Глава 17

Илья.

– Прогнемся на два процента, потеряем немного прибыли, но сохраним репутацию. Это ведь наша вина, что поставки задержали?

 – Мы согласны, наш отдел составит допсоглашение. Конфликт будет улажен.

 Юрий Васильевич передает листок бумаги, мои коллеги подписывают протокол собрания, поглядывая на часы и бросая короткие, полные ужаса взгляды в окно – там настоящая буря… Черные ветки постукивают в окно, в воздухе кружатся желто-красные листья. Интересно, как там Лада?

Я чопорно киваю коллегам, важно расписываюсь, передаю бумагу секретарю, едва скрывая распирающий душу восторг… Кажется, у меня даже морда краснеет от предвкушения…

 – Илья, останься на минутку, – просит меня Юрий Васильевич.

 Я знаю, о чем он спросит. По глазам вижу. И его полные осуждения слова готов выслушать… Видит Бог, я не планировал ничего такого… Развода и новой, неожиданной, горячей, как лава любви… Не искал ее, не ждал, не хотел… Я честно жил, любил свою Марину и растил сына… Что он хочет мне сказать? Сто раз ведь все обсуждали…

 Двери с тихим стуком закрываются, шаги наших замов стихают… Евгений Борисович – наш экономист, бросает любопытный взгляд и выходит последним.

Бросаю все тот же, полный тоски и скуки взгляд в окно, мечтая поскорее оказаться… в наспех снятой квартире…

 – Рассказывай. Марина подписала заявление на развод? Садись, не мельтеши.

 Юрий Васильевич Разумовский – мой непосредственный босс и добрый друг старше меня на десять лет. На его висках блестит седина, а в груди бьется молодое, горячее сердце… Пожалуй, он прошел со мной весь этот ужасный, полный муки путь… Неприятие, смирение, снова неприятие, борьбу, чудовищную борьбу и… Смирение с обстоятельствами.

 – Сейчас, – оживляю экран смартфона и вижу уведомление. – Да, подписала.

 – Дурак ты, Илюха. Ну зачем так быстро-то? Зачем рубить сплеча?

 Он взволнованно поглаживает аккуратную бородку и сверлит меня взглядом.

 – А как надо было? Как ты в свое время? Гулять втихую, чтобы жена не знала?

 – Да хоть бы и так! Ты уверен, что Лада – то, что тебе нужно? У вас-то и… Не было ни черта. Она то динамила тебя, то грела под крылышком.

– Юр, мы же обсуждали много раз. К чему эти разговоры? – фыркаю я, нервно перебирая лежащие на его столе карандаши. – Я не хочу обманывать Марину. И я… Я не смог на два лагеря, понимаешь? Противно лгать матери своего ребенка. Спать с ней в одной койке и ходить в постель к другой. Хотя… Ты прав… Лада та еще штучка…

 – Не подпускает к себе?

 – Нет. У нас и было-то один раз… Потом она выставила ультиматум: или я развожусь, или… Она порядочная, понимаешь? Другая бы махнула рукой на принципы, приличия и прочее, а Лада…

 – Да очнись ты, идиот, она манипулирует тобой! – хлопает по столу Юрий Васильевич.

 – Юрка, чего ты ко мне пристал? – вскакиваю я. – Маринка моя тебе нравится? Жаль ее?

 – Мне тебя, дурака, жаль. Ты это видел?

 Он оживляет пальцами экран смартфона и подносит его к моему лицу…

 – Погоди… Что это? Авария?

 – Она звонила тебе?

 – Че-ерт… Наверное. Перед собранием я оставил телефон у Лиды на столе. Юра, я поеду! Черт! Ты давно знаешь об этом?

 – Нет. Увидел в новостной ленте канала в тележке. Я на него подписан. Новость вышла двадцать минут назад. Илья, я не верю в ее порядочность и бескорыстие. Что-то в ее поведении кажется мне странным. Как ты провел ночь? Ну, говори, не стесняйся…

 – Юр, тебе нужны интимные подробности? Я не стану говорить об этом.

 Юрий жмет на кнопку переговорного устройства, просит Аню принести мой смартфон.

 – Она ждала тебя с ужином? Квартира сияла уютом и чистотой, постель была усыпана лепестками роз? Ну же…

 – Без лепестков… Все остальное было…

 – Илья, ты уверен, что стоит рушить все ради какой-то…

 – Юр, я терплю твои закидоны только потому, что ты старше. И ты мой босс. Я уважаю тебя и ценю нашу дружбу, доверие, наши беседы… Но я не позволю обесценивать свои чувства. Ты, как никто знаешь, через что мне пришлось пройти, чтобы признаться Маринке.

 – Ох, дурак…

 Двери распахиваются, в кабинет без стука врывается секретарша Юры.

 – Лидочка постеснялась принести вам смартфон, Илья Петрович, – щебечет она. – Когда ваша жена звонит, звучит песня Мурата Насырова «Я это ты, ты это я». Весь офис это знает… Вы всегда запрещали приносить телефон, если звонил кто-то другой. А на маму, на вашу маму звучит…

 – Я знаю, что там играет. Вы свободны, Анна Викторовна, – холодно произношу я, забирая из ее рук смартфон.

 Тридцать пропущенных! Трижды черт!

 – Лада, Ладушка… Что случилось? Прости, я…

 – Прости? Я хоть что-то для тебя значу, Илюш? Я, между прочим, хотела тебе сюрприз сделать и… Я в беде-е-е, – ревет она в динамик.

 – Скажи, где ты находишься, я сейчас же приеду. Прости, прости… У нас было важное, производственное совещание и…

 – Мне плевать на это! Ты обязан отвечать на мои звонки. Если мы решили жить одной семьей, то я должна быть у тебя на первом месте.

 – Где ты находишься?

 – Я не так хотела, не так… Я в больнице. А дома сюрприз…

 – В какой именно? Выезжаю.

 – Больница, где работает твоя жена.

 – Лада, мне клещами надо все из тебя вытаскивать? Какое отделение? В полиции тебя допрашивали?

 – Да. Они сейчас здесь. Приезжай, я скажу тебе, куда подойти…

 Хватаю со стула пиджак, на ходу напяливаю его. Юра преграждает мне путь, предлагает довезти…

 – Ты не в том состоянии, чтобы садиться за руль. Я помогу.

 – Юрка, я справлюсь. Проконтролируй, чтобы юристы корректно составили допсоглашение. Увидимся завтра.