Глава 16

Даша неловко повела плечиком и повозила кончиками пальцев по столешнице.

Волнуется. Марина успела изучить эту девочку как облупленную. Даша никогда не врет. Но почему-то стесняется говорить. Хорошо, пусть так. Она улыбнулась, пряча собственное волнение.

— Знаешь, мам, мы сегодня гуляли не с Денисом Захаровичем. То есть…

И пауза.

Пришлось сглотнуть. Марине стало казаться, что у нее из души вытягивается нить.

— То есть, — повторила Даша. — С Денисом Захаровичем уехала Ольга. Он ее прямо с пар забирал. Только ты пока тете Вале ничего не говори, ладно? Я обещала Оле, что не выдам ее.

И уставилась ей прямо в глаза с полудетской верой, что мама все может разрулить. Марина аж опешила. Прокашлялась, поведя шеей.

— Ладно.

А Даша выдохнула и улыбнулась:

— Хорошо, а то это не мой секрет.

Марина незаметно потерла лоб. Если дело только в этом, то не так страшно. Хотя, конечно, только этой ответственности ей не хватало, и неудобно пред Валей. А дорогому шефу Марина еще собиралась вправить мозги.

Но, похоже, она рано расслабилась. Потому что Даша сказала:

— А я сегодня была в парке с одним парнем. Мы познакомились в клубе.

Вот оно! Вот! Интуиция просто взвилась факелом.

— В клубе? — эхом выдохнула Марина.

— Да, — дочь кивнула, мечтательно улыбаясь. — Ты не подумай, он нормальный парень. Такой… С ним интересно. Но самый настоящий мажор. И спортсмен. Знаешь, он учился в штатах, только недавно приехал.

У Марины сердце оборвалось. Она медленно вдохнула воздух, спросила нейтрально:

— И как зовут этого твоего мажора?

— Ой, мама, он не мой, мы и встречались-то всего пару раз! — засмущавшись ответила Даша. — Его зовут Вова. Владимир Зарубин.

Марина так и осела на стуле, прикрыв рот ладонью.

Значит, никакой ошибки, это ее сын. Приехал, и не дал ей знать. Не позвонил, не пришел… Впрочем, это было уже не больно, все отболело пять лет назад. Марина привыкла к тому, что для сына она отработанный материал. Пустое место, балласт. Он не звонил ей больше года и в этот раз даже открытку к Рождеству забыл прислать.

Но сейчас дело было не в ней.

Она заставила себя выдавить улыбку и держаться как ни в чем не бывало.

— Вот как? — проговорила. — И что? он тебе нравится?

— Мама! — вспыхнула Даша. — Ты не подумай, ничего такого! Просто… — замялась и кивнула. — Да. Нравится.

А потом оживилась.

— Он меня к себе на Новый год приглашал. Сказал, у них будет большая компания, много молодежи. Там загородный дом, бассейн, территория…

Слушать, это все и понимать, что ее сын живет вместе с папой и его новой женой в доме его тестя, Дмитрия Ярцева, было уже выше сил. То есть, Богдан прекрасно знал, что сын приехал, и ни словом не обмолвился. Знал ли об этом Андрей Ярцев?!

Что чувствует человек, когда его режут без наркоза?

Сейчас Марина ощущала примерно то же самое. Но показать свое состояние Даше она не могла. А та рассказывала еще что-то про друга Вовы Никиту, Марина не выдержала.

— Дочь, я что-то устала, болит голова, — сказала, поднимаясь с места. — Пойду я приму душ и лягу спать.

***

Потом она стояла под душем. Вода текла на нее сверху и уходила в слив. Говорят, вода смывает все. Ничего она не смывает.

Как это так вышло-то, а?

Да, она не скрывала от дочери, что раньше у нее была другая семья. Муж и сын. Но Марина не хранила всяких там семейных альбомов, терпеть этого не могла. Они просто не касались этих тем, потому что и у нее, и у Даши в прошлом горечи и боли хватало. Зачем в этом лишний раз копаться.

А теперь это ударило тараном. Кто ж мог предположить, что будет так.

Вовке сейчас двадцать четыре, матерый лоб. Собственно, матерым он был уже в девятнадцать, когда он ничтоже сумняшеся просчитал свою выгоду и помог отцу обобрать ее. Зачем такому как он циничному пользователю наивная девчонка из колледжа, фактически бесприданница? Он же просто поиграет с ней и выбросит. Допустить, чтобы Даша попала в эти жернова, она просто не могла. Но и сказать девчонке об этом сейчас тоже не могла.

***

Все это Марина варила в себе до утра.

И утром тоже еще ни к какому решению не пришла, потому что оставалась в глубине души крохотная надежда, вдруг она все же ошиблась. Выход тут был один — увидеть все собственными глазами.

Что бы она ни говорила сейчас, какие бы ни приводила аргументы, для Даши это будут ее слова. Ее опыт и выводы.

Молодые максималисты непредсказуемы. Все они Ромео и Джульетты, когда только начинают любить. Летят как бабочки в костер. И это не перешибить ничем, пока судьба не подарит бесценный опыт жизни.

А с Дашей вообще особый случай. Марина знала, насколько эта маленькая нежная девочка упряма и какой у нее твердый характер. Она может воспринять ее слова с точностью до наоборот. Промолчит, но будет до последнего бороться за свою любовь, потому что в ее глазах он лучший.

Но было и другое.

Крохотный, эфемерный шанс, что там все по-настоящему. Ведь хочется же верить, что твой сын не конченное чудовище, что в нем еще осталось что-то человеческое. И он все-таки способен хоть кого-то любить. Тогда, начни она рассказывать сейчас, что Вовка предал ее, родную мать, она может разрушить это эфемерное.

Ох, непростая это была задача, и чувствовала себя Марина ужасно.

Потому что в глубине души на самом деле шевелилась тайная надежда, что все еще может быть хорошо. Ведь это же ее сын, ее кровь. Что бы ни произошло между ними, ничто не вырвет его из ее сердца. Но эта тайная надежда делала ее слабой, ее надо было задушить в корне. Воздушные замки, розовые мечты. Благие намерения, которыми дорога в ад вымощена.

Рассказывать, какой Вовка плохой, бессмысленно, нужно показать, чтобы Даша все поняла сама.

***

Наутро, пока Марина ехала на работу, стояла в пробке, не могла избавиться от этих мыслей. Город наряжен, у людей праздничное настроение, а у нее кошки скребут на душе.

И конечно, прежде всего она собиралась серьезно поговорить с директором. Но его сегодня на работе не было! В Питер уехал. Объяснение откладывалось. Надо ли было говорить, что из-за всего этого у Марины потом весь на день было отравленное настроение. Одно радовало, что у девочек сегодня не было пар, и Даша с Олей сидели дома.

Но это не решало главного.

Можно было бы сказать Даше, чтобы она пригласила Вову к ним, или предложить встретиться на нейтральной территории, но так она в глазах дочери будет излишне контролирующей. Нужно было обставить это по-другому. Она полдня промучилась, пытаясь найти выход.

А после обеда за ней заехал Андрей Ярцев. Если так посмотреть, они были знакомы всего ничего, но это уже превратилось в своеобразную традицию. Они сидели в небольшом тихом кафе, когда он предложил ей пойти с ним на Новый год к его брату.

— Намечается небольшое торжество, — начал он, немного хмурясь и отводя взгляд. — У молодежи там намечается своя компания, но они нам не помешают. Будет не слишком шумно.

В другое время Марина стразу насторожилась бы. Потому что слова Богдана: «Просто трофей. Он делает это только для того, чтобы…» из памяти никуда не исчезли. И да, разумеется, она спросила бы в первую очередь, зачем ему нужно это? Если он знает о том, какую роль сыграли в ее жизни Дмитрий Ярцев и его дочь.

Еще не мешало бы спросить, известно ли Андрею, что Владимир ее сын? Не может быть, чтобы он не знал об этом. И там будут Богдан с Викой. Конечно, она понимала, что ее появление в доме Ярцевых, скорее всего, обернется взрывом.

В другое время она бы категорически отказалась. Сейчас она уцепилась за эту идею мгновенно. Медленно выдохнула и улыбнулась, поправляя волосы. Он не отрываясь смотрел на нее и, видя, что она молчит, добавил:

— Уверяю тебя, там будет интересно.

О, в этом она не сомневалась. А вслух сказала:

— Хорошо. Но я буду не одна. Ты не против?

Андрей прищурился и проговорил не совсем уверенно:

— Нет. Конечно.

Ну вот, с этим неожиданно решилось.

Но нужно было еще поговорить с Дашей.

***

А у Даши было полно новостей, Марина выслушала их все. Про ребят, зачеты, и про то, что Олька потеряна для общества.

— Она целый день переписывается с Денис Захарычем. И вид у нее такой, что все понятно, — Даша блеснула глазами.

Марина подумала, что Дениса Захаровича прибьет, пусть он только из Питера вернется.

— А ты? — спросила.

— Я — хорошо, — дочь немного засмущалась. — Вова звонил, повторно пригласил встречать у них Новый год. Но я не знаю, мам, если ты против…

— Кхм-м, — Марина прокашлялась, а потом начала осторожно. — Даша, а что если мы приедем туда вдвоем?

Даша вскинула на нее взгляд. И вот сейчас самое главное:

— Просто меня тоже пригласили на Новый год в этот дом.

— Кто? — вскинулась девушка. — Погоди, дай угадаю! Это твой новый знакомый?

— Да, — Марина нервно сглотнула, пряча волнение.

А Даша просияла:

— Ну это же здорово!

Теперь оставалось всего ничего.

Дожить до завтрашнего вечера, а потом пережить этот поход в дом Ярцевых.

***

Казалось, день никогда не закончится, но пролетел до досадного быстро. Так бывает, когда предстоит то, чего хотелось бы избежать, и одновременно торопишь события. Было уже больше восьми, они с Дашей в конце концов выехали.

По дороге она в который раз за сегодня созвонилась с Андреем, он все порываться заехать за ней, но Марина не хотела. Знала, что, вероятнее всего, там не задержится. Значит, ей понадобится машина.

Когда подъезжала, позвонила еще раз.

Андрей Ярцев встречал ее у ворот.

Оглядел ее всю, шумно выдохнул:

— Прекрасно выглядишь.

— Спасибо, — Марина сдержанно улыбнулась. — А это Даша, моя дочь.

Ясно было, что удивлен, однако сразу овладел собой. Поздоровался за руку:

— Очень приятно, Даша, я Андрей, — и показал в ту сторону, где у бассейна был устроен большой павильон, расцвеченный огнями. Оттуда неслась музыка, и виднелись силуэты танцующих. — Вся молодежь веселится там. Иди прямо по дорожке. А мы будем в доме, ты легко там нас найдешь.

— Иди, дочь, — кивнула ей Марина. — Если что, я рядом.

Некоторое время смотрела ей вслед, Андрей ждал, потом пошла за ним к дому.

Переступить порог было сложно, психологический барьер.

Сродни визиту в логово чудовища. Был страх, было осознание, что ей неизбежно придется столкнуться там с бывшим мужем и его женой. Но сейчас она сознательно шла на это. И именно потому. Одевалась сегодня особо, ей нужно было выглядеть.

И да, конечно же!

Не успела она войти, почти сразу столкнулась с Богданом, он стоял в холле. Мрачный, весь напрягся, впился в нее горящим взглядом и резко сжал кулак.

Марина сухо поздоровалась и прошла мимо.

— Сюда, — негромко проговорил Андрей, показывая жестом.

Отвратительное чувство взгляда между лопаток, шаги за спиной. Нужно было дистанцироваться, она здесь не ради встречи с бывшим мужем. Ей нужно было увидеть сына, но это после. В гостиной было несколько мужчин, имен которых она не знала, и ни одной женщины. Но был Самохин. Увидел ее, сразу поздоровался:

— Мариночка! И вы здесь, безумно рад вас видеть. Вы такая красавица сегодня.

Она натянуто улыбнулась.

— Спасибо, Владислав Всеволодович, я тоже очень рада. А где ваша супруга?

— Где же ей быть? — рассмеялся тот. — Ждет меня дома.

Не нравилось Марине, что все эти солидные дядьки, слишком уж хищно смотрели и прислушивались, кое-кто даже подался ближе. И вдруг один жест, и вся они расступились. Причина стала ясна. В дальнем углу сидел мужчина, похоже, он и был тут главным хищником.

Мужчина пристально оглядел ее и обронил, покосившись на Андрея Ярцева:

— Это она?

А после поднялся с места:

— Пройдемте в кабинет.

Марина ушам своим не поверила, а мужчина снова смерил ее взглядом и сказал, обращаясь к гостям:

— Прошу простить.

— Что ты, что ты, Дмитрий Александрович, — вскинул руки Самохин. — Какие вопросы?

Остальные тоже что-то одобрительно зароптали.

Что здесь вообще происходит? Где хозяйка дома, где остальные женщины? Это сборище никак не походило на Новогодний праздник, скорее, на деловую встречу. Марина покосилась через плечо взглянуть на Андрея Ярцева, тот казался напряженным, брови сошлись на переносице. Боковым зрением заметила, что в дверях каменным изваянием застыл Богдан.

Хозяин дома, Марина уже поняла, что это и есть Дмитрий Ярцев, снисходительно усмехнулся.

— Это ненадолго. В столовой все накрыто, можете начинать без меня.

Потом повернулся к ней и знаком показал следовать за ним.

Так вышло, что о Дмитрии Ярцеве Марина была наслышана давно. Еще до того, как ее семья по его милости превратилась в руины. Но сейчас она впервые видела его вживую, и этот человек вызывал горячую неприязнь. Такую жгучую, что у нее дыхание чуть не сбилось. А он словно знал, какое воздействие оказывает, скользнул по ней взглядом и уголок его губ презрительно дернулся.

Твою мать! — мелькнуло у Марины в голове.

Хозяин жизни блядский.

Она готова была прямо сейчас развернуться и уйти. Ни при каких обстоятельствах она никогда не появилась бы в его доме ради себя. Но она была здесь не ради себя.

Поэтому она молча двинулась, куда он показывал. Андрей Ярцев двинулся вместе с ней. Хозяин дома оглянулся на него и бросил:

— Тоже решил поприсутствовать? Что ж, давай. Будет интересно.

«Уверяю тебя, там будет интересно», — мгновенно вспыхнуло в памяти. Теперь она вообще ничего не понимала. Однако они уже куда-то двигались по коридору в полном молчании. Хотелось бы, конечно, задать пару вопросов Андрею Ярцеву, но это позже, не сейчас. А впереди в двух шагах маячила крепкая фигура хозяина, даже так, на расстоянии от него фонило грубой властностью, и это вызывало в ней горячий протест.

Однако они пришли.

Дмитрий Ярцев открыл дверь и повернулся к ней:

— Прошу.

Вроде бы вежливость, на самом деле насмешка.

— Благодарю, — холодно кивнула она и прошла внутрь.

Хозяин дома вошел следом, почти вплотную. Она резко обернулась и буквально уткнулась в него взглядом, едва сдержавшись, чтобы не выругаться. Пришлось напомнить себе, для чего она здесь.

Теперь Ярцев-старший уже прошел к широкому рабочему столу и уселся в кресло, а им показал на кресла:

— Присаживайтесь.

Марина молча села в предложенное кресло. Андрей шагнул вперед.

— Что ты себе позволяешь?!

На мгновение из Дмитрия Ярцева как будто выглянул зверь.

— Ты допустил ошибку, — жестко обронил он, не повышая тона. — Ты похвастался. Надо было думать раньше, теперь не мешай.

Дико звучало! Марина невольно напряглась, гадая, что за счеты между братьями?! И какое она имеет к этому всему отношение? Теперь все воспринималось иначе, она просто отказывалась понимать, что происходит.

***

Дмитрий Ярцев знал, что у Зарубина была красивая жена, слышал от многих. В тот момент ему было срать, не его трудности. Если Богдан Зарубин готов был пойти на это — аминь.

Но он не представлял, что возрастная баба может быть такой. Сейчас он видел перед собой красавицу в строгом черном платье. Женщину из тех, над кем время не властно. Она живо напомнила Дмитрию Ярцеву ту, кого он потерял когда-то. Но та была нежной и слабой, а в этой бурлила сила.

Мужчина невольно сглотнул. Потом прошелся по ней взглядом и проговорил:

— Ну, вот ты и пришла. Долго же я этого ждал. Думал, ты явишься гораздо раньше.

***

Что говорил этот монстр? Марине показалось, что она ослышалась.

— О чем вы? Я не понимаю.

А монстр в кресле усмехнулся и подался вперед, сжимая жесткими пальцами подлокотники.

— А разве ты пришла не для того, чтобы ругаться?

Огненный протест поднялся к горлу, Марина медленно выдохнула. Не дождется он от нее эмоций. Огромного труда стоило сдержаться, но смогла.

— Извините, если разочаровала. Но я не намерена ругаться из-за того, что произошло пять лет назад.

Опять на миг в его глазах мелькнул зверь, безжалостный и опасный. Мужчина дернул уголком рта, в голосе прозвучала насмешка:

— Я уже понял, что ты бы не пришла ради Богдана. Ты здесь ради сына, ведь так?

И застыл, впившись в нее взглядом.

— Ошибаетесь, — проговорила Марина, глядя этому самодовольному монстру в глаза. — Я здесь ради дочери.

— Дочери?

— Да. У меня есть дочь, — сердце колотилось в горле, но она все еще держалась, голос не дрожал. — Но да, сына я бы хотела видеть тоже. Могу я попросить, чтобы его вызвали сюда?

— Конечно, — Дмитрий Ярцев прищурился.

Потом вдруг резко перевел взгляд на дверь. Марина оглянулась, там стоял Богдан, она и не заметила, как он вошел. Обстановка и так была давящей, а теперь ещё повеяло злым жаром.

— И ты здесь? — скрипуче рассмеялся хозяина дома, потом сухо добавил: — Ты слышал? Передай, будь добр, пусть Владимир придет сюда.

Дверь закрылась. Богдан ушел. Марина выдохнула и впервые за все это время взглянула на Андрея Ярцева.

— Пожалуйста, — попросила. — Найдите Дашу. Скажите ей, что я хочу видеть ее.

Андрей мрачно кивнул и вышел, а она на осталась с Дмитрием Ярцевым в кабинете одна и замерла в ожидании.

Вот он, момент, ради которого все затевалось, сейчас это произойдет. А дальше…

Но она ошиблась.

Первой в кабинет влетела Вика, стрельнула в нее взглядом и выдала:

— Что здесь происходит?!

Дмитрий Ярцев хмуро взглянул на дочь.

— Тебя не касается. Иди, занимайся своими гостями.

— Никуда я не пойду! Я имею право знать! — взвизгнула Вика и обернулась к Марине. — Зачем ты вызвал Володю? И почему она здесь? Что этой женщине от нас нужно?! Ей не место в нашем доме, пусть убирается туда, откуда пришла!

— Вика, замолчи, — почти не разжимая зубов, процедил Дмитрий Ярцев. — И извинись перед МОЕЙ гостьей.

— Но папа! Она же специально, из-за фирмы…

— Извинилась, быстро.

Голос звучал негромко, но сейчас хозяин дома действительно был страшен. Вика притихла, бросила злобный взгляд на Марину и прошипела:

— Прошу прощения. Я погорячилась.

Из-за фирмы? Хотелось рассмеяться. А потом встать и уйти, но у Марины тут было дело.

Что встреча с Викой будет неприятной, было ясно с самого начала. Но чтобы настолько?

Нет, грубость ее не задела, обидно не было, просто противно. Как-то слишком много злости и паники она, «несчастная брошенка», вызывала у этой молодой и успешной жены ее бывшего мужа. Марина еще помнила, как эта куколка впервые появилась в их фирме. Холеная, стервозная, наглая, привыкшая к тому, что все ее хотелки исполняются. Этот ее сияющий победный взгляд, прямо говоривший: «Я сплю с твоим мужем, и ты мне ничего не сделаешь. А я отниму у тебя все».

Была бы она тогда такой наглой, если бы не ее папаша? Который сейчас смотрел не на свою дочь, он пристально смотрел на нее, считывая эмоции. Настоящее чудовище. Но это его «МОЯ гостья» удивило.

Марина сдержанно кивнула:

— Бывает.

Секунду висела тяжелая тишина, потом Дмитрий Ярцев сказал дочери:

— Если хочешь остаться, сядь где-нибудь, и чтобы я тебя не видел и не слышал.

Вика шумно выдохнула, казалось, ее сейчас разорвет от возмущения, однако промолчала. Ушла в глубину кабинета, села в кресло у стены и смотрела оттуда волком.

— Умница, — обронил хозяин.

И не понять, к кому обращался. Потому что его взгляд опять скользил по Марине. И да, он раздражал. Но не мог отвлечь от главного.

Ожидание.

Оно казалось бесконечным, выматывало. Казалось, что из души вытягивают жилы, а пружина напряжения сжималась все сильнее и сильнее.

Почему так долго? Дом велик, но не настолько, чтобы в нем можно было заблудиться. Если только… Нет! Ей уже начало казаться что угодно, она готова была сама броситься разыскивать Дашу и сына.

Но тут в коридоре послышались шаги.

Сердце и без того уже стучало где-то в ушах, а сейчас просто ухнуло куда-то. Марина не выдержала, обернулась. Раздался щелчок, дверь открылась. Вроде бы тихий звук, а прозвучал как выстрел.

Первым вошел хмурый Богдан. Застыл на миг, залипнув на ней взглядом, но заметил в глубине кабинета жену и потемнел лицом еще больше. Потом кивнул Дмитрию Ярцеву, подался в сторону, освобождая проем и глухо обронил:

— Проходи.

Она уже знала, кто сейчас войдет, и повернулась спиной. А сын Вова, которого она не видела пять лет, вошел в кабинет.

— Вызывали, Дмитрий Александрович? — в голосе еще слышались отзвуки того веселья, из которого его выдернули. — Что-то случилось?

И тут он увидел в кресле ее.

Веселье мгновенно стухло, Владимир запнулся от неожиданности и пробормотал:

— Мама? З-здравствуй.

— Да, это я, — проговорила Марина. — Здравствуй.

— А ты… — он оглянулся, ища взглядом отца.

Как раз в этот момент дверь кабинета отворилась снова, Андрей Ярцев пропустил вперед Дашу, а сам вошел следом.

Наконец-то.

Теперь все были в сборе.