Глава 33. Переговоры

Закрываю за Женей дверь, иду раскладывать пакеты.

- Мам, а когда мы следующий раз пойдем с Женей кататься на машинках? - крутиться вокруг меня Вита.

- Я не хочу на машинках. Хочу на качели, - тянет из пакета молоко Амина.

- Качели твои в каждом дворе.

- Ну, маааам!

Опять звонок в дверь. Женя?

Иду к двери. Звонок длинный, решительный. Как будто с нотками недовольства даже. На Женю не похож.

Открываю. На пороге Давид с банкой мороженого.

- Тебе чего?

Шумно сглатывает.

- Это кто тебя подвозил? - кивает на лестницу.

- Тебя это не касается.

- Касается.

Опускаю глаза.

- Ты куда шел, - киваю на банку с мороженым, - растает.

- К вам шел.

- Мы так поздно гостей не принимаем.

- Мир-дружба-жвачка? - приподнимает банку с мороженым. - Ваниль, та самая, "облако в тапочках".

- Я тебе войну и не объявляла. Не надо тут теперь…

Закрываю дверь, но он подставляет ногу.

- Я был не прав, Тая, извини. Сорвался сегодня.

- Ты за себя только извиняешься или за всех?

- Тай, ну вернись. У меня все никак не работает без тебя.

- Нет уж. Там помощников у тебя и экспертов хватает. Я помогла - потому что открытие на носу. Но в твоих объятиях и под твою маму я больше не подписываюсь.

- Мам, а кто там? - протискивается Амина.

- Здрасьте.

- Амина, иди в дом.

Давид перед ней присаживаюсь.

- Привет. Это вам, - протягивает ей мороженое.

Светлые локоны падают ей на плечи, губы растягиваются в довольной улыбке.

- Шпасибо, - забирает.

- Пусти, что там, - Амину оттягивает Вита. И сама протискивается вперед. Складывает руки на груди.

- Давид принеш нам мороженое.

- Роможеное - это взятка, - сухо констатирует Вита.

- О таких вещах в подъездахах не говорят, - поднимается, - я зайду?

- Нет. Давид, иди и готовься к завтрашнему дню.

- Тая, я без тебя не справлюсь.

- Справишься, у тебя, знаешь, какая мама? Всех заменит.

- Я не знал, что она приедет. Она звонила, но я был занят с юристом бумагами.

- Давид, мы все обсудили.

- Не все.

Выдыхаю, наедине надо поговорить.

- Отнесите мороженое на кухню, - киваю девчонкам.

Когда они несут банку, я выхожу в коридор и прикрываю за собой дверь.

- У нас еще очень много, о чем надо поговорить. Например, ты не хочешь нашим витаминкам рассказать правду?

- Не хочу. И ты не будешь.

- Я имею право.

- Ты пришел права качать или просить прощения?

- Тая…. Я не хочу отказываться от дочерей. И от тебя.

- Не отказывайся, можешь помогать, но… я с другим мужчиной встречаюсь. И они привыкают уже к нему, как к папе.

- Я их папа.

- Ты потерял этот статус.

- Как я мог потерять, если только сегодня о нем узнал?

- Давид!

- Почему ты одна решаешь все?

- Потому что мы развелись, - тычу в него пальцем, - и теперь никто друг другу.

- Мы никто, но наши дети нас связывают.

- Ничего нас не связывает.

- Мам, мы убрали, - открывает двери и выглядывает Амина.

- Я сейчас, - тяну ручку на себя.

- А давай их спросим, а?

- Нет, Давид.

- Что спросим? - выглядывает Вита.

- Амина, Вита, идите домой.

- Так, давайте, все домой, будем голосовать! - подталкивает нас всех в квартиру, - опирается на комод.

- Ты думаешь, что если ты за них решаешь, они тебе спасибо скажут, когда во всем разберутся?

- Я хочу голошовать. А за што? - уже поднимает руку Амина.

- Подожди ты! - опускает ее руку Вита.

Вот как ему рот заткнуть.

- Давид, нет. Нельзя так!

- Кто завтра хочет прийти в кафе на открытие?

А? Что? Открытие? Фух. Я думала, он собрался про папу песню завести.

Давид поднимает руку, Амина за ним. Вита сомневается.

- А вкусняшки будут раздавать бесплатно? - ведет бровью Вита.

- Будут. По вашему с Аминой эскизу там сделана вывеска, поэтому вам вообще все вкусняшки бесплатно. Пожизненно.

- Это как пожизненно? - поднимает на него глаза Амина.

- Это значит всегда. Я за, - кивает Вита.

- Три против одного, - подводит итог Давид.

- Мама, ну, пожалуйста, - обнимает ее за ногу Амина. - Мы придем к нему в кафе как гости? Я буду вести себя как принцесса. Не как медуза грагона. Можно?

Поднимаю глаза на Давида.

- Пожалуйста, - шепчет одними губами.

- Ладно, хорошо, мы придем.

- Но я приведу дочек, а не спасать твою зад… жизнь.

- Да, мы не будем спасать твой зад, - кивает Вита.

- Вита! - одергиваю ее.

Давид усмехается.

- Тая, я накосячил. Я знаю. Но сегодня увидел, насколько много держится на тебе. Кто-то делал флаеры для автомойки, а вбил там наш номер. Теперь все нам звонят с каким-то пенным экспрессом. Возвращайся.

- Мам, ну шкажи “да”, - Амина аккуратно берет меня за руку и сжимает ладошку.

Я с нее перевожу взгляд на Давида.

- Я посмотрю на твое завтрашнее открытие.

- Бросишь тонущий корабль?

- Нет, скорее посмотрю, кто придет его топить.

- А мы что, на корабле поедем? - вклинивается в каждое слово Амина.

- Нет, Амин, все, иди чисти зубы.

- А мороженое?

- Поздно уже.

- Дай ты им по чуть-чуть съесть, тогда спиться лучше.

- Да, - кивает Амина, - я заснуть голодная не могу.

- Видишь, вся в меня.

Оно так естественно и просто вырывается из него, что становится не по себе, как стремительно он встраивается в нашу жизнь.

Амина вытаскивает свою руку из моей.

- Ты ничего о детях не знаешь, чтобы говорить как им лучше будет.

- Так дай узнать.

Давид опускает голову вниз и следом присаживается к Амине, которая уже держит его за руку. Что-то там шепчет ему на ухо.

Он ей улыбается и кивает.

- Что там за секреты у вас?

- Нет секретов, - поднимается. - Я пойду, спокойной ночи. Сами решайте с мороженым. Завтра вас жду.

Как-то подозрительно быстро сменил тактику.

Когда уходит, я набираю сообщение Жене: “Хочешь завтра сходить на открытие кафе, в котором я работаю?”