Эпилог

Сижу в саду нашего дома.

Спокойное воскресное утро. Солнце ласково согревает кожу, легкий ветерок колышет листья. Небо безупречно голубое, как в детских книжках с картинками.

Дом за моей спиной – большой и светлый, с уютной террасой, украшенной цветочными горшками и виноградной лозой, которая уже дает первые гроздья.

Мы долго шли к этому, и сейчас каждое мгновение здесь кажется особенно дорогим.

Слава стоит у гриля, переворачивает на нём сочные стейки и куриные крылышки, поднимая клубы ароматного дыма, который словно приглашает всех к столу.

Они то и дело перекрикиваются с близнецами. – Дим, Тим, не валяйтесь там, собирайтесь, а то сожгу тут всё! – Ладно-ладно, мы уже, – отвечает Димка с притворной покорностью, но не поднимается с травы. Продолжает притворяться, что борется с младшей сестрой. Стоит на четвереньках, Лиза залезает ему на спину, пытается удержаться, а он аккуратно сбрасывает её в траву.

Ольга Карловна стоит рядом с ними, она – судья поединка.

Тима подходит к Славе и ставит рядом с ним кастрюлю.

– Ты забыл маринованные куриные ножки.

– Чёрт… и правда забыл. Соня, что делать с ножками? Мы их съедим?

– Мы всё съедим, – философски отвечаю я, и это чистая правда. Дима и Тима уже большие парни, и вместе со Славой они за считанные минуты сметают гору еды. Каждый раз нам кажется, что приготовили слишком много, а потом раз! – и ничего не остаётся.

– Я продержалась три секунды! Я выиграла! – восклицает Лиза, изо всех сил держась за рубашку брата. Тот падает на траву, утягивая сестру за собой.

– Ладно, так и быть, ты выиграла, – соглашается Дима, закатывая глаза.

Лиза, хоть и младшая, уже давно носит корону семейного «генерала». Она носится по саду с такой скоростью и решительностью, что даже Слава порой подчиняется её командам – мол, раз дочка сказала, значит, так и будет.

Сейчас Лиза стоит в центре детской площадки с серьезным видом. – Тима, хватит дергать собаку, она устала. Дима, помоги мне собрать мячи!

Тима показывает сестре язык и продолжает играть с собакой, которая между делом пытается свистнуть стейки с гриля.

Дима же покорно идёт собирать мячи, он обожает младшую сестру.

Моя мама на веранде, аккуратно расставляет салаты и закуски на большом деревяном столе. Она сияет, то и дело смотрит на детей и смеётся. Кажется, что теперь она счастлива как не была никогда. Наши отношения наладились. Не думаю, что когда-нибудь смогу забыть прошлое до конца, но… может, этого и не нужно. Может, настоящего вполне достаточно. – Соня, давай садись за стол, – зовёт мама, улыбаясь. – Поешь, пока Митя спит, а то потом он тебе не позволит, будет требовать внимания.

– Ага, иду, спасибо.

Я сижу в раскладном кресле, держу на руках нашего новорожденного сына Митю, Митрофана, и наслаждаюсь безупречным днём.

Не могу сказать, чтобы всё в моей жизни было так же безупречно, как и сегодняшний день. С отцом мы больше не общаемся, ни мама, ни я. Родители развелись и с тех пор больше не контактируют. Ходят слухи, что отец снова собирается жениться. Что ж… Удачи ему!

И бывшему мужу я желаю удачи. У него всё как всегда. Он свободен и, по его словам, чрезвычайно доволен своей жизнью. Иногда видится с Димой и Тимой, поддерживает с ними связь, что хорошо, но скажу честно: Слава остаётся для них главным. К нему они ходят со всеми секретными мальчишескими вопросами, ему хвастаются своими успехами, о его мнении волнуются…

А Слава… у него большое сердце, его хватит на всех.

Когда я сообщила Толе, что собираюсь снова выйти замуж, он отреагировал странно. Казалось, он испугался. Вроде как даже попытался возразить, хотя не имел на это никакого права. А потом признался, что надеялся однажды выпросить у меня прощение и вернуть всё как было. Надеялся, но потом понял, что уже слишком поздно.

Я подтвердила тогда, что да, Толя, для нас уже поздно.

И теперь я смотрю на мою семью и чувствую – это именно то счастье, о котором я раньше могла только мечтать. Настоящее счастье.