Глава 17

А под утро мне снова приснилась та зеленая ящерица. В этот раз я его разглядела более подробно. Цвет шипастой кожи напоминал изумруд. И даже блестел, словно был драгоценным камнем. На лбу и щеках, если их так можно назвать на драконьей морде, переливались полоски из стразиков, таких, какие обычно девочки делают себе на маникюре. Хотя, скорее всего, это далеко не произведения Сваровски.

— Почему ты меня не послушала? Теперь будет все плохо, — покачал головой ящер, заглядывая в мою душу.

— А почему я должна отдавать свое счастье?

— Если бы ты не вышла за него замуж, все было бы намного проще! — дракон приподнялся на передних лапах, открыл свою жуткую пасть и грозно рыкнул.

А я что? Я же во сне храбрая. Замахала на него руками и грозно крикнула:

— Пошел прочь, слышать тебя не желаю!

Существо покачало головой и исчезло, а я услышала голос Петра, который тряс меня за плечо:

— Шура, ты это меня гонишь из супружеской кровати?

Я резко открыла глаза и встретилась с взглядом мужа:

— Что случилось? Обычно после первой брачной ночи с такими криками не просыпаются.

Увидев, что любимый мужчина рядом, никуда не исчез, за окном светит скупое осеннее солнце, а наш дом стоит на месте, я немного успокоилась:

— Ерунда какая-то приснилась, не бери в голову! — отмахнулась я от него. И чтобы не давать повода к дальнейшим расспросам потянулась за поцелуем. Мужчина, поняв, что это не его гонят, успокоился и живо откликнулся на мою ласку.

Только мое мироощущение изменилось. Я отдавалась ему словно в последний раз. И Петр это заметил:

— И все-таки, девочка моя, что тебя тревожит? — уточнил он, жуя булку с маслом за завтраком. — Я чувствую, что между нами возникла какая-то преграда. И не могу понять какая и зачем. Что я сделал не так?

Я вздохнула, зажмурилась на секунду и начала нелегкий разговор с вопроса:

— Зачем драконы носят стразики на щеках и на лбу?

— Стразики? — брови собеседника взметнулись в верх, не понимая, о чем идет речь.

Тогда я продемонстрировала ему свой свадебный маникюр. Обычно такие украшения не ношу, но в этот раз решилась. Он задумчиво посмотрел на камушки и спросил:

— Три на лбу?

— И по три на щеках, — дополнила я. — И кожа изумрудная и блестящая.

— Откуда ты его знаешь? — лицо мужчины вмиг посуровело и нахмурилось.

— Тихо-тихо, — погладила я его по руке. — На ящериц я не смотрю. Кто это такой?

— Это наш верховный бог Труменкайраль. Ты не ответила на мой вопрос.

— Я его вторую ночь во сне вижу. Он говорит, что без тебя начались беспорядки, поэтому тебе нужно вернуться домой.

Петр застонал и закатил глаза. Потом выдохнул, сел прямо и посмотрел на меня:

— Почему ты мне сразу об этом не сказала?

— Потому что, — фыркнула я. — Мне наплевать на ваши беспорядки. Только отдавать тебя я не собираюсь.

— Глупенькая, — мужская ладонь легла на мою руку и нежно погладила. — Просто, пока мы были не женаты, я мог смотаться туда обратно один. А теперь мы сможем сделать это лишь вместе.

— И что? Я не достойна быть показана твоему народу? — мне почему-то стало обидно.

— Шурочка, ты у меня лучшая, и достойна всего. Ты просто не понимаешь, что людей там нет. От слова совсем. И как все пройдет, я не знаю и не могу гарантировать на 100 %, что все будет хорошо.

— Петр, я твоя жена. И мой долг быть рядом в любой ситуации. И я знаю, что вышла замуж за дракона…

А дальше мы молчали. Я не знала, как подступиться к мужу, а он становился все мрачнее и мрачнее. Наконец я не выдержала:

— Ты знаешь, как вернуться в свой мир?

— Нет, — его ответ был коротким, словно выстрел. Он снова замолчал, лишь плотно сжал обескровленные губы. Вот и первый день замужней жизни, поздравляю, Александра!

— И что будем делать дальше? — но я молчать не собралась.

— Наверное, съезжу к Берте, — пожал мужчина плечами. — Надеюсь, она что-то знает. Амельду спрашивать бесполезно. Она в этом мире после меня появилась.

Фу-ух, хоть что-то. Первое связное предложение за последние полчаса.

— Не съезжу, а съездим! — поправила я его.

— У тебя же работа? — мне показалось, или в его глазах правда блеснула надежда?

— У нас в коллективном договоре записано, что молодоженам дается три дня на свадьбу. Я израсходовала лишь один. Плюс воскресенье. Итого еще три дня в запасе, — постаралась отвергнуть сразу его доводы. Почему он не хочет брать меня с собой? У него там кто-то остался?

— Нет у меня там никого! — недовольно поморщился он. — Для меня существует лишь одна женщина в мире, и это ты.

— Ты читаешь мои мысли? — я удивленно вскинула брови.

— А чего их читать? — фыркнул в ответ он. — У тебя все на лице написано. Шура, я очень тебя люблю и поэтому боюсь. Я не знаю, как тебе примет мой мир, как ты воспримешь его и будешь ли ты меня любить, после того, что там увидишь.

Ага, вот, похоже, где собака зарыта!

— Ты же защитишь меня от любой опасности? — осторожно уточнила у Петра.

— Да, от опасности, да, — вздохнул он. — Но я не смогу защитить тебя от самой себя. И очень боюсь, что то, что ты увидишь в Кайерлане, будет сниться тебе по ночам до конца жизни.

— Там много крови и мяса? Убивают пачками младенцев?

— Нет, но это совсем другой мир. И людей в твоем понимании там нет, — он выжидающе посмотрел в мои глаза.

— Тогда я буду первой, — просто пожала плечами в ответ. А что я еще могла сказать?

Берта не знала, как отправится в мир драконов.

— Я бы уже давно была там, если бы умела переходить из мира в мир! — усмехнулась она. Ее пронзительные глаза внимательно посмотрели на меня, словно заглядывая в душу:

— А тебе, дочка, я могу лишь посоветовать, постараться принять все таким, как оно есть. Тот мир старше вашего. Я не говорю, что лучше. Но меняться по твоей прихоти он не будет.

— Да я и не буду ничего изменять, — попыталась возразить я.

Но Берта меня уже не слушала.

— Петра, если Труменкайраль пришел к Шуре, то он где-то рядом. Готовьтесь, он скоро сам за вами явиться. А лучше живите так, словно ничего не было. У богов свое понятие о времени.

Дома муж никак не мог успокоиться и ходил из угла в угол, мрачнея с каждым шагом. Наконец он не выдержал, подошел к стене т со всей силы ударил по ней кулаком со словами, позаимствованными из мультика, который особенно нравился Петруше-поросенку:

— Труменкайраль, выходи подлый трус!

Неожиданно в том месте, где его рука соприкоснулась со стеной, стал образовываться туман. Мужчина резко подскочил ко мне, загораживая собой. Но я не могла оставаться в стороне и выглянула у него из подмышки.

Туман все густел и зеленел. Я не поняла, сколько прошло времени, но он стал почти осязаемым и начал уплотнятся, формируя огромную шипастую голову. Изображение было словно подернуто дымкой. И лишь на лбу и на щеках блестели по три бриллианта. Это бы тот самый ящер из моего сна.

Глаза существа крутанулись вокруг оси, как это обычно делают хамелеоны, и остановились на нас.

— Петра Дефендер, ты стал нетерпеливым, как обычный человек! — существо не открывало свою жуткую пасть. Звук словно рождался в наших головах.

— Просто мне стало за кого переживать и волноваться! — усмехнулся мужчина, пряча меня за спиной.

— Я ей предлагал повременить со свадьбой! — в голове мне послышалось недовольство. — Но женщины такие легкомысленные и упертые одновременно.

— Если вас кто-то обидел, то не стоит судить по ней об остальных! — не выдержала я и подала голос. — Жена — это надежда и опора мужа, и должна быть с ним рядом и в радости и в горе.

— А вот это мы сейчас и проверим! — развеселился монстр. — Вход в Кайерлан проходит через мое тело. Я сейчас открою пасть, и девушка шагнет в нее первой.

— Нет! — тут же возразил Петр. — Первым пойду я.

— Но я не могу здесь оставаться, если тебя не будет, — возразило божество.

— А я не смогу здесь оставаться без тебя! — мне было очень страшно. Только зная упертый Петрушин характер, другого выхода не было.

— Пасть открывай! — скомандовала я.

Божество рассмеялось гулким смехом, словно кто-то надел мне ржавую бочку на голову и постучал по ней железным прутом. А затем разверзло огромную, утыканную огромными зубами пасть. Я выдернула свою ладонь из руки мужчины, перелезла через зубы, словно через забор и шагнула в темное горло, которое напоминало тоннель, услышав за спиной беспомощный оклик мужчины:

— Шура!

Оказавшись в вязком, похожем на кисель тумане, я откровенно растерялась. Не внутренности же у дракона такие? Слава богу, дышать было достаточно легко, но руками или ногами я пошевелить не могла. Поэтому застыла, надеясь сберечь силу для грядущей неизвестности. Сколько прошло времени я не знаю, так как потеряла счет. Это могло быть и пять секунд, и пять часов. Но в какой-то момент внезапно стало светлее и меня выкинуло на зеленую лужайку, покрытую шелковистой травой.

Трава была короткой и ровно подстриженной, словно на футбольном поле, когда она кажется бархатом и ее хочется погладить рукой. Я огляделась по сторонам. Петра видно не было. Зато был виден странный город, в котором дома казались круглыми шарами, висящими в воздухе. То, что это дома или обитаемые помещения я определила по черным провалам окон и дверям на уровне второго этажа.

— Странно, почему так высоко? — первая связная мысль, проснувшаяся в моем мозгу после перехода. — Они, наверное, с крыльями, а так будет безопаснее.

Это уже был мой ответ на мой же вопрос. Трава, похоже, заменяла в этом мире асфальт, потому что тянулась вдоль улицы до горизонта. И тут я заметила две фигуры, которые спешили в мою сторону. Обрадовавшись, что тут есть живые души, я двинулась им на встречу. О, лучше бы я этого не делала!

Это были две натуральные динозврихи. Нет, не в их первозданном диком виде, а в образе инопланетян, которых в некоторых умных передачах по телевизору зовут рептилоидами. Ростом дамы были метра по два с половиной, не меньше. У них были тела, похожие на человеческие, с той разницей, что они были покрыты зеленоватой кожей с чешуей. Но вместо голов были настоящие морды с зубастыми пастями. На драконов в моей представлении дамы не походили совершенно.

Почему я решила, что это женщины? Они были одеты в подобие шортиков с топиками, под которыми четко вырисовывалась грудь. Судя по их движениям и разговору, который я отлично понимала, «девушки» вышли на утреннюю пробежку. И тут одна из них заметила меня:

— Пира, смотри какая занятная зверушка!

Вначале я решила, что на улице еще кто-то есть, и обернулась туда, куда указывал когтистый пальчик. Но улица была пустынна. Получается, что зверушка я?

— И смотри, она, кажется, нас понимает! — с восторгом в голосе подтвердила вторая. — Давай заберем ее к себе? Надеюсь, мама разрешит.

— Лапа, кис-кис, иди к нам, мы тебя не обидим! — стала зазывать меня та, которую назвали Пирой.

И что было делать? Петра не было видно. По крайней мере, убивать меня не собирались, и я решила попробовать поговорить с девушками.

Но тут появилась ОНА. Иначе, сем с большой буквы я не могу описать это существо размерами. Превышающее все, что мне доводилось видеть на суше. Разве, что жираф был выше, но это за счет длинной и тонкой шеи. Эта же дама была вполне себе в теле и возвышалась над улицей огромной зеленой тушей.

— Пира, Гира! Вам давно пора дома быть. Что вы трещите как сирки? — а я поняла, что к ней я совершенно не хочу, поэтому стала оглядываться в поисках убежища. На мое счастье рядом был куст. Я помолилась своим богам, чтобы он не был ядовитым или хищным, и постаралась спрятаться в густой листве оранжевого цвета.

— Мама, тут было очень интересное существо! Оно, кажется разумно! — с восторгом сообщила о своей находке одна из девочек.

— Можно мы его к себе возьмем? — поддержала ее вторая.

— Последнее «разумное» существо обернулось сгрызенной дверью и зловонием, которое мы не могли вывести неделю! — сердито буркнула на девочек рептилоидка. — Марш домой!

Девчонки поникли и поплелись, цепляясь ногой за нагу, словно у них висело на конечностях по пудовой гире. Хотя при их размерах, 16 килограмм, наверное, было совсем не ощутимо. Гранд-дама пошла следом, а я стала соображать, повезло мне или нет. Хотя к плюсам нужно отнести то, что я прекрасно понимаю местную речь.

Я просидела за кустом, по моим ощущениям, полчаса. Но Петра так и не появился. Ноги затекли, и я стала мерзнуть, несмотря на теплую погоду. Все-таки было достаточно влажно, и утренняя роса успела намочить мою одежду. Будь что будет! Решила выползти на свет и идти куда-нибудь. В конце концов, бездомные собачки в нашем мире гуляют по улицам?

Идти по низкой траве оказалось приятно. Она мягко амортизировала, делая походку легкой. Улица пока была пустынной. Думаю, это связано с ранним утром. Я огляделась по сторонам, выбирая направление моего движения.

Круглые дома были тесно налеплены по обе стороны от дороги. В той стороне, где вставала над горизонтом местное светило, дорога резко уходила вниз. Судя по воздуху с легким запахом соли и йода, там было море или океан. И если это был восток, то на западе в конце улицы был самый настоящий замок, который поблескивал в утренних лучах звезды золотыми шпилями.

— Мой муж главный дракон этого мира? — первый вопрос, который я задала себе. — Следовательно, где он должен жить? Во дворце. Значит, я должна идти туда.

Почему я оказалась одна и он меня не ищет, конечно, проскакивало в моем мозгу. Только я старалась не отвлекаться и пошла к намеченной цели. В этом странном мире иллюзии оказались сильнее, чем в нашем. Если с земной точки зрения я оценила расстояние до замка в пару километров, то прошла уже не меньше десяти. А проклятая резиденция не приблизилась ни на йоту.

Мимо шли рептилоиды. В начале их было мало, но ближе к полудню количество прохожих увеличилось. Слава богу, на меня никто не обращал внимание. И я невольно еще раз провела параллель с какой-нибудь дворняжкой, которая крутиться под ногами прохожих, но до нее никому нет дела. Рост жителей этого мира я оценила не меньше трех метров, поэтому они попросту не замечали, кто им дышит в пупок, если он у них есть.

Солнце начало сильно припекать. Домашние тапочки не были самой удобной обувью. Я же не подумала переодеться, когда шагала в эту зубастую пасть. Еще и желудок предательски забурчал, напоминая, что в нем давно ничего не было. А мне сейчас есть нужно было за двоих.

— Прости, малыш, но придется еще потерпеть! — мысленно сказала я тому крошечному существу, которое жило во мне. И вдруг совсем неожиданно получила отклик, словно бабочка в животе не махала крыльями как обычно, а рванула ввысь. Это была такая легкая волна, но такая важная в моей жизни. Я замерла, немного испугавшись. По земным меркам ребенку еще рано было шевелиться. Только Кайерлан совсем не земной мир. И произойти здесь может все что угодно.

— Не волнуйся! Мы ищем папу и обязательно его найдем! — постаралась успокоить моего дракончика. И вдруг, в мою ладонь, лежавшую на животе, ткнулось что-то теплое. Перед глазами мелькнуло непонятно что, и я неожиданно оказалась перед высокими воротами, которые очевидно вели внутрь замка.

Если жители имели рост три метра, то ворота, соответственно, поднимались в высоту не меньше, чем на десять. И были плотно закрыты.

Я подошла ближе, с тревогой вглядываясь ввысь. Трезво оценив свои силы, поняла, что мне через них никогда не перелезть. Затем пришло простое понимание того, что не стоит искать сложные пути, пока не попробуешь пойти кратчайшей дорогой. Подняв руку, решила постучать. Но лишь прикоснулась к шершавой деревянной поверхности, нагретой светилом, как могучая створка легко распахнулась, пуская меня внутрь. Сделав шаг, оказалась во дворе, полном рептилоидов, которые были заняты каждый своим делом.

Нет, это не было глухое средневековье, как мне представлялось, пока я шла сюда. Просто все сильно отличалось от земного. Двое мужчин, как я предположила, интересной штуковиной, похожей на металлический блин, подравнивали траву. Штуковина не была соединена с их руками ничем, но послушно двигалась, подчиняясь слаженным движениям. Еще трое жителей таскали корзины. Судя по тому, как они приседали и кривились, поклажа была очень тяжелой. Две женщины, сидя на лавочке под оранжевым деревом что-то обсуждали, наклоняясь друг к другу и держа в руках непонятные пластины.

Неожиданно ко мне шагнул рептилоид, голову которого прятало что-то на подобии древнерусского шлема, в которых обычно рисуют богатырей. На поясе, где обычно в старину вешали шпаги или сабли, у него весела длинная и тонкая игла.

Не успела я сделать и шага, как эта игла зловеще уткнулась в мою грудь, а над головой прозвучал вопрос:

— Кто такая?