, уложили спать, со мной остался Арнил. Слуга принес попить, напившись, я улеглась на подушки, глядя на слугу. На нем был ошейник, это меня удивило. Рассматривая его, увидела мелкие чешуйки по шее, руки и все тело было закрыто одеждой.

– Почему на тебе ошейник? – Слуга замер, опустив голову.

– Говори с леди! – Арнил гаркнул на слугу так, что я вздрогнула.

Парень упал на колени и закрыл голову руками.

– Прошу простить меня! Я раб, велено с леди не разговаривать на эти темы, чтобы не оскорбить своими словами и видом.

– Каким видом? – смотрена на него с удивлением.

– Рабам не положена одежда, только ткань, прикрывающая чресла. – оправдывался мальчик.

– Почему?

– Чтобы всегда можно было воспользоваться нами по назначению.

Я подавилась воздухом. Рабам, судя по всему, здесь несладко живется.

– Воспользоваться как?

– Соитие, госпожа.

– То есть любая женщина может взять тебя к себе? – Ну вроде это же не так плохо, наверное.

– Нет! Что вы, леди, только мужчины. Женщин запрещено желать, они неприкосновенны, только ухаживать. Меня убьют за эти разговоры, госпожа.

Он трясся и, кажется, всхлипывал. Я ошалело на него смотрела.

– Встань, никто не убьет тебя, иди.

Я смотрела на бледного парня: молодой совсем, лет шестнадцать, не больше. Повернувшись, смотрела на Арнила, он смотрел на меня.

– Не наш мир, мы не можем тут диктовать условия, можем попасть в беду.

– Хорошо. – Спокойно согласилась.

Откинулась на подушки, решила, что не буду спорить, что-нибудь придумаю. Усталость навалилась, и я задремала. Проснулась от жалобных всхлипов, рядом никого не было. Накинув халат и домашнюю обувь, вышла, чтобы увидеть мерзкую картину.

Какой-то толстый мужик сдирал одежду с юного раба и пристраивал член к его обнаженной заднице. Собрав волю в кулак, уточнила:

– Я могу поинтересоваться, что здесь происходит?

– Ты еще кто такая? Новая подстилка? Ну ничего так вроде, сейчас я расслаблюсь с рабом, потом и тебе уделю время.

Я подняла брови от удивления. На шум появились мужья, я притормозила их рукой.

– Я, пожалуй, не буду ждать, а сразу уделю вам свое время.

Он осклабился, оттолкнув мальчика, шагнул ко мне с членом вперед. Усмехнувшись, потянулась к резерву, он был полон и без проблем дал то, что мне было нужно.

– Что это, кто посмел? Уберите это от меня, стража!

Я спокойно продолжала прясть нити из металла, все, что было на нем навешано в неимоверном количестве: цепи, кольца, броши, пуговицы – мгновенно оплели эту жирную бочку. Добавив ажурную металлическую решетку, перекрывающую гостиную от входа, оплела его всего, включая член, который быстро увял от испуга. В дверях столпились гости, два демона, что должны вроде нас охранять, и Марсель с мамой.

– Могу я поинтересоваться, что здесь происходит? – Марсель в шоке смотрел на валявшегося мужчину и меня.

– Можно! Спасибо, мы сыты вашим гостеприимством! Мы уходим домой! – буквально прорычала.

Повернувшись к мужьям, я пошла в спальню. Они быстро меня одели, молчали, видимо, понимали, что я сейчас зла и лучше меня не спрашивать. Я буквально кипела от злости. Взяв вещи, мы вышли.

– Вот ваш подарок в обмен на этого мальчика! Этого достаточно? – протянула так и не открытую шкатулку.

– Можете объяснить, что произошло? Мальчик ваш и без всякого обмена. – Уточнял Марсель.

– Ваша охрана пропустила сюда этого человека, который на моих глазах начал насиловать мальчика. Меня оскорбил и обещал заняться мной после него! Я так понимаю, у вас это в порядке вещей. Может, мне надо было раздеться, чтобы начать принимать высоких гостей?

Я вспыхнула, огонь горел ровным пламенем вокруг. Гудел и стрелял искрами. Арнил попытался обнять, но огонь не пустил его.

– Это так? – Мать принца наклонилась над пленником.

Я шевельнула пальцем, рот, заткнутый железом, освободился.

– Моя госпожа, эти покои всегда были свободны, и мне было разрешено ими пользоваться, есть разрешение. Зайдя сюда, увидел мальчика, думал, мне его подарили! И девку тоже! Я не виноват! – визжал мой пленник.

Мерзко начал снова причитать, я заткнула его снова и добавила, словно вишенку на торт, огромный самоцвет с его одежды на головку члена.

– За оскорбление Гласа Богов, леди Куле, – смерть! За оскорбление спасительницы младшего принца – смерть! За оскорбление жены шаха – смерть! Хотя смотрится миленько! – Подмигнула мне королева, улыбаясь. Огонь сыпанул искрами и опал. Открылась дверь, вошел шах, осмотрел пленника.

– Ну в принципе ты мне никогда не нравился, а тут такая причина. В тюрьму его, на третий уровень.

Стража уволокла мужчину. Шах подозвал к себе раба, которой упал ниц.

– Ты подарен леди Куле.

– Спасибо, господин. – мальчик трясся.

– Ну что, будем обедать? – как не в чем не бывало, уточнил шах.

– Я только немного приведу себя в порядок с вашего разрешения. – попросила я.

– Конечно! Пока накроют столы, есть время. – меня благосклонно отпустили.

Я влетела в спальню, мужья зашли опять же молча, помогли ополоснуться и переодеть испорченное платье, оно слегка обгорело. Мальчик, просочившись в комнату, упал на пол и начал плакать.

– Ты чего ревешь?

– Госпожа спасла меня, мне так повезло.

– Ну и не плачь, я запрещаю, слышишь?!

Он кивнул, всхлипывая, я сунула ему в руку гребень. Он с удивлением посмотрел на меня и на руку. Потом, ожив, помог сесть, начал расчесывать и заплетать косу.

– Милая, тебе не стоило так рисковать. – Бендольв нервничал.

– Стоило! Дальше будет так же!

– У нас могут возникнуть неприятности! – упорствовал, пытаясь меня убедить.

– Решим!

Я упрямо смотрела на мужей, больше всех переживал Бендольв. Арнил смотрел одобрительно, Якоб хмуро наблюдал за мальчиком.

– Как тебя зовут и сколько тебе лет? – спросил он. Тот сжался под взглядом мужа, я успокаивающе взяла его за руку.

– Ро, господин, мне четырнадцать.

– Вопросы еще остались?

Нервничала, зарычав на мужей, они синхронно сказали «нет», вышли к накрытым столам.