Глава 11

— Вот ты обжора! — Визилий остановился и, порывшись в инвентаре, протянул мне здоровенную варёную картофелину. — Реально последняя. Потерпи, через час пожрёшь от пуза.

— Спасибо!

Я схватил подгон и впился в него зубами. Тело продолжало изменяться, и если бы у меня не отобрали мясо хрюка, то наверняка и его бы сожрал, и может быть даже сырым.

— Кстати об инвентаре: туда реально любого размера вещь можно засунуть?

— Ещё какую! — Линч повернулся к Визилию: — Помнишь Грогна?

— Как забыть… — поморщился старик. — Мясник вонючий…

— В общем, маленький я совсем был, — проигнорировав явное недовольство темой Визилия, начал рассказ здоровяк, — и в соседней деревне жил мужик… Кривенький, косенький… Звали его Грогн. И глянулась ему девка из нашей деревни. И не простая, а самая красивая: дочка случайно осевшего у нас торговца. На хрен этот Грогн ей был не нужон, и чтобы он от нее отвалил, она ему поручила, мол, принеси мне цветочек аленький, тогда буду твоей.

В этом моменте истории я чуть не подавился остатками картофелины и удивлённо посмотрел на Линча. Он не заметил и воодушевлённо продолжил.

— А цветочек аленький — это такая здоровенная, метров пятнадцать, статуя. Стояла тогда в Центральном городе.

— В столице? — уточнил я.

— Не, — махнул рукой здоровяк, — столица у нас ближе к северо-западу, а Центральный город ровно по центру империи стоит… Неважно! Ну так вот, исчез этот Грогн на долгих пять лет. И, как оказалось, всё это время резал хоббитов. Деревнями. Инвентарь, сука, качал. Заодно денег награбил. Вернулся, нанял людей специальных задорого, и они ночью срезали этот цветок. Он стал падать, ну а Гронг ждал этого и, коснувшись, спрятал его в инвентарь… В общем, приходит он к своей избраннице, благо догадался за забором ей подарок вручать…

— Это единственный хороший момент этой истории, — прокомментировал Визилий.

— Ну да, — усмехнулся Линч. — В общем, вышли они к лесу и достал он цветок. Тот на него рухнул и раздавил к херам собачим вместе с большим куском леса. Чудом на крайний дом не упал.

Здоровяк замолчал. И после того как прошла минута, я понял, что история на этом закончилась. Охренеть у них тут развлекаются! А мораль, видимо, что надо всё брать по размеру? С другой стороны, на вопрос мне ответили. Инвентарь — это чисто вес. Габариты и размер значения не имеют.

— В армиях всегда есть кладовщики, — Визилий, похоже, примерно понимал направление моих мыслей и решил дополнить, — специальные люди. Им оставляют добивать раненых врагов других рас. Их инвентарь растёт, и они очень полезны для быстрых рейдов налегке. Самые сильные из них заменяют небольшие обозы… Иногда бывает очень полезно в тыл врага на высоту доставить большую катапульту.

Чем дальше я узнавал этот мир, тем больше мне нравился случившийся со мной сбой системы… Не то чтобы я планировал резать людей, но по всему выходит, что нет-нет да и придётся. И вот тогда главное не убивать их сразу, а сначала перекинуться в хоббита!

— А насчёт прокачки высокородными своих детей? — Я решил воспользоваться говорливым настроением собеседников и уточнить как можно больше нюансов. — Если у них есть доступ к проклятым местам за деньги, они же должны быть непобедимыми, получается?

— Да брось… — Визилий шлёпнул себя по щеке убивая севшего туда комара. — Много видел прилежных, усердно занимающихся детей аристократов?

— Я же память потерял…

— Это на другом уровне должен знать, нутром, — засмеялся старик. — Солнце каждое утро встаёт, вода в реке течёт, огонь горячий, высокородные дети — зажравшиеся, ленивые мудаки.

— С навыками связано? — догадался я, вспомнив ночной разговор.

— Именно. Есть, конечно, исключения, когда род действительно заботится о своём наследии и у него получается донести до отпрысков, что имя и честь — не пустые слова, но таких мало. В основном, как я уже сказал, рождённые с золотой ложкой в жопе маленькие аристо — избалованные, наглые и жадные мудаки. Их можно сколько угодно водить по проклятым местам и давать набивать умения. Вот только едва наставники уходят за порог, как они вместо занятий достают свои маленькие отростки и начинают с ними наперевес бегать за каждой юбкой, пить и тому подобное. И как результат: даже если встречаются с каким-то бойцом меньшего уровня, с меньшим набором умений, проигрывают ему и умирают. А почему? Да потому что у того опыт реальных битв и тот не сидел на жопе ровно, а качал навыки!

Закончив длинную и непривычно эмоциональную для него речь, Визилий глубоко вздохнул, почесал затылок и замолчал.

— Ночью гроза будет, — почувствовав неловкость момента, вставил Линч.

И действительно, облака на небе становились всё тяжелее и темнее, а в спину всё сильнее дул ветер.

Гроза? Как в старом мире в соцсетях писали девочки: люблю дождь, потому что в нём можно спрятать сопли… Или слёзы? Неважно… А вот я ни разу в жизни не попадал под дождь. И мне очень хотелось попробовать…

* * *

В этот раз не удалось, хотя было близко: ветер уже вовсю завывал, а тучи стали тёмными и летели совсем низко. У ворот стояло трое и, судя по кислым рожам, с которыми они подтвердили, что в таверне как раз всё начинается, они явно тоже хотели быть там.

— Наставления будут? — шепнул я на ухо Визилию, когда мы топали по пыльной дороге.

— Отдыхай, веселись, много жри! Заслужил! — хлопнул он меня по плечу. — Я уже рассказал, что ты память потерял, так что можешь не стесняться и задавать любые тупые вопросы. Дурачков и юродивых любят.

А он прав! Амнезия — это удобно.

Мы взошли на крыльцо таверны, из которой раздавались крики и смех. Линч открыл дверь и пропустил сначала Визилия, а потом меня. Я вздохнул, отбросил все сомнения и пошёл веселиться.

— Вот они! — едва мы перешагнули порог, как раздался голос хозяина заведения, Вилша.

— Только вас ждём!

Приветствия раздались со всех сторон, и нам сразу указали на самый дальний от входа стол. Кстати, тот, что мы случайно сломали двое суток назад, уже заменили, и их снова стало три. И они буквально ломились от обилия разнообразных яств и напитков. Если бы сейчас со мной кто-то попытался заговорить, ответить из-за нахлынувшей слюны я бы не смог.

Похоже, присутствовала вся деревня, кроме тех неудачников, что стояли на страже, совсем дряхлых и тех, кто сидел с детьми. Человек тридцать разного возраста, из которых больше всего меня заинтересовали пятеро: дочь хозяина Сини, сегодня присутствующая как гость, и четыре других молодых, на первый взгляд одиноких девушки.

Сам смутно знакомый после битвы с волками именинник сидел во главе центрально стола.

— Давайте выпьем!

Кто-то провозгласил универсальный для всех миров тост, и послышался дружный скрежет отодвигаемых стульев. Идею с радостью поддержали. На выбор было два напитка: что-то прозрачное в маленьких рюмках и уже знакомое пиво в больших кружках. По ряду причин я выбрал второе и, чокнувшись с соседями, сделал несколько глотков.

Желудок почувствовал добычу и взбунтовался, напоминая мне, что та картофелина, которая ему недавно перепала, для него сейчас, как для слона дробина. Кто я такой, чтобы сопротивляться низменным инстинктам? К тому же это объективно нужно организму. Я плюхнулся на скрипнувший стул, схватил с блюда сразу половину покрытой румяной корочкой курицы и впился в неё зубами.

Следующие пяти минут я был глух и нем, поглощая всё, до чего дотягивалась рука. Причём иногда казалось, что еда уже подходит к горлу, но стоило мне вздохнуть и откинуться на спинку стула, как она буквально проваливалась, освобождая место.

— Попробуй это! — из-за плеча раздался нежный девичий голосок, и я увидел одну из подружек Сини. Тоже темноволосую, только с ещё большей грудью. Слишком большой: с такого ракурса за ней я даже не полностью видел лицо девушки.

Брюнетка тянула большое блюдо, на котором лежал, судя по цвету начинки, черничный пирог. Сначала я не понял, отчего ко мне такое особое отношение, а потом увидел, что все девушки участвуют в разносе этого блюда.

— С удовольствием! — ответил я и взял себе самый большой кусок. Желудок довольно булькнул и освободил дополнительное место.

— Меня зовут Кэти, — мило улыбнулась девушка.

— Илья, — улыбнулся я в ответ.

— Увидимся позже!

Девушка резко развернулась, отчего её короткая лёгкая юбка взвилась, едва не обнажив лишнее.

Ничего ножки, но той реакции, что два дня назад у меня вызвала Сини, и близко не было. На автомате я бросил взгляд на дочь хозяина таверны, и оказалась, что она смотрит на меня. Я улыбнулся, а она смущённо отвернулась.

Ну что ж. Похоже, местный облик как минимум не отвратителен. Это радует. Конечно, такое внимание может быть следствием того, что в этом захолустье редко появляются новые лица, но мне то какая разница? Мне главное… А что для меня главное конкретно этим вечером? Прежде всего, информация и поднятие лояльности в месте, где мне какое-то время придётся жить.

Что ещё? Секс?

Да, безусловно, он важен. Но я как-то не уточнил у Визилия нюансы местных нравственных порядков и ценностей. Кто знает, может смерть племянника Вилша от руки рябого как-то с связана с нарушением этих самых порядков… Вот сейчас замучу с Сини, а потом и на меня квест в деревне выдадут. За мёртвого — пять серебрушек, за живого — золотой. Или наоборот…

Да и посрать! Я усмехнулся и принялся за принесённый Кэти пирог.

Тосты звучали часто, и, в отличие от меня, местные не цедили медленно пиво, а методично хреначили прозрачный напиток, в результате чего быстро и уверенно напивались.

Место Линча давно пустовало: здоровяк ходил по залу и бухал со всеми по очереди. Забавно. Выйдя из тени Визилия, он расцвёл и оказался душой компании. Все ему были рады и с удовольствием с ним общались.

Сам же старик тоже пил, но без фанатизма. С места он не вставал, а предпочитал общаться с теми, кто сидел по соседству.

За следующие два часа из полезного я узнал, что Визилий — крутой мужик и если хочу чего-то в жизни добиться, то его надо слушать; что месяц назад Свару бросила девушка и уехала с парнем из соседней деревни; что монстры из Морского леса лезут всё активнее, отчего обычного зверья становится меньше и охота хуже; что с тридцати метров из лука попасть из всей деревни может только Визилий и Людин; что Сини неприступна и вообще, возможно, по девочкам…

Тем временем градус веселья (опьянения) достиг максимума. Говорящего соседа уже приходилось переспрашивать, а самому орать. А потом случилось знаковое событие: Визилий куда-то пропал, и это послужило пусковым механизмом. Будто исчез закрывающий меня от внешней среды защитный купол.

Сначала ко мне по очереди подошли мужики постарше и пожелали выздоровления от моей хвори. Мне кажется, они считали, что вместе с памятью я потерял и ум, и очень меня из-за этого жалели.

Следом стал подходить молодняк и спрашивать, с какого я района. Другими словами, конечно, но суть их «речей» была именно такой.

— У нас тут с этим строго! — покачиваясь и с трудом фокусирую взгляд на моём лице, вещал спортивный светловолосый парень по имени Зик. — Кэти — моя девушка, Зинди со Сласом гуляет, Мита с Людином… Йели с Тишей. А Сини — отцовская! За любую тебе пасть порвут и…

Про моргалы он не договорил, так как на наши барабанные перепонки обрушились чарующие звуки местного аналога барабана, гитары и бубна — начались танцы.

Видно, эта часть была традиционной и долгожданной. Пьяные мужики повскакивали и, освобождая место, сдвинули столы и стулья к стенам, а потом пошли в пляс.

Я переместился следом за столом и снова уселся на своё место. Кроме меня, в веселье не участвовали только старик без ноги и ещё один мужик, у которого тоже была уважительная причина: он отдыхал, уткнувшись лицом в тарелку.

Музыка гремела, люди смеялись и танцевали, юбки у девушек постоянно взлетали, я пил пиво и, разглядывая стройные ножки, кайфовал.

Из толпы вдруг выскочила Кэти и, подскочив к моему столу, оперлась на него руками.

— А ты чего не танцуешь?

Хм. Вид мне открылся очень интересный. Глубокий вырез её льняной блузки находился точно перед глазами. И там было на что посмотреть.

— Память потерял. Не помню, что делать надо, — улыбнулся я сиськам девушки.

— Я напомню! — засмеялась она и ещё сильнее подалась вперёд.

Три дня назад я не мог ходить. Сейчас сексапильная девушка зовёт меня танцевать. Был бы я юн, вероятно, застеснялся бы и отказался. Но я не был. Даже если сейчас запутаюсь в своих ногах и под смех присутствующих рухну на пол, это будет лучше, чем валяться прикованным к постели, вызывая сиделку каждый раз, когда надо справить нужду.

— Заметь, не я это предложил!

Я обошёл стол и присоединился к танцующим.

Кэти схватила меня за руки и стала ими двигать, показывая, как надо. Тут же подлетели остальные девушки и тоже принялись меня направлять и поправлять. Даже Сини, смеясь над моими корявыми движениями, давала советы, с трудом перекрикивая музыку.

Музыка, вокруг пять девушек, я молод, подключён к системе и прыгаю на своих ногах! О чём ещё можно мечтать? Я дал моменту поглотить меня и просто наслаждался…

Разумеется, это не могло длиться долго. Я видел, что вокруг Зика собралась компания, и они, поглядывая на меня, постоянно о чём-то шептались. Результат их переговоров тоже был заранее известен, но мне было пофигу. Более того, я ждал, когда они ко мне подойдут.

Дождался. В кольцо окружающих меня девушек вошли двое…

— Я же сказал, что Кэти — моя девушка, — остановившись передо мной, заявил Зик.

— Эй! — подлетела сама Кэти. — Я была твоей девушкой, пока ты не трахнул ту овцу из соседней деревни!

Интересная у них тут движуха между населёнными пунктами. Такое ощущение, что дают квесты на то, чтобы отжарить или кого-то увести у соседей. Ведь под овцой подразумевалась девушка, да?

— Всё равно, — Зик оттеснил негодующую бывшую — никто наших баб трогать не может!

Теперь возмутились все «бабы», и, прежде чем снова вернуться ко мне, парень с минуту от них отбивался. И отбился, как мне показалось, только потому, что девушкам хотелось посмотреть на драку.

Мне такое, конечно, не нравится, но чего ещё ждать от женщин в глухой деревне в фэнтезийном мире с системой? Надо играть по их правилам. К тому же мне действительно интересно проверить свои силы.

Зик понял, что начинает проигрывать по очкам и перешёл сразу к сути.

— В общем, ты, козёл!

Ну что ж, тогда и я с козырей зайду.

— Пошёл на х. й!

— Да я тебя!

Зик принялся стаскивать куртку, а я с удивлением обнаружил, что вокруг нас мгновенно организовался круг радиусом метра три и одновременно стихла музыка. Видно, кулачные бои для местных не в новинку.

Пьяный соперник кое-как справился с одеждой, шагнул ко мне и занёс кулак… А в следующую секунду выпучил глаза, со стоном выдохнул и рухнул на колени.

Да, двадцать восемь лет нижняя часть моего тела была парализована. Но верхняя-то нет. Когда пошли первые деньги, я стал помогать родителям. Когда их стало много — всем родственникам. Потом занялся благотворительностью, но чего-то не хватало…

И вот в один прекрасный момент меня познакомили с очень интересным возрастным богатым бомжом, объездившим всё, начиная с буддийских храмов и заканчивая самыми отдалёнными чукотскими поселениями и джунглями Амазонки. Вот он и объяснил мне, что даже имея такой ограниченный функционал, как у меня, можно жить совсем иначе.

Понятно, что сначала я пошёл по самому лёгкому пути: в промежутках между написанием глав мою жизнь наполнили алкоголь, лёгкие наркотики и массирующие шею, уши, грудь и другие места девушки. А вот потом, осознав, что жизнь пошла куда-то не туда, я пересмотрел концепцию и занялся саморазвитием, в том числе и спортом. Ведь и сидя в инвалидном кресле можно поднимать штанги и лупить боксёрскую грушу. А когда есть возможность нанять в тренеры олимпийского чемпиона, то и прогресс получается неплохим.

В общем, куда и как бить, я знал. Были сомнения в том, что смогу уйти от удара, но в данном случае состояние Зика меня от решения этой проблемы освободило.

Парень стоял на коленях и ловил ртом воздух, а рядом с ним возник Людин. Он был повыше друга, но в целом тоже не казался непобедимым.

— Наших бьют! — заорал он и тут же получил подтверждение своих слов в виде апперкота.

Парень отлетел, и к нему сразу же нагнулась бабка Профиня, местный лекарь, с которой я уже успел обменяться парой слов.

Подскочили Тиша и Свара, но и я уже был не один: справа возникла мощная фигура Линча, и он, не вступая в драку, просто оттеснил именинника.

Последний соперник был трезвее остальных и не сильно-то и хотел драться со мной, но традицию нарушать не стал и всё-таки впрягся за своих друганов.

От его кулака я увернулся, и он только коснулся щеки. Ударил в ответ и тоже не попал.

Похоже, тут будет не так просто. Ногами противник владел лучше и быстро перемещался. Моей надеждой было поймать его и свалить одним ударом до того, как он достанет меня.

— Илья, держись!

Я узнал голос Сини.

Вот ведь интересно устроен организм: простая фраза будто удвоила мои силы, и, сжав кулаки, я бросился на Тишу.