Глава 10

Динара Так хорошо мне не было никогда. Раньше я чувствовала Булата, слышала его дыхание, голос, теперь же видела его. Забыв обо всём, отвечала на поцелуи, таяла от ласк и ничего не могла с собой поделать. Как же я соскучилась по нему! Вместо того, чтобы оттолкнуть, я прижималась к нему, желая быть ещё ближе, слиться с ним воедино и двигаться в одном ритме. Прошлое было неважным, будущее – тоже. Миг между прошлым и будущим – жизнь, и я жила этим мигом. Поцелуи Булата были до дрожи знакомыми и словно другими. Прикосновение губ к моим обнажённым плечам, к шее… Он добрался до груди, и я громко вскрикнула, не выдержав напряжения. Ставшее неистовым до болезненности желание сковало каждую клеточку тела и опалило огнём, высвобождая удовольствие. Мечась и тяжело дыша, я обхватила плечи Булата, обвила его ногами, принимая всего, без остатка. – Дина, – просипел он, продолжая быстро двигаться. – Динка… – Голос сорвался на глухой стон. Булат вошёл в меня до конца, и его пульсация внутри отдалась во мне новой волной наслаждения. Дрожащими пальцами я дотронулась до его лица, до тёмных волос, жалея только об одном: что всё ещё не могу увидеть выражение его глаз. Порывисто склонившись, он поцеловал меня в ключицы, языком собрал с кожи испарину, поцеловал в шею и губы. Поцелуй был какой-то ненормальный, шальной, терпкий. Я погладила бывшего мужа по волосам и опустила веки. Он поцеловал меня совсем мимолётно и приподнялся. Я чувствовала его взгляд, чувствовала, что он рассматривает меня, но глаза не открывала. Пальцами он провёл от моих губ вниз – по подбородку, шее, по ложбинке между грудей, животу и остановился в самом низу, продолжая смотреть на меня. А потом вдруг резко поднялся. С тихим вздохом я откинулась на кровать и всё же открыла глаза. Прислушивалась к шагам Булата, как это было уже миллион раз, а потом повернула голову и увидела его в полумраке комнаты. – Пойдёшь в душ? – спросил он, подняв с пола джинсы и не глядя при этом на меня. – Это всё, о чём ты можешь меня спросить? Я села в постели. Прижала одеяло к груди, ощутив вдруг непонятный холодок. – Нет, не всё. Ещё немного понаблюдав за ним, я поднялась и, ничего не говоря, ушла в ванную. Там, закрывшись, снова прислушалась, но не смогла уловить ни единого звука. Я вычеркнула его из жизни. Хотела вычеркнуть. Но стоило ему появиться, и… Зашла в душевую, включила воду и выключила буквально через десять секунд. Не показалось – Булат разговаривал по телефону. Но о чём и с кем, понять было невозможно, и я опять включила душ. В зеркале мелькал мой силуэт. Тело всё ещё было до предела чувствительным, но на душе оставалась тяжесть. Почему, я объяснить не могла, но всё словно было… иллюзией. Казалось, что я вот-вот проснусь в квартире Ани. Одна. В темноте. *** Выйдя из душа, я застала Булата на балконе. Он стоял, обнажённый по пояс, несмотря на то, что на улице было уже прохладно. – Я всё. Ты пойдёшь? – Да, но позже. Он взял со столика фужер и протянул мне. – Булат… – Пила я крайне редко и мало, и он об этом знал. – Немного шампанского. У нас важный повод. Я поколебалась секунду и коснулась его бокала своим. Сделала маленький глоток. Повод действительно был. – Я получила свидетельство о разводе. – Я знаю. Я тоже. Повисла неловкость. – Но всё же шампанское у нас по другому поводу. Я пригубила ещё. – Сколько всё это стоило? – Это не имеет значения. – Так странно… – Я подошла к перилам и встала примерно в метре от бывшего мужа. – Стоило нам разойтись, ты нашёл Седакова. – Намекаешь, что если бы хотел, нашёл бы его давно? – Нет. Просто странно. – Так бывает. Я связался с ним ещё месяца три назад, но он не сразу согласился взяться за операцию. Долго изучал анализы. И вот… Я видела зелёную полоску травы и двигающиеся точки, неоновый свет, по которому можно было догадаться, что это вывеска. – Там магазин? – спросила, показав на неё. – Кафе. Называется «Кофф On». – М-м… А дальше? – Дальше продукты. Кажется, потом ещё одно кафе. Пять лет Булат был моими глазами. Первые два года одна из дома я не выходила совсем – только с ним. Цвета, люди, одежда… Он описывал мне всё, и я могла полагаться только на его восприятие мира. И верить ему, потому что другого мне не оставалось. Я быстро допила шампанское и практически тут же слегка опьянела. Захотелось спать. – Ты когда-нибудь простишь меня? – спросил Булат, прервав тишину. – За что конкретно? За то, что сбил меня и уехал? За то что весь наш брак – постановка? За любовницу? За что именно мне простить тебя, Булат? – Сама реши. – А ты считаешь, тебя можно простить? Ты бы на моём месте простил? Он забрал у меня пустой бокал, мимолётно коснувшись пальцев. Поставил на столик. Я ещё раз посмотрела на зелень, на неоновый свет и вернулась в комнату. – Ляжешь тут или в другой комнате? – донеслось мне вслед. – В другой, – ответила я и ушла во вторую спальню. Сняла халат, кинула на кресло и хотела лечь, но сперва распахнула окно. Резко захотелось, чтобы пошёл дождь – ливень с грозой, смывающий пыль и грязь, успокаивающий сердце и приносящий свежий запах озона. Но пахло пылью большого города, а дождя не предвещало ничего. *** Всю ночь мне казалось, что я слышу Булата, что он рядом, что меня окутывает его запах. Просыпалась несколько раз, но было тихо, только голоса доносились с улицы. Когда открыла глаза в очередной раз, было уже светло. Взяла телефон, чтобы проверить время, и наткнулась на уведомление о пришедшем в мессенджер сообщении от Булата. «Номер оплачен на неделю вперёд, в конверте – билет до Москвы. Это была наша последняя встреча, Динара. На жалости далеко не уедешь, а ничего другого у меня к тебе нет. Теперь меня не будет мучить чувство вины, и я женюсь на любимой девушке. На Ире. Желаю и тебе встретить того, кто будет тебя любить». Голосовушка безэмоционально читала сообщение снова и снова, слова вонзались мне в сердце, выворачивали душу наизнанку. Он женится на Ире… А я… – Ненавижу тебя! – закричала я, откинув мобильный, и зажала рот рукой, пытаясь удержать рыдания. Стиснула зубы и заскулила. Будь он проклят! Ненавижу!