ПРОЛОГ:

– Оля, не драматизируй, – Дима даже не поднимает на меня глаза, застёгивая последнюю пуговицу на дорогой рубашке. – Ты жена, но давно уже не… муза.

В телефоне всё ещё открыт его чат. Сердечки, «скучаю», «сосчитал минуты до пятницы», её селфи в лифте, на моей кухне, в нашей спальне.

Фотографии, которые я уже никогда не развидеть.

– Это серьёзно? – голос предательски спокойный. – Ты правда считаешь нормальным вот это всё?

– Нормальным? – он усмехается, наконец смотрит на меня. Взгляд хозяина, который проверяет, не треснула ли где витрина. – Оля, у любого мужика есть женщина на стороне. Это норма, а не предательство.

Он отбирает у меня телефон, лениво скользит пальцем по экрану, как по отчёту.

– С ней я живу, – произносит ровно. – А с тобой… пенсия. Ты же сама хотела стабильности? Вот она. Дом, сын, фамилия. Воронова. Фасад моей жизни.

Слово «фасад» ударяет сильнее, чем все её голые фото разом.

– Если я фасад, – шепчу, – тогда кто она?

– Она – внутреннее пользование, – ухмыляется. – Для души и тела. Ты – картинка, Оля. Элитный район, примерная жена, мама отличника. Без тебя картинка рушится. Мне это невыгодно.

Я смотрю на него, не веря, что этот человек когда-то задыхался от одного моего смеха в съёмной однушке.

– Тогда давай по-честному, – говорю. – Развод. Ты живёшь как хочешь, я не мешаю.

Он смеётся вслух. Коротко, зло.

– Какой развод, Воронова? – в его голосе уже даже не раздражение, скука. – Ты вообще в себе? У меня империя, репутация, рейтинги «идеальный муж и отец». Ты думаешь, я позволю какой-то истеричке тащить мою фамилию в грязь?

Он делает шаг ко мне, нависая, как над не очень умным сотрудником.

– Развода не будет. Запомни. Ты сидишь тихо, улыбаешься там, где нужно, приходишь на мероприятия, делаешь вид счастливой жены и не лезешь туда, где взрослая жизнь. Я деньги зарабатываю, пока ты играешь в принципы. У нас у каждого своя работа.

– А моё «нет»? – спрашиваю, уже не узнавая свой голос.

– Твоё «нет» можешь говорить подружкам на кухне, – мягко, почти ласково. – Но не мне. Всё, Оль. Ты получила всё, о чём мечтала: безопасность, статус, фамилию. Не перегибай. Фасад не спорит с архитектором.

В его логике всё до омерзения просто: я – удобный брачный стаж, выстраданный быт и сын-подросток, который уже смотрит на меня его глазами.

Она – азарт, молодость и «настоящие чувства», которые, как он утверждает, «не для публики».

Дима не просто не хочет развода – он считает себя слишком важным, чтобы позволить мне вообще думать в эту сторону.

Сын уверен, что я виновата, потому что «душу отца» и «ломаю ему жизнь своими истериками».

А я вдруг очень ясно понимаю: все эти годы я была не женой, а фоном для чужого успеха.

Фасадом, который он решил навсегда забронировать за собой.

И если кто-то в этой истории должен наконец выбрать меня – это буду я.

Не муж - миллиардер, не сын, не общественное мнение. Я сама.

Даже если для этого придётся сначала разбить в пыль тот самый фасад, за который он так цепляется.