14. Великая чародейка

Марго соскользнула в сон, будто ее кто-то спихнул с ледяной горки. Только что гладила Рыську, а уже стоит посреди величавого древнего леса. Небольшая поляна, окруженная высокими ровными деревьями, прятала в своей глубине резную беседку с травяной крышей. Туда Марго и отправилась, осторожно ступая босыми ногами по мягкой зеленой траве. В этом сне на ней было широкое льняное платье изумрудного цвета, волосы свободно рассыпались по спине, а легкий ветерок пытался сбросить на глаза длинную челку. Марго отмахнулась от веселого ветра и улыбнулась встречающему ее на пороге беседки мужчине.

Он был красив той нереальной волшебной красотой, которой можно добиться только в «фотошопе» или во сне. Не очень высокий, ниже Ролана, но гибкий и стройный, с темными непроницаемыми глазами под густыми бровями, ровным носом и чувственными губами, он казался совсем юным, хотя на висках серебрилась седина, и взгляд выдавал прожитые годы. Ни разу в своей жизни Марго не встречала мужчину, которому бы так шли длинные волосы. Иссиня-черные, гладкие, блестящие, они густым водопадом закрывали спину и струились длинными прядями по груди, доставая до колен.

— Не представляю, как ухаживать за таким богатством, — покачала Марго головой. — Вы, наверное, тратите в день по несколько часов только на расчесывание.

Мужчина улыбнулся и легким пассом превратил прическу в две косы, которые перекинул за спину.

— На самом деле все не так и сложно. — Он протянул Марго руку, помогая подняться на небольшую ступень. — Сложнее их отрастить.

— Зачем мужчине такие длинные волосы?

— Чародеи не стригут волос. Это наша мудрость и сила, чем длиннее косы, тем сильнее чародей. Запомни это, Марго.

— Даже боюсь представить, какая в вас скрыта сила.

Незнакомец подвел Марго к мягкому диванчику и помог сесть, а сам устроился напротив. Вытянув ноги и сцепив руки в замок, он разглядывал Марго с жадным интересом и легким, едва заметным напряжением.

— Я ждал, когда ты прикоснешься к родовой магии, и страшился этого момента.

— Почему?

Марго откинулась на мягкую подушку и глубоко вздохнула. Здесь, в ее сне, воздух пах лесом. Она помнила этот запах: мох, хвоя, теплая кора и едва заметный аромат медовых цветов.

— Боялся, что ты не захочешь прийти, что не простишь.

Что-то болезненно кольнуло под ребрами там, где билось сердце, Марго подняла глаза, вглядываясь в незнакомые, но все равно родные черты.

— Вы отец Маргешки? — спросила одними губами.

Мужчина отрицательно качнул головой и подался вперед, заглядывая в глаза.

— Нет, Марго, я твой отец.

И что он думает, что она с воплем: «Здравствуй, папа!» — бросится к нему на шею? Так не дождется, пока не представит заключение генетической лаборатории о подлинности теста на отцовство. А то приснится же всякая ерунда! Правда, мужик красивый, тут подсознание не подкачало.

Мужчина тихо рассмеялся.

— Даже если бы я сомневался в нашем родстве, то теперь все сомнения исчезли. Ты моя дочь, Марго. В каком бы теле ты ни находилась, ты тоже альтар. Наша родовая магия не ошибается, да и Лес принял тебя.

— Ну, раз я твоя дочь… — Марго оценивающе пробежала глазами по одежде альтар: белая льняная рубашка, подпоясанная цветным поясом, темные штаны, заправленные в мягкие полусапожки. Не богато, но очень аутентично. — То жду родительского напутствия и нравоучения. Имя твое узнать мне бы тоже хотелось.

— Разве ты его не знаешь? — прищурился обретенный отец.

— Запамятовала, — честно призналась Марго. — А когда не знаешь, да еще забудешь…

— Ирс Арденвейн. — В воздухе возник и тут же пропал призрачный символ бесконечности. — Мне пора, дитя, — мягко добавил чародей. — Но скоро мы встретимся еще раз.

— Пока! — Марго помахала ладошкой. — Странный сон, но приятный.

— Это не сон, дочь, — улыбнулся альтар. — И чтобы ты о нем не забыла, возьми это. — Он надел на палец Марго тонкое колечко. — Никому не доверяй, кроме своего фамильяра. Драконы не предают. До встречи!

Он начал таять, а Марго вдруг вспомнила.

— Отец, а ты не знаешь, как поживает Маргешка?

— Я разузнаю, — раздался затихающий голос.

Марго встала и отправилась бродить по лесу, когда еще такой шанс выпадет попасть из зимы в лето? Жаль, что ей приснился лес, а не море, а то сейчас повалялась бы на теплом песочке, поплавала в прозрачной воде, поглазела на стройные загорелые торсы с кубиками.

Марго хихикнула и подумала, что это замечательный сон, и… больше ей ничего не снилось.

Она открыла глаза и уткнулась взглядом в синий потолок, имитирующий звездное небо, медленно перевела взгляд на голубые стены, большое панорамное окно… Странно, вроде бы спать ложилась в другом месте. Осторожно повернула голову и увидела Кадана, обвивающего телом кресло, в котором, откинув на спинку голову, спал Ролан.

— Вот черт, — тихонько ругнулась Марго. — Я страдаю лунатизмом?

Спящий Ролан выглядел очень человечным. Разгладились хмурые морщинки на лбу, губы не кривились в презрительной холодной усмешке, выражение лица было умиротворенным и счастливым. Профессиональный взгляд художника подмечал детали: поворот головы, четкую линию скул и подбородка, сильную шею с аккуратным кадыком, безволосую грудь, видную в вырезе темно-синего халата.

Взгляд опустился ниже, и Марго прикусила губу, представляя, как бы мужчина выглядел без одежды. Интересно, а под халатом есть белье или только сильное и гибкое тело? Моментально захотелось проверить, и Марго сама себе улыбнулась. Такой домашний, родной и совсем не страшный. Жаль, что образ обманчив, и на самом деле перед ней сидит хищник, преследующий собственные цели, и эти цели не совпадают с желаниями Марго.

Ролан сидел очень близко, если откатиться на край кровати и вытянуть руку, можно дотронуться до колена. А еще до Марго доносился едва уловимый аромат мужского парфюма. Так пахнет снежный можжевельник. Откуда-то она точно знала, что это именно он, растущий высоко на склонах колючий куст.

— Нравится то, что видишь? — не открывая глаза, спросил Ролан, и Марго быстро отвела взгляд от бугорка на халате чуть ниже пояса.

— Очень, — честно ответила она, совершенно не смущаясь, что ее застукали за разглядыванием. — Я бы вас нарисовала. Вот таким расслабленным, домашним, беззащитным и милым.

Ролан медленно открыл глаза.

— Милым?

— Ага! — Марго поправила подушку и мечтательно протянула: — А если бы вы согласились позировать обнаженным, я бы…

— Нет! — как-то слишком быстро ответил владыка. — Не думаю, что это хорошая идея.

— А как я здесь оказалась?

— Хочу задать тебе этот же вопрос. — Ролан иронично поднял брови. — Сплю, и вдруг в моих объятиях оказывается совершенно обнаженная альтар.

— И вы — что? — с любопытством спросила Марго. — Испугались и сбежали спать в кресло?

— А ты бы предпочла, чтобы я воспользовался моментом?

Марго на мгновение задумалась, оценивающе рассматривая владыку. Ролан ее взгляд понял правильно и, не выдержав, расхохотался.

— Все время забываю, что ты жила в другом мире и у тебя был мужчина, — последние слова он произнес с явным недовольством. — Ты слишком свободная и открытая и совершенно не беспокоишься о репутации. Все альтар такие?

Стало обидно, она ведь не рвалась в спальню к этому безучастному ледяному, а он ее попрекает, словно это Марго попыталась лишить невинного мужчину чести. Рассказывать о ночном происшествии моментально расхотелось.

— Не знаю, я знакома только с одним.

— Когда успела?

— Сегодня ночью, и думаю, что проснулась я в вашей кровати не без его помощи, — Марго нахмурилась.

Отец Маргешки вполне мог подтолкнуть дочь к нужному ему выбору. Если он в свое время провернул такую многоходовочку, то перенести ее из спальни в спальню для него точно не составит труда. С папашей-интриганом придется поговорить серьезно.

— Мне жаль, но то, что ты провела ночь в спальне своего хозяина, уже не секрет. — Ролан не улыбался, и по его лицу Марго не могла понять, доволен он этим или, наоборот, зол. — Твоя репутация…

— Сами сказали, что меня она не волнует, — перебила его Марго и сползла с кровати, прихватив с собой одеяло. Тоже мне хозяин нашелся! — Судя по тьме за окном, сейчас глубокая ночь, не смею больше занимать вашу кровать, ваше мажество. Спасибо, что не воспользовались моей беспомощностью, — добавила язвительно, чувствуя, как глаза наполняются злыми слезами.

Она оглянулась в поисках двери и, волоча за собой одеяло, направилась на выход, злясь на отца Маргешки и проклиная тот день, когда оказалась в этом мире. Душа альтар, заплутавшая между мирами! Как же! И никакой он ей не отец! У Марго есть настоящие родители, а не этот манипулятор.

— Ты должна исправить нашу ошибку… — зло бубнила она под нос, дергая на себя дверную ручку. — Да плевать мне на вас всех! — заорала, когда дверь не открылась. — На ледяных, на альтар, на ваш чертовый Лес, алтарь и весь мир заодно! Я хочу домой! К нормальным людям, где мужчины не рассматривают тебя как живот на ножках, где можно просто влюбиться, не думая, что это голый расчет и приказ Совета старейшин. И не смей ко мне приближаться! — Она резко развернулась, когда услышала шаги за спиной. Ролан остановился в шаге, рассматривая Марго, как какого-то дивного зверька. — Ты мне не хозяин, — отчетливо произнесла она, резко успокаиваясь. — Я лучше умру, чем позволю загнать себя в рабство.

— Быть наирой не значит быть рабой, — хмуро произнес Ролан. — Наоборот, ты получишь такие привилегии, о которых мечтают все леди.

Он не понимает, просто не понимает.

— Привилегия зачать ребенка, отдать ему свои силы и вернуть плод в утробу твоей жены? Без права иметь своего ребенка? Знаешь, у нас тоже практикуется «зачатие из пробирки», когда оплодотворение происходит в лаборатории, а потом материал пересаживается женщине. А еще у нас развито суррогатное материнство, это когда такой материал пересаживается чужой женщине, и она вынашивает чужого ребенка. — Ролан слушал с огромным интересом. — Но у нас это все происходит добровольно. Люди знают, на что они идут и что получат в результате.

— Разве у нас не так? — нахмурил светлые брови Ролан.

— У вас не так, — качнула головой Марго, прижимая к груди одеяло. — У вас женщине не дают выбор. Ни вашим женам, ни донорам.

— Наирам?

— Как ни назови, а ничего не изменится.

— Я никогда не думал об этом с такой точки зрения, — задумчиво протянул Ролан. — Наверное, со стороны все так и кажется. Но это не я придумал, и система прекрасно работала. До сих пор никто не требовал расторжения контракта.

— Возможно, для меня все это дико, потому что я знаю другую жизнь, — устало произнесла Марго, прислоняясь к стене. — Откройте дверь.

Мимолетная истерика отняла последние силы, доказывать что-либо, объяснять, сравнивать не хотелось. Кто она такая, что пытается навязать свои взгляды людям с совершенно чужим ей менталитетом? Это как прибыть в наше раннее средневековье и потребовать для всех людей равных прав или начать рассказывать о научном устройстве вселенной. Хорошо, если сочтут за неопасного сумасшедшего, но ведь могут и на костер отправить.

— Марго…

— Идите к черту.

— Черт?..

— Мелкий пакостник. Вредный и глумливый.

Ролан едва заметно улыбнулся, и по смешинкам в голубых глазах Марго поняла, что он представил сейчас на месте черта одну несговорчивую альтар.

— У тебя истончена аура, ты еще не восстановилась, для тебя безопаснее находиться здесь, в хорошо защищенном помещении под присмотром сильного мага. Вернись в кровать. Пожалуйста.

— Я и собираюсь это сделать. — Она упрямо тряхнула распущенными волосами и представила, как сейчас выглядит. На голове, наверное, воронье гнездо. А, плевать! — Хочу вернуться в свою кровать.

Повелитель закатил глаза и сменил тему:

— Кто на тебя напал?

— Одна из ваших любовниц?

— Исключено. Наши женщины не владеют магией.

А насчет любовниц, выходит, согласен? У, деспот и самодур!

— Значит, один из ваших любовников, — съехидничала Марго. — Притворился женщиной и спокойно открыл портал в мою ванную, а потом так же спокойно ушел. Только я уверена — это была женщина. Сильная, техничная, уверенная в своей безнаказанности. Кого из вас троих она приревновала, не знаю. Вчерашний день был богат на прогулки в компании ледяных лэров.

Марго не смотрела на Ролана, поэтому не заметила тень недовольства, промелькнувшую на его лице.

— Аль Марго, теперь, когда тебя отметило сердце Ледяных чертогов, ты не можешь раздавать обещания другим мужчинам. Ты моя наира. А сейчас будь послушной девочкой, вернись в кровать. Ты ведь мне веришь?

— Знаешь, ненавижу, когда мужчины не просят, а приказывают. Всю свою сознательную жизнь я избегала таких, как ты — властных, расчетливых тиранов. — Марго с тоской посмотрела в окно и шагнула к Ролану, запуталась в одеяле и чуть не упала, но была подхвачена и прижата к груди. — Лучшего способа заставить на себя злиться, ты придумать не мог.

— Я подумаю, как это исправить, — шепнул он ей в губы.

Марго на мгновение напряженно замерла, ожидая, что владыка ее поцелует. Так близко были его губы, что она чувствовала морозное дыхание на лице, ощущала, как уверенно стучит его сердце, видела…

— Глаза… — шепнула зачарованно, вглядываясь в голубую бездну. — В них снежный вихрь.

— Одним своим присутствием ты вызываешь во мне множество противоречивых эмоций.

— Каких? — спросила шепотом, не делая попытки отстраниться.

Сердце немного испуганно билось в груди, и в то же время где-то в животе все замирало от напряжения.

— Желание прижать к стене и сдернуть одеяло, и в то же время мне хочется перекинуть тебя через колено и хорошенько отшлепать. Я не привык, чтобы мне дерзили.

— Это обмен мнениями, а не дерзость! — возмутилась Марго, в то время как ее подхватили на руки и отнесли обратно в кровать.

— Спи, я вижу, что ты на ногах стоишь только из упрямства, но мне ничего не нужно доказывать, альтар.

Владыка поправил одеяло и отошел. Один за другим начали гаснуть светильники, и скоро свет давали только нарисованные на потолке звезды, но даже в полутьме Марго отчетливо видела лицо ледяного мага.

— А ты? — немного нервно спросила она, не зная, что ей делать, если маг решит, что на кровати достаточно места для двоих.

— А у меня есть кое-какие дела. Я оставлю с тобой Кадана и принесу сюда Рысь. Что-то подсказывает, что мне придется в ближайшее время делить эту спальню с одной упрямой и несносной альтар.

Марго открыла рот, чтобы возмутиться, но, увидев смеющийся взгляд, натянула одеяло на голову и закрыла глаза. Утром. Она все ему выскажет утром!

— Спи, аль Марго, утром тебя ждет сюрприз, надеюсь, тебе понравится.

— Не люблю сюрпризы, — буркнула Марго и провалилась в сон, в этот раз без волшебных сновидений.

Утро наступило слишком быстро. Только что спала и даже видела во сне что-то приятное, а уже бьет по глазам солнечный свет, и бодрый до неприличия голос Каси желает доброго утра.

— Ой, эти паратаменты еще лучше, чем прежние! Говорят, что тут сам Повелитель жил недавно.

— Апартаменты, — поправила Марго, открывая глаза.

Нет, не приснилось, а она так надеялась, что ночной разговор всего лишь сон, но реальность говорила о другом. Все, что произошло ночью, было правдой, она проснулась в спальне Ролана, на его кровати, но самого владыки, к счастью, не наблюдалось, как и его вещей. Только Кася развешивала в шкафу платья.

— Утром меня лэр Торин навестил, рассказал, что на тебя ночью покушение было, и что в целях безопасности ты теперь жить будешь в защищенных магией комнатах. Жуть! Маргешка, как же так? Вот не надо было мне уходить! Теперь я здесь спать буду, чтобы никто не смог пройти и покуситься на любимую наиру Повелителя!

Кася воинственно взмахнула кулаком с зажатыми в нем чулками.

— А здесь есть для тебя комната?

— А я на полу у двери себе постелю, чтоб ни одна гадина войти не смогла! А если кто прорвется, то верещать буду так громко, что всех лэров разбужу. Ты же помнишь, как я верещала, когда у нас в сундуке крыса приплод вывела? — Марго не помнила, но на всякий случай кивнула. — Здесь, конечно, крыс нет, но акустическая атака любого собьет с прицела, — пафосно закончила Кася и тут же пояснила: — Это так лэр Торин говорит.

— Когда это ты успела с ним поговорить? — Марго надела поданный Касей халат и встала.

— Это я трактат прочитала о квалификации мировой нежити. Лэр Торин не только целитель, но и ученый! — смущенно пояснила она. — А я подумала, что если его труды почитаю, то смогу и разговор затеять, ну как будто у меня вопросы какие-то остались.

— Мудро.

— Ой, забыла совсем! Туточки Повелитель для тебя бумаги оставил, велел передать, как проснешься, а еще сказал, что на завтрак ждет в малой столовой, и что к тебе наставницу приставят по этикету.

Кася протянула Марго скрученный в рулон пергамент, перевязанный синей лентой. Екнуло сердце, стало так страшно, что ноги подкосились, и Марго присела на край кровати, дрожащими руками развернула пергамент и еще минуту тупо смотрела на буквы, не понимая, что видит. А когда поняла, чуть не разревелась от облегчения, все же нервное напряжение последних дней дало о себе знать. Это был контракт Маргешки, перечеркнутый синей извивающейся линией, поверх которой крупным размашистым почерком было написано: «Аннулирован».

— Кася! — Она порывисто обняла подругу и закружила по комнате. — Он меня услышал! Понимаешь? Услышал! Я больше не наира!

— Да как же так? — не разделила Кася ее радости. — Это по какому праву тебя лишили такой чести? А кто же ты теперь будешь?

— Невеста, — раздался спокойный женский голос. — Теперь аль Марго одна из невест Повелителя.

В спальню заглянула высокая крупная женщина с собранными в тугой пучок светлыми волосами. На ней было строгое темное платье с белым воротником-стойкой, очень похожее на одежду аббатис.

— Мы ждем в гостиной, аль Марго, — строгим голосом произнесла она, окинув девушек внимательным взглядом. — Наденьте утреннее платье и заплетите волосы в косу. И никаких украшений.

Сказано это было тоном, не оставляющим сомнений в том, что дама имеет право указывать. У девушек даже мысли не возникло ей перечить, правда, Марго хотела поинтересоваться, как дама оказалась в апартаментах Повелителя и кто она, собственно, такая, но не успела, властная незнакомка вышла и плотно закрыла за собой дверь.

— Бледно-голубое платье с широкими рукавами и тонким пояском? А к нему бежевые туфельки и тонкие чулки… — Прикусив губу, Кася перебирала платья. — А может, бежевое?

— Голубое.

Через двадцать минут снедаемая любопытством Марго входила в гостиную. Большая, лаконично обставленная комната несла на себе отпечаток личности Ролана. Много света, мало мебели, пастельные тона и никаких статуэток, цветов, ваз. Очень мужской интерьер. Холодный, строгий и сдержанный, как и хозяин этих апартаментов.

— Доброе утро, ваше мажетсво, — улыбнулась она Владу. — Как дела?

Маг, одетый в белоснежную рубашку и такие же белые штаны, сделал шаг навстречу и коротко кивнул.

— Рад, что брат решился, — без улыбки произнес он. — Но я буду ждать результата отбора. Пока ты не стала женой Ролана, у меня есть шанс.

— Вы женаты, лэр Влад, — мягко напомнила Марго.

Ей не хотелось быть грубой и ссориться с Владом, он ей нравился, хотя при общении с герцогом ее никогда не покидало ощущение опасности.

— Только это причина твоего отказа?

Интересно, а когда он ей предлагал брак? Что-то память девичья никак не подскажет сей без сомнения уникальный момент.

— Я буду свободен, как только ты этого захочешь. — Влад ждал ответа, но Марго молчала. — Это госпожа Розалин. — Он кивком указал на замершую у окна женщину. — Ваша дуэнья на все время пребывания невест в Ледяных чертогах. Розалин воспитывала еще нас с Роланом. У нее есть доступ ко всем помещениям дворца и во все комнаты ее подопечных. Встретимся позже.

Влад ушел, а Марго все смотрела на закрывшуюся за ним дверь. Это что было? Завуалированное предложение? Чего? Руки и сердца или роли наиры? Она ведь не давала повода! Ни разу не смотрела на мага как на потенциального жениха. Для нее всегда были табу женатые мужчины. Бабушкины слова навечно остались в памяти: «Никогда, Марго, не будешь счастлива на осколках чужого сердца».

Лишь однажды она имела несчастье почти влюбиться в окольцованного мужчину, но он очень хорошо скрывал наличие жены и двух детей. К счастью, нашлись добрые люди, просветили, что ее любимый Антон счастливо женат и разводиться не планирует. Но это было давно, Марго только поступила на первый курс, и это был ее первый серьезный роман, закончившийся, так и не начавшись. А здесь… Она ведь знакома с леди Эбер, и от этого слова Влада звучали еще неприятнее. Нет, пусть он и дальше живет с женой, воспитывает сына и на Марго планов не строит. Не для него мама ягодку растила!

Марго тряхнула головой и повернулась к наблюдающей за ней Розалин. Сколько же ей лет, если она воспитывала обоих магов? Выглядела Розалин лет на сорок пять, и, встреться они где-то на Земле, Марго бы решила, что она англичанка. Не красавица, тяжелый подбородок, серые глаза, минимум косметики, строгая прическа и удивительной красоты руки. Ими она и взмахнула, словно хотела обнять новую подопечную.

— Итак, аль Марго, я буду сопровождать вас на завтрак, а после него решу, каким образом мы выстроим наши занятия.

— У меня уроки магии с лэром Торином, — сочла нужным напомнить Марго.

— С мэтром я уже обсудила ваше расписание, — кивнула Розалин. — Но сейчас наша первоочередная задача сделать из вас леди, чтобы Повелитель обратил на вас свой взор. Времени мало, а работы я вижу много.

— И как вы это увидели? — хмыкнула Марго, направляясь на выход.

— Вы вели себя неподобающе при разговоре с его светлостью. Заговорили первая, что недопустимо, не отвечали на вопросы, ни разу не присели в реверансе. Позволили себе дерзко смотреть на мужчину, чей статус выше вашего. Когда владыка сказал, что вы абсолютно не сведущи в этикете, я не ожидала, что все так запущено. Но ничего, через неделю вас не отличат от законнорожденной леди.

«Да уж, — весело подумала Марго. — Вас ждет непростая неделя, госпожа дуэнья».