59

Катя

Кровь стынет от страха. Я еду в запертой карете, которой управляют лорды-демоны.

Мы мчим на полной скорости без остановок.

Дети остались с кардиналом Людвигом и солдатами, демоны их не тронули, слава богу! Надо отдать должное полковнику Элиоту — он твёрдо дал понять демонам, что живым никто не уйдёт, все полягут, если они не сдержат слово и не отпустят остальных после моего ухода.

Я вышла за защитный купол, и демоны увели меня к карете, стоящей дальше по дороге, посадили внутрь, заперли двери и повезли. Лошади демонов чем-то опоены, мчат на магической подпитке — без устали, всю ночь. Но это, конечно, чревато — они потом умрут. Жестокие твари эти демоны! Даже генералы-драконы на войне не убивают животных. Данмар всегда был милостив ко всему живому.

Вспоминаю Элая. Наше общее прошлое. Моменты, когда у нас всё было хорошо. И это помогает переключиться от происходящего вокруг ужаса.

В карете очень холодно, и я мгновенно промерзаю до костей. Может быть, ещё и из-за сильного стресса меня начинает буквально колотить крупной дрожью.

Я думаю, как мне спастись! Нельзя же просто сидеть и ехать в руки Рагнира, своего злейшего врага!

В дверцах кареты достаточно крупные окна — я могла бы выбраться. Но чем же разбить стекло? Стягиваю с себя сапог — у него жёсткая подошва и крепкий каблук — и пытаюсь разбить стекло.

Хруст. Треск. Получилось!

Осторожно локтём я выбиваю острые края стекла, действую очень быстро! И выбираюсь наружу! Отталкиваюсь от кареты и прыгаю на скорости в снег!

Чувствую сильный удар в плечо и бедро, но снег смягчает падение. Холодные хлопья засыпаются за ворот, попадают в лицо. Пальцы мгновенно сковывает от холода.

Карета тормозит.

Я не успеваю выбраться из сугроба, как меня хватают за локоть и буквально заталкивают обратно в карету. А перед этим ещё и связывают.

Я в полнейшем отчаянии, беспомощная. Хочу стонать, но лишь кусаю губы. Элай. Элай Данмар, спаси меня. Только ты можешь меня спасти!

Лицо горит от мороза, плечо и бедро ноют от падения, а за пазухой тает завалившийся снег. Меня лихорадит от холода ещё сильнее. Отчаяние сжимает внутренности.

Я молюсь. Молюсь, чтобы Данмар скорее нашёл меня и спас. Пожалуйста, мне очень страшно!

Неожиданно карета тормозит.

Чувство опасности воет внутри сиреной с новой силой — остановка не означает ничего хорошего!

Демоны открывают дверь, выволакивают меня из кареты и бросают в снег. Мои руки связаны, я чувствую себя совсем бессильной.

Ветер треплет мои волосы — платок слетел ещё во время моей попытки бегства. Мы на открытом поле, вдали блестят ледяные холмы в свете луны и звёзд. Ночь ясная и морозная. И вдруг небо на востоке темнеет — словно надвигается шторм.

Но это не Данмар, которого я жду с трепетом. Нет. Это приближается король демонов Рагнир. Тот, кому я нужна для ритуала.

Сердце гремит набатом.

Над землёй разносится зловещий гогот чудовища.

— Ка-а-атя, ну, здравствуй, попада-а-а-нка!

Порыв ветра бьёт в лицо ледяным крошевом.

Огромный демон с крыльями в полнеба и кроваво-красными глазами, внушающими ужас, вырастает передо мной исполином. От монстра исходит леденящая зловещая энергетика.

Меня охватывает паника.

Но я храбрюсь. Храбрюсь! Я не буду дрожать перед этим уродом.

Поднимаю голову из сугроба и кричу:

— Иди к чёрту!

Демон злится, рычит на меня. В его ругани я разбираю обрывки фраз о том, как Данмар однажды вмешался в ритуал призыва бога-демона пятнадцать лет назад, расстроил заклинание Рагнира, и вместо чудовищного монстра пришла я, женщина, пара генерала-дракона. Я его вторая половинка души.

Тогда почему он так жестоко поступил со мной! Женился на другой женщине! Спал с другими!

— Давай, вставай, Катя-я-я! Начнё-ё-ём! — рычит Рагнир. — Наш бог жаждет прийти в этот мир!

Лорды-демоны очерчивают в снегу круг, устанавливают силовые кристаллы по окружности и вытаптывают площадку в центре.

— У тебя нет артефакта-призыва для ритуала! — кричу я.

Я злюсь! Всё тело дрожит, и острая боль от холода печёт руки и ноги.

— А вот тут ты ошибаешься, Ка-а-атя, — шипит король демонов.

Рагнир хватает меня за плечо и вытаскивает из сугроба.

Какой он огромный и сильный! Как же больно! Связанные руки болят.

— Я создал новый артефакт, вот смотри! — и тычет себе на грудь, где под плащом призрачным багровым сиянием светится кристалл.

— В этот раз я охранял артефакт призыва защитным куполом и не дал засечь вашим магам! — шипит Рагнир. — Только один пленный сбежал, хотел рассказать вам об артефакте! Данмар даже пытался его допросить, между прочим, у тебя в госпитале, Кат-я-я! Но не вышло.

Рагнир зловеще смеётся.

— Хартман… — я сразу понимаю, о каком пленном он говорит.

Король демонов касается артефакта призыва, и в небе вспыхивают красные молнии и раздаётся оглушительный гром.

Душа уходит в пятки.

Неужели всё? Неужели мы проиграли? Как же мои дети? Как же мы все!

Элай! Прошу, приди, если это правда, что мы — пара! Приди!

Как безумная вглядываюсь в небо. Ветер колит глаза. И мне кажется, что я вижу его. ЕГО! Белый дракон. Совсем седой. Он несётся в штормовом небе со стороны холмов.

Небо грохочет и сверкает. Я зажмуриваюсь от страха.

И неожиданно ощущаю, как когтистая лапа Рагнира отпускает меня. Я снова падаю в снег.

Мощные разряды молний шипят вокруг.

А потом вдруг становится темно и тихо.

Я открываю глаза.

Лорды-демоны не успели даже закричать, от них осталось две горсти пепла на снегу. А Рагнир… Огромный крылатый монстр улетает прочь во тьму ночи.

— Элай… — шепчу я.

Меня подхватывают сильные руки.

Мне очень холодно, я дрожу и прижимаюсь к мужчине.

— Всё хорошо, родная, я здесь, — говорит он хрипло.

Любимый голос мужа, давно забытый, родной.

Я, наконец, позволяю себе расслабиться, и сознание мгновенно улетает во тьму.

Прихожу в себя, вдыхаю полной грудью жаркий воздух. Приятно пахнет прогретым деревом и сухой травой. Пламя пляшет в старинном очаге. Я лежу на какой-то твёрдой лежанке в углу маленькой избушки, сложенной из брёвен. На стенах висят оленьи рога, шкуры и засушенные пучки травы.

Меня сильно потряхивает от пережитого холода.

Чувствую, как сильные руки стягивают с моих плеч платье, обнажая тело.

Немедленно поворачиваю голову.

— Д-данмар! Что т-ты делаешь?

— Раздеваю тебя, хочу согреть.

Генерал близко. Суровое лицо, хмурые седые брови. Глаза синие-синие и светятся изнутри изумрудным сиянием. Мундир его растёгнут до середины груди, и я вижу в вороте рубашки завитки волос на его сильной груди.

— Ос-ставь мне м-мою одежду! — вцепляюсь в его руки, мешаю ему делать то, что он со мной делает.

— Отставить! — утробно рычит он почти в губы.

Я слушаюсь. Его командному тону невозможно не подчиниться.

Он перехватывае мои руки и заводит мне за голову.

Я такая беззащитная перед ним.

— Слушай меня сейчас и не мешай. Ты сильно замёрзла, платье мокрое. Я не хочу, чтобы ты заболела, Катя! Ты нужна здоровая мне и детям. Тебя нужно раздеть и согреть.

Данмар нависает сверху: тяжелый, сильный, твёрдый.

— Но м-мне нечего надеть!

— Наденешь мой китель.

Он отпускает меня, чтобы продолжить расстёгивать свои пуговицы. Я в это время сжимаюсь под ним комком, закрываюсь руками. Дрожу. Платье действительно мокрое. Холодно, очень холодно.

Данмар вновь берётся за меня. Освобождает от платья. Я прячу грудь за ладонями.

Когда меня обнажённую накрывает сверху тёплый генеральский китель, по телу проносится сладкое тепло. Я чувствую тепло его тела, меня со всех сторон окутывает его родной запах. В синих глазах генерала горит пожар.

Мы глядим друг на друга, и я не смею ни шевелиться, ни дышать.

— Тебя надо растереть, — хрипло говорит Данмар.

Кладёт жаркие ладони мне на лодыжки. Гладит. Долго, приятно, растирает. Меня почти перестаёт трясти, и я расслабляюсь.

Потом он поднимается выше, растирает голени, колени. Движется ещё выше к бёдрам — и моё сердце замирает.

Я снова дрожу, но уже не от холода.

Лицо заливает жаром. Я вся горю.

Данмар неожиданно наклоняется ко мне, мы мгновение глядим друг на друга, а затем он целует меня в губы. Глубоко и страстно, проталкивая язык в мой рот. И тихо стонет, как будто дорвался до давно желаемого.

А я ведь тоже не железная.