51 глава

То, с каким презрением он смотрит и говорит, выводит меня из себя.

– Могу задать тебе точно такой же вопрос, – говорю я резко. – Что ты здесь забыл?!

– Надо пообщаться, – буркает Витя.

– В восемь утра?!

– Ну... если ты к восьми утра успела смотаться до аэропорта и обратно, чтобы встретить своего нового любовничка, то и со мной поговорить силы и время найдешь.

– Не найду, – я качаю головой. – Мне это совершенно не интересно – разговаривать с тобой. Да и не о чем.

– Напоминаю – у нас есть общий сын.

– Да, с которым ты не в состоянии справиться. Говори, что у вас там опять случилось...

– Наедине, – бросает Витя.

– Нет, здесь, – отрезаю я.

Мой муженек косится на Матвея, потом на Марью, как бы намекая: разговор личный...

Тогда я прямо говорю:

– Они все знают.

– Что?! – Витя округляет глаза, видимо, пораженный, что я поделилась чем-то о Максе со своим, как он выражается, новым любовничком. – Он?!

– Да, он. Я считаю до трех – и если ты не скажешь, что вам надо, мы выпнем тебя из дома. Поверь, втроем сил точно будет достаточно. Раз...

– Даша! – с укоризной говорит Витя.

– Два...

– Ладно, я скажу. Дело в том, что Максим... он очень скучает по тебе. Конечно, он никогда в этом не признается, сама понимаешь – возраст такой, подростковый, вредный. Но это правда. Он больше не прогуливает школу, не играет в компьютерные игры, не отпрашивается к друзьям. Теперь он очень много спит или просто лежит в постели, накрывшись одеялом... Один раз вечером я слышал, как он плачет перед сном. А еще вчера он сказал мне, что не представляет, что будет дальше, если мы с тобой разведемся, и все никогда не станет так, как раньше...

Он смотрит мне в глаза – и я понимаю, что он не врет. Все, что он сказал, чистая правда. Максим действительно тоскует по мне. И действительно не хочет, чтобы мы с его отцом разводились.

А ведь времени-то прошло... сколько?! Неделя?! Всего-то!

Я только почувствовала вкус свободы, только начала строить свою жизнь заново, и вдруг... реальность спустила меня с небес.

И мне, конечно, тяжело все это слышать.

Я люблю своего сына, несмотря на то, что он неблагодарный подросток, который ненавидит делать уроки, убираться и мыться.

Ведь однажды этот подросток вырастет и все поймет... поймет же?!

Кажется, уже начал понимать!

Значит, я иду в правильном направлении.

Значит, ему нужен этот опыт, эта возможность стать более самостоятельным, ответственным, серьезным.

Но как же сделать так, чтобы он в итоге не получил психологическую травму?! Чтобы не начал ненавидеть меня?!

В первую очередь, наверное, надо поговорить с ним.

Рассказать наконец-то, почему развод его родителей неизбежен.

Наш сын ведь все еще не в курсе, что его отец изменял его матери. Думает, мы просто поссорились. Может быть, даже из-за него... Но это не так.

Витя смотрит на меня очень внимательно: явно пытается разгадать мои мысли.

Я избавляю его от такой потребности:

– Привози Максима к нам вечером.

– К вам?! – удивляется муж. – А почему ты не можешь приехать домой?!

Ответ прост: потому что если я приеду и увижу, какой срач они там устроили, то возможно, не смогу остаться в стороне, затею уборку, стирку, потом останусь на ночь, чтобы утром все закончить, а утром примусь за завтрак... В общем, нет. Нельзя, чтобы этот круговорот затянул меня обратно...

Да и какой дом?! Квартира, где я жила с мужем и сыном, мне больше не дом. Юридически-то да, конечно, и мы еще будем за нее судиться, но практически... слишком много неприятных воспоминаний я там оставила, и я не хочу к ним возвращаться.

Но Вите я во всем этом не признаюсь, конечно.

Говорю просто:

– Мне так удобнее. Ведь это вам нужна моя помощь, а не мне ваша, верно?! Значит, я и ставлю условия.

– Справедливо, конечно, – кивает муж. – Но я бы предпочел, чтобы ты вернулась домой. Как видишь, это правда нужно.

– А я бы предпочла, чтобы ты не указывал мне, что делать. Будь осторожен, а то подумаю еще, что ты мне соврал.

– Я не врал! – возмущается Витя.

– Надеюсь. А теперь – свободен.

– Ты так просто меня выставишь?!

– Да, – говорю твердо, с нажимом.

Он пять минут назад намекал мне, что надо бы поговорить наедине, а я теперь намекаю ему, что пора бы убраться подобру-поздорову.

– Ладно, – кивает Витя. – Вечером. В шесть.

– Договорились.

– А о нем, – он показывает пальцем на Матвея. – Мы еще поговорим.

– Я здесь, вообще-то, – фыркает Матвей. – Обо мне лучше говорить в моем присутствии.

– Согласна, – киваю я. – Но говорить все равно не о чем. Даже не переживай.

Витя, в последний раз зыркнув на нас полным презрения взглядом, наконец удаляется. Марья закрывает за ним дверь, а потом, с облегчением выдохнув, протягивает руку Матвею:

– Привет! Рада познакомиться!

– И я рад! – улыбается мужчина.

– Прости, – я качаю головой. – Он не должен был здесь появиться.

– Ничего страшного, это не ваша вина...

– Ты проходи, садись... будем завтракать.

– Спасибо.

– Ты, наверное, очень голодный?! – спрашивает Марья.

– Да, чертовски, – признается Матвей.

– Вот и замечательно, заодно оценишь мою стряпню... ты ведь повар!

– Буду рад. Люблю домашнюю еду.

– Отлично! – улыбается сестра, которая рада гостю не меньше, чем я.

А я сама, признаться, и вообще невольно задумываюсь о сыне, о том, как мне с ним поговорить, о том, как будут складываться наши отношения дальше...

Все это очень важно.