Глава 5

У меня темнеет в глазах, и кажется, что еще полсекунды и я точно упаду прямо перед ними. Кабинет будто становится нереальным, стены плывут, и единственное, что остается в фокусе — это ее рука.

Эти тонкие, белоснежные пальчики и нежное кольцо на них!

Я смотрю на него, и внутри что-то ломается с сухим, болезненным треском.

— Откуда… — пытаюсь произнести я, но голос будто больше мне не принадлежит.

Он пустой, сорванный, будто не мой. — Откуда у тебя это кольцо?

Я перевожу взгляд на Абсалама, ожидая, что он хоть как-то объяснится! Сердце колотится так, что становится больно.

— Почему оно у нее?..

Абсалам удивленно поднимает бровь и отвечает так уверено, что у меня на секунду закрадываются сомнения в собственной адекватности.

— Я на понимаю, что за претензии в твоем тоне, Аля? Это кольцо моей матери. Ей оно досталось от бабушки.

Внутри меня что-то взрывается от его слов сказанных с таким спокойным равнодушием. Взрывается не громко, нет, наоборот, оглушающе тихо. Будто внутри рушится невидимая опора, на которой держалась вся моя жизнь.

— Нет… — произношу почти шепот, но потом в голосе появляется сила. — Нет! Абсалам, этого не может быть! Это какая-то ошибка!

Я еще раз перевожу взгляд на кольцо, которое сейчас игриво поблёскивает на руках любовница моего мужа.

— Это кольцо было последним подарком моей матери перед смертью! Я не спутаю его с другим! Никогда!

Я перестаю себя контролировать. Меня накрывает волна отчаяния. Ноги подкашиваются, но я делаю шаг вперед. Потом еще один. Тянусь к ее руке, к этому проклятому кольцу, будто если прикоснусь — верну себе хоть кусочек прошлого. Маму. Себя. Время, когда все было просто и понятно.

— Ну вот же… вот даже видно, что я микро скол на камне!… — голос дрожит. — Это было, когда мы ходили в горы и…

Я тянусь к ней, чтобы прикоснуться к крохотному камню, когда Дилара вдруг отдергивает от меня руку, словно боится обжечься.

— Ой, нет, — блондинка резко отступает, прижимая руку к груди, будто я не чем-то до смерти напугала.

Глаза у нее широко распахнуты, губы дрожат.

— Пожалуйста, не трогай. Этот подарок Абсалама очень важен для меня, я бы не хотела, чтобы кто-то еще к нему прикасался.

Я выдыхаю.

Это еще, что за условия⁈

Она появилась в моей жизни пятнадцать минут назад, а теперь смеет качать права⁈

Это просто какая-то наглость.

Я поворачиваюсь к Абсаламу, ожидая от него финального решения.

Он всегда был справедлив, рассудителен, всегда смотрел на факты. Он не может сейчас не быть на моей стороне.

— Это какой-то абсурд! — я снова делаю шаг. — Я хранила его в шкатулке. В нашей спальне! Я знаю это кольцо лучше, чем ювелир, который его делал! Каждую царапину, каждый изгиб! Это оно! Я могу это доказать, если вы просто дадите мне его в руки.

Я понимаю, что больше не могу сдерживаться. Слезы текут сами. Шок накрывает плотным, удушающим одеялом. У меня отнимают не просто вещь, а забирают память. Последнюю ниточку, связывающую меня с мамой.

— Аля, хватит! — голос Абсалама беспощадно разрезает воздух, — это уже переходит все границы! Я знал, что ты отреагирую эмоционально, чтобы обвинять нас воровстве…!

Он поворачивается к Диларе. Сейчас в его взгляде нет ничего кроме раздражения.

— Дилара, выйди, пожалуйста. Я хочу поговорить с Алей наедине.

Она не на секунду не спорит. Но мгновение улыбается, затем покорно кивает

— Конечно, милый, я буду ждать за дверь, — её улыбка становится шире, она бросает короткий взгляд на меня. — пожалуйста, не нужно спорить. Уверена, что Абсалам хочет для тебя только лучшего.

Она снова кивает моему мужу и спешит выйти за дверь, словно боится оставаться с ним в одном помещении.

Дверь закрывается с глухим щелчком, я понимаю, что мы остались вдвоём

Может быть сейчас у меня будет шанс его переубедить?

— Это мое… честно, Абсалам, — говорю я, но не узнаю свой голос. —

Пожалуйста… поверь мне.

Он смотрит на меня несколько секунд. Так, словно сканирует насквозь, пока я глотаю слёзы и не могу заставить себя пошевелиться. А потом…

Я даже не успеваю опомниться, как он резко прижимает меня к стене, и дышать становится ещё сложнее Воздух выбивает из легких.

Холодная поверхность впивается в спину, и я чувствую себя маленькой, беспомощной, загнанной.

— Что ты тут устроила? — цедит он. — Ты понимаешь, как ты выглядишь?

— Я не понимаю… — всхлипываю. — Я правда не понимаю, что происходит…

— Я выбрал эту женщину, — говорит он жестко. — А ты сомневаешься в моем выборе.

Он наклоняется ближе, и его взгляд давит сильнее стены.

— Без меня у тебя бы ничего не было, Аля. Ни этой жизни. Ни этого дома. Ни этого кольца.

Я не могу больше слушать его. Каждое слово, будто удар ножом в сердце.

— Где твоя благодарность? Я ее что-то не вижу.

Мне кажется, что внутри меня что-то окончательно ломается. Я отстраняюсь, пытаюсь снять дрожь.

— Абсалам, дело не в благодарности, я просто не понимаю, почему тебе нужен кто-то еще⁈ Неужели… неужели меня тебе мало?

Он устало вздыхает.

— Нет, Аля. Не мало. Просто вы совершенно разные. А я люблю разнообразие и не готов себя ограничивать.

Я сглатывая. Слова мужа окончательно убивают что-то важное и значимое внутри меня.

— Значит, значит ты действительно хочешь быть с ней?

— Да, так и есть. И я рад, что ты начала это понимать, — обрывает он.

Голос ровный. Без эмоций.

— Сегодня я познакомлю Дилару с семьей. И надеюсь, что ты не будешь закатывать истерик, а начнешь вести себя так, как подобает нормальной жене.