Глава 23

Поспать почти не удалось, так что настроение на утро у меня было как раз таким, как нужно, чтобы разобраться с Малией. Дети почувствовали это с первого крика “подъём”. Неплохо получилось, почти как у отца. Ни у кого даже язык не повернулся попросить ещё пять минуточек. Старшие помогли младшим умыться, воспитательницы одели и повели всех на завтрак. Овсяную кашу никто не любил, но съели всё, потому что потом каждому достался бутерброд с сыром и сладкое яблоко. После завтрака Елена забрала малышей на подготовительные занятия, а те, кому возраст позволял, отправились на первые уроки в школе под моим чутким присмотром. Дети работников посольства пришли минута в минуту, мои воспитанники к ним присоединились, и Хорс начал лекцию. Я недолго постояла под дверью, вслушиваясь в спокойный голос мастера, напитываясь его уверенностью, а потом дала себе мысленную оплеуху и отправилась на кухню.

Сара делала заготовки для обеда во дворе — чистила картошку и напевала под нос весёлую песенку про солдата и его пастушку. Так что я ещё раз вознесла молитву предкам за моё утреннее везение. Малия осталась на кухне одна. Отмывала котёл от каши и и шипела под нос ругательства.

— У нас в школе не выражаются, — холодно напомнила я. — Вокруг дети, если вы не заметили.

— Вокруг сковородки и сотейники, — фыркнула тётя Лирса и обвела взглядом заваленный посудой стол у мойки. — При детях я не ругаюсь. Не дура, знаете ли.

— С этим я бы поспорила, — я сложила руки на груди.

— Что? — она перекрыла воду, отложила котёл и вытерла руки об передник, оборачиваясь ко мне. — Вы не с той ноги сегодня встали, лина Амелия?

Я поморщилась от тона, с каким он ко мне обратились. Надо же было так произнести уважительное “лина Амелия”, что между строк читались все возможные и невозможные оскорбления.

— А я не ложилась, дорогая Малия, — я улыбнулась, и от напряжения скулы свело. — Угадаете, почему? Впрочем, не стоит. Я сама скажу. Какая-то не очень умная особа решила научить моих воспитанниц, как правильно жить. Подсказала Мисе соблазнить жениха, представляете?

— А жених отказался нести ответственность? — работница вскинула брови. — Так в чём проблема? Отправьте Мису к старейшинам.

“Проблема в том, что ты круглая идиотка!” — хотела сказать я, но в последнюю секунду прикусила язык. Если сейчас опущусь до уровня базарной торговки, то перестану себя уважать. Хотя очень хотелось выцарапать этой гусыне глаза, оттаскать за косы и пинками выгнать из школы.

— Ваше дело, Малия, мыть посуду и учиться колдовать, — делая паузу после каждого слова, проговорила я. — Мыть и учиться, учиться и мыть. Не беседовать с моими воспитанницами, не делиться с ними житейским опытом, не навязывать свою искажённую мораль. Просто мыть поварёшки и ножи. Ясно?

— Искажённую мораль? — она повторила мой жест, сложив руки на груди и прищурилась. — Это говорит мне женщина, заставляющая девушек спать под одной крышей с мужчинами? Вы хотя бы раз задумывались, как им потом замуж выходить? Кто-нибудь поверит, что воспитанницы сумели сохранить себя, находясь через стенку с юношами?

Я задохнулась от наглости своей подчинённой. Она сама толкнула Мису в постель к Тахису, а теперь обвиняла меня бездна знает в чём!

Уволила бы ко всем демонам! Клянусь, уволила бы. Но занятия уже начались. Где искать новую работницу?

— Вы знали, куда идёте работать, — выцедила я сквозь зубы. — Не нравится? Собирайте вещи, я попрошу охрану вернуть вас домой. Но учтите, Лирс останется здесь. 

— Я опекун Лирса, — вспыхнула девушка.

— Уже нет. Вы тут только потому, что меня попросил лин Сокол. Из уважения к нему я дала вам работу тогда и не выгоняю сейчас. Но если вы снова попытаетесь вмешаться в воспитательный процесс — вылетите из школы без права на посещения. Племянника сможете видеть только на каникулах. Два раза в год.

Шантажировать Малию ребёнком было неприятно. До тошноты противно, но только так я могла прекратить её бессмысленный бунт. Повезло, что Миса не натворила глупостей в прошлую ночь. Будь Тахис чуть менее сдержан, последствия оказались бы катастрофическими.

Тётя Лирса молчала, глядя в пол. Я видела, как она побледнела. Словно одна мысль о том, что её разлучат с малышом делала больно. Сильный материнский инстинкт, как сказал мне Ксанир.

— Я надеюсь, вы меня услышали, — пробормотала я, растеряв всю злость.

— Да, лина Амелия.

Вот и хорошо. Можно считать, что одну из проблем я успешно решила. На очереди всего пара сотен других.

Пока я разбиралась с Малией и приходила в себя после тяжёлого разговора, ребята уже закончили первое занятие по теории магии и вышли на полигон, где их ждал Магнус. Начать он решил с теста. Гонял учеников по полосе препятствий и засекал время, результаты Миса записывала в журнал.

— Составляете рейтинговую таблицу? — я вытянула шею, заглядывая воспитаннице через плечо.

— Раз в месяц будем сравнивать с начальными показателями, — пояснил Магнус. — Чтобы видеть прогресс каждого ученика по отдельности и класса в целом.

— А почему напротив имён Кондра и Дайса не записаны результаты ни по одному упражнению? — я присмотрелась к ребятам на полигоне и не увидела среди них старших. — Сбежали, паршивцы? На теории были, я лично проконтролировала!

— Наказаны, — усмехнулся мастер. — Не знаю, пока, за что, но распоряжения руководства школы исполняю аккуратно. Старший моет учебные классы, младший косит траву на полигоне. 

— Хорошо, — я улыбнулась. Распоряжение, видимо, передал Сокол. Больше некому, Магнус о ночной пьянке ни сном ни духом. — Сегодня будет только тест?

— Нет, работы слишком много, — мой будущий свёкор забрал у Мисы журнал, кивнул ей на остальных ребят, и она убежала к ним. — У приютских подготовка слабая, но по сравнению с ведьминскими — они бывалые воины. Что парни, что девушки будто только что от мамкиной юбки оторвались и до сих пор не поняли, куда попали.

— Думаете, подтянутся?

— А куда они денутся? — Магнус вскинул брови. — Тяжело придётся и нам, и детям, но мы что-нибудь придумаем. Построю программу с мастерством сплавщика на горной реке, буду лавировать между разными уровнями подготовки учеников, как между острыми камнями.

— А до праздника инициации успеем?

Я прикусила губу. Тяжело впервые было заговорить об этом с кем-то, кроме лины Хельды. Мы мечтали к следующим испытаниям подготовить не только мальчиков, но и девочек. Предвидели недовольство соклановцев, но робко надеялись на поддержку главы и мастеров академии. Бесстыдно пользовались связями, чтобы протолкнуть в массы прогрессивные идеи.

— Должны успеть, — хмуро ответил главный инструктор клана. — Только ты уж побеспокойся заранее о том, кто придёт на моё место. Я свитки с описаниями комплексов упражнений оставлю, ребят подтяну. Но без дисциплины и твёрдой руки все усилия сойдут на нет.

— Увести бы вас из академии, — проворчала я в шутку. — Никто лучше наших воспитанников и воспитанниц к соревнованиям не подготовит.

— Я бы с радостью, — улыбнулся он. — Но если мои ребята на празднике инициации будут выглядеть бледно, то лин Делири сильно разозлится. Сам буду полгода траву на полигоне косить в наказание. Да и отец твой расстроится. А мы с ним старые уже, нам нервничать вредно.

— Вечно вы своим возрастом манипулируете, — я закатила глаза. — А на самом деле любому молодому воину фору дадите.

Магнус рассмеялся, погрозил мне пальцем и вернулся к занятию. Ребята, заметив, что мастера заболтали, начали филонить и халтурить. А такого мы допустить никак не могли.

Из тренировочного зала я ушла с твёрдым намерением найти Сокола. Не видела его с утра. И, если честно, меня пугали вчерашние откровения Мисы о том, что глава охраны навешал на школу дополнительных защитных куполов и куда-то исчез.

— Лина Амелия, — один из охранников шёл ко мне навстречу, так тихо ступая по деревянному полу, как умели только воины Клана Смерти. — От ворот докладывают. что прибыл лин Ксанир.

Бездна! Как я могла забыть, что просила его приехать для разговора с Невилом? Начало учёбы совсем голову вскружило, а ещё Малия со своими глупостями и Сокол пропал.

— Спасибо, Нест, — я кивнула неудавшемуся лекарю. — Я сейчас его встречу. Вы не подскажите, где командир нашей охраны?

— У себя, — поспешно доложил он, а потом задумался. — Должен быть, если вернулся. Я когда на пост заступал, его ещё не было. Передать что-нибудь через зеркало?

— Не стоит, — я нервно улыбнулась. — Уверена, он помнит о своих обязанностях.

Сама себя в ловушку загнала. Просила не рассказывать никому о нашей помолвке, а теперь жалела. На правах невесты поинтересоваться, где ночует Сокол, было бы нормально. Нест бы понимающе улыбнулся и связался с командиром, чтобы успокоить ревнивую девушку. А что я могу как директриса школы? Возмутиться, что дети в опасности? Глупо, учитывая, что защиту усилили ещё вечером. Обо всём Сокол позаботился.

“Если вернётся благоухая страстью и стыдом — всё лицо расцарапаю, — обещала я себе. — И помолвку разорву ещё до официального объявления!”

Пусть Малия терпит мужские слабости, а я не собираюсь наблюдать, как мой мужчина волочится за каждой юбкой. Нет, лучше старой девой до конца дней!

До ворот школы я дошла уже в том самом боевом настроении, которому радовалась с утра. Только получив разрешение, охранники пропустили лина Делири. Я представляла себе, насколько он будет недоволен, и уже готовилась к порции подколок и ядовитых речей.

Но бывший глава клана был чрезвычайно добр и любезен. Встретил меня поцелуем вежливости, смахнул невидимую соринку с рукава чёрного мундира и лишь тогда перешёл к делу:

— Времени у меня навалом. Младший сын под присмотром матери, старший под крылом у жены. Показывай своего одарённого и жутко опасного ученика. Посмотрим, сможет ли он заблокировать свой дар хотя бы к вечеру. Хотя бы на десятую части. Веди, лина Амелия. 

— Невил на занятии по физической подготовке, — ответила я. — Сейчас мы попросим его отпустить, чтобы вы могли спокойно пообщаться. Где будет удобнее? В классной комнате или его спальне? Могу уступить вам свой кабинет.

— Зачем мне стеснять своим присутствием директрису школы? Работай спокойно. А нас с мальчишкой пусти в какую-нибудь кладовку, где нет ничего особо ценного. Я не настроен буянить в магическом смысле, но мало ли что. Часто, когда начинаешь трогать опасный дар у маленьких детей, случаются спонтанные выбросы. Одной бездне известно, какую форму примет энергия. Возможно всё от шаровой молнии до ядовитого дыхания или банального огня. Защиту я сам поставлю, разумеется. 

— Как хорошо, что вы согласились помочь, — я приложила ладонь ко лбу и ускорила шаг. — Страшно представить, каких дел я могла бы наворотить, если бы стала работать с Невилом сама.

Спалила бы полшколы, напугала ребёнка да ещё и другие дети могли пострадать.

— Мне не в тягость, — махнул рукой Ксанир. — К тому же есть корыстный интерес. Если мне понравится в твоей школе, то совсем младший Делири будет учиться здесь. Ему полезно выйти из под чрезмерной опеки матери. Не то она сделает из него неженку. Зацеловывает до красноты на щеках. Нет, так нельзя.  

— Он же ещё младенец, — рассмеялась я. — Отцы всегда считают, что матери перебарщивают с нежностью. А ребёнку необходимы любовь, забота и ласка.

— Ещё одна женщина заговорила, — поморщился Ксанир. — Будущему воину необходима подготовка. Я в три года уже деревянным мечом махал и первые заклинания разучивал. Однако хватит болтать. Где твоя кладовка?

— Первая дверь справа по коридору, — я указала старому воину на каморку с тряпками и вёдрами. — Совсем пустой нет, но там ничего ценного.  Я сейчас попрошу привести к вам мальчика. Подождёте пару минут?

Лин Делири ответил, что подождёт и отпустил меня. Желание узнать, где Сокол провёл ночь вдруг стало нестерпимым. Тем более повод нашёлся. Я вспомнила, что следующий по расписанию урок — “Введение в боевую магию”. Пару дней назад я просила жениха побыть преподавателем и он согласился. Интересно, забыл или нет?