Глава 23

— Понравилось? — увидела ноги Алекса рядом с собой, когда с глаз спала пелена эйфории.

Что за странный вопрос, он разве сам не видел? Не слышал?

Никогда в жизни я не испытывала такого сильного и длительного оргазма! Теперь я полностью осознала, для чего предназначены все эти игрушки. Они действительно делают секс более ярким и незабываемым.

— Но я не говорил “стоп”, детка, — стэк шлепнул меня по голой ягодице, я дернулась, руки едва не подогнулись от слабости.

Я с трудом поднялась и осталась стоять на коленях, оказавшись лицом прямо перед его пахом. Во рту пересохло, мучительно хотелось пить. Я облизнула губы, но во рту не было ни капли слюны.

— Верни вибратор обратно, малышка, не заставляй меня приказывать, — он поддел стэком мой подбородок и поднял его, чтобы я посмотрела на него. — Или, может, ты хочешь попробовать что-то еще?

Он осторожно коснулся моей скулы кожаным наконечником и слегка повернул мою голову в сторону. Я увидела тот самый металлический крест, который меня напугал, а за ним — полувалик с торчащим из него искусственным фаллосом и что-то еще, похожее на… что это, какие-то крупные силиконовые ворсинки?

Когда я разглядела всю эту конструкцию, то в голове промелькнула странная мысль… этот фаллос уж очень напоминал идеальный член Алекса.

— Ты… ты, что… — я опять облизала губы, — только не говори, что этот красавчик сделан на заказ, копия.

Он мог не отвечать. Память меня не подводила. Я все еще помнила, как выглядит его эрегированный член, как он чувствуется, и какой он на вкус…

Губы Алекса дрогнули в ухмылке. Кажется, ему польстило, что я узнала его член спустя столько лет.

— Я всегда за трушность, — усмехнулся он.

— Извращенец! — деланно проворчала я и, собравшись с духом, встала на ноги.

На комоде я обнаружила бутылку воды. Открыла ее и с жадностью выпила почти половину. Вот теперь я готова продолжить.

Алекс осматривал меня с каким-то блеском в глазах, с вожделением и обожанием. Красивый мой! Так хотелось его поцеловать. Отбросить все эти условности, правила и просто сделать то, что велело сердце.

— Попробуешь? — он перевел взгляд с меня на полувалик.

Я кивнула.

— Хочешь, чтобы я оседлала твой член? — бросила на него томный взгляд, а он расплылся в улыбке.

— Дразнишься?

— Скажи еще, что тебе это не нравится.

— Мне пиздец как нравится все, что сейчас происходит, милая!

Я остановилась у полувалика, понимая, что нужно делать, но меня смущала все еще вибрирующая штука во мне с торчащим наружу стразиком.

— Мне оставить ее? — обернулась на Алекса, снова ощущая себя неопытной, напуганной, и показала на свою попу.

— Как пожелаешь, — он пожал плечами. — Если оставишь, попробуешь что-то вроде двойного проникновения…

— Нет, я не хочу, чтобы мне что-то мешало, хочу почувствовать только его… то есть, только тебя.

Алекс закрыл глаза и тихо простонал.

Он задышал мерно, глубоко, будто пытался усмирить внутренних демонов. А когда открыл глаза, клянусь, в них можно было увидеть тлеющий огонь.

Я обернулась в поисках ванной, не хотела вытаскивать из себя анальную приблуду на его глазах. Не знаю почему. Это трудно объяснить даже себе самой. Что-то на эстетичном.

— Скоро вернусь, — подмигнула ему и убежала в ванную.

Дверь за мной захлопнулась, я подошла к огромному зеркалу на всю стену и прикоснулась к нему лбом. Холодное. Пусть немного усмирит пылающий жар.

Мне казалось все более абсурдным, что мы встретились в этом клубе и не делаем того, что на самом деле хотим, чтобы не казаться предателями по отношению к своим парам. Но, блин! Я кончала перед Алексом по его желанию и приказу, и это, как ни посмотри, было изменой. Где та грань, когда мы не прикасаемся друг к другу, но занимаемся чем-то развратным, и где та, если бы мы просто переспали?

Но раз мы здесь и раз уж таковы условия…

Я вернулась в комнату. Алекс ждал меня, сидя в кресле. Он улыбнулся, когда я вышла.

— Все в порядке?

Я демонстративно положила на поднос обратно забавную анальную игрушку, которую я конечно же перед этим помыла и продезинфицировала, благо этого добра в заведении на каждом углу. А потом вспомнила, что Крис рассказывала, что в этом клубе ничего и никогда не используется повторно или напрокат. То, что ты выбрала: наряд или секс-приблуда — все достанется тебе.

Помню, как я в шутку умоляла Алекса тогда в Париже отдать мне секс-качели, так они мне понравились!

А потом я увидела у него на коленях ленты и перевела взгляд на крест в полу.

— Ты, что, собираешься меня к нему привязывать?

— Да.

Вот это вот его краткое «да» без объяснений — это что-то! У меня дыхание перехватило…

— Но, как же мне на нем… эммм… двигаться?

— А ты хочешь поскакать на нем? — произнося эти слова, он весь напрягся, словно струна, и издал звук, похожий на стон, смешанный с рычанием.

— Хочу ли я поскакать на твоем члене? Ты еще спрашиваешь, Винчестер?

Рука Алекса взметнулась вверх, он потер лицо и запустил широко расставленные пальцы в густые волосы. Я видела, что его и без того шаткое самообладание начало сбоить.

И это придало мне смелости.

Я никогда ничего подобного не делала, никогда. Ну что ж, все бывает в первый раз.

«Это все равно что оседлать мужчину», — твердила я сама себе.

Только это не так. Сам-то мужчина сидел в кресле напротив. И смотрел.

— Ладно, — вздохнула я, опускаясь на колени, перекидывая ногу через полувалик.

Когда-то, очень давно я видела что-то подобное в порно. Но видеть все это, слушать очередной рассказ Кристины о ее секс-похождениях — это одно, но делать все это на практике — никогда.

Я встала над прекрасной копией его члена и, обхватив его рукой, нежно провела вверх-вниз. Затем я взглянула на обладателя оригинала, чтобы увидеть его реакцию.

Бедняга открыл рот, но не издал ни звука. Взгляд прикован ко мне, обжигающий, распаляющий.

Когда я решилась, направила игрушку к своему влажному входу и начала медленно садиться, не сводя глаз с Алекса. Он с силой сжал подлокотники кресла, и я услышала, как затрещала кожаная обивка.

Растягивающие, наполняющие ощущения отвлекли меня, я закрыла глаза от наслаждения и тихо простонала. Начала медленно двигаться, привыкая к этому вторжению, к размеру… все сильнее и глубже насаживалась, до самого основания.

Конечно, ощущать в себе настоящий член, горячий, пульсирующий намного лучше… особенно, когда к нему прилагается не менее прекрасный и горячий мужчина, который обнимает тебя, целует, шепчет непристойности…

— Ох, блять, малышка! — послышался стон Алекса, лязгнула застежка ремня, зашумел бегунок и зашуршала одежда. — Смотреть на тебя и ничего не делать просто невыносимо!

Я поймала хороший темп, чуть наклонилась вперед, уперлась руками в валик и открыла глаза. Что-то в этом, все-таки есть… извращенное, запретное.

Алекс продолжал сидеть в кресле, брюки приспущены с бедер, а в руке — идеальный, самый трахательный член в мире. Это какой-то сюр — смотреть на него на расстоянии и прыгать на его точной копии, но…

— Покажи мне его, — простонала я, чувствуя новый прилив влаги, ее было столько, что я легко скользила по силиконовой копии. Но всеми частями тела и души желая, чтобы подо мной оказался оригинал.

Алекс с гордостью продемонстрировал мне своего красавца, слегка отодвинув ткань брюк. Его достоинство выглядело идеально: ровный ствол с отчетливо видневшимися венами, которые извивались по всей длине. На аккуратной головке выступила капля, и мне до безумия захотелось слизать ее.

Член был все также великолепен и точно таким, каким я его помнила: твердый как камень, вздыбившийся под нужным углом. С такого действительно нужно снимать слепки и копии и продавать втридорога.

— Блять, я его хочу! — захныкала я, чаще закружив бедрами, чувствуя теплый прилив нового удовольствия.

— Что ты хочешь с ним сделать, сладкая?

— Все, хочу все: погладить, полизать, пососать, оседлать… пожалуйста!

Его рука обхватила твердый ствол и у снования и плавно заскользила: вверх-вниз, вверх-вниз, а с губ сорвался тихий стон. Он не отрываясь смотрел на меня, а я — на него. Это было и сексуально и чертовски невыносимо одновременно.

— Ты бы двигалась на нем… — его кулак крепче сжался вокруг члена, движения участились, — вот так?

— Д-да…

Я прикоснулась к своему клитору, чтобы ускорить наступление оргазма. Наблюдать, как этот мужчина, глядя на меня, мастурбирует — самое горячее зрелище в моей жизни!

Он держал один темп вместе со мной, создавая иллюзию, будто это и правда я на нем двигалась, а не его ладонь.

— Алекс? — позвала я, ускоряясь, пальцы затанцевали на клиторе, я была на самом краю. — Алекс, пожалуйста…

Не успела договорить, как вдруг почувствовала, что меня накрывает волна наслаждения, и мой стон перешел в крик. Я снова произнесла его имя, наслаждаясь тем, что могу его сделать это вслух.

Я заметила капельки пота на его лбу, увидела, как напряглось его лицо, и по тому, как ускорились его движения, поняла, что он тоже близок к финалу. Неожиданно для себя я попросила:

— Алекс? Пожалуйста, кончи на меня!

Просить дважды не пришлось. Пока я медленно покачивала бедрами, продлевая свое удовольствие, Алекс быстро вскочил на ноги и оказался возле меня за секунду.

Одной рукой он крепко ухватился за основание креста за моей спиной, а второй начал неистово двигать по члену, прямо перед моим лицом и соблазнительным декольте. Я откинула волосы назад, осознав, что завязанный на макушке хвост сейчас как никогда кстати. Мое лицо всегда было открыто.

Алекс резко дернулся вперед, издав стон, перешедший в рычание. О, этот его рык! Как же я люблю, когда он достигает кульминации со мной, теряя контроль и превращаясь в настоящего дикаря.

Теплые струи спермы, попали на меня и начали стекать по моему подбородку и груди. Ведомая инстинктами и желаниями, я открыла рот и эротично высунула язык, позволяя ему излиться прямо на него.

Если я не могу его потрогать, то хотя бы попробую на вкус.

Алекс снова слегка дернулся, издав невнятную французскую матерщину, и я ощутила на своем языке несколько капель. Он, потеряв контроль, немного подался вперед и коснулся моего языка головкой. Я слизала с нее оставшиеся капли и улыбнулась, а он, осознав, что только что произошло, поспешно отстранился от меня.

Он надел брюки и, не сводя с меня прищуренных глаз, о чём-то думал, но не произносил ни слова.

Чтобы его подразнить, я соблазнительно слизала с губ остатки его спермы. Мне понравился ее вкус, и я хотела поделиться этим с ним, но Алекс уже взял с кресла свой телефон, который выпал из брюк, и быстро начал набирать что-то в нем.

Неожиданно что-то начало вибрировать, заставив меня резко вздрогнуть. Не сразу я осознала, что эта вибрация сейчас во мне. А силиконовые устройства, расположенные прямо под клитором, тоже начали вибрировать, усиливая мое возбуждение.

— Нет, — прошептала я, — нет, пожалуйста, хватит, я больше не смогу!

— Ты же так и написала в своем пожелании: “умолять о пощаде”, — игриво подмигнул Алекс, подхватывая ленты с пола, возвращаясь мне. — Зацепись обеими руками вот здесь, малышка.

Он указал на горизонтальную перекладину на кресте. Я ухватилась за нее, согнув руки в локтях. Холодный металл прижался к моей спине, влажной от пота, и я зашипела.

— Нет, вытяни руки, — голос Алекса звучал у меня за спиной. Когда я подчинилась, он перехватил мои руки лентами и завязал их в узел. Ленты были связаны крепко, но не больно. Алекс ловко перекрутил их и привязал мою талию к столбу. — Теперь точно не сбежишь, — сказал он.

Я поняла к чему была отсылка. К моему побегу из Парижа. Но ответить адекватно уже не могла, потому что эта двойная стимуляция оказалась самой беспощадной из всех уже опробованных игрушек. Ни единого шанса не кончить. Ни единого…

Тот факт, что я была связана и не могла двигаться, превращал наслаждение в настоящую пытку, во что-то греховное и сладостное. Я быстро достигла пика удовольствия, а затем еще раз. Казалось бы, это невозможно, но сегодня я, похоже, делаю открытие за открытием.

Сегодня я осознала не только свои физические возможности, но и то, какой я человек. Столько лет я называла Алекса извращенцем, но этой ночью я поняла, что и сама не особо отличаюсь от него…