Глава 11
- Одним кофе не отделаюсь.
- Оуу… - взрывается смехом подруга. - Не зря ты вчера постельное меняла.
- Эй! Ты что! Я имела в виду, может, и покормить надо. Или заплатить.
- Ну еды у нас немного.
- И у него в ресторане-то явно повкуснее.
- Да и денег у него… Этим не удивишь.
Опять в зеркало смотрю на него.
Мне тут в пуховике в машине холодно, а он нараспашку голыми руками на морозе чинит машину. Брррр…
- Ладно, сама думай, как будешь расплачиваться. Меня до завтра не будет.
- Перестань, а?
Смеется в ответ.
Да уж, подруга у меня…
Снаружи темно, редкие машины проносятся мимо, а холод пробирается даже через закрытые двери.
Нет! Ну это невозможно. Надо подвигаться. Я аккуратно открываю дверь. Одну ногу выставляю.
- Ярослава, я почти закончил, сидите в машине, - командует он.
- Угу, - но я все равно вылезаю.
Сама решу, что делать.
- Я там замерзла, надо подвигаться.
Он пробегает взглядом по мне сверху вниз и усмехается, - закручивая одновременно последние болты.
- Вы бы ещё шлепанцы надели.
- Хах… Это сапоги, если вы не видите.
- Вижу, но в мороз лучше дутики.
- Вы сами-то тоже не в уггах, - киваю на его туфли.
- Так я и не мерзну.
Проверяет ещё раз болты.
- Ну, все, - зарывает руки в снег на обочине и чистит пальцы.
- У меня салфетки влажные есть, подождите, сейчас достану.
- Было бы неплохо.
Пока роюсь в бардачке, он сворачивает все инструменты, убирает их и колесо в багажник.
- Только они чуть-чуть замерзшие, - показываю ему пачку влажных салфеток из бардачка.
- Ярослава… - снова очищает снегом руки.
- А нет, отсюда можно что-то достать, покажите?
- Давайте в машину сядем, там уже доотчистимся, а то вы околеете.
Да я уже околела.
Как только садится в машину, сразу заводит двигатель и выкручивает печку на максимум.
Теплый воздух с шумом вырывается из решеток.
Достаю полузамерзшую пачку влажных салфеток из бардачка и еле шевеля пальцами, достаю одну.
- Вот, держите, - протягиваю Марату.
Он справляется сам, быстро оттирает грязь с пальцев.
- Спасибо, Марат…
Прикладываю пальцы ко рту и дую. Но я застыла так, что изо рта выходит практически холодный воздух и ни капли не согревает.
Грязные салфетки Марат бросает в ванночку под ногами.
- Ну что, согрелись? - поворачивается ко мне.
Я киваю.
- Заметно.
Забирает у меня пачку влажных салфеток, бросает ее назад в бардачок, захлопывает его и неожиданно берет мои ладони в свои.
Его ладони горячие. Невероятно горячие.
Это как вообще возможно? Он только что стоял на морозе, возился с колесом…. а руки будто только что из-под горячей воды.
Он начинает растирать мои пальцы сильными, уверенными движениями.
И тут свет в салоне гаснет, оставляя нас в темноте.
В машине становится тихо. Только печка гудит на всю катушку.
На секунду отключается зрение, не привыкшее ещё к темноте, а включается тактильность.
Чувствую его теплое дыхание на коже, крупные грубые горячие руки, чуть колючую щетину, которая царапает раздраженную кожу.
- Лучше? - протягивает руку и включает свет в салоне.
Только начала привыкать к темноте, как теперь надо привыкать к свету. Теперь щурюсь.
- Может, поедем? - пытаюсь забрать руки, - По дороге отогреюсь.
- Где там отогреешься… - бурчит он. - Вот не понимаю женщин, ну, мороз, оденься ты теплее.
- Так я в машине же. А по улице и не хожу почти.
- Летаешь!
- Знаете что! - забираю и сама растираю ладошки.
- Знаю. Разувайся давай, - снимает с себя куртку.
- Зачем?
- Ярослава, давай быстрее.
- Не буду я разуваться.
Марат, не моргая, ловит мой взгляд и смотрит прямо в глаза. Брови медленно сводит, как будто, если не сделаю, то мне хана.
Он же не выгонит меня босиком из машины, когда я разуюсь?
Тянусь зачем-то к молнии на сапогах.