Глава 47

С курицей не вижу, но то, что вижу, многое проясняет. И теперь надо как-то обо всем сказать Марату.

Или проверить всё ещё раз?

Нельзя вот так просто обвинять человека. Тем более не постороннего.

Вечером Марат забирает меня и, как бы ни хотел затянуть к себе, едем ко мне. Потому что у нас был план. И нам надо его придерживаться.

Когда уже Алексей согласится, что вот так жить не очень и надо разъезжаться и размениваться? Или, если не согласится, то пустить к себе квартирантов в свою комнату. А на полученные деньги самой снимать жилье.

Но ипотечный платеж на мне будет висеть.

Как вот я, бухгалтер, не продумала это?

Хотя как не продумала? Кто женится, планируя следом развод?

Никто.

Нет, надо по плану Марата, чтобы Алексей сам захотел.

Марат снова готовит ужин. Что-то впаривает Леше про какие-то бизнес-идеи.

Я не вдаюсь в подробности, потому что, когда Марат рядом, думать сложно.

Больше хочется наблюдать, как режет овощи, как перемешивает продукты. Как улыбается.

Как у него явно есть какой-то план, а мне велено расслабиться. Все он решит.

И быстро, потому что надоело уже тут ночевать, когда есть своя квартира.

Но мы опять ночуем на моем старом скрипучем диване. И я теперь уже просто засыпаю рядом с ним.

Не играя ни во что. Не притворяясь.

Надо прекращать это все, правда.

Хорошая такая сказка с его стороны: встречаться без обязательств. Но я как-то по ощущениям уже в душе уже хочу этих обязательств, хотя разумом отрицаю сами отношения.

И так это раскачивает меня, что полностью ухожу в работу. Берусь за самую сложную ее часть - разделить учет по ресторанам.

Зато это не дает окунуться в чувства с головой и сохраняет ясность ума.

Мы то у него “ночуем”, не смыкая глаз, то у меня - и тут уже отсыпаемся за бессонные ночи.

Какой-то режим дурацкий, сбитый, подростковый, но я как будто в юности не добрала чуток этого и теперь восполняю.

В субботу у Марата целый день нежусь в его ванной и сауне.

И так все хорошо, что нутром чую: когда-то это должно закончиться. Слишком все гладко идет.

Все спокойствия не дает разговор, который случайно подслушала между Маратом с его братом. Как всегда, бубнеж Аслана о том, что все плохо, денег нет, а мы тут лишних людей набираем, с намеком на меня, от которой толку ноль.

От него уж, конечно, больше пользы.

А в пятницу, когда Марат уезжает по каким-то делам, ко мне и заглядывает его двоюродный брат.

- Не помешаю?

Мне работы ещё на час, и можно домой, но если будут длинные разговоры, то часом не отделаюсь.

- Если пришли по делу, то нет.

Но и отказать не могу. Одно дело вроде как делаем.

- По делу, - кивает, проходит внутрь и садится напротив меня. - Ярослава Дмитриевна, как вам у нас? Все нравится?

- Спасибо. Обычно после такого захода начинается что-то, что мне не понравится.

Он смеется.

- Да вы что? Я же только с лучшими намерениями. Много на вас навалилось, да?

- Справляюсь.

- Я слышал, у вас и кроме работы сейчас проблем хватает.

- Каких именно? - откладываю ручку.

Вот теперь интересно.

- Ну… - пожимает плечами. - Квартира. Бывший муж. Вся эта неприятная история.

Сердце внутри как-то нехорошо сжимается.

Откуда он знает?

Марат поделился? Зачем? Объяснял, что между нами?

Зачем?

Я уже чувствую: вот это сочувствие, потом - помощь, потом цену.

- И?

- И я подумал, может быть, вам нужна помощь?

- С чем? - откидываюсь на спинку стула.

- С квартирой. С разменом. С тем, чтобы ваш бывший стал… посговорчивее.

Надо же.

Какие добрые люди вокруг меня собрались.

Прямо благотворительный центр, а не ресторан.

- А с чего вдруг вас так заинтересовал мой жилищный вопрос?

- Я же в семье. Вижу, что происходит. Марат увлекается, отвлекается, берет все на себя. А я люблю, когда проблемы решаются быстро и без лишней лирики.

Вот.

Вот это “без лишней лирики” мне уже совсем не нравится.

Выдать бы ему все, что знаю, но рано пока.

- И как вы предлагаете помочь?

- Методы есть разные, - пожимает плечами. - Не волнуйтесь. Все законно.

У него вдруг звонит телефон, он на секунду отвлекается. Я тоже, чтобы включить диктофон.

- Я перезвоню, занят, - отвечает быстро и отключается.

Я выключаю экран телефона.

- Так что у вас за предложение?

- Например, мы можем грамотно выстроить давление. Через юристов. Через банки. Через интерес третьих лиц. Через перспективы, которые вашему бывшему не понравятся.

- Звучит как махинации, только сказанные красивыми словами.

- Вы бухгалтер. У вас профессиональная деформация. Вам кажется подозрительным все, где нет подписи и печати, - смеется, глядя мне в глаза.

- Нет. Мне подозрительным кажется все, что обещают решить слишком легко, быстро и бесплатно.

Его взгляд становится чуть холоднее. Совсем немного.

Но я замечаю.

- Ярослава Дмитриевна, - голос становится серьёзнее, когда я не иду у него на поводу сразу, - иногда в жизни полезно принимать помощь, когда ее предлагают. Не все же в одиночку тянуть.

Ой, как знакомо.

Только у Марата это звучало как вызов.

А у этого - как крючок.

- Спасибо, - говорю спокойно. - Но я как-нибудь сама.

- Сама? - ведет бровью. - Бодаться за квартиру с бывшим мужем и жить в этом аду ещё пару лет?

Сказать или нет, что Марат вообще-то мне помогает?

- Это уже мои проблемы.

- Пока да.

Замолкает и смотрит в глаза.

Не как брат Марата. Не как мужчина. Не как человек, который что-то не то предлагает.

А нутром.

Так не нравится, как нравятся только люди, от которых надо держаться подальше.

- Подумайте.

- Кстати…

- Может, вы и правы. Но мне надо взвесить все. А что вы хотите взамен?

- Хотел. Вы же, насколько я понимаю, очень много времени сейчас тратите на то, чтобы вникнуть в дела ресторанов.

- Работа у меня такая.

- Конечно. И вы, наверное, уже успели заметить что-то… неоднозначное.

Вот и приехали.

Сижу, смотрю на него.

А внутри уже все встает по стойке “смирно”.

- Что именно я должна была заметить? - включаю дурочку.

- Я не знаю, вы тут у нас аудит проводите, куда деньги исчезают.

- Да.

- Нашли что-то?

- Пока не знаю. Надо закрыть месяц и тогда смотреть, где проседает.

- Вы же умная женщина. Наблюдательная. Внимательная. Может, где-то есть вещи, в которые лучше не лезть глубже, чем надо.

Говорит это почти ласково.

- Вы меня сейчас пугаете?

- Да что вы, - качает головой. - Предупреждаю. Из хорошего отношения.

- У нас с вами есть хорошие отношения?

- Может быть, будут, если мы правильно поймем друг друга.

- Допустим, я соглашаюсь на вашу помощь с квартирой, от меня надо что? Закрыть на что-то глаза? На что-то определенное?

- Марат не отстанет, если вы просто закроете глаза.

Как подозрительно похоже на все те схемы, которые я уже начала видеть в ресторанах.

Послать бы его уже сейчас, но мне аж подгорает, так хочется узнать все, что он предложит.

- Не все нужно нести Марату. Не все ему вообще полезно знать. Он человек эмоциональный. Может наломать дров. А вам потом с этим жить.

И вот тут мне уже хочется не просто послать его.

Мне хочется вцепиться ему в лицо и спросить прямо: это ты?

Ты там внутри все крутишь?

Ты сейчас меня покупаешь? Как и женщин до меня?

- Я предлагаю вам уволиться и перестать общаться с Маратом, а я решаю вашу проблему. Быстро и на ваших условиях. Никакого криминала, никто ничего не заподозрит. И даже вы останетесь в плюсе. Я знаю, у вас интрижка какая-то с Маратом, но вы же знаете: он не женится, у него женщины случаются на пару недель максимум. Потом скучно становится, он другую заводит. Так что, если вы думаете родить от него и удачно выйти замуж, то нет. Это не про него. Поэтому подумайте о моем предложении.

Ух ты! Вот ты козлина. Воруешь у брата?!

- Решение сложное. Сколько я могу подумать?

- В понедельник жду от вас ответ. Ярослава, иногда выгоднее вовремя принять правильную помощь, чем потом разгребать последствия принципов.

Поднимается и идет к двери.

- И да, Ярослава Дмитриевна… .

- Что?

- Не все мужчины любят, когда женщина слишком много знает. Лишнего не болтайте.

Закрывает за собой дверь.

Я шумно сглатываю и выдыхаю.

Главное - как он красиво зашел. Так ко всем, наверное, заходил. С боли. С проблемы. С квартиры. С моего слабого места.

Быстрое решение и вуаля.

Увольняйся и ничего больше тут не делай.

И так ловко попытался прикрыть это заботой, что, если бы я была дурой, может, и поверила бы.

Предложение, конечно, заманчивое, но и Марат обещал помочь. Да и я бы не стала ему врать.

Но если сказать сейчас, то крючок, на который меня же и хотели подцепить, вытянут, а я не узнаю правду.

А Марат, как ни крути, ничего плохого мне не сделал, чтобы я его предала.