17

Тая

Вечером у моей принцессы началась самая настоящая истерика.

Знаете, как бывает у детей? Может, слишком много эмоций, не знаю, но я никак не могла ее успокоить. Она кричала без остановки.

Я написала Артему, что свидание отменяется, он написал, что ничего страшного. А через час приехал в квартиру.

Юния не слезала с моих рук, я открыла дверь, держа ее одной рукой.

— Привет, — удивилась я, увидев Темку.

Отошла в сторону, пропуская мужчину внутрь.

Артем высокий, широкоплечий блондин, ему тридцать три, он не был женат, детей нет. Мне очень нравится в нем его спокойствие. Я не знаю, как это объяснить, но когда он рядом, я спокойна.

— Привет, вас слышно на подходе к подъезду, — улыбается.

— Да, наследница моя без настроения, — нервно улыбаюсь, перехватывая Юну.

— Давайте разбираться, что к чему, — Артем тянется за моей дочкой, а моей первой реакцией было желание отойти от него, спрятать Юну.

Я понимаю, что оно абсолютно иррациональное. Артему очень нравится Юния, и это взаимно. Я вижу, как дочь привыкла к нему и считает «своим» человеком. Мне очень тяжело смотреть на это. Потому что я не знаю, задержится ли Артем в наших жизнях. Я не хочу, чтобы малышка потом плакала и тосковала по нему. Сейчас все сводится только к Юне, ее безопасности и чувствам. Она — самое важное, что есть в моей жизни.

Изначально я не хотела, чтобы Тема вообще с ней знакомился. Но пару месяцев назад я была с ним на свидании, позвонила Ира в панике, сказала, что они с Юнией были на площадке и она упала, разбив колено, они поехали в больницу. В тот момент у меня вся жизнь перед глазами пролетела. Я понимаю, что это нормально, когда дети падают, разбивают коленки, это часть взросления. Но я из тех самых тревожных мамочек. Если бы не Артем, я бы, наверное, с ума сошла. Он забрал телефон, спокойно поговорил с Ирой и отвез в больницу.

С тех пор Ирка топит за него. Да и Юния в восторге от Артема. И я тоже.

Но как же мне страшно! Кто бы знал. Без чувств легче. Точнее, без любви. Не нужна она. Слишком сильное чувство. Не обязательно чувствовать любовь, чтобы человек нравился. Есть другие чувства, более важные: уважение, преданность, доверие. Вот с последним у меня тоже проблемы.

Юния замечает Артема и уже сама тянется к нему. Мужчина забирает ее, дочь утыкается в его грудь и ревет. Он гладит ее по спине, что-то говорит, а через время доча успокаивается. Эта картина разбивает мое сердце. Это ненормально. У нее есть родной отец, это он должен быть на месте Артема. Я тут же обрываю свои мысли.

— Боже, ты настоящий герой, — улыбаюсь.

Мы заходим в гостиную, и Тема с Юнией садятся на диван, точнее, он на диван, а дочь висит на мужчине.

— Юна, иди к маме, — говорю я, протягивая руки.

— Неть, — было мне ответом.

— Тоже хочешь на ручки? — спрашивает Артем с игривой улыбкой, а потом хлопает по свободной ноге. — Садись.

Я тут же вспыхиваю, потому что перед глазами картинки восемнадцать плюс. Наверное, подруга права, мне срочно нужно отдаться Артему. Мужчина видит выражение моего лица и начинает смеяться.

— Кофе будешь?

— Только кофе предлагаешь? — дергает бровью.

— Прекрати, — сама начинаю смеяться.

Я и не думала, что мне настолько нравится флиртовать.

— Тогда давай кофе.

Я иду на кухню, можно даже сказать, сбегаю. Джеррик топает за мной. Я глажу пса по холке.

— Наконец-то тишина, да? — спрашиваю у него.

Джерри тяжело вздыхает. Я улыбаюсь. Такой хороший друг.

Он не отходил от меня всю беременность, а когда Юния родилась, я поняла, что у нее тоже появился верный друг и защитник. Мне иногда кажется, что Джерри более надежный родитель, чем я.

Я отношу кофе в гостиную и поглядываю на Джеррика, он переминается с лапы на лапу у входной двери. С ним нужно погулять.

Подхожу к комнате Ирки и тихо стучу, заглядываю внутрь. Подруга лежит, растянувшись на кровати, в наушниках и смотрит что-то на планшете. Замечает меня и снимает наушники.

— Это что, тишина? — округляет глаза. — Ты дала Юне антигистаминные?

У моей дочки реакция на препараты от аллергии, она от них спит по двадцать часов в день! Мы заметили совершенно случайно. И каждый раз, когда она капризничает, Ирка в шутку предлагает напоить ее ими.

— Ира, — вомущаюсь.

Она поднимает руки вверх, как бы говоря, что неудачная шутка.

— А чего тишина?

— Артем пришел.

— Я так и подумала. По нему видно, что он знает, как себя с дамами вести.

— Погуляешь с Джерри? — спрашиваю с надеждой, заранее зная ответ.

— Нет. Он же будет делать свои грязные дела. С утра — пожалуйста, а вечером — сама.

— Ну, Ира-а.

— Ну, Тая-а!

— Хорошо. Только выйди в зал, пожалуйста!

Я закрыла за собой дверь и вернулась к Артему с дочкой.

— Тем, я схожу с Джерри на улицу быстро? А то парень уже не может. С вами Ирка посидит, будет на подхвате.

— Иди, а мы пока посмотрим «Малышариков», — говорит серьезно.

— Я же говорила, что ты втянешься! Это ты еще «Синий трактор» не видел, — отвечаю.

Он делает такое лицо, что я начинаю смеяться в голос. Подхожу и быстро целую Тему в губы.

— Можно без «трактора»? — спрашивает он.

— Нельзя, Артем. Все должны пройти через: 'По полям, по полям

Синий трактор едет к нам', — начинаю напевать песню.

Юния сразу подхватывает ее и начинает требовать, чтобы ей включили одноименный мультик.

— Ты сам решил прийти, — пожимаю плечами, а потом беру поводок, и мы с Джерриком уходим.