Глава 34

Герберт

Драконья туша была неподъёмной, тяжёлой, неповоротливой, казалось, как будто бы мне мои руки не принадлежат, плюс ещё два отростка на спине появилось.

Что за демоны, издевательство какое-то, ещё бабка с дедом, чёртовы своды подвала сделали в высоту два человеческих роста. А то не знали, что у них когда-нибудь родится дурак внук, не могли побольше размахнуться. Нет, нет…

Раудан хрустел под лапами, каменная кладка трещала, набил себе шишек, как демон знает кто, но радовало одно — я был в сознании.

В человеческом сознании.

Но в драконьем теле.

Из этого приходил к выводу, что не все потеряно, и когда, мать вашу, выбрался через ошмётки камня наружу, понял, что при приближении Анны дракона не контролирую.

Он не ненавидел её.

Он не понимал, зачем нужна эта двуногая.

Зачем вообще все это нужно?

Надо взмыть в небо.

Я из последних сил противился, крылья стучали и больно придавливали к земле, а лапы когтистые скользили по грязи и снегу.

Все-таки это ещё то издевательство, когда происходит оборот, и вот уж чего я не ожидал, что после всех подлянок, полученных от своего дракона, он вызверится и учинит такое. Но мне отчаянно не хватало времени, мне надо было поработить эту тварину. Прижать, чтобы хвост вокруг себя сложил и сидел тихонько слушал, что я ему приказываю.

А нет, дракону было плевать, в принципе, как и пару лет назад.

За тот свой проступок он поплатился.

А сейчас напитанное тело магией просто не справлялось, её было слишком много, но лучше я, чем мой сын. Лучше я, чем Руперт или Адалинда.

Я хотя бы могу оставаться в сознании, будучи в драконьем теле, только как мать вашу, вернуть бы мне своё!

Анна боялась, я тоже срался.

Не так часто приходится оборачиваться, тем более без контроля и какой-нибудь магической поддержки. Как вернуть обратно облик, не представлял, только в груди отчаянно тянуло, и нить мысли все больше и больше терялась, что говорило о том, что времени мало до того момента, когда зверь займёт полностью весь разум.

Анна боялась. Убрала детей со двора. Но боялась, а я боялся за неё, потому что эта скотина крылатая, все, что угодно могла вытворить, а Анна, как последняя дура, лезла на рожон, стояла, разговаривала.

Что она говорила?

Мне, если честно, в драконьем теле было крайне тяжело улавливать тихий голос, но скотина крылатая улавливала. И становилась…

Нет, не покладистее, она как будто бы замирала, дракону было весело и интересно, что же там, говорит двуногая? А мне было интересно, насколько меня хватит держаться в волоске от лишенного разума, и я не понимал, как мне обратно вернуться в своё тело.

Старые манускрипты, рукописи и выписки из дневников говорили о том, что это практически невозможно — воля человека должна быть в разы сильнее мощи дракона для того, чтобы произошёл обратный оборот.

Кластер магии, чистота крови, все это отвечало за то, чтобы человек мог обернуться в дракона и обратно. Я подозревал, что в моём роду было намешано до демона и больше сомнительных личностей. Ну, первый момент хотя бы того, что я вытворил почти двадцать лет назад уже о многом говорит.

Анна что-то бормотала, и, видимо, это было что-то наподобии колыбельной для зверя. Потому что дракон перестал суетиться, перестал топтаться, а я не мог взять под контроль его тело, потому что мне бы разум удержать, какой уж тут про физиологию говорить, и страшно было, что Анна подвернётся ему под лапу, либо под крыло, и её просто размажет о стену забора. И скотина крылатая прислушалась, склонила голову.

Молодец, Анна, молодец, моя девочка, не просто так, не просто так много лет назад я не смог уехать из Дринроу. Хвостом чуял, что нельзя оставить хрупкую маленькую девицу в поношенном платье с заплатками на подоле.

Чуял и не прогадал.

Жалко, что мои желания оказались немного не к месту и совсем по-дурному шли вразрез с желаниями крылатой скотины.

Но уже был благодарен за то, что она сообразила, что надо делать. Тихо, по шажочку, приближалась.

Я даже не чувствовал её прикосновения к драконьей морде, но у меня из-за этого появилось время подумать, чтобы разрешить эту нелёгкую задачку с возвратом в собственное тело.

Анна стояла, гладила дракона по морде. И в какой-то момент я стал ощущать её запах. Подснежники. И родниковая вода.

Из-за этого разум пошатнулся. У меня, в принципе, очень часто происходило такое, что тяжело было контролировать себя рядом с женщиной, которую любишь. А когда она мне наследника родила? Я думал, что с ума сойду от того, что она была на волоске от смерти.

Дракон успокаивался. Становился покладистым.

Я спокойно выдыхал, пытаясь нащупать в этой стороне отгадку. Может быть, если зверь успокоится, оборот произойдёт сам собой, но спокойствие крылатой скотине только снилось, потому что в ворота влетел господин Форест, а я не успел ничего сделать.

Дракон, чуя опасность от разъярённого мужика плюнул в него огнём. Затоптался на месте.

Я в растерянности попытался сконтролировать, как бы он не затоптал Анну, но вместо этого из клубка огня выскочил опалённый Йен, воя, и, катаясь по снегу, он пытался вытереть расплавленный металл с запястьев.

Твою ж мать, я об этом не подумал, хотя сам не больше, чем несколько лучин назад стоял и выл в драконьем пламени, ощущая, как кости трещат от того, что металл плавился и по венам разгонялся, но Форест оказался не таким слабаком, как я думал, потому что буквально как только первые секунды прошли, он подскочил и как будто бы не было этих лет в кандалах, тут же призвал магию, огненную плеть, взмахнул ею.

Анна попыталась загородить морду дракона, а дракон взмахнул крыльями.

Мне нужно было, чтобы дракон не покалечил Анну, про Фореста, ну, тут уж как придётся.

И тогда я услышал крик.

— Не смейте. Нет, нет, нет, Йен, не надо, — закричала Анна дрожащим голосом, но Форесту было плевать. Он видел перед собой дракона, он видел перед собой хищника и неконтролируемое создание. Он взмахнул плетью так, что зацепил край левого крыла.

И дракон обозлился.

Я, если честно, тоже.

Ошпарило так, как будто бы мне по лопатке саданули раскалённым клеймом.

— Леди Анна, с дороги, — рявкнул Йен, с трудом проворачивая запястье, потому что кожа взволдырилось и кости проступали на внутренней стороне руки.

— Вы не понимаете, не надо, не надо, вы его пугаете.

Чтобы кто-то напугал дракона, явно надо быть больше, чем просто королевской охраной, но зверю было этого не понять. Он видел нападение. Он видел угрозу для своей жизни, поэтому оступившись, начал двигаться на Фореста, я изо всех сил держал дракона, чтобы он не взбесился. И нет бы этому идиоту скрыться за флигелем, но нет.

Огненная плеть удлинилась в несколько раз. Стала похожей на корабельный канат, который, просвистев в воздухе. Опасно прошёлся возле чешуи по шее.

Дракон взбесился, желая ответить, но в этот момент Анна, загородив дракона собой, прокричала:

— Йен, вы делаете хуже, вы его пугаете, уйдите.

Но проблема была в том, что дракону надо было напасть, и он не смотрел под лапы, поэтому, взмахнув крылом, шагнул вперёд.

Я успел только дёрнуться, чтобы ударить по нервам и сознанию для того, чтобы остановить крылатую скотину, чтобы не причинил зло Анне, но было поздно…