Глава 25. Да здравствует Белый Князь

Розу окутывал мрак. Осязание, зрение, слух – отступили. Только собственное сознание ещё боролось за то, чтобы остаться целым. Казалось, она стояла на перепутье. Одна часть стремилась уйти туда, где спасительная тьма обещала спокойствие и защиту, вторая – всё ещё цеплялась за наполненное болью тело.

Кто-то звал её. Кому она могла быть нужна? Кто был настолько немилосерден, что не хотел отпускать в сладостно-тягучее небытие, обещавшее освобождение от страданий?

В какой-то момент перед ней возникли длинные чёрно-белые линии, железными прутьями пронзив сознание. Они мешали, удерживали её в собственном теле как в клетке.

Горло обожгло огнём, но неожиданно это принесло облегчение.

Небытие отступило. Роза расправила лёгкие, услышала шум собственного дыхания, но его тут же заглуши визгливые слова:

– Мой Господин, я не знала, что она нужна вам… Я бы никогда…

Кто-то кричал, молил о прощении. Роза не могла понять кто. Да и имело ли это значение?

Через какое-то время веред глазами проступило бледное лицо. Бесцветные волосы растрепались. Маска, которой она так боялась ранее, сейчас была роднее идеального профиля, доступного все остальным.

– Мой… князь, – тихо прошептала она, всё ещё неуверенная в своём голосе. Говорить было больно.

– Какого Эфира ты забыла у городских стен? – Бескровные губы сжались в тонкую линию. – Ты хоть понимаешь, какие последствия несёт твой поступок?

Роза приподнялась на локтях, поражаясь тому, как легко она это сделала.

– Простите меня…

Женщина тряхнула головой, пытаясь вспомнить, зачем она пошла к стенам.

События прошедшей ночи тут же вспыхнули перед ней так же явственно, как и таинственные линии, не давшие ей умереть. Безымянное послание, ведьма, полуночный разговор, безуспешная попытка найти Господина и оскалившаяся собака, которая бросилась на неё.

– Они хотят открыть ворота… – Роза затараторила, проглатывая при этом не просто слова, целые предложения.

Князь, не говоря ни слова, ухватил за плечо и зажал ей ладонью рот.

– Молчи. Просто думай.

Горящие голубые глаза пронзали насквозь. В сознании вспыхивали и гасли образы пережитого. Кучер, сидящий к ней спиной на отрытой повозке, Северная башня, Анастасия…

Князь, закусив губу, слегка прищурил глаза, словно хотел рассмотреть внимательней. Затем резко отпустил её и отвернулся.

– Мой Господин? – Тихонько позвала Роза.

Князь тряхнул головой, всё ещё стоя к ней спиной.

– Может статься так, что из-за тебя я потерял всё, к чему так долго стремился. – Голос был сухим, а каждое слово было подобно выстрелу.

Но вот он обернулся, и его горящий взгляд казался безумным. Он протянул руку и одним властным движением прижал Розу, впиваясь в губы поцелуем.

Женщина окаменела от неожиданности. Хватка была повелительной и жесткой, но она и не думала сопротивляться. Всё её естество подалось навстречу поцелую. Заметив это, господин тут же отстранился.

– Нужно завершить начатое, – без тени улыбки добавил он. – А пока, будь хорошей девочкой. Зоркий!

Роза, всё ещё сидевшая на столе, только сейчас обратила внимание, что они были не одни. Лицо залилось жаром смущения. Слуга Князя видел их поцелуй!

А потом пришло осознание. Неужели это было на самом деле?

Не говоря больше ни слова, Белый Князь развернулся на каблуках и вышел из комнаты. Слуга прошмыгнул следом, и Роза осталась одна.

Всё ещё сбитая с толку, она осторожно спустилась с дубового стола и тут же оступилась, наступив на что-то объёмное и мягкое.

Она подвернула ногу, но удержалась, ухватившись за деревянный край. Рядом с ней лежала рыжая собака. Глаза животного были закрыты, только редко вздымавшееся тело выдавало жизнь.

Женщина осторожно наклонилась, опасливо дотронувшись до зверя, но реакции не последовало. Она не могла знать этого наверняка, но почему-то была уверена, что это было то самое животное, что напало на неё. В любом случае, судя по количеству крови вокруг, вряд ли собаке долго осталось. Постояв рядом с ней ещё немного, Роза вышла на улицу. Солнца не было. Это существенно затрудняло понимание того, который час. Всё ещё не рассвело или, напротив, уже почти стемнело?

Роза потерянно стояла на улице, наблюдая за суетящимися людьми. Судя по тому, как они улыбались, атака Державы не удалась. Ни кучера, ни повозки, на которой она приехала, не было видно.

– Роза? – Знакомый голос окликнул её, и она увидела мужа.

Василь сидел на высоком чёрном жеребце, с трудом удерживая поводья. Вокруг было несколько незнакомых мужчин, часть из которых сидела на непривычно низких лошадях. Смуглые лица всадников горделиво осматривали стены и постройки, и то и дело пренебрежительно морщились.

Василь с преувеличенной осторожностью спустился на землю и, прижав ко рту белоснежный платок, подошёл к ней.

– Что ты тут делаешь? – Строго спросил он, но стоило заметить кровь у неё на одежде и на руках, выражение его лица стало взволнованным, а голос дрогнул. – С тобой всё в порядке? Сюда! Живо! – Он махнул рукой в сторону проходящих мимо солдат.

– Нет, нет… Всё хорошо. – Роза поспешно постаралась успокоить мужа. За время его отсутствия она успела от него отвыкнуть и теперь смотрела и не узнавала резкие черты. – Вот это вообще кровь собаки. – Она улыбнулась, стараясь сменить тему.

– Какой собаки? – Василь настороженно свёл брови.

– Я нашла её в главной крепости, – пожала плечами женщина. Она не хотела рассказывать о нападении и последующем чудесном исцелении. Казалось неправильным, чтобы муж знал об этом, как и о поцелуе.

– Проводите Дору домой, – кивнул Василь подошедшим на его зов солдатам.

Роза покорно позволила увести себя, даже не узнав у мужа, чем всё-таки закончилось нападение Державы. Она просто не думала об этом. Как можно, когда тот, кого она безмерно любила, совсем недавно соединил с ней уста, пусть и всего на несколько мгновений?

Впрочем, подробности произошедшего не заставили себя ждать. Провожавшие её мужчины в грубых солдатских выражениях, за которые они ежеминутно извинялись, восторженно рассказали об открытых воротах, подвиге князя и двойных тисках для Державы.

К концу пути ей даже началось казаться, что она всё видела своими глазами.

Домашние слуги встретили её с заметной долей облегчения, ведь она не оставила никаких указаний и исчезла почти на сутки.

Теперь же они собрались вокруг неё в главной комнате дома и с придыханием слушали пересказы солдатских баек. Мико с важным видом ходил вокруг матери, то и дело показывал на неё пальцем и с гордостью говорил: «Ма-ма». Казалось, он и в самом деле понимал, о чём его мать рассказывала другим.

– Говорят, завтра утром на Народной площади будет праздник. – Одна из кухонных девушек смело вступила в разговор.

Впрочем, в этом не было ничего удивительного. За прошедший месяц Роза частенько перебрасывалась с кухарками парой-тройкой ничего не значащих фраз.

– Почему не сегодня? – Несмело пискнул какой-то мальчик из дворовых, держащийся ближе к выходу.

– Нужно схоронить мёртвых и помочь живым, – назидательно ответила толстая служанка, приставленная к Мико. – И до завтра-то не управятся.

– Управятся, не управятся, а народ соберется. Все хотят видеть Князя. Без этого и победа не победа, – хмыкнул самый старый из присутствующих слуг.

Разговоры о Господине привели Розу в волнение. Она поспешно разогнала людей, оставив только нянюшку Мико.

Ребёнок пытался дотянуться до всего подряд, топтался между креслами и то и дело пытался залезть под высокие стулья. Но, как ни пыталась женщина на нём сосредоточиться, у неё ничего не выходило.

В конечном итоге она сдалась и, оставив ребёнка со служанкой, поднялась к себе в комнату. Прислонившись спиной к двери, Роза закрыла глаза и медленно сползла вниз.

В дверь постучали. Женщина вздрогнула. Она сидела под дверью, погружённая в мысли и воспоминания. Сколько времени прошло? Минута? Час?

– Роза, вы там?

Открыв дверь, она увидела мужа. Он стоял, опираясь рукой о косяк, а его грудь при этом часто и тяжело вздымалась. Не спрашивая разрешения, он вошёл внутрь и сел на край её кровати.

Роза нерешительно замерла у порога. Василю явно нездоровилось, возможно, стоило позвать за доктором.

– Со мной всё в порядке. – Угадав её мысли, муж вскинул руку, жестом предлагая ей сесть. – По крайней мере, пока Князь не вернулся в город.

– Он уехал? – Мысли о состоянии Василя тут же отошли на второй план, и она взволнованно приблизилась к мужчине.

– Возможно, и нам нужно сделать то же самое, – очень тихо добавил он.

– Что сделать?

– Уехать из города. Из страны. – Василь прижал ко рту платок и на несколько секунд зажмурил глаза.

– Я не понимаю.

– Князь скоро вернётся. И тогда, возможно, меня объявят предателем и повесят. Ваш сын – племянник последнего претендента на трон от Алых Маков. Вы сами, как мне сообщили, беременны моим ребёнком. После моей смерти Князь может решить устранить вас.

– Что? – Роза хмурилась, растерянно улыбаясь при этом. – Он не станет… Господину незачем… – Она резко замолчала, наконец поняв полный смысл сказанного. – Что ты натворил? – Она даже не заметила, как впервые обратилась к мужу на «ты».

– Вообще? Или конкретно сегодня? – Язвительно отозвался Василь.

Роза скрестила руки на груди, всем своим видом стараясь показать серьёзность своих намерений докопаться до правды. В конце концов, от этой правды зависела её жизнь.

Она словно снова ощутила на себе тяжёлый взгляд своего господина. «Может статься так, что из-за тебя я потерял всё, к чему так долго стремился». Может быть, ещё было не поздно всё исправить?

Василь вздохнул, признавая право Розы на информацию, и начал рассказывать:

– Когда мне было пятнадцать, я был помолвлен с Региной. Я знал её с детства и любил её. Сначала как сестру, потом как женщину. За несколько месяцев до нашей свадьбы разгорелся страшный скандал. Игорь, младший брат только взошедшего на трон короля Георгия, обесчестил мою невесту и наградил её бастардом в брюхе. Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы вдовствующая королева-мать Виктория не настояла на поспешном браке. Через шесть месяцев родилась принцесса Анастасия. Я до последнего надеялся, что ребёнок будет похож на меня, но у маковых людишек на удивление стойкая порода. Их кровь сразу видно.

Роза поморщилась. Вульгарные выражения коробили её не так сильно, как признание в том, что муж спал со своей невестой до брака. О какой поруганной чести со стороны королевской семьи могла идти речь в таком случае?

Василь тем временем продолжал:

– Вскоре Регина поняла, что выбрала не того брата. Ей нужна была реальная власть. Зато Игорь был слабохарактерным и легкоуправляемым. Она спланировала убийство молодого короля, а когда всё пошло не по плану, заставила мужа взять вину на себя. Королева-мать решила отослать их прочь, в очередной раз пытаясь замять случившееся. По закону они совершили измену, и это каралось смертью. Когда я в последний раз видел Регину, она взяла с меня обещание заботиться о её младшем брате. И я пытался выполнить его, став Михаилу другом. Потом… – Он ненадолго замолчал, переводя дыхание и собираясь с мыслями. – А потом появился Князь. Простой народ толпами шёл за ним, но у каждого из благородных была своя причина присоединиться к нему. Он давал желаемое каждому.

– И что же было вашим желанием? – Роза не сразу узнала свой голос, осипший от нахлынувших эмоций. Она никогда не любила Василя, но уважала его. Он помог ей тогда, когда она в этом больше всего нуждалась. Что было бы с ней, откажись он принять её в ту ночь, когда пали Алые Маки?

Василь мрачно усмехнулся.

– Регина должна была вернуться. Игорь умер, и Михаил договорился о помиловании…

– Не хотели видеть сбежавшую невесту? – С сарказмом проговорила Роза.

– Хотел, наверное, но на моих условиях, – ничуть не смутившись, ответил муж. – В конечном итоге всё прошло не так гладко. Я не сумел спасти ни Михаила, ни Анастасию, которую я также пытался вывести из страны.

– По крайней мере, вы спасли меня и Мико. – Видя искреннюю горечь, Роза несколько смягчилась. Она взяла мужа за руку, ободряюще сжав ладонь.

– Это всё будет неважно, если нас обоих казнят. На поле боя я видел Регину и отпустил её. Даже коня дал, чтобы ускакала подальше. Вряд ли Князь простит мне это. Вы должны уехать.

– Я не брошу свою страну, какая бы опасность мне ни грозила, – твёрдо ответила ему Роза.

– Вы не понимаете…

– Нет, это вы не понимаете. Осенний лес наконец получил шанс возродить былое величие. Князю нужен каждый из нас.

Василь удивлённо и недоверчиво посмотрел на неё.

– Кажется, меня действительно долго не было.

– Вы можете бежать один, если беспокоитесь за себя.

– Мы женаты, вы носите под сердцем моего ребёнка. Я не оставлю вас в ситуации, когда может грозить опасность.

– Что ж, – Роза кивнула, собираясь с мыслями. – В таком случае я попробую попросить Князя о снисхождении к вам.

Мужчина усмехнулся и потряс головой.

– Меня действительно долго не было. В любом случае спасибо, но не стоит.

Оставшись одна, Роза забралась в кровать и несколько раз прокрутила в голове всю историю, рассказанную мужем. Как бы повернулась судьба, окажись Анастасия на самом деле дочерью Василя. Были бы они подругами в таком случае? Стала бы та ведьмой?

Невеселые мысли преследовали до самого рассвета. Она не верила, что Князь навредит ей, но сможет ли она убедить Господина пощадить её мужа? Или же после того поцелуя повелитель решит, что ему лучше оставить её вдовой? Несмотря на всю свою любовь и преклонение перед величием Господина, Розе было горько думать, что он сможет поступить так.

Дрёма охватила только под утро, но оживший повседневными заботами дом быстро прервал её неглубокий сон.

Завтракала одна. Слуги передали, что Дор уехал в Белый замок ещё затемно. Возможно, это означало, что Князь вернулся. Она помнила о том, что обещала мужу просить о помиловании и, несмотря на то, что тот отказался, она была намерена исполнить обещание.

Не заходя к сыну, она приказала подготовить экипаж. Переодевание и причёска не заняли много времени.

Кучер приветливо улыбнулся и неторопливо повёл лошадей.

Они добрались до ворот замка довольно быстро, но Роза так нервничала из-за предстоящей встречи и из-за того, как ей стоит вести себя с Господином, что даже на минуту не подумала о том, как она попадёт внутрь.

– Стоять!

Широкоплечий стражник вышел навстречу и потребовал назваться.

– Вас пускать не велено, Дора, – неодобрительно покивал он.

Роза недовольно поджала губы, злясь сама на себя, что не решила этот вопрос заранее.

– В замке мой муж, и я должна попасть к нему.

– Я могу отправить кого-нибудь поискать Дора Василя и позвать к вам, Дора, – предложил стражник. – Но всё равно не пущу. Строгий наказ Князя. А его самого ещё вроде как нет, чтобы отменить это.

Роза задумалась. Когда Князь вернётся, он почти наверняка воспользуется этими воротами и не пройдёт мимо неё. Может быть, стоит подождать здесь?

Женщина обернулась, окидывая взглядом площадь. Медленно, но верно люди начинали собираться. Слуги были правы, когда говорили о том, что народ будет ждать возможности увидеть своего повелителя.

– Ну, так что, Дора? Послать за вашим мужем?

– Нет необходимости.

Она слезла с повозки и направилась в сторону площади. Далеко уходить она не собиралась, чтобы иметь возможность видеть ворота. Гулять одной среди простонародья было не совсем приличным для дамы её положения, но Розе казалось, что Князю бы это понравилось, и эти мысли ободряли её.

Лавочники пользовались скоплением народа, пытаясь сбыть товар зазевавшимся покупателям, шуты силились вытянуть немного денег. Но чем больше проходило времени, тем торжественней становилось настроение толпы. То тут, то там слышались здравницы Князю. Несколько раз на мансарду выходил кто-то из Доров, но народ свистел, требуя правителя.

К полудню людей стало настолько много, что на площади было не протолкнуться. Роза стояла посреди людского моря и вместе со всеми следила за белыми занавесками на выходе из мансарды. Она давно потеряла надежду застать Господина у ворот. Но куда же он всё-таки мог отправиться? Она помнила, что он говорил о нарушенных планах, и теперь желала лишь того, чтобы Господин поскорее завершил все свои дела и вернулся невредимым. Волнение толпы передалось и ей. Она вместе со всеми кричала «Да здравствует Белый Князь!», вместе со всеми поднимала к небу четыре растопыренных пальца в жесте Четырёх, давно уже ставшем для народа символом величия их правителя.

«Да здравствует Белый Князь!»

– Да здравствует Белый Князь! – Прокричала она, не сводя взгляда с мансарды. Что могло случиться? Что заставило Князя покинуть свой народ? Всё ли с ним в порядке?

Она прижала растопыренные пальцы к сердцу, мысленно прося Четырёх защитить Господина, а затем вскинула руку вверх. Тысяча рук взметнулась вместе с ней.

«Да здравствует Белый Князь!»

Сердце щемило от дурных предчувствий. Только бы он вернулся!

Белая занавеска слегка шевельнулась. Роза тяжело сглотнула, почувствовав солёный привкус. Она сама не заметила, как в волнении прокусила губу.

«Да здравствует Белый Князь!» Стоящие на площади люди вновь вскинули вверх свои руки.