Глава 36
В восемь тридцать мы оба синхронно подскочили с постели от звука будильника. Илья махнул в душ, а я решила, что помоюсь уже дома. На моих волосах лак и пенка, которые Анна использовала, чтобы зафиксировать мои кудри, и их так просто не смыть.
На лице — вчерашний макияж, а у моего любовника вряд ли найдется мицеллярная вода или средство для снятия макияжа. Не думаю.
Поэтому вновь натягиваю свое платье, что до сих пор на полу валяется, подтираю салфеткой тушь и в путь.
Подъехали к школе и сидим. Оба о чем-то задумались, но я разбила эту стену молчания.
— И что теперь? — спрашиваю у парня.
— В плане?
— Ну в плане расследования? — А он о чем? Меня только это и волнует сейчас.
— На моей практике такое впервые. Раньше я работал в ГАИ, штрафы выписывал, хотя тут даже штрафы выписывать некому. А сейчас убийство…
— И я думаю, что это убийство.
— Так, Сонь, — Илья вдруг тон сменил. Что-то серьезное решил выпалить. — Я не могу с тобой обсуждать дело. Проговорился про убийство…
— Я никому не скажу, что ты плохой коп. — Хватаю Илью за ворот куртки и к себе притягиваю. Он поддается и прямо в губы мои впадает.
— Не думаю, что я плохой коп, как ты выразилась. Но в таких делах у меня нет опыта, — шепчет и снова губ моих касается. И мне так приятны его поцелуи, будто до этого момента мы ни разу еще не целовались.
— А у кого в этом городе он есть? Даже отца моего возьми, единственное преступление на его памяти — это убийство Маши, которое он… Прости. — Резко затыкаюсь, потому что понимаю, что сказала совсем не подумав. На мгновение я забыла, кто рядом со мной сидит.
— Не извиняйся, все в порядке.
— Я просто рассуждала вслух, я не хотела так о ней говорить. Прости. — Пытаюсь оправдаться и мысленно ругаю себя за длинный язык. Когда уже я научусь держать его за зубами, а свое мнение — при себе?
— Иди ко мне. — Теперь он меня прижимает и крепко сдавливает в своих объятиях. — Я могу говорить о сестре, о том, что случилось с ней, поэтому не извиняйся. Все хорошо.
— А тебе не пора на работу? — спрашиваю, но Илья меня еще не отпускает, так и держит в крепких тисках.
— Пора, но я не хочу тебя отпускать.
— Отпускай давай. — Выбираюсь из его рук. — Все равно придется, я же уеду.
И тут мне так горько становится. Прям будто бы кто-то душу мою взял в ладонь, а потом сильно-сильно сжал в кулаке. Грусть накатила…
Но не к месту она. И чего это я так размякла?
— Кто знает, что будет. Будущее — оно непредсказуемое…
Илья продолжает рассуждать, а я полностью погрузилась в свои мысли.
Как же он прав, будущее и впрямь непредсказуемое, взять ту же Арину, что умерла на полу школьного туалета… Жила, а потом жизнь оборвалась резко.
Через пару минут Илья умчал на работу.
А я так и сижу, только теперь в своей машине, смотрю на здание школы и не перестаю думать…
Но тут, на парковке, мне сложно думать, мне нужен мой чердак…
***
— Сонечка, ну наконец-то, а то Паша позвонил мне, а я говорю, что ты не приезжала…
Анна причитает, а я обдумываю очередную ложь в своей голове. Зачем только?
Мне кажется, Анна такой человек, который бы меня понял, без осуждения. Ей можно сказать, что я провела эту ночь у Ильи, одно только…
Я не хочу давать ей надежду о нашем с Ильей счастливом будущем. Потому что нет его. Да, нам действительно хорошо вместе, секс нереальный, но между нами — огромное расстояние. Разные города…
Поэтому я вновь решаю солгать.
— Папа рассказал вам, что случилось в школе? — резко перевожу разговор в другое русло.
— Ничего не рассказал. Позвонил, говорит, девушку нашли мертвой. Сонечка, это правда? Кто умер? — Анна руки к груди прижимает и так смотрит…
— Арина Завьялова, знаете такую? Ну Завьялова — это девичья, по мужу она Громова. — Только я сказала другую фамилию, как Аннушка в лице изменилась. Думаю, она поняла, про кого я говорю.
— Людкина дочка, что ли?
— Да-да. Мама у нее вокал преподавала… — Вспоминаю, что Аринкину маму теть Людой звали.
— Господи. Как это произошло?
— Теть Ань, а давай я быстренько в душ, и мы поболтаем. Я бы поела заодно.
— И правда, накинулась я на тебя с порога. Иди в душ, а я тебе пока кофе сварю и стол накрою…