Глава 37.

Глава 37.

* Прохор *

Рая, конечно, удивительной красоты женщина.

Она привлекает к себе внимание, когда одета с иголочки, — в сексуальных нарядах, обтягивающих ее аппетитную задницу и шикарную грудь. Даже в моей футболке, абсолютно несексуальной, сидящей на ней как балахон, она выглядит словно чертово искушение.

Надо признаться, вчера я превысил свои полномочия, привезя ее к себе.

Где она живет, я знаю, мог смело доставить ее домой, занести в квартиру и уложить баиньки.

Но это чертовски скучно. То ли дело привезти ее сюда — пьяненькую, расслабленную.

Знал, что поутру отхвачу у нее за это, но мне было, если честно, вообще плевать.

Зато какое удовольствие я испытал, когда утром заглянул в свою спальню, чтобы проверить Раю, и застал ее спящей на груди. Черная шелковая простыня сползла до ямок Венеры, и я осознал, что давно не видел ничего более сексуального.

Рая вся как ходячий секс, даже когда спит лицом в подушку и ничего не делает для возбуждения рядом стоящего мужчины.

Как унес себя из своей же спальни, не знаю, не иначе как на чистом благородстве уполз, хотя мозг рисовал такие картины…

Лечь бы с ней рядом, притянуть к себе, провести рукой по аппетитным формам чертовки…

Но чутье мое подсказывало, что, если я пойду на это, уже утром мне отрежут мои же яйца. Раечка, хоть и бывшая жена, но покорять ее придется усерднее, чем двадцать лет назад, для начала вытравив всех тараканов из этой рыжей головки.

Держал себя до последнего. Сначала, когда она вышла ко мне в одной простыне, затем в моей футболке, — ведь я знаю, что под ней максимум белье, от которого можно избавиться за пару секунд.

А потом, забив на приличия, решил сделать то, что хотел со вчера, — притянул к себе пораженную Раю и впился в ее сочные губы.

Конечно, Зайка может убеждать меня, что я не вызываю у нее никаких чувств и эмоций и вообще ей плевать на меня, — ни за что не поверю, ведь ее податливое, отзывчивое тело говорит куда более красноречиво, чем какие-то слова.

Целую Раю неторопливо. Никто сегодня нам не помешает — Данила до сих пор вместе с Таей на даче у друзей, а Родион у отца, так что сюда никто не придет.

Рая отвечает на поцелуй, запускает руку мне в волосы, царапает ноготками затылок, отчего внутри у меня все поджимается и скручивается в узел.

Ни с кем и никогда я не испытывал того, что чувствовал с Раей. Есть у нас некая внутренняя связь, пусть Зайка и упорствует и не желает ее признавать.

Двадцать лет прошло, а мы как восемнадцатилетние сходим с ума друг по другу.

Двигаю Раю, толкая к стене. Не разрывая поцелуй, поднимаю футболку и кладу руку на ее бедро, ощутимо впиваю в него пальцы, отчего Рая шипит мне в губы, но останавливать не думает.

Членом вжимаюсь в нее, на что получаю протяжный стон.

Поразительно отзывчивая девочка, ни с кем не сравнимая, уникальная.

Двигаюсь рукой выше, провожу по талии, накрываю ладонью грудь и зажимаю между пальцев сосок, снова толкаюсь.

Рая разрывает поцелуй и хватает ртом воздух, распахивает глаза, но смотрит совершенно пьяно.

— Да, солнышко.

— Мне кажется, нам не стоит… — говорит, еле ворочая языком.

— Я вытравлю всех твоих тараканов, клянусь, — шепчу ей в губы, кусая их. — Нам можно все. Но больше всего тебе нужно перестать думать.

— Не могу, — отвечает еле слышно. — А вдруг снова ошибка?

— Как мы можем быть ошибкой, Зайка? Посмотри на нас, мы же идеально подходим друг другу.

Провальная и вялая попытка Раи достучаться до здравого смысла, который нам, в общем-то, и не нужен. Нас тянет друг к другу, мы свободны, мы знаем друг друга. Сила притяжения непреодолима, да и не нуждается она в преодолении.

А нуждается только в обоюдной капитуляции и осознании, что наши тела и сами знают, что им нужно.

Подхватываю ее под бедра, приспускаю штаны.

— Я тебе сейчас докажу, — шепчу ей в губы и сам чувствую, что пьян до невозможности. Голова будто ватой набита, зато кожа как оголенный провод — отзывается на каждый импульс.

Сдвигаю вбок ее белье и медленно вхожу.

С протяжным стоном Рая откидывается спиной на стену, пальцами впиваясь в мои плечи.

Двигаюсь медленно, растягивая удовольствие, лишь постепенно наращиваю ритм.

Целую Раю в шею и получаю в ответ табун мурашек на ее коже.

Как бы я ни отказывался это признавать, но Рая права: я действительно откатываюсь назад в прошлое, оно само напоминает о себе.

Но помимо этого я понимаю, что сейчас все иначе.

Это не секусальный, бездумный порыв, а что-то гораздо более личное, нужное и важное.

Единение наших тел добивает меня, и я понимаю, что держусь чисто на морально-волевых, лишь бы не отстреляться раньше времени.

Рая горячая, мягкая, как пластилин, и это окончательно сводит с ума. Она кончает быстро, опустив лоб мне на плечо, ее тело расслабляется под моим, и я догоняю ее парой толчков.

Рая опускает взгляд, и я, пока она не закрылась, поднимаю ее лицо за подбородок, заглядываю в огромные красивые глаза.

Только открываю рот, чтобы сказать ей, какая она невероятная, как в дверь настойчиво звонят.

Теперь уже я шумно выдыхаю и опускаю лоб на плечо Раи.

— Что за чертовы обломщики!

— Это Даня? — Рая тут же начинает суетиться.

— Даня с Таей за городом, я разговаривал с ним полчаса назад.

Настойчивый стук в дверь продолжается, и к нему добавляется требовательное:

— Прохор!

— Кто это? — округляет глаза Рая.

— Что тут скажешь? — трясу головой. — Наши с тобой бывшие супруги те еще обломщики.