Глава 41

Я моргнула, споткнувшись о вопрос Андрея, и по своей прекрасной манере впала в ступор. Верю ли я человеку, с которым разделяю постель? Безусловно! Доверяю ли я Андрею? Верю ли в него так, чтобы доверить своё счастье и здоровье ребёнка? Очень сложный вопрос. Но острое понимание того, что именно сейчас, второпях, на острие событий и решается, будем ли мы вместе, резануло по натянутым нервам горячим кнутом. Это, как прыжок веры. Разбежаться и прыгнуть в пропасть, с убеждением, что тебя обязательно поймают. Не дадут упасть на острые скалы. - Да. – Хрипло прошептала, сглотнув пересохшим моментально горлом. - Маша, Машенька, — быстро заговорил Андрей, цепляя мои безвольно повисшие руки в свои ладони и, продолжая торопливым шёпотом, — Я тебя прошу, доверься! У меня сейчас нет возможности рассказать тебе всю интригу, но по-иному не получится. Уже точно не выйдет по-другому. Маша. Побудь с детьми некоторое время в соседнем доме. Так, чтобы не появляться в окнах и на улице. Это не долго. Я думаю, максимум два дня, и всё разрешится. Андрей смотрел пытливо мне в лицо, словно искал в моих глазах ответы. Его лицо было настолько близко, что взгляд перепрыгивал с одного моего глаза на другой. - Хорошо, — согласилась, не совсем понимая, что происходит, но надеясь на Андрея и его команду. Вручая в их руки свою судьбу. - Что от меня требуется? - Успокоить детей и постараться тихо просидеть в закрытой комнате при затемнённых окнах. И, ни в коем случае, не выходить на улицу, чтобы там ни происходило. Чтобы ты не услышала – будь с детьми. Хорошо? - Да. - Я приду по возможности. - Хорошо. Андрей коротко обнял меня, притягивая к себе и, поцеловав в висок, подтолкнул слегка в сторону соседнего дома. - Всё, иди! - Иду. – Проговорила, не в силах сдвинуться с места. - Время! – раздалось нервное снаружи. Я вздрогнула, и быстрым шагом выскочила на крыльцо. Сергей накинул на меня огромную безразмерную куртку и, накинув на голову капюшон, почти бегом повёл за руку. Я не видела, куда он меня ведёт. Утонула в капюшоне и могла наблюдать только утоптанный снег под ногами, еле успевая перебирать ногами, чтобы не упасть. Споткнулась на пороге и если бы не крепкие руки, держащие меня, то открыла бы двери дома головой. Всё равно получилось зайти очень резко, я практически влетела в комнатку, прямо за коридором и остановилась, не понимая куда дальше. Сергей деловито прошёл вперёд, показывая мне путь. Домик, внешне казавшийся маленьким, изнутри был странной планировки и в реальности оказался больше, чем я ожидала. Позднее я поняла, что это ребята специально немного переделали внутри так, чтобы в комнату к нам нельзя было попасть сразу с порога. - Мам! – Максим кинулся ко мне, стоило только войти. - Маш! – вторил ему Ванечка! Дети были взъерошены и встревожены. Но они не были сильно напуганы, просто заинтригованы происходящим. - Что происходит, мам? – Макс, как старший, хотел знать. В полумраке комнаты глаза Ванечки светились восторгом приключения, но Максим был серьёзен. - Я сама толком не знаю, что происходит, — ответила как можно более равнодушным тоном и спросила, переключая на обыденность: - Вы обедали? - Да, — протянул Ваня с сомнением. И я поняла, что дети перехватили вкусненькое, без нормального обеда. - Давайте сначала поедим по-человечески, а после будем на сытый желудок уже разбираться, в какое приключение нас занесло! – предложила безапелляционным тоном. - Я не хочу суп! – тут же отреагировал на мою провокацию Ваня. - А я суп и не предлагаю! – ответила хитрым тоном, продолжая, — раз мы находимся в походных условиях, то и еда у нас будет походная! - Это, какая? Шашлык? – с сомнением протянул Ванечка. - Шашлык – это не походное! Это еда для пикников и тусовок! – со знанием дела подхватил тему Максим, сверкнув на меня недовольным взглядом. - А в походе, что едят тогда? – заинтересовался Ванечка и тут же переключился: - А ты ходил когда-нибудь в настоящий поход? А меня возьмут? А куда ходят в походы? Надолго? А спать в лесу не страшно? Там же волки и олени! И без перерыва продолжая сыпать вопросами, словно горохом из порванного пакета: - Я видел оленя в парке, представляешь! Не в зоопарке, а у нас в лесу! Он такой огромный, если не за стеклом и не за забором! Как папа, если я встану ему на плечи! И даже выше! И рога! Во-о-о! Ваня раскинул руки в стороны, демонстрируя нам размах оленьих рогов. - А давай попробуем нарисовать оленя? – предложила я, коварно поставив условие, — но только после еды! - Я плохо рисую, — признался Ваня. - Неправда! Просто ты ещё не научился, – поправила я его. За разговорами дети вполне нормально поели кашу с мясом, которую нам оставил Сергей ещё тёплой. После мы рисовали оленей и зайцев, Максим показывал технику безотрывного рисунка, увлекая Ваню. Затем играли в ассоциации, в слова, в "угадай предмет по описанию"… Потом я читала с телефона книжку Ване про хоббитов, и, наконец-то, он уснул. - Так в чём там дело, мам? – тихо спросил Максим, помогая мне убирать со стола плоды наших игр. - Я реально не знаю подробностей. Вадим что-то затеял. Повесил на нашу машину какой-то маячок, а сам поехал в аэропорт. У него билет в Дубай. Но Андрей, я так поняла, опасается, что Вадим организует нападение на нас. Ты бы видел, как страшно он смотрел на нас в суде! – рассказала я всё, что знаю, и поняла сама. Затем, помолчав, добавила: - Твой отец не смирится с тем, что нам по закону положена половина от нажитого в браке имущество. Он считает, что всё, попавшее в его руки, априори его. И больше ничьё. - Разве нам нужна именно половина? – спросил сын. - Он не смирился даже с потерей одного дома. Вадим не готов ничего терять. Слышал бы ты, как он торговался за алименты! Словно выплачивать будет не на собственного сына, а у него последнее отбирают. – ответила устало. И продолжила, обнимая себя: - Я боюсь его одержимости. И верю, что Андрей с ребятами нас защитит. Помнишь, как Вадим почти забрал тебя? А погоню? Андрей спас нас тогда. Я верю ему. – попросила я сына, подтягивая колени к подбородку и обнимая себя руками, продолжила умоляющим голосом, — И, прошу тебя, заклинаю, не выходи на улицу! Не создавай ребятам лишние трудности. Потерпи немного. - Обещаю, мам! Не плачь, ты что? – Максим подскочил ко мне и обнял, сгребая к себе. - Извини. Я не заметила, что слёзы… — я торопливо вытерла щёки и попыталась улыбнуться. - Слёзы – это нормально, мам! Ты же девочка! – убеждённо проговорил Макс. Мой маленький мужчина! Мы улеглись по койкам, и через некоторое время Максим засопел. Уснул. Я покрутилась, устраиваясь поудобнее. Чего-то мне не хватало… Стоп! А где Степан Семёнович? Он же замёрзнет на улице!