Глава 26

Марина.

– Ма-ак, милый, что тебе приготовить? – мечусь по квартире в поисках щетки для волос. И угораздило меня куда-то ее засунуть… Черт!

– Мамуль, а ты куда? – выглядывает из комнаты сынуля.

– На вечеринку. У меня сегодня первый, рабочий день и… Мой новый босс – его зовут Марк Игоревич – предложил мне проставиться. Это так называется. Мы будем общаться, знакомиться, вкусно есть…

– Везет тебе. Я думал, ты в клубешник прямо с работы поедешь, – бурчит он, поправляя наушники. Из динамиков плейстейшена доносятся страшные звуки – похоже, в игре кого-то убивают…

– Я хочу переодеться. Причесаться, подкраситься… А что такое, Максим? Ты не рад меня видеть? Где, кстати, бабуля?

– Ее подружка из второго подъезда заболела. Кажется, ее тетя Дуня зовут. В общем, она попросила бабушку покормить кошку и полить цветы.

– Давай я тебе гренки пожарю, сынок? Или пельмени сварю, или… – выуживаю проклятую щетку из-под дивана. Ну как она могла там оказаться?

– Бабушка сварила плов, мамуль… Я уже поел. Привези что-то вкусное из ресторана, ладно? Пиццу или пирожное. Все, я играть…

– Уроки-то сделал?

– Давно. Собирайся уже…

Мне не помешает ледяной, отрезвляющий душ… Слишком все быстро… И прекрасно… Новая работа, приветливые коллеги, шикарный заведующий, проявляющий ко мне особое внимание, вечеринка… Кажется, жизнь налаживается… Во всяком случае, желание пересматривать «Сладкий ноябрь» у меня отпало…

Быстренько обмываюсь в душе и высушиваю волосы, завивая их в крупные пряди… Приходится провести ревизию шкафов, чтобы отыскать румяна и яркую помаду… Подчеркиваю глаза темно-серыми тенями и тушью, крашу губы… Давно я так не старалась… Для себя – не для какого-то левого мужика…

Надеваю черные, кожаные брюки и темно-красную блузку свободного кроя… Усмехаюсь, вспоминая тот злополучный день, когда скупила кучу красных вещей… Почти все я спрятала с глаз долой, а эта вещица прижилась в моем гардеробе. Завершаю образ, застегивая кожаный, широкий ремень на талии и надевая крупные аксессуары – браслеты, колье и серьги… Сглатываю подступившую тошноту и задерживаю дыхание… И лишь тогда брызгаю духи в ямку на шее…

Черт… Неправильно все это… Нужно рассказать Марку о беременности, пусть хотя бы он знает…

– Максюша, я пошла. Буду поздно, – кричу, надевая черные, замшевые ботильоны с широким голенищем – их я тоже купила на прощальную стипендию предателя-мужа…

– Оторвись там, как следует, мамуль…

Снимаю пальто с вешалки, вздрагивая от оглушительного звонка в домофон… Мама? Она бы вошла, используя свой ключ…

– Кто там?

Интуиция истошно орет, предупреждая об опасности… Илье и отвечать не нужно – я знаю, что это он… Кажется, всё чувствует, что явился хозяин – холодильник начинает гудеть особенно громко, створка окна хлопает от порыва ветра… Дом будто двигается, вибрирует… Или это я не нахожу себе места?

Похоже, я готова головой биться о стенку… Для чего он пришел? Скандалить? Спорить, выгонять нас из квартиры? Ну, да, его девка беременна, а малышу нужны хорошие условия… Пока он поднимается, меня не по-детски корежит…

Вот бы провалиться под землю… Мамочки, а ведь все так хорошо начиналось? Рабочий суетливый день, операции, общение…

– О… Марина? – удивленно произносит он, входя в прихожую. – Привет, ты… Ты прекрасно выглядишь? А ты… Макс сказал, что…

– Здравствуй, Илья. А вы договаривались? Я… Я уже убегаю. У нас с коллегами вечеринка.

Он смотрит на меня из-под тяжело опущенных век… Пахнет от него хорошо… Спокойный, немного уставший и все еще мой… Илья вешает куртку, сбрасывает ботинки. Никуда не спешит. Смотрит на меня, молчит. Не оправдывается, ни о чем не спрашивает… Наблюдает. Или изучает? Я помню тот проклятый вечер, когда он сказал мне о Ладе… Я полезла, чтобы его поцеловать…

– Новая работа?

– Да. Через две недели иду на повышение квалификации. Меня взяли хирургом в частную клинику.

– Понятно, – протягивает он, замирая. Словно боясь нарушить хрупкое, едва уловимое перемирие между нами. – Я очень рад, Мариш. Правда… ты умница.

– Как твои дела, Илья? – не выдерживаю я.

– Сносно… Ты, наверное, все знаешь?

– Да уж… Пресса гудит. Не скажу, что мне жаль, но… Мне жаль женщину, которую сбила твоя Лада. И… – машу руками, предвосхищая его попытку оправдать эту дрянь. – Записи с камер гуляют по интернету. Если ты не видел, погляди. У той женщины больная дочь и маленькая внучка… Им очень тяжело жилось до аварии. А сейчас… Илья, я понимаю твою попытку оправдать любимую женщину, но… Помоги этим людям. Не ради Лады – ради справедливости…

– Спасибо, Марин. Ты всегда умела поддержать меня. Мариш, ты…

– Мне пора, Илья. Если ты голоден, поешьте с Максом. И не вздумай оставаться у нас.