28

Быстрый душ после тренировки освежил. Аромат молодой листвы, недавно умытой ливнем, дарил чувство умиротворенности. Или раньше у Алекса просто избыток тестостерона на мозг давил… Одно или другое, а может, всё, в купе с обезболивающим, на котором настоял Глен, расслабляло. Детектив вызвал аэрокар, запустил программу «домой» и отключился. Не нужно мешать телу и мозгу. Они лучше знают, что им нужно.

Дома, наскоро перекусив синтетической гадостью для восстановления калорий после нагрузки и регенерации, Коллингейм заварил уже ставший привычным чай и набрал Роул. Она сидела на своем импровизированном лежбище, в форменном черном костюме с золотыми шевронами. Интересно, а в каком она звании, если в переводе на военные?

- Привет, - отсалютовал Алекс, отхлебывая ароматный напиток из кружки.

- Привет! – заулыбалась Тай. – Как прошло шоу?

- Прошло, - кивнул детектив. – Я только не понял, ради кого оно устраивалось. Столько усилий ради сорока, - ну, пусть пятидесяти, - зрителей?

- Каждый из этих пятидесяти расскажет еще десятерым, как минимум,  и две недели не будет руку мыть, которую сенатор пожимал, - рассмеялась китиарка. – У тебя просто генетический сбой: отсутствует страх перед «великими». А нормальные люди растекаются от одной возможности рядом с ними постоять. Они потом еще своим внукам будут рассказывать, как с настоящим сенатором, в одном спортзале, на соседних тренажерах сидели…

Она воздела руки горе, показывая, что это почти то же самое, что сообразить на четверых со Святой Троицей.

- Такой вот я бракованный, - огорчился Алекс.

- Нет, такой вот ты уникальный, - пролила бальзам на душу Тайни. – Как плечо?

- Нормально. После тренировки вкатили дозу, так что я вообще живой.

- Ты еще и тренировался? – удивилась Роул.

- Я еще и дрался, - похвастался детектив.

- Больной, что ли?

- Нет, раненый.

- Я так и подумала, - буркнула Тайни.

- Тай, ну, что, я должен был стеночку подпирать, что ли?

- А поберечь себя? – с укоризной в голосе произнесла она.

Давненько об Алексе никто не заботился. И не переживал за него. Что говорить, это было приятно.

- А ты, со своим хроническим шилопопием, долго бы себя «берегла»? – поинтересовался он.

- Я обычно после ранений отлеживаюсь в медосеке до полного выздоровления, - заявила Роул, и внутри у детектива словно оборвалось.

- И часто у тебя бывают эти самые «ранения»? – очень мягко спросил он.

- Ну… бывает… - заюлила китиарка. – Иногда… Но несильно.

- Несильно «иногда», или несильно «ранения»?  - продолжил Коллингейм допрос, загоняя мышь в угол.

- Алекс, работа у меня такая. Чаще всего удается разрешить проблемы полюбовно. Или хотя бы дипломатическими методами.

- «Дипломатическими методами», это, типа, шантажом? – предположил детектив.

Роул изобразила виноватую мордашку и покрутила правой рукой «шарик-фонарик», вроде «типа того».

- И тебя родители отпускают одну? – не удержался Коллингейм.

- Алекс, я – совершеннолетняя гражданка Китиары, как они могут меня не отпустить? – удивилась Тай.

- Пороть тебя не кому, - поставил диагноз детектив.

- Не кому, - печально вздохнула совершеннолетняя китиарка.

- Я бы тебя не отпустил, - признался Алекс.

- Не отпускай, - неожиданно предложила Тайни. – Серьезно: ты согласишься улететь со мной? Не просто так, разумеется: если наши предложат тебе контракт? – загорелась она. - Сначала, правда, разовый. У нас никогда долгосрочный сразу не заключают. А дальше…

Она смотрела на детектива напряженно, с надеждой в глазах, а он никак не мог поверить в происходящее. Китиарка действительно уговаривает его улететь к чертям собачьим с Атована? Вместе с ней? Причем, не на правах собачки на привязи, а в качестве равноправного (или почти равноправного, он же не гражданин Китиары) партнера? И боится, что он откажет? Мир однозначно сошел с ума.

- Тай, конечно, да, - выдавил Коллингейм.  – Не подумай, что…

Он хотел объяснить, что соглашается не ради того, чтобы удрать от солнца с ядовитым излучением. И не ради денег. Но Роул радостно заулыбалась и прервала его:

- Вот и замечательно. Не знаю, как быстро получится, но поищу подходящие дела, - заявила она.

И детектив сразу представил, что это должны быть за «дела», если Китиара готова за них платить не только своему штатному агенту, но и нанимать постороннего человека.

- Только давай без подвигов, - попросил он. – Что-нибудь не очень опасное.

- Боишься?

- За тебя.

- Мы справимся, - «успокоила» Роул. - Рассказывай, что нового по делу. – Она с довольным видом подалась вперед.

Если бы самооценка Коллингейма не была адекватной, он бы сказал, что Роул успокоилась, добившись своего. Уговорив его стать ее напарником в решении проблем, о которых он, детектив-самоучка без университетского образования, другие планеты видевший только из иллюминатора штурмового космолета, не имел никакого представления. Но если она всерьез, если Тайни даст ему шанс, он сделает всё возможное, чтобы оправдать ее доверие.

Алекс пересказал разговор с Невилом.

- Харизматичный мерзавец, - подвел итог детектив. – Умный, уверенный в себе. Такое впечатление, что этот щупленький птенчик не испытывает никаких комплексов по поводу своей внешности. Он ощущает себя на голову выше меня.

- Думаю, он заблуждается, - возразила Роул, и Алекс внимательно всмотрелся ей в лицо в поисках иронии. Что ж сегодня никто его юмор не ценит?

- Я оценила сарказм, но думаю, что ты не очень точно оцениваешь этого «орла», - пояснила свою мысль китиарка. – Мне кажется, его «на голову выше» распространяется исключительно на деловую сферу. И здесь Мейси тебя здорово недооценивает. Но это его проблемы, - фыркнула она, складывая длинные ноги по-турецки. - Думаю, ему нравится думать, что хотя бы в этой сфере у него «больше».

- Спасибо.

Алексу было приятно, что его столь высоко оценивают. Даже если это утешительный комплимент.

- Говоришь, у Блуберри с ним были хорошие отношения? – уточнила Роул.

- Судя по записи – да. Но, судя по записям, у него со всеми были превосходные отношения. Даже с рыжей, хотя она постаралась его «утопить». Нужно будет поговорить с ней без свидетелей, что именно с ним было не так в последнее время. Не вовремя Барбара нарисовалась… - пробубнил детектив.

- Или вовремя?

- Или вовремя. Кстати, с Шузом вообще всё очень странно. За исключением Марлоу, все в один голос утверждают, что он ангел во плоти. Улетел за нимбом, но обещал вернуться, - пожаловался Коллингейм и стал перечислять: - Рэттл ест у него с рук и отстаивает его невиновность, будто невинность сестры. - Он загнул первый палец на свободной от чая левой руке. – Парсон вообще исключает из числа подозреваемых всех топов оптом так, будто пропажа Томаса для него – в порядке вещей. - Загнул второй. -  Сукин сын Невил, - детектив с особым усердием зажал третий, -  вешает на Блуберри самые позорные, с его точки зрения, ярлыки «белоручки» и «чистоплюя», и восхищенно причмокивает, признавая «гением». Кстати, что означает «делать из правды истину»?

Роул пожала плечами.

- Гарантировать не могу, но, из контекста, возможно, он ему удается реализовывать свои идеи в действительности? – предположила она. – В смысле, Мейси придумывает различные истории про свершившееся, а Шуз что-то сочиняет, и оно происходит в реальности. Я не могу придумать другого объяснения.

- Интересно, что, в таком случае, Томасу удавалось реализовать «во истину».

- Спроси.

- Надо, - кивнул Алекс.

Он попытался сделать очередной глоток чая, почти опрокинув в рот кружку, но получил лишь пару капель. Напиток чудесным образом закончился, а детектив даже не заметил, как. Он отставил бесполезную посудину.

- Но самое любопытное – это Барбара Ожешко, - продолжил детектив. -  Она не просто уверена в честности Блуберри, она утверждает, что свалил он добровольно. Из-за каких-то, мать его, мифических «личных обязательств этического плана».

- Может, он понимал, что его нетрадиционная ориентация представляет опасность для репутации сенатора? – предложила Тайни.

- Где он потом на нашем Атоване работу себе найдет, - фыркнул Алекс, – с такой совестливостью в фазе обострения? И это всё равно не объясняет, кто его забрал с крыши и укрывает сейчас, если мы имеем дело с бегством.

- Любовник. Если то, что говорит миз Ожешко, правда.

- Логично. Но может, ничего такого ей Шуз не говорил, и она в деле и пытается придать правдоподобие гипотезе о его отъезде, - кивнул Коллингейм. – В таком случае, выходит, «вражеский лазутчик» - она. Только зачем ей это?

- Личные мотивы? Может, какая-то ссора в прошлом? Просто шлея под хвост попала в преддверии климакса?

«Климакс» и «Барби» в сознании детектива не сочетались. И еще катастрофически не хватало информации. Два прерванных разговора с основными фигурантами образовали дырищи в общей картине происходящего.

- Не знаю, - признался Коллингейм. – Вообще ничего не знаю. И еще завтра воскресенье. День потерян, практически.

- Я люблю свою работу. Я приду сюда в субботу… - Тайни насмешливо процитировала стишок с бородой до самой Геи.

- Так, всё-всё-всё, закрываем обсуждение рабочих вопросов, - проникся Алекс. – Давай запланируем на завтра совместный культурный отдых. Раз уж некультурный нам не доступен…

Увы, все планы полетели в черную дыру вместе с утренним сообщением от Рэттла: «Алекзандер, до выборов осталась неделя. Штаб работает в режиме 24/7. Жду в офисе к девяти». Хорошо, хоть к девяти. Не то влепили бы детективу штраф за опоздание…