Глава 23. Рождение рода и снова в дальний путь...

Первое кольцо. Москва.

Резиденция имперского князя Лазарева.

Большой банкетный зал.

Ранний вечер…

Следуя дворянскому этикету и правилам, пригласительные на приём были разосланы всем главам столичных родов и многим дворянам. Однако даже здесь мои будущие жены пошли гораздо дальше и направили больше трёх десятков приглашений достаточно лояльным к новому князю аристократам со всей империи. Итог оказался очевиден: банкетный зал и половину резиденции заполонила множественная знать. Как знакомая мне, так и не знакомые от слова совсем.

К тому же очередным болезненным ударом по реанорскому казначею оказались растраты. По заверениям Лены суммы на моих счетах были солидными, чуть менее миллиарда вместе с тем, чего я смог добиться и заработать за три года. И с каждым днём те медленно увеличивалась с учетом всех растрат, вот только жаба… Жаба беспардонно душила жадное естество реанорца. Правда, так или иначе должен был согласиться, что в данном случае экономия оказалась неуместна. Совсем неуместна.

Поэтому начало вечера вышло более чем благотворное и по-своему насыщенное, но достаточно быстро атмосфера сего празднества скакнула к наивысшей отметке напряжения. И к такой смене обстановки могло привести лишь явление двух самых значимых людей в империи, а также тех, кто должен был стать заменой для них. Две четы Романовых явили себя публике, как и подобает высшим аристократам чуть позже запланированного.

‒ Дамы и господа! ‒ не переставал надрываться княжич Брюллов с широкой улыбкой на губах, который и стал так называемым ведущим на учиненном празднике жизни, ведь со слов Алины, Прасковьи и Вики, род Брюлловых на этом собаку съел. ‒ Попрошу минуту внимания и тишины. Своим присутствием на данном мероприятии, устроенным князем Лазаревым, нас решили почтить его императорское величество Всеволод Романов и её неподражаемое императорское величество Варвара Романова. Попрошу аплодисментов!

В общем и целом, как и полагается хозяину дома мне пришлось самому первому поприветствовать прибывших гостей. В то время, как императора после моей краткой с ним беседы почти сразу увлекли некоторые князья, советники и генералы, чтобы развеяться. Меня на неопределенное время сделала своим спутником сама императрица, которая цепким и лукавым взглядом оценивала всё происходящее, причем не забывая это сдабривать различными комментариями.

‒ Всё просто отлично, мой мальчик, ты хорошо постарался, ‒ ухмыльнулась удовлетворенным и тихим тоном женщина, то и дело продолжая принимать учтивые поклоны от представителей знати пока мы прохаживались по огромному залу.

‒ Моей заслуги здесь нет от слова совсем. За это нужно благодарить девочек, в том числе и вашу внучку. Думаю, теперь я прекрасно осознаю, кто именно занимался её воспитанием.

‒ Ох и охальник! ‒ весело хохотнула императрица, довольная комплиментом. ‒ Обставили вы меня с Викторией красиво. Но сделал ты это так проворно и элегантно, что чувствуя себя дурой, я остаюсь, более чем счастлива её выбором, поэтому не разочаруй меня, мой дорогой, иначе сам понимаешь, что тебя ждет. А также не огорчи меня очередностью своих жен.

Вот уж дудки тебе!

Стоило той договорить, как в следующий момент её взгляд устремился вдаль, где располагалась чисто женская компания, среди которых можно было разглядеть сразу несколько женщин и из их стана явственно выделялись княгини Потёмкины, Трубецкие, Шереметевы, Долгоруковы и Юсуповы, причем там даже присутствовали вдовы Давыдова.

‒ О, думаю, я нашла себе компанию на сегодняшний вечер. Пойду побеседую с дамами, ‒ чуть ли не облизнувшись и не замурчав от кровожадности, одними губами прошептала императрица. ‒ Ладно, мой милый, у тебя еще много забот на сегодня. Так что займись делами.

Пришлось в очередной раз клюнуть ту в руку и смотреть как государыня целеустремленно уплывает в известном направлении. Поэтому оставшись наедине с собой взгляд почти сразу зацепился за множество важных деталей.

Хельга, лисицы, Терентий и вся вверенная ему прислуга трудились не покладая рук. Девочки делали вид, что они лишь гости, однако от моих глаз и чувств не укрылось ничего. Они то и дело отдавали неуловимые приказания самым проверенным и доверенным лицам, к тому же делали это настолько обыденно и просто, что улыбка самопроизвольно блуждала по моей лукавой реанорской харе, причем сами боярышни в это время находились в круговерти охаживающих их аристократов и сплетниц аристократок, правда, судя по поверхностным эмоциям, чувствовали те себя как рыбы в воде.

Признаться честно, я и сам не сидел сложа руки после прогулки с императрицей и тотчас отправился по так называемым опостылевшим «делам». Впервые за долгое время я говорил настолько много и часто. Хотя в большинстве своём приходилось отвечать на вопросы и уже после обсуждать последние новости в кругу имперских и боярских князей и княгинь, а также различных графов и графинь. Само собой, поводом для приёма было основополагающее событие и касалось оно присуждения мне любимому титула князя. Вот только разговоры, пересуды, различные сплетни и слухи моментально перетекали на дуэль с Давыдовым, на хольмганг с Габсбургом, на мою кому и на отгремевшую войну. В общем, обсуждалось всё мало-мальски значимое и интересное. Поэтому все реанорские чувства работали на своём пределе, чтобы не упустить любую важную деталь за пологом тишины какого-нибудь болтливого дворянина.

Старшее и малая часть среднего поколения коротали время в уже знакомых кругах за проведением обыденной болтовни и распитием алкоголя. Еще одна часть среднего поколения участвовала во всевозможных забавах. Молодое же поколение, а также дворяне приближенного возраста из касты чуть постарше не вылезали из временно сконструированной арены в саду, на который выводили распростёртые огромные двери. Ведь даже сейчас там шли спарринги между представителями дворянства со всей империи.

Дважды мой взгляд встречался с компанией Трубецких и Потёмкиных, среди которых присутствовали сразу несколько столпов старшего и среднего поколения из иных родов государства. Начиная от брата и сына Михала, которые спешно прибыли из стигмы на устроенный праздник, и заканчивая начальником Московской Плеяды, княгиней Имеретинской и самими Мирославом и Владимиром Романовыми. Правда, по долгу хозяина празднества мне с ними удалось перекинуться лишь несколькими учтивыми и краткими беседами, потому как гостей было более чем предостаточно.

Но в одно из мгновений, когда поле моих чувств стало расширяться я стал свидетелем одной занятной сцены, от которой был готов расхохотаться при полном зале дворян. Точнее позабавила весьма разношерстная на первый взгляд компания. Селена, Валери, Ростислав и Марина. На моё удивление француженки тоже были приглашены.

Если судить по количество ухлёстывающих за Валуа и Мартелл ухажеров, то обе были более чем рады такому вниманию и всячески оказывали взаимную наигранную симпатию. Даже Голицына относилась к происходящему с улыбкой, ведь к ней никто в здравом уме и не подступится для знакомства, однако Романов… Романов негодовал всем сердцем и душой. Тщательно прикрытая кислая мина на лице парня говорила о многом, вот только редкие взоры в сторону, где неподалёку располагалась компания столпов среднего поколения, а в частности на Морозову, трубили об истинных намерениях цесаревича.

В гробу он видел нынешнюю компанию. Но стоило Ростиславу заметить меня, как взгляд его наполнился надеждой и тот неуловимо, чтобы его мог видеть лишь я, одними губами зашептал.

‒ На-ка-за-ни-е…

Сучья кровь! Вот так номер…

От осознания произошедшего в очередной раз захотелось расхохотаться. Что ж теперь всё более чем понятно. Венценосная бабка заставила его отрабатывать наказание весьма интересным образом, а чтобы увидеться побыстрее с Морозовой тому теперь некуда деваться.

Романов в очередной раз с надеждой взглянул на меня, правда, на все позывы пришлось отрицательно покачать головой, сославшись на дела, но также пришлось клятвенно того заверить, что разговор у нас в любом случае состоится.

Несколько мгновений спустя на мне каким-то образом спроецировали свои взгляды Валуа и Мартелл одновременно, однако пришлось сделать вид, что я их не заметил, ведь на всех парах мчался к нужным мне людям. Поговорить с ними можно было и раньше, правда, эта троица лишь позавчера вернулась из форпоста Шер-Дол.

‒ Дамы и господа, моё почтение! Не помешаю? ‒ уважительно заговорил я, проникая под полог тишины Долгорукова, Морозовой и Пожарского.

‒ Как можно, князь, для вас теперь многие дороги открыты, ‒ с лукавой улыбкой, отозвалась Анастасия, пока я целовал ей руку.

‒ Надеюсь, никаких обид нет? ‒ спокойно поинтересовался я, намекая на историю с оценкой. ‒ Князь, есть князь, но сейчас мы здесь одни.

‒ Расслабься, Захар, ‒ махнул расслабленно рукой Долгорукий. ‒ Мы честно проиграли, хотя признаюсь, меня удивил результат. Ты взгрел нас как детей. Такого я не ожидал, но никаких обид нет.

‒ Не переживай, ‒ кивнул с добродушной улыбкой Артём. ‒ Мы сами виноваты. Недооценили. Так что пострадало только наше самолюбие.

‒ Раз так, то у меня к вам имеется предложение. Готовы выслушать?

От заданного вопроса троица на несколько долгих мгновений выпала в осадок и опасливо переглянулась.

‒ Захар, если всё будет, как и…

‒ Ничего подобного не предвидеться, ‒ успокоил я Долгорукого и остальных, отчего те даже облегченно выдохнули. ‒ Скажем так, если всё получится вы вновь выступите поддержкой, а для себя лично узнаете много нового. Вы ведь не только истребители тварей Катаклизма, но и исследователи.

‒ Весьма размыто и завуалировано после всего произошедшего в смежной стигме, ‒ хохотнул весело Долгорукий. ‒ Но почему бы и нет? Я в деле.

‒ Как и мы, ‒ после недолгих раздумий в один голос отозвались Пожарский и Морозова.

‒ Захар, а… ‒ начала слегка смущенно Анастасия.

‒ Он тоже, ‒ спокойно кивнул я. ‒ Его это будет касаться в первую очередь. В таком случае будьте на связи и готовы. В долгу не останусь.

Могу лишь надеяться, что задумка выгорит, а мои опасения не подтвердятся, но лучше перестраховаться.

После беседы было желание двинутся к Ростиславу и француженкам, но заметив рядом с ними полчища различных ухажеров, среди которых я даже успел приметить Воронцова и Аксакова из-за нахлынувшей лени решил отказаться от данной идеи и сделал это как нельзя вовремя. Потому как часы пробили своё время ‒ половина вечера миновала. И невольно отсалютовав Хельге, чтобы та уведомила обо всём Брюллова, зашагал к импровизированной сцене.

Княжич не заставил себя долго ждать, потому как в следующий миг тихая фоновая музыка стала затихать, а сам он с веселого словесно-развлекательного поноса перешел на серьёзную манеру речи.

‒ Ваши императорские величества и высочества, а также почтенные дамы и господа, попрошу минуточку вашего внимания! ‒ вдруг громко заговорил Брюллов, приковывая к себе взгляды присутствующих.

После его возгласа вся прибывшая знать стала стягиваться к сцене, во главе которой, само собой были Романовы, но также совсем рядом и сзади начали кучковаться другие представители родов и различной аристократии.

‒ Дамы и господа! ‒ с широкой улыбкой вновь зазвучал голос княжича. ‒ Скажем так, у виновника данного торжества имеется пара слов, которые он хочет вам сказать. А теперь попросим к микрофону его преблагородие… Князя Лазарева!

Что ж, похоже, время пришло.

‒ Ваши императорские величества, с вашего на то позволения, ‒ с нарочито любезной улыбкой проговорил я, под одобрительный кивок императора и императрицы.

На сцену я выходил в полной тишине и под десятками пристальных и заинтересованных взглядов множественной знати.

‒ Во-первых, ‒ с притворным дружелюбием заговорил я, после затянувшегося молчания. ‒ Хотел бы поблагодарить всех присутствующих, что приняли моё скромное приглашение на приём. Безмерно рад. Во-вторых, я благодарю ваше императорское величество за дарованный титул князя, обещаю и впредь трудиться на благо империи и на досаду врагам государства.

На слове «трудиться» род Трубецких и Потёмкиных понятливо ухмыльнулся, как и множество прочей знати. Правда, были и те, кто оказался недоволен подобным высказыванием и об этом явственно трубили их выплёскивающиеся эмоции.

‒ В-третьих, я вновь благодарю ваше императорское величество за оказанную мне честь. Ведь подобного не случалось уже более сотни лет…

‒ Ты заслужил это своими стараниями и… трудом. И, разумеется, выполнил перед этим все выставленные требования и условия, ‒ благосклонно громким тоном отозвался государь, чем моментально ввел в ступор почти всё присутствующее на приёме дворянство.

Разрази меня трижды Бездна! Всего несколько слов, но сколько экспрессии для прочих.

‒ Да, дамы и господа, так и есть, ‒ обратился я вновь к публике с широкой и злорадной ухмылкой, а сам не сводил глаз с мрачных Осокиных, Воронцовых, Аксаковых и Акинфовых. Не удивлюсь, если они уже всё поняли. ‒ Данный приём был организован не только для того, чтобы потешить эго одного молодого имперского князя, а чтобы объявить сразу о двух знаменательных для многих новостях. Первое событие… ‒ и взяв театральную паузу, я с усмешкой оглядел всех находящихся в зале, которые слушали меня затаив дыхание, ‒ … с этой самой секунды и прямо на ваших глазах я объявляю о рождении нового рода в империи! Рода Лазаревых!

От услышанного лица почти всех аристократов исказились в неверии и ошеломлении, но наряду с изумлением стал расти гнев и нескончаемые волны злобы от десятков негодующих лиц. Эмоции были настолько мощными и концентрированными, что на пару мгновений сбили меня с толку, ведь накатывали те подобно бушующим волнам.

Ненависть Воронцовых и Давыдовых. Гнев Акинфовых и Аксаков. Неверие и ошеломление Осокиных. Трепет, океан изумления и шока от множества других людей. Да-да! Глава собственного рода в возрасте двадцати одного года.

‒ Но как вы понимаете, у любого князя должны быть те, кто позаботится о роде и семейном очаге в его отсутствие. Это и есть второе событие. Дамы и господа! Я хотел во всеуслышанье объявить о своей помолвке с прекраснейшими представительницами сразу трёх боярских родов.

Шока и неверия в глазах огромного числа молодежи стало на порядок больше, а некоторые девушки и женщины с невероятным трепетом на лицах стали переглядываться между собой в попытках найти тех самых.

Взор мой медленно поплыл по рядам боярышень и присутствующих дворянок, а после сконцентрировался на трёх. Тех самых, которые стояли недалеко друг от друга, а их сердцебиение громогласным набатом отзывалось в моей голове.

‒ Уважаемая знать, попрошу поприветствовать моих будущих жен и княгинь рода Лазаревых! ‒ с тёплой улыбкой заключил я, пока множество лиц слушали меня затаив дыхания. ‒ Обворожительная… Виктория Романова. Несравненная… Алина Трубецкая. Прекраснейшая… Прасковья Потёмкина.

На целое мгновение в огромном помещении возникла гробовая тишина, и оброни сейчас иголку в зале, звон от падения услышали бы все. Я же… я чувствовал и видел всё. Замешательство и ярость молодых княжичей и графов. Трепет, зависть и смущенные улыбки огромного количества женщин и девушек. А после раздались рукоплескания императора с императрицей. Не прошло и доли вдоха как под общий оглушительный шум аплодисментов на сцену взошли и сами радостные девушки. Затем, как и подобает устоявшимся традициям, я поочередно каждой будущей княгине поцеловал руку, повторно надев на их пальчики кольца.

‒ ЗА РОД ЛАЗАРЕВЫХ!!! ‒ громыхнул довольный бас Трубецкого с фужером в руке.

‒ ЗА РОД ЛАЗАРЕВЫХ!!! ‒ не остался в долгу Олег Потёмкин, и с улыбкой отсалютовал мне в аналогичном жесте.

‒ ЗА РОД ЛАЗАРЕВЫХ!!! ‒ вдруг раздался веселый голос Мирослава и Ростислава Романовых.

* * *

Как ни странно, хоть это и была обычная речь для меня, но честно признаться она отняла много сил. Ведь тройная помолвка проходит весьма редко. Не прошло и минуты с момента моих громогласных слов, как пришлось принимать очередные порции поздравлений, а вот моих будущих жен в мгновение ока увлекли прочь несколько молодых боярышень и незамужних княжон, среди которых я смог рассмотреть Валери, Селену и даже Морозову.

Вот только когда все поздравления от князей и графов подходили к своему закономерному финалу, а сам я должен был остаться в одиночестве хоть на несколько секунд и облегченно выдохнуть, в спину вдруг ударил насмешливо-едкий голос Воронцова, и миг спустя я оказался под враждебным пологом тишины в обществе сразу трёх мужчин.

‒ Как вижу, император захотел завести себе очередной служащий род и еще одного ручного князя. Ты ведь понимаешь, что сам себе подписал смертный приговор такими действиями? Тебя теперь никто не сможет прикрывать, ‒ весело продолжил свою болтовню Николай, пока я с улыбкой наблюдал за их дешевыми чаяниями. ‒ Потёмкин вскоре сдохнет и отправится к праотцам. Всеволоду будет сделать это проблематично. А Трубецкой всюду не успеет. Жди войны родов, третьесортный! ‒ холодно отчеканил князь с сочащейся ненавистью. ‒ Мы уничтожим тебя, твоих потаскух и всё, что ты построил.

‒ Войну родов, говоришь… ‒ истерично хохотнул я, скаля зубы и между делом оглядывая безумно довольную троицу. ‒ Кто рискнет? Видимо, случай с Давыдовым вас ничему не научил. Так зачем тянуть? Бросайте вызовы прямо сейчас я с радостью их приму. Кто будет первым смертником? Ты, Аксаков? Или ты, Сёма? А может быть ты, Воронцов?

‒ Всему своё время, выродок! ‒ отчеканил Акинфов, начиная заводиться.

‒ Не можете, да? Вы ведь на поводке у патриарха и западников, не правда, ли? Рушить их планы не станете… ‒ расплылся я в хищной ухмылке, задорно хохотнув. ‒ Но раз уж пошла такая пьянка, то и вы меня послушаете. Вы что, действительно думаете, что я боюсь вашу анонимную шайку? Вам бы сыновей своих пугать такими речами, а не меня. Если же с головы моих будущих жен или моих людей хоть волос упадёт или ветерочек рядом завеет, а вы сами начнете рыпаться, то и я стоять не стану. Вначале сверну шеи вашим соплякам, прямо так же как сделал это Давыдову. После возьмусь за ваших прелестных жен… ‒ хищная улыбка переросла в оскал, а сам я невольно взглянул на достаточно привлекательных женщин неподалёку, отчего гримасы князей полыхнули сущей ненавистью. ‒ Вижу, они у вас более чем годятся для постельных забав, а когда вдоволь наиграюсь с ними, то напоследок побеседую с вами. Как видите, не одни вы умеете угрожать. Правда, сейчас… сейчас это лишь слова, ‒ с миролюбивой улыбкой заключил я, поочередно глядя в налитые яростью глаза князей. ‒ Не так ли?

Но в ответ кроме молчания и волн свирепого гнева не получил ничего.

‒ Что ж, так и думал, ‒ кивнул довольно я им. ‒ Честь имею, господа. Берегите себя… и своих близких, а то хунхузы что-то расшалились…

* * *

Трепещи Ракуима! Вот ведь сучье племя! Кухаркины сыны и кому только угрожать вздумали? Перережу глотку каждому! Прикончу эту шваль, если вздумают рыпаться. Ох, Бездна, дай мне силы и терпения…

Правда, все мои душевные проклятия и терзания остановил тихий голос Ростислава.

‒ Как понимаю, разговор с князьями не задался? ‒ усмехнулась парень, оказавшись рядом и внимательно стал наблюдать за разгорающейся схваткой Юсупова и Головина на арене.

‒ Пустое… ‒ отмахнулся я.

‒ Настя говорит, что глава рода Лазаревых куда-то собрался? Надеюсь, ты понимаешь, что я с тобой? ‒ ехидно заметил юноша.

‒ Разумеется. Я дал тебе обещание и пора его исполнить, ‒ расслабленно кивнул я, и повернув голову к нему, стал наблюдать за настоящим штормом в глазах цесаревича.

‒ То есть… ‒ хрипло прошептал Романов. ‒ Моё состояние проклятия…

‒ Так и есть. Но понадобится твой самолёт и пара-тройка машин. Подготовишь? Для начала в научных целях. Есть одна идея. Нужно проверить…

Однако ответа на данный вопрос уже попросту не требовалось, потому как дрожащие пальцы будущего императора крепко сцепились на моём предплечье, а сам он вдруг гулко сглотнул.

‒ Когда и куда отправляемся?..

* * *

Второе кольцо. Новосибирское княжество. Новосибирск.

Аэропорт имени Морозовых.

Декада спустя…

‒ Захар, это ведь то, что я думаю?.. ‒ хрипло зашептал мне на ухо Кертайс, взволновано оглядываясь по сторонам, пока остальная часть группы, включая цесаревича, загружала все наши изгоевские пожитки по автомобилям.

‒ Всё так, мой остроухий друг, ‒ хмыкнул я. ‒ Ладно, по машинам! Хорош стоять!

‒ Так куда едем, Захар? ‒ с довольством вопросила Анастасия, подставляя своё лицо под падающих снег, а затем ловко запрыгивая во внедорожник за руль.

Похоже, в родных краях Морозова была более чем в приподнятом настроении.

‒ Как понимаю в тайгу, да? ‒ с не менее довольной харей обратился ко мне Романов, предвкушая веселье в обществе со своей сердечной подругой.

‒ В тайгу, ваше высочество, ‒ тихо отозвался я, вдыхая ледяной воздух и с улыбкой наблюдая реанорским взором за огромным заснеженным лесным массивом вдалеке. ‒ В тайгу…

И небольшое объявление от автора, уважаемые читатели, если позволите...

Решил обратится здесь, ведь не все читают комментарии.

Во-первых, доброй ночи, друзья, и рад всех видеть на предпоследней главе 7 тома о безрассудном и эксцентричном реанорце. Могу лишь надеяться, что мои книги доставляют вам хоть немного веселья и радости в наше время.

Во-вторых, касательно продолжения. Думаю, многие и мои постоянные читатели уже в курсе, что эпилог и первую главу нового тома я публикую в один день. По этой самой причине главы выйдут в понедельник (12 декабря), либо во вторник (13 декабря). За задержку прошу прощения, ведь многое в прошедшем сюжете и в будущих главах требует корректировки и тщательного осмысления.

В-третьих, касательно чибиков. Признаюсь честно, времени было настолько мало во время написания и работы, что автор попросту не успевал это делать, но на 8 томе я это обязательно исправлю и всем "наградерам" будут высланы сразу несколько чибиков.

И да, уважаемые читатели, много раз поступала жалоба на памятку в конце глав, и то, что автор клянчит лайки, как последний реано... отщепенец. В таком случае объясню немного подробнее. Так уж вышло, что репутация автора на портале растёт ещё в том случае, когда читатели ставят лайки и делятся комментариями. Ну и как многие понимают, автор тоже человек и пытается кое-чего добиться на писательском поприще в топе АТ и потешить своё эго и чсв. Но в целом многие правы, ставить сердечки или нет, зависит только от вас. Ведь это сугубо личный выбор каждого читателя. Так что решайте сами достойны книги лайка или нет.В остальном...Как и всегда...Всех обнял, прижал...

Ну и небольшое послание от нашего Зеантара : )