Глава 3. Валерия

Глава 3. Валерия

Сердце падает куда-то ниже шезлонга. Грудь обдает кипятком. Чувствую, что воздуха не хватает. Медленно вдыхаю, стараясь справиться с эмоциями, которые переполняют меня изнутри.

Еще секунду назад мне казалось, что я не смогу находиться рядом с бывшим. Но это ничто по сравнению с тем, что в Турцию прилетела его гадина!

— Сашуля... — тянет она, подойдя ближе к нам, а потом переводит взгляд на меня. — Здрасьте.

В этот момент мне кажется, что три года без Саши пронеслись куда-то мимо. Их как будто и не было. Потому что — вот он самодовольный Князев сидит собственной персоной на соседнем шезлонге. А рядом снова две бабы. Только теперь я — бывшая! Ненавижу!

— Полина, познакомься... кхм... с Валерией, — кажется, что даже Саше становится не по себе. Хотя вид у него вполне невозмутимый. Ощущение, что каждый день проводит в обществе бывшей и будущей.

— Очень приятно, — ее писклявый голосок режет мне слух.

Я невольно морщусь и молчу. Потому что мне не приятно!

Пытаюсь дышать размеренно, усмиряя бурю обрушившихся эмоций.

— Князев! Ты и ее притащил сюда?! Зачем?! — смотрю на бывшего с гневом в глазах. Не могу справиться со злостью, бушующей внутри.

— Полина никогда не была в Турции. К тому же... Лер, мы живем вместе, — спокойно объясняет он.

Его тон такой же спокойный как тогда — три года назад — когда он меня бросил ради своей молодой любовницы.

Смотрю на эту... Полину. Ей двадцать семь лет. А когда она спуталась с моим мужем, то было двадцать четыре.

Длинные стройные ноги, коротенькая юбочка, едва прикрывающая пятую точку... Ну прямо все, как любит Князев.

— Так что же ты не свозил за три года ни разу Полину в Турцию? — ехидно спрашиваю. — Экономишь?

— Лерочка, тебе не идет быть язвой... Уж я то это знаю, — Саша ухмыляется и слегка прищуривается, бесцеремонно продолжая меня разглядывать.

Полина молчит, хлопает своими огромными, явно накладными ресницами.

Его насмешливый тон и торжествующий взгляд говорят яснее всяких слов — он наслаждается моим замешательством.

— Пожалуй, вернусь в дом. Жарко стало! — встаю с шезлонга прямо перед лицом мужа.

Раньше ему нравилась моя фигура... Давно, лет эдак десять назад.

Потом я наела лишних 5-7 килограммов. Наивно считала, что Саша будет любить меня всегда такую как есть. А Князев выбрал худосочную брюнетку, напоминающую гладильную доску.

Первое желание — скорее накинуть парео. Беру его в руки и... остаюсь в одном лишь купальнике.

Поворачиваюсь к Саше "зачетной" задницей и с гордой походкой иду в дом.

Пусть полюбуется тем, что потерял. Да, у меня не осиная талия как у Полины, зато есть что-то настоящее, женственное. Округлости, изгибы — все то, от чего он с ума сходил раньше.

Краем глаза замечаю, как он провожает меня взглядом. Что, дорогой, зацепило? Я уже не та забитая женщина, готовая комплексовать из-за каждого лишнего сантиметра. Пора показать тебе, что твоя "полноватая" жена может быть чертовски привлекательной.

В доме останавливаюсь у зеркала. Смотрю на свое отражение — упругие бедра, красивая грудь, плавные линии фигуры. Да, я не модель с обложки, но я настоящая. И кажется, пришло время напомнить об этом не только Саше, но и самой себе.

Быстро поднимаюсь в спальню. Принимаю душ. Прохладные струи воды вытесняют из сознания образ бывшего мужа. Но стоит только выключить напор, как тут же вспоминаю, что где-то за стенкой Саша со своей молодой любовницей.

Прошло три года. Они живут вместе. А для меня Полина так и осталась любовницей — наглой гадиной, которая влезла в чужую семью.

Вытираюсь полотенцем, вглядываясь в запотевшее зеркало. Три года... А боль все еще свежая, словно вчера узнала об их связи.

Полина устроилась секретарем к моему мужу, а сама методично окручивала его. Корпоративы, деловые встречи, случайные совещания — она использовала любую возможность оказаться рядом с ним. А я, дура, ничего не замечала. Верила, что у нас крепкая семья, что двадцать лет брака — это фундамент, который не пошатнуть.

Расчесываю влажные волосы, и горькая усмешка искривляет губы. Помню, как Саша объяснял свой уход — "она понимает меня лучше", "с ней я чувствую себя молодым". Банальные оправдания женатого мужчины, променявшего семью на молоденькую любовницу.

Переодеваюсь в зеленый сарафан. В этот момент в дверь робко стучат. И просовывается голова Насти. Вид — заранее виноватый. Потому что знает, что я буду ее ругать.

— Насть, ты зачем папу позвала?! — начинаю сразу.

— Мам, но это же и его внук, — дочка входит в комнату и садится на кровать.

— Он еще и с любовницей приехал! — оборачиваюсь к Насте. Хочется кричать на весь дом, как сильно я ненавижу Князева. Вовремя вспоминаю, что он ее отец.

— Мам, Полина — не любовница...

— А кто? — ехидно спрашиваю. — Насколько я помню, твой отец так и не женился на ней.

До сих пор не понимаю, почему Князев не узаконил отношения со своей малолеткой. Но это сильно греет мне душу.

— Мам, это уже в прошлом, — Настя устало трет виски. — Я знаю, как тебе больно, но прошло уже три года. И я хочу, чтобы мой ребенок знал бабушку и дедушку.

— Значит, теперь я должна терпеть их обоих? — голос предательски дрожит от злости. — Я должна под одной крышей жить с любовницей твоего отца?! Насть, ты в своем уме?!

— Мама! — Настя поднимается и берет меня за руки. — Ты сильная женщина. Ты прекрасно справилась после развода. У тебя своя жизнь, успешная работа. Мы же не чужие люди... Мы одна семья! А ты потрясающе выглядишь! Нечего прятаться!

Смотрю в глаза дочери — такие же серо-голубые, как у Саши. Как объяснить ей, что каждый взгляд на эту парочку возвращает меня в тот день, когда мой мир рухнул?

— И вообще, — Настя хитро улыбается, — ты видела, как папа смотрел на тебя сегодня у бассейна? Полина чуть не позеленела от злости.

— Прекрати, — отмахиваюсь я, но внутри что-то предательски теплеет. — Меня не интересует, кто и как на меня смотрит.

— Конечно-конечно, — дочь подмигивает. — Только знаешь... может, пора показать им обоим, что ты давно переросла роль брошенной жены?

— Насть, я никому и ничего не собираюсь доказывать! — говорю гордо.

Спускаемся с дочерью в гостиную. Там сидит Денис, Полина и Князев, который держит на руках нашего внука.

Смотрю на его лицо и сердце нещадно щемит.

Саша внезапно поднимает глаза от малыша. Наши взгляды встречаются.

Воздух напряжен до предела.

— Ну что, Лер, теперь ты бабуся, — нагло ухмыляется бывший. А мне хочется треснуть по его лоснящейся роже. Ненавижу!