Глава 13. Вотум князей, акт устрашения и те, кто за гранью Астрала...

‒ ЧЕЕЕГООО?! ‒ громким возмущающимся фальцетом, похожим на крик петуха, завопил в мгновение ока Феофан, подскакивая резко на ноги, будто ужаленный в задницу. ‒ Да не бывать этому! НЕ ОТДАМ я тебе свою сестру! ‒ с вздымающейся грудью продолжал пищать мелкий сопляк, что было сил. ‒ Ты! Ты! Ты… УБИЙЦА! А Алишу!.. Алишу… люблю я! Я буду её мужем!

Ха-ха-ха! Сучья кровь! Кто бы знал, что будет так… весело. Но в чем-то я даже ему благодарен.

Ведь своим визжанием тот невольно сбил градус стремительно подскочившего напряжения и стянул половину внимания на себя. Ну, давай, Потёмкин, не молчи и начни первым. Твой выход. Сделай так, как я и предполагал. Нужен тот самый рывок!

Из обоих князей и княжичей уже вовсю фонтанировало недоумение и скрытое изумление. Часть женщин не сводила взоров с глав родов, дожидаясь их слова, включая нервничающих Алину и Прасковью, а часть была поглощена заявлением Феофана.

‒ А ну цыц! ‒ вдруг холодно прошипел светлый князь, разгибая до конца спину и поднимаясь на ноги, между делом опаляя мальца задумчивым взглядом, отчего тот сразу стушевался и поник. ‒ Гляди ж ты как разошелся, судья недоросток! Тоже мне, любовник нашелся! Помни, с кем говоришь, и не позорь меня! Тебе сказали, что князь перед тобой! А ты кто? ‒ нещадно припечатал Потёмкин, вогнав в еще большую краску шокированного мальчишку, а после обратил свой взгляд на хмурого Трубецкого, который не сводил своих цепких глаз уже с меня. ‒ Мишенька, позволишь?

На мгновение размышляющий о чем-то старик оторвал свой взгляд от моей персоны и с подозрением взглянув на советника, лишь кратко кивнул.

Крыло херувима мне в зад! Да! Шаткий игровой процесс пошел…

‒ Ай, да Захарушка! Ай, да шельмец! ‒ ухмыльнулся мне тепло светлый князь. ‒ Молодец. Хвалю за оперативность. Сразу двух боярышень в жены захотел. Не хило. Не ожидал, что ты так скоро этим займешься.

Ладно, так и быть. Покамест не буду тебя разочаровывать. Рановато. Ну, давай, теперь…

‒ Это… правда?.. ‒ вдруг поинтересовался Трубецкой у Потёмкина, а его брови невольно взлетели вверх. Даже его всколыхнувшаяся аура улеглась.

Во имя Бездны! Да! Теперь на этом всё! Можно расслабиться.

‒ Ты про титул князя и свой род? ‒ ухмыльнулся злорадно светлый князь, под изумлённые взгляды присутствующих. ‒ Правда. О таком не лгут.

‒ Когда? ‒ тихо обронил старик, протяжно выдыхая, параллельно с этим на мгновение прикрывая веки, а уже секунду спустя тот оказался полностью спокойным.

‒ Три месяца назад. Дарован государем за множественные заслуги перед империей. Ну и еще за пару щепетильных, скажем так, моментов. Увы, Мишенька, не одни мы с тобой ему должны, но и Романовы тоже. Наш пострел везде поспел. У Захарушки весьма солидная поддержка в империи. Это только недалёкие идиоты думают, что он один.

Однако уже в следующий момент не до конца спавший градус напряжения полностью сбил Трубецкой своим громогласным смехом и, так и не разогнув спину до конца, со всего маху приземлился обратно на стул.

‒ Ох, Захар-Захар, ты и вправду шельмец. Да такой, что даже у меня волосы дыбом встают. Всех сейчас обставил и еще вскоре обставишь… ‒ смеясь выпалил мужчина, утирая выступившие слёзы. ‒ Князь и глава рода в двадцать лет, это ведь надо же. Кому сказать ‒ не поверят. Теперь понятно, почему ты столько времени молчал. Недооценил я тебя. Ой как недооценил! ‒ качая довольно головой, тихо начал бормотать себе под нос старик, размышляя вслух, но уже в следующий миг, резко замолчал и обратил свой взгляд на бледную и панически сглатывающую внучку, которая в ответ не сводила с деда тревожных глаз и тепло той улыбнувшись, решительно кивнул. ‒ Хотя в одном я на твой счет оказался прав. За тобой Алиша будет как за каменной стеной, ‒ и, повысив голос на удивление Потёмкиным, громко заявил. ‒ Дозволение и благословение от главы рода Трубецких у тебя отныне имеется. Я даю тебе своё согласие на этот брак.

‒ Как отец Алины, я тоже, ‒ быстро отозвался Юрий, скрывая облегченную улыбку.

Ох, хвала Бездне! Всё-таки я не настолько дерьмовый планировщик, как думал.

‒ Спасибо! Спасибо, деда! ‒ радостно завизжала Алиша и сорвавшись с места на глазах у пораженных Потёмкиных рванула к старику, и несколько раз поцеловала того в щеки, а закончив с родичем и невольно сглотнув, подняла уже счастливый взгляд на меня. ‒ Я тоже… Я тоже согласна…

‒ Ты вот так просто отдашь Захарушке свою драгоценную внучку? ‒ с лёгким недоумением поинтересовался Потёмкин, озадачено посмотрев на Трубецкого, а после самопроизвольно скосил взор на смертельно бледную Прасковью.

‒ Саша, вот в этом и есть наше с тобой различие, ты весь в интригах и паутине погряз с ног до головы, я же человек иного склада ума. Мы разные с тобой, ‒ с какой-то грустной улыбкой вдруг заявил его собеседник. ‒ Нет, я не виню и не осуждаю тебя. Ты делаешь всё верно. Всё должно совершаться на благо рода. Однако у меня наряду с данным неоспоримым фактом стоит еще один непреложный завет. На благо рода, но не в ущерб своим близким. К тому же, ‒ и скосив на меня взгляд, тот залихватски мне подмигнул, ‒ где еще для своей внучки я найду подходящую, а главное достойную партию? А достойнее Лазарева сейчас никого не сыщешь. Репутация у него своеобразная и для кого-то пугающая, но и выходить замуж моя Алиша будет не только за столпа империи, а наряду с этим за молодого князя и основателя собственного рода, тем самым став женой-основательницей и сразу княгиней. О большем и мечтать нельзя. К тому же где вы видели такую молодую княгиню? ‒ дерзко выпалил Михаил, стрельнув провокационно глазами на Потёмкиных. ‒ Да и нравится он ей. Так что с желанием внучки я более чем солидарен. Кое-какие нюансы еще требуется обговорить, но это мы уже сделаем с Захаром с глазу на глаз как главы двух… союзных родов.

Да кто бы сомневался, что союзных. Что ж, как я и рассчитывал, сам по себе он хоть и является самым склочным и вспыльчивым стариканом в империи, но голова у него варит здраво. Да и язык мастерски подвешен. Имперский князь во всей своей красе.

На некоторое время в зале повисла томительная пауза, лишь одному Феофану не сиделось на месте и тот подобно зверьку, что был загнан в клетку, не сводил своих плаксивых глаз с Алины и её деда, и всё также пыхтел подобно паровозу.

‒ Да будет так! ‒ с неизменной тёплой улыбкой кивнул светлый князь, вновь обратившись ко мне. ‒ У нас был с тобой уговор, и я его ни в коем разе не нарушу. Ты помог мне, и по условиям нашей сделки я не буду препятствовать ответу вну…

‒ Деда, я согласна быть женой Захара! ‒ как на духу с облегчением и обольстительной улыбкой на губах выпалила Прасковья, не дав договорить тому до конца.

Сам князь за долю мгновения пошатнулся от неожиданности, но затем превратился в настоящее каменное изваяние и уже роду Трубецких пришлось выпадать в осадок от данных слов, а Михаил лишь еще громче расхохотался из-за услышанного и насмешливо взглянул на советника.

‒ Действительно, шельмец! Везде поспел! ‒ хохоча изрёк старик, хлопнув чувственно по столу. ‒ Ну что, Потёмкин, съел? Видать, не ожидал!

‒ Наконец-то, ‒ вдруг раздался спокойный голос Киры, приковавшей к себе множество глаз. Женщина с самого начала чинно попивала вино и со спокойным видом наблюдала за разворачивающимся шоу, к тому же ответом и таким вывертом дочери из всех Потёмкиных та была удивлена менее остальных. ‒ Наконец-то нашелся человек, умудрившийся укротить твой строптивый норов и буйный нрав. Спасибо тебе, Захар. Говорю это тебе как её родная мать. Я уж думала, она до старости в девках проходит.

‒ Мама! ‒ завопила со смущенным и раскрасневшимся личиком Прасковья. ‒ Как ты можешь?..

‒ Вот же негодник! ‒ медленно качая головой, произнес обескураженный советник, переглянувшись с озадаченным сыном и смертельно бледным Феофаном. ‒ Успел-таки соблазнить внучку. Это ж надо… Не уследил… Старею…

‒ Деда! И ты туда же? ‒ сгорая от стыда, жалостливо простонала княжна.

‒ А чего деда теперь? ‒ недовольно проскрежетал старик с наигранным гневом. ‒ Потерпела бы еще немного и стала бы сразу первой женой, а так теперь возиться будешь со своей Алинкой. Это где видано, чтобы Потёмкины и Трубецкие умудрились породниться таким образом? ‒ проохал делано насупившийся светлый князь.

‒ Деда, то есть ты… ‒ с надеждой в голосе прошептала боярышня.

‒ Дозволение и благословение от главы рода Потёмкиных у тебя отныне имеется, ‒ церемониально изрёк советник, глядя мне в глаза. ‒ Я даю тебе своё согласие на этот брак.

‒ Деда?! ‒ вновь заканючил со вселенской обидой на лице Феофан. ‒ Также нельзя!

‒ А ну цыц, любовник недоделанный! ‒ приструнил того сурово глава рода. ‒ Мал еще! Тут князья вопросы решают. И не тебе в них нос совать. Всё. Забудь про Алинку теперь!

Хвала Бездне…

‒ Однако кто еще первой женой в их роду будет пока неизвестно… ‒ пробухтел раздраженно Трубецкой, начиная медленно подниматься со стула. ‒ Ты думаешь, я просто так его до этого навещал?

‒ Хочешь сказать, просто так порушил здесь всё? ‒ едко осведомился Потёмкин.

Твою мать! Вот и начинается. Если честно, то я хотел избежать этих бесполезных торгов. Хорошо, что я продумал этот момент заранее. Да и Семен молодец, более чем порадовал.

‒ Михаил Валерьевич, Александр Александрович, с вашего позволения, думаю, мы с Алиной и Прасковьей сами решим этот вопрос, ‒ миролюбиво заговорил я, останавливая обоих князей в самом начале вспыхнувшей ссоры, параллельно с этим демонстративно потянувшись во внутренний карман на глазах у всех присутствующих. ‒ Алина, Прасковья, я хотел повременить с этим, но не могли бы вы подойти ближе. У меня для вас подарок, ‒ усмехнулся я, между делом отслеживая различную реакцию их родичей на два изумительно выполненных ювелирных изделия. Причем каждый аксессуар нёс в себе цвета стихий девушек, а также пришлось пустить в расход свою наградную фибулу и теперь эти кольца не только для красоты, но и смогут их защитить от одной смертельной атаки. ‒ Надеюсь, вам понравится. Что касательно официального объявления, то в скором времени после совета князей будет проведен приём. Там всё и состоится.

И под взглядами их семейств я неспешно надел кольцо тёмно-лазурного цвета на пальчик Алины, а иссиня-черное досталось Прасковье. Пару мгновений те зачаровано рассматривали подарки, а после с трепетом и нежностью одарили меня чарующими взглядами.

‒ Артефакты последнего удара. Достойный дар. Не разочаровал, ‒ оценил мой посыл Потёмкин, внимательно разглядывая кольца, но почти сразу расплылся в загадочной усмешке. ‒ Вижу, кое-кто подготовился.

‒ Вовсе нет, распорядился изготовить заранее, ‒ соврал я, не моргнув и глазом.

‒ Видимо теперь ты хочешь посетить совет князей? ‒ понимающе оскалился Трубецкой. ‒ Некоторым это не понравится, и вновь поднимется шумиха. Желаешь уведомить о себе громко и во всеуслышанье, а на приёме всех добить основанием нового рода, ‒ проанализировал быстро всю ситуацию старик. ‒ Хорош мастаааак!

Кто бы сомневался в умственных способностях князей.

‒ Это лишь прихоть, не более, ‒ кивнул расслабленно я. ‒ Но имеются такие мысли.

‒ Прихоть, говоришь? ‒ со злорадным ликованием тихо произнес светлый князь. ‒ Боюсь, после твоей прихоти можно ожидать чего угод…

Вот только договорить Потёмкин не успел, потому как в следующий миг двери зала распахнулись и внутрь ворвалась встревоженная Хельга, но женщина даже не успела открыть рот, как реанорский слух уловил множество далёких приглушенных криков, а всю усадьбу слабо тряхнуло, но следом за тряской почти сразу пришел звук падения чего-то огромного, словно случился оползень.

И клянусь Бездной, я слышал этот звук не единожды. Ведь это так похоже на… артефакт пустоты.

Не успел я и одуматься, как в мгновение ока весь зал был поглощен сгустившемся мраком, а за тьмой последовал шум настоящего прибоя, который оказался сравним со стихийным водным бедствием.

Вот и хорошо, за остальных можно не переживать.

Постулат реанорского берсерка…

Закат династии…

Скачок силы слился воедино с рывком тела и, миновав заградительный барьер двух боярских князей, я за долю секунды оказался на улице, правда, так или иначе даже со своей незавершенной техникой движения Трубецкой и Потёмкин смогли опередить меня на целый шаг.

Однако вместо ожидаемых противников и бойни я смог наткнуться только на снующих повсюду воителей корпуса. Слух тотчас уловил возгласы и приказы лисиц, а взгляд упёрся в огромную земляную воронку и сеть трещин, что от неё отходили. И располагалась та как раз между двумя усадьбами. Более сотни метров дороги пришло в негодность, а весь бедлам, как я понимаю, начался из-за раскуроченных ворот, которые под силой оползня заметно накренились в бок.

Что ж, как и предполагал. Оживились всё-таки. Хорошо! Просто превосходно! А я уж думал, куда вы все запропастились? Даже переживать начал из-за этих никчемных червей.

‒ Так-так-так, а это занятно, ‒ чуть прищурив глаза, тихо прошелестел Потёмкин, шагая навстречу земляному бедствию, вот только от старика то и дело за версту разило подавляющей силой тьмы. ‒ Как всё знакомо.

‒ Сигнальные сети Даны около минуты назад наткнулись на чужеродное присутствие, кто-то ошивался по округе, она отдала приказ воителям, а далее произошло… это, ‒ моментально предоставила мне свой отчет Хельга, которая секундой позже уже маячила у меня за спиной.

‒ Хвалю, Захарушка, твоя служба безопасности сработала по высшему разряду. Даже на душе приятно, ‒ раздался хвалебный голос Потёмкина.

‒ В пятнах и стигмах иначе нельзя, ‒ спокойно и без раздумий произнесла фон Тек. ‒ Замешкаешься и считай уже мёртв.

‒ Что это? Кто посмел? ‒ резко осведомился Трубецкой, цепким взором оглядывая и сканируя окружение своей безумной аурой цвета морской волны. Даже глаза старика приобрели ярко-голубой оттенок.

‒ А это, мой дорогой, называется актом устрашения. Правда, он провалился, ‒ расплылся в холодной усмешке советник, взглядом сопровождая прибывшие машины третьего тайного отдела, а после резво обернулся в нашу сторону. ‒ Старые друзья объявились. Хунхузы собственной персоной. А я всё думал, чего они ждали. Таким образом, эта шайка объявила Захарушке войну. Как я понимаю, мстят виновнику своих бед и несчастий. А использовали они весьма интересный и не безызвестный артефакт. Кто бы знал, что за один вечер я получу столько приятных новостей. Теперь можно и поработать, ‒ хмыкнул деловито светлый князь. ‒ Умеешь ты… зятек, оживить столицу.

Война и месть, значит? Отлично! Просто замечательно. Видимо пришла пора переговорить с моей знакомой из клана Е. Жаль, а я хотел отстрочить этот момент на как можно долгий срок до полного формирования рунного тела, чтобы уже после наведаться туда и вырезать эту гниль под корень. Или всё-таки повременить и потерпеть?

* * *

Где-то за пределами…

Неопределенное время назад…

‒ Ну и?! ‒ просипел холодный и безжизненный огромный силуэт с рычащими нотками в тоне. ‒ Долго мы еще будем шляться в этом гнилом сером болоте?

‒ А ты думаешь, что так просто путешествовать по мёртвым мирам с не до конца сформированной звёздной картой? ‒ донеся недовольный и сухой голос в ответ с едва различимыми женскими интонациями. ‒ Или тебе напомнить, чья это была идея рвануть первыми на поиски Жнеца Бездны без разрешения и выслужиться перед хранителями Мерраввина? Твоя! И только твоя! А я как идиотка уши развесила! Благодари богов, что у нас вообще имеется эта карта и есть какой-никакой, но маршрут. Так или иначе, мы всё равно будем первыми, кто до него доберется.

‒ Да срать на твою карту! ‒ рыкнул в ответ собеседник. ‒ В Инферно к демонам её! Она не работает!

‒ Тогда может ты нас поведешь, а? Задери тебя херувимы! ‒ начала раздражаться женщина, а её миниатюрный силуэт стал медленно размываться.

‒ Ладно-ладно. Прости, погорячился, ‒ повинился через некоторое время мужчина, опасливо глядя на спутницу. ‒ Виноват. Но ты хоть примерно представляешь сколько нам вообще в этом дерьме еще плавать?

‒ Точно не знаю, ‒ с сомнением вынесла свой вердикт женщина. ‒ Но пару лет так уж точно. Плюс минус полгода. Даже госпожа не смогла до конца проложить маршрут, а уж мои способности и подавно не всесильны. Хотя я еще та идиотка раз последовала за тобой! Твои амбиции когда-нибудь тебя доконают. И меня в тоже. Кто вообще знал, что этого реанорца занесет так далеко? Будь проклят этот Жнец и его Бездна! Пусть будут прокляты истребленные носители Высшей речи! Пусть будет проклята и навсегда забыта вся раса реанон! Ненавижу их! А Линчевателя так больше остальных! И почему он не сдох вместе с остальными охотниками?..