Глава 8

Я по привычке передвигалась совершенно бесшумно, а с тех пор, как Юмин принес мне старые сапоги своей сестры, которые подошли мне по размеру, я стала еще тише, тенью передвигаясь по поместью.

Широкая дверь была приоткрыта. Тусклый свет мерцал, освещая кусочек пола у порога, сообщая что камин жадно пожирает сухие дрова, злобно потрескивая. Я сделала пару шагов и скрываясь в тени заглянула в зал.

Рохан сидел на широком диване, неизменно сжимая в руках стакан с чем-то крепким и внимательно смотрел на собеседницу. Она притягивала взгляд.

Высокая, судя по длинным ногам, что она призывно закинула друг на друга, светлые волосы, собранные в высокую и сложную прическу, серебрились в освещении от огня. Меховое манто, украшенное мехом арцы, заманчиво скатилось с хрупких плеч, что сияли белоснежной кожей. Тонкие черты лица придавали ему детскую наивность, но глаза слишком мудрые и расчетливые выдавали владелицу с головой.

Она, сложив длинные изящные пальцы на свое колено, приятным грудным голосом, вещала:

— Мне кажется я дала тебе достаточно времени Росс. Пора признать свою ошибку и принять это как опыт. Ты же знаешь, его нельзя заменить.

— Не бросайся красивыми речами, Арин. Ты же знаешь, что твое ораторское искусство на меня не действует.

— И все же это не меняет того, что твое время неудержимо истекает. Подумай, не правильнее ли будет прекратить все сейчас? Я не гордая, Рохан, и готова выслушать твои извинения и признание моей правоты и забудем о разногласиях. — Она улыбнулась, обнажив маленькие клыки.

Снежная вампирша.

Росс рассмеялся, зло, не сдерживая гнева.

— Ты слишком самоуверенная.

— А разве моя уверенность не оправдана? — Голос начал источать мед, и девушка в один длинный прыжок оказалась у ног Рохана, вцепившись ноготками в толстые кожаные брюки. — Соври что не хочешь меня, Росс и я вновь тебе не поверю.

Она выгнулась как кошка и забралась пальцами под мужскую рубашку, желая поддеть пояс штанов и спустить их вниз.

Рохан смотрел на это все с высока и сделав глоток, жестко оттолкнул ее ногой, от чего белое воздушное платье взметнулось в воздухе шуршащим облаком.

— Не унижайся, Арин. У меня не встает, когда я вижу твой зубастый рот.

— Ты пожалеешь!

— Не пугай меня. — Он поставил бокал на жесткий подлокотник и встал. — Был рад повидаться, надеюсь в следующий раз увидимся не скоро. Юмин проводит тебя, у меня дела. Прошу простить. — Он издевательски поклонился и сделал шаг в сторону выхода, девушка ощерилась, готовая бросится.

Мне хватило секунды чтобы покинуть свое укрытие и втянуть жизненную силу враждебной гостьи, от чего та, медленно захлопала глазами, растерявшись.

Ее энергия был холодной, как и у всех вампиров. Неприятная на вкус, тягучая с приторным запахом гниения.

— Эва! — Рохан, закрыл меня собой, отгораживая от вампирши, что продолжала сидеть на полу.

— Она хотела броситься!

— Я же приказал тебе сидеть и не высовываться! — Я хотела сказать, о том, что меня пригласили под предлогом воли хозяина, но не успела.

Елейный и полный злорадства голос Арин поплыл по залу:

— Так, так, так. Кто это у нас? Неужели ты завел ручную ведьму, Рохан? Я начинаю все больше и больше сомневаться в твоем вкусе. Хотя… Она достаточно храбрая, или хорошо выдрессирована, раз бросилась защищать своего хозяина.

— Поваливай, Арин. Разговор уже закончен.

— Ну что ты, милый, не представишь меня своей ручной зверюшке? Тогда я сама это сделаю. Мое имя Арин Белоснежная Вьюга, я повелительница всех вампиров севера, а ты кто? Можешь называть меня «моя госпожа» и я прощу твою жалкую попытку напасть на меня.

Как и все магические существа, она почувствовала толчок силы, но не поняла, что я пила ее жизненную энергию, видимо решив для себя, что я обычная ведьма.

— Мне не требуется ваше прощение. — Выплюнула я, раньше, чем Рохан, схвативший меня за шкирку, вместе со мной бросился из зала, бросив прямо на ходу:

— Что бы через пять минут тебя здесь не было.

Как только мы оказались на достаточно безопасном расстоянии, Росс встряхнул меня и прорычал прямо в лицо:

— На кой ляд ты вышла если я приказал сидеть в спальне и не высовываться?!

— Не ори на меня! Не одна я прикрываюсь твоим именем!

— Что?!

— Меня позвала служанка, яко бы по твоей воле!

Он метнул злой взгляд куда-то в сторону и вернулся ко мне.

— В спальню. Живо. И чтобы пока эта албиносиха не уедет от сюда не высовывалась, поняла?!

— Поняла! — Прокричала я, висящая прямо перед его лицом. — И вообще! Какого ляда, как ты выразился, какая-то мертвячка лезет тебе в штаны!?

— А ты чего раньше тогда стояла и смотрела?!

— Интересно было в какой момент ты ею воспользуешься!

Рохан улыбнулся, подхватывая меня за талию и усадил на себя, заставляя обхватить бедра ногами, чтобы не свалиться.

— Я и раньше не брал ее, и сейчас ничего не изменилось, за исключением противной ведьмы, появившейся в моей доме, насмерть припечатавшей меня к себе.

Ох, если бы ты знал, как меня к тебе припечатало. Навеки вечные.

— Врешь, как дышишь. — Буркнула я, попытавшись слезть.

— Куда? Я тебя не отпускал. — Он, резво шагая, с странной улыбкой на лице направился в нашу спальню.

Нашу?

Я прикусила себя за губу, чтобы выбить странную мысль из головы, продолжая висеть на Россе, для надежности обхватив его руками за шею, что ему по всей видимости понравилось.

Он открыл дверь, прошел в спальню и спустив меня на постель, развернулся и вышел. Я только открыла рот от возмущения! Вот так просто взял и ушел! Вот сволочь!

Но сволочь вернулся спустя пару секунд, и я поняла, что он закрывал двери, чтобы нас не побеспокоили. Тем временем, он одним рывком стянул с себя рубашку через голову и откинул ее куда-то в район стола.

Голод заголосил во мне, увидев то, что как он решил, принадлежит мне. Широкие плечи, схватившись за которые я могла без угрызений совести кусать и царапать светлую кожу, не знавшую загара. Крепкие руки, силу которых мне уже удалось познать, манили своими стальными объятьями, готовыми выдавить весь воздух в легких.

— Рохан…

— Тшшш. — Он наклонился и приложил палец к моим губам, заставляя замолчать. — Я просто подумал, что завтра у тебя ритуал и тебе потребуется много сил.

— Но это…

— Тшшш.

Я хотела сказать, что силы потребуются мне после ритуала, но Росса это похоже совершенно не заботило. Потому что он так подумал, и он так решил.

Я нахмурилась за что получила легкий поцелуй прямо в складку на лбу.

— Я не сделаю ничего, к чему ты будешь не готова. Но будь добра, ответить за свой проступок.

— Какой еще проступок?! — Возмутилась я.

— Не выходить пока Арин здесь. Теперь это белая мышь, не успокоится, узнав о моей привязанности к тебе, и я зол, девочка, очень зол. — Он говорил все это с улыбкой и продолжал легонько поглаживать мои плечи, руки, пальцы.

Я оторопела.

Ласка этого мужчина вгоняла меня в ступор раз за разом, и воспользовавшись моим промедлением Рохан вновь меня поцеловал.

Это было не сравнимо ни с чем.

Ни с долгожданным глотком прохладной воды, после изнемогающей жажды, ни с теплом, согревающим замершее тело и даже с ненавистными ласками Расула, воспоминания о котором терялись где-то в глубинах накатившей на меня страсти.

Рохан не терял времени, стягивая с меня платье, разрывая пуговицы в нетерпении. Фартук улетел в неизвестном направлении, платье последовало за ним. Я запустила пальцы в его волосы, взъерошив их, давая свое согласие на полную капитуляцию.

Я, оказывается, так хотела прикоснуться к нему. Сама. Наконец поддавшись искушению и шагнуть за черту, что сама для себя нарисовала.

Мужчина легонько толкнул меня, укладывая на спину и устроившись между моих ног начал опускаться поцелуями, исследуя губы, затем шею, линию ключиц, приближаясь к груди. Он опустил ладонь на холмик мягкой ткани и нежно, с профессионализмом сжал вставший дыбом сосок, прокрутив его между костяшек.

Застонав я откинула голову назад, закрывая глаза, продолжая держать руку на его рыжих жестких волосах.

Видимо среагировав на положительную реакцию, Рохан втянул второй в горячий рот и облизнув тугую горошинку вжался в меня сильнее.

— Доверься мне. — Шепнул он, оторвавшись от искушающей экзекуции, спускаясь языком на уровень пупка и облизнув подрагивающую кожу, оставил влажную дорожку, тут же остывшую в прохладе спальни.

В этот раз он не торопился, исследуя каждый дюйм чувствительной кожи, лаская, тараня или посасывая центр удовольствия.

Я бесстыдно стонала, выгибаясь грудью к потолку, вжимая пальцы в ни в чем не повинную постель, угрожая разорвать простынь. Раздвинув ноги, которые Рохан тут же закинул к себе на плечи, я совсем потеряла связь между реальностью и вымыслом.

Рассыпаясь в его руках, я собирала себя из расколотых частей, и снова разбивалась в дребезги. Провалившись в момент высшего наслаждения, я, едва дыша, прошептала:

— Рохан…

Он поднялся, нависая надо мной. Его губы блестели от моего сока, как бы подтверждая, что все то, что происходило минуту назад, было правдой.

Схватив его за шею, я обвила ногами бедра и резко дернулась, оказываясь верхом на мужчине. Он только завороженно наблюдал, доверив продолжение мне самой.

Все еще находясь в объятиях страсти, я качнула бедрами, ощутив немалых размеров напряжение в его штанах.

— Эва… — Позвал он меня, но в этот раз я закрыла его губы, приложив к ним палец.

— Просто помолчи, не отвлекай меня. — Я погладила краешек его рта, за что тут же поплатилась, будучи схваченной за бедра. — Отпусти. — Пальцы слабо разжались.

Было видно, как тяжело ему это далось.

Скатившись вниз, я ненароком прокатилась по восставшему и давно желающему вырваться на волю члену и оказавшись с ним на одном уровне я провела по нему рукой.

Рохан смотрел на меня затуманенным взглядом, жадно впитывая каждое мое движение.

Не давая ему опомниться, я потянула пояс и расстегнув бляшку спустила штаны вниз. Мне на встречу вырвался толстый, налитый кровью фаллос, с широкой гладкой головкой, на конце которой блеснула капля смазки. Не удержавшись, я сомкнула свою ладонь на стволе и погладив большим пальцем самый кончик, размазала каплю по коже.

Рохан застонал и откинул голову назад, перед этим приподнявшись на локтях.

Повинуясь инстинктам и похоти, я совершила поступательное движение вверх-вниз и была награждена еще одним стоном.

Я чувствовала, как монстр внутри меня пьет энергию с жадностью, наполняя меня азартом и бурлящей под кожей силой и склонившись, провела языком от основания до самого верха, пульсирующей в руке плоти.

Этот огромный мужчина сейчас лежал передо мной открытый, доверчивый и желавший моих ласк как глотка свежего воздуха. И я хотела… Хотела дать ему то, что просило его тело, и чего уж врать, мое тоже.

Опустившись, я сомкнула губы, накрывая горячую головку своим ртом и обведя ее внутри языком, с блаженством закрыла глаза. Несколько глубоких, страстных, но в то же время нежных глотков и на мой затылок опустилась рука, страшась применять силу. Но это было не нужно. Я чуть сжала пальчиками неистово запульсировавший в моих устах член и приняла в себя вязкую, терпкую жидкость, выпивая ее, проглатывая вместе с ударившей по мне мощью, и дрожащие колени, подогнувшись предали меня, и я погрязла под очередной вспышкой оргазма.

Очнулась я только мирно лежащей на груди Рохана, что с закрытыми глазами, рисовал невидимые узоры пальцами на моей спине.

— И только попробуй сказать, что это ни любовь.

Я только прижала щеку к его груди, пытаясь обуздать разбегающиеся в разные стороны чувства.

С одной стороны, я понимала, что мой внутренний монстр тянется к своему сангину, вечному источнику энергии и сил, но с другой… Я сама жаждала быть с ним, хотя бы сейчас, хотя немного и пока он, не отталкивает слепнувшую от своего же проклятия банши.

Сжимая меня в руках, словно ребенка, Рохан нежно целовал мои распущенные волосы, согревая остывшую от страсти кожу своим теплом.

— Ты голодна?

— Я сыта, как никогда ранее. — Лжи в моих словах не было.

Пересыщенное нутро еще несколько дней может питать тело, не требуя ни еды, ни питья.

— Эва.

— Мм?

— Я хотел бы, что бы ты подумала, над моими словами. Можешь не принимать решение скоропостижно и обдумать все, но я хотел бы, что бы ты…

— Ты тянешь. Говори, как есть.

— Стань моей. Пусть только разумом, и может немного душой, но моей.

— Зачем тебе это? — Я подняла на него глаза и внимательно изучала радужку синих глаз.

Он усмехнулся, с ноткой печали.

— Ты можешь не верить и упираться сколько угодно, но я обезумел от первого твоего взгляда. И поверь, я не готов опускать руки, пока ты не сдашься.

— То есть, ты ставишь меня перед фактом. Или ты, или никто. — Я нахмурилась, сжав губы.

— Именно. — Он кивнул и продолжил. — Можешь изводить меня своей вредностью, отталкивать, делать вид что ты ко мне равнодушна. Но ты лжешь. И я это знаю.

Больше он ничего не говорил, продолжив обнимать меня, поглаживая руками. Я позволила себе расслабится в его руках и утекла в реку забвения.