Эпилог

10 лет спустя

Голубая ауди неспешно катилась по заасфальтированной проселочной дороге. Ульяна и так выехала раньше, чем было нужно. Лишь в машине увидела сообщение от школьного куратора, что старшего сына оставили после занятий в качестве наказания за драку с другим мальчиком. Ничего серьезного, но воспитательная беседа была необходима. А младшая дочь категорически отказалась оставлять брата одного. Видимо, наказание отбывают оба.

Уля не стала перезванивать в школу. На месте выяснит, что произошло. Правда, ее материнское сердце подсказывало, что всё точно было не так, как ей написали. Ничего, она разберется. Не первый раз. И не последний. Когда тебе почти тридцать пять, на многие вещи смотришь спокойнее. Но мужу она обязательно всё расскажет. Когда-то давным-давно они с Гордеевым договорились, что не будут ничего скрывать друг от друга в воспитании детей. Пока получалось.

Их старший, Петя. родился через год после того как они снова поженились. На этот раз свадьбу сделали настоящую. Но для себя - даже родителей Игоря не позвали. С ними отношения более ли менее наладились только после рождения Сонечки. У них с Петькой разница чуть больше года. Но в этой банде непререкаемый лидер тоненькая хрупкая Соня.

Они с Гордеевым так и не могли до сих пор понять, в кого их дочь такая боевая.

Сегодня у Ули выходной. По сути, единственный на неделе. Поэтому она и ехала сейчас за детьми из дома, а не из своего цеха, который выкупила три года назад. Он располагался у МКАДа. Уле обычно хватало полчаса по скоростной дороге, чтобы домчаться из дома до своей работы. Комфортное место во всех смыслах. И намного дешевле, чем выкупать площадь в городе. Удобная транспортная развязка. Даже до центра Москвы с его вечными пробками можно было добраться общественным транспортом часа за два.

Курьеры, кстати, у Ульяны были свои. Недешевое удовольствие, но по крайней мере она могла контролировать всё от и до. Вообще, занимаясь премиальными сладостями больше 10 лет, она четко уяснила, что настоящий люкс – это роскошь не отдавать какие-либо бизнес-цепочки на аутсорсинг. Конечно, дешевле и экономически выгоднее скинуть доставку на какую-нибудь курьерскую службу. Но Уля работала на безупречное качество. Ее имя уже превратилось в бренд, который был хорошо известен среди ценителей изысканных десертов.

Уже перед тем как Уля подъезжала к школе, позвонил Игорь. На экране телефона высветилось его улыбающееся лицо.

- Привет, жена, - услышала она бодрый голос. - Забрала мелких из школы?

- Только подъезжаю, - Уля улыбнулась. – Ты когда дома будешь, пропащий мой? А то дети скоро забудут, как папа выглядит.

- Меня нет только неделю. - Гордеев попытался оправдаться. – И ты же знаешь, я не отдыхать уехал.

- Это мы дома решим. – И добавила уже другим, серьезным тоном: - Мы соскучились, Гордеев. И у нас опять драка.

- Сонька снова отметелила Ерохина? А Петя взял на себя вину?

- Уверена, что так и было. Но Ерохин же никогда не признается, что его бьет девчонка. Может быть, мы все-таки рано отдали их на борьбу?

- Ну, во-первых, ты сама решила, что девочка обязана себя защищать. Во-вторых, разница в характерах. Но всё ещё может поменяться, и не раз. Ерохин не пострадал? Или мне опять ждать разборок с его папашей?

- Как я поняла, ничего серьезного. Ладно, ты когда приезжаешь?

- Сегодня вечером, как и обещал. Сделка закрыта, документы подписаны. Так что теперь я официально безработный.

- Поздравляю!, - искренне обрадовалась Уля. - Наконец-то отдохнешь!

- И буду жить на доходы жены. Давно мечтал был альфонсом.

- Ты это заслужил, - засмеялась Уля.- Но на много не рассчитывай. Будешь отрабатывать каждый потраченный на тебя рубль.

Гордеев расхохотался.

- Чувствуется железная хватка. Волнуешься?

- Очень.

Уля сразу поняла, о чем спрашивает ее муж.

– Игорь, я до сих пор не уверена, что мы правильно сделали, решив открыть бутик в центре Москвы. Это уже совсем другой уровень.

- Ты давно этого хотела. Да, жизнь изменится. Но у тебя есть мы. У тебя есть я. Возьму на себя всю логистику. А сколько у меня опыта в работе с налоговой и другими госорганами!

Уля невольно хмыкнула.

- Да уж, как вспомнишь - так вздрогнешь. Ладно, поговорим дома. Пойду забирать наши вояк. Да, и мы приедем тебя встречать в аэропорт. С утра только о тебе и был разговор в детской.

- Вот это сюрприз! Я вам тоже подарки везу.

- Себя, главное, привези. Всё, мне пора. Целую!

- Люблю тебя.

- И я.

Ульяна еще несколько секунд смотрела на погасший экран телефона и счастливо улыбалась.

Десять лет… Десять счастливых лет. Каждый день она просыпалась и засыпала, благодаря бога за ту жизнь, которую он ей дал. За самого лучшего, любимого мужчину, который всегда был рядом. Был ее опорой и поддержкой. Верил в не тогда, когда она сама в себя не верила. Который, приходя уставшим домой, брал на руки детей и терпеливо слушал всё, что у нее накопилось за день.

А было непросто. Они и правда купили дом после того как опять поженились. Купили здесь, в Подмосковье. А, значит, Уля снова начала всё с нуля. Новые клиенты, новые помощники, новое оборудование. И беременность. Сначала первая, потом, почти сразу – вторая.

Конечно, у нее были няни, помощницы по дому. Но она всё равно разрывалась. В ней проснулся тот самый перфекционизм, который постоянно шептал, что она недостаточно хорошая мать, не лучшая жена и плохой повар. И только Гордеев знал, чего ей стоило снова поверить в себя и не впасть в депрессию.

Уля закрыла машину и не торопясь пошла к ярко окрашенному двухэтажному зданию. Открыла калитку. На ступеньках уже стояли одетые Гордеевы-младшие. Сонька едва доходила до плеча своего старшего брата. Одного взгляда Уле хватило, чтобы понять: дети в порядке. И, судя по довольным физиономиям, не испытывают никаких угрызений совести. Рядом с ними стояла та самая кураторша, которая, как по часам, два раза в месяц жаловалась Уле на ее детей. И ведь знала же, что Ерохин сам задирается. И колотит всех подряд. Кроме Соньки, разумеется.

Дети радостно сбежали со ступенек школы и бросились к маме.

Уля обняла их, молча посмотрела сначала на сына, потом на дочь.

- Бегите в машину.

Она обернулась, щелкнула брелоком. Фары на ее ауди призывно моргнули.

К Гордеевым уже подходила школьная кураторша. Дети, не сговариваясь, припустили к машине.

- Ульяна Сергеевна, - завела привычный разговор представительница учебного заведения. – Мама Димы Ерохина очень недовольна тем, что ваш Петя снова с ним подрался. У мальчика может быть нервный срыв. Ситуация возмутительная!

- Полностью с вами согласна, - не дрогнув, ответила Уля. – Алла Ильинична, давайте серьезно разбираться в ситуации. Нас тоже совершенно не устраивает, что Петю выставляют хулиганом. Как я понимаю, никто из других детей на моего сына не жалуется. Только Ерохин, верно?

- Да, - непонимающе ответила кураторша.

- Но зато они жалуются на Ерохина.

- Вы должны войти в положение этой семьи. Родители на грани развода. Мальчику очень нелегко дома.

Уля могла многое ответить и про развод, и про родителей Ерохина, и про самого Диму. Но вместо этого сказала то, чему научилась, когда получала год назад свою магистерскую степень в области управления.

- Давайте рассмотрим эту ситуацию в комплексе. Нам ведь важно решить проблему по существу. А значит соберем всех детей и их родителей, которые сталкивались с агрессией со стороны Димы Ерохина. Я знаю как минимум семерых родителей, которые готовы вынести эту тему на общее обсуждение с директором школы. Можем также привлечь представителей департамента образования.

Алла Ильинична посерела. Так, видимо, с ней никто не разговаривал. Но Уля не собиралась дружить со школой в ущерб своим детям.

Школ много, а дети у нее одни.

- Но зачем же сразу к директору школы. Ситуация не так критична. Просто поговорите со своими детьми.

- Нет. Проблему надо решать. И без Ерохиных мы здесь не обойдемся. Вам будет удобно завтра встретиться по этому вопросу с моим мужем?

Кураторша лишь пожала плечами.

- Ну и отлично. – Игорь вам завтра перезвонит.

Попрощавшись, Ульяна пошла к машине. Дети сидели притихшие.

- Ну, кто начнет, - спросила она ровным голосом, глядя в зеркальце заднего вида.

Соня была ее точной копией. Разве что глаза серые, отцовские. Но, конечно, Уля в школе была куда более скромной и застенчивой. Эти качества ее дочь точно не унаследовала.

- Мам, Ерохин – полный отстой, - начала дочь. – Он сам полез к Дашке Мельниковой, отобрал у нее пенал со стикерами. И что, мне надо было стоять и смотреть на это?

- Ну я так и знала. Петь, а ты где был?

- У нас уроки на втором этаже. Я прибежал сразу, как услышал, как Ерошка орет. Ну и поддал разок. Мам, совсем чуть-чуть. И Сонька его только один раз на пол кинула.

Уля медленно досчитала про себя до десяти. Потом выдохнула и таким же ровным тоном сказала:

- Папа сегодня приезжает. Вот ему всё и расскажете. – Ее голос перекрыл детский радостный ор. Больше эту тему они не обсуждали.

Дома Уля покормила детей обедом, а потом со спокойной душой передала их приходящим репетиторам, которые занимались с ними по всем предметам. А сама снова вернулась к расчетам.

Она долго откладывала открытие собственного офлайн-бутика. Понимала, что если когда-нибудь решится на такое, это должен быть топ. Никаких компромиссов с качеством. Безукоризненное обслуживание. Индивидуальный подход к каждому клиенту. А значит выкладываться и здесь придется по полной.

Конечно, без поддержки Игоря ничего бы не получилось. Он давно хотел продать свой криптобизнес. Последние полгода активно искал покупателей. И нашел.

Сегодня последние документы подписаны. Основную сумму Гордеев получил еще раньше. В принципе они могли бы уже никогда не работать. Жить спокойно на пассивный доход, как настоящие рантье. Но оба этого не хотели. И теперь у них начинается новая жизнь. Снова.

- Да, Гордеев,- вздохнула Уля, мысленно обращаясь к мужу. - Никогда у нас скучно не бывает.

К шести вечера приехал их семейный водитель и отвез Ульяну с детьми в Шереметьево. Самолет из Дубая приземлился вовремя.

- Мам, а почему папа еще не вышел?,- спросил Петя. И, не дождавшись ответа, принялся названивать отцу.

- Па-аап! Папа!, - завизжала Сонька и рванула вперед, расталкивая по пути всех, кто оказывался у нее на пути.

Через несколько секунд она уже висела на шее у Гордеева. Уля медленно пошла вперед, пропустив перед собой сына. Петя, ни в кого не врезавшись, подбежал к отцу и крепко обнял его за пояс.

- Привет, - Уля обняла мужа, который все еще держал Соню на руках. – Как долетел?

Она смотрела в его серые глаза и благодарила Бога за этот миг. За каждый миг своей жизни.

- Отлично долетел. Соскучился очень. Жарко в этих Дубаях. Давай летом махнем в Териберку. Смотреть китов.

- Киты, киты, - завопили дети. Из-за детского гвалта ничего не было слышно. Но Гордеевым не нужны были слова. Обнявшись, они медленно шли к ожидавшей их машине.

Они ехали домой.