18

Что ни день, так нужно снова решать вопросы, которые не выходят из моей головы. Я уже чувствую себя каким–то генералом, у которого полно войска в своем распоряжении, но он не понимает, что с этим войском делать и как вообще им управлять.

Хочется просто плюнуть на все и сразу и пойти топтать шоколад перед телевизором. Но дудки... То ли из–за моего характера, то ли из–за того, что судьба решила добавить мне перчика в жизнь, но спокойствие в ближайшее время будет мне только приходить во снах. Хотя и по этому поводу есть вопросы, поскольку этой ночью в мой сон пришел Станислав, снова прижал меня к столу, как в реальности и... Ну вообще в моем сне он не был так сдержан, как в жизни, так что я проснулась вся мокрая, будто варилась в кастрюле на конфорке пару часов, а в голове возникло еще пару вопросов. Один из которых был коротким, но очень и очень важное – какого черта?

Я сегодня даже с радостью пошла на работу, не то, чтобы я там ждала чего–то слишком приятного (ведь как можно ожидать чего–то хорошего, когда мой босс Павел Александрович?), но это был шанс переключиться на рабочие дела и отбросить все другие мысли на задний план.

А размышления мои в основном были на счет того, как поступить со Стасом, с семьей Бертран и Мишелем, который уже на крыльях любви мчался в мою страну. На малость мне даже стало плевать на босса, поскольку я оказалась в этом треугольнике, который можно было бы назвать Бермудским.

Я могла исчезнуть в нем и больше не являться той Альбиной, которой меня знали раньше. Вы хотите сказать, что я преувеличиваю и слишком обостряю ситуацию? Как бы не так. Если Бертраны узнают, что я имела неофициальную встречу со Стасом, а потом начну типа отношения с Мишелем, не подумают ли они кое–что плохое по отношению ко мне?

Если Мишель, которому определенно расписали картину так, что я его едва уже не жду под венцом с поцелуями и цветами, узнает о моем довольно странном ужине со Станиславом, какова будет его реакция на этот мой поступок? И так же на счет юриста – стоит ли принимать этот ужин как что–то привычное для него и обыденное, или все же стоит присмотреться к его реакции на меня и вообще каким–то образом пронюхать его намерения? Казалось, что от прежней, спокойной жизни уже ничего не осталось, поэтому я и говорю, что может уже никогда не быть именно той Альбины, которой я была раньше.

– Что там, много вчера было работы? – спросила я у Марины, когда мы с ней пошли на обед. Я сначала думала и сегодня вместо обеда поработать дополнительно и раньше уволиться с работы, но подумав все же решила, что времени будет достаточно, чтобы подготовиться к встрече со Стасом, к тому же стоит не забывать о себе и своем рационе, Ангелу явно не нужна больная мама.

– Если честно, то вообще не было. Свой объем работы сделала и все. – произнесла подруга, пережевывая салат и давясь хлебом. Всегда удивлялась тому, как она может есть лошадиными дозами и даже не поправляться. Если бы я столько употребляла пищи, то меня бы так расперло, что меня не то, что Павел Александрович не зажимал бы в своем кабинете, я бы вообще не смогла зайти в тот кабинет. Вроде бы и хорошая причина прибавить в весе, но надеюсь теперь у меня появился ангел–хранитель и мне не стоит будет прибегать к крайним мерам борьбы с боссом.

– Как это? Тот козел ничего не дал тебе делать или ты просто как мышь просидела целый день и пошла довольная к своему Пете? – Зная Марину, она действительно могла не привлекать внимания, когда ей то было не нужно, а потом развернуться и выпорхнуть из кабинета, как та бабочка, которая до этого была гусеницей. Ради того, чтобы включить лентяйку, девушка могла пожертвовать вниманием со стороны других.

– Во–первых, я же тебе говорила, что больше нет никакого ни Пети, ни Павла, ни Патрона, – сердито произнесла Марина, что могло означать то, что кто–то из мужиков на букву "П" довольно–таки сильно ее обидел, – а во–вторых, босс действительно ничего не дал из твоей работы. Хоть я и спрашивала его об этом. Он только недовольно отмахнулся от меня, когда я задала ему этот вопрос. Наверное, ему было не до этого.

– А что же случилось? Что–то на него это не похоже. – Не поверю, что Павел Александрович обошел возможность сбросить на кого–то дополнительную работу, как правило, он это с удовольствием делал, и это даже иногда происходило тогда, когда все работники были на месте и все работало как часы. Такое впечатление, что ему было не интересно, когда офис работал как слаженный механизм и нужно было добавить драйва.

– Да думаю, когда тебя достают со всех сторон и хотят именно так взять за твои причиндалы, то ты в последний момент думаешь о том, как кому–то хорошо насолить. – Как насолить? Какие причиндалы? О чем эта девушка сейчас говорит?

– Ты можешь нормально высказаться и наконец–то хотя бы на минуту оставить тот салат в покое? – А чтобы у подруги не было шансов выбрать салат вместо меня, потому что она такая, что может так поступить, я вытащила тарелку у нее из–под носа. Врачи вообще советуют все хорошо пережевывать, а не глотать, поэтому я еще и о ее здоровье забочусь одновременно.

– Да что тут говорить? Нашему славному боссу было не до меня и вообще ни до кого из присутствующих в офисе, потому что сначала приехала пожарная проверка, потом проверка по поводу того, не работает ли никто неофициально. Пару людей даже говорили о налоговой и что она тоже пришла поздороваться с нашим милым руководителем. Но на счет этого не уверена... Одним словом – веселый и мыльный день вчера был у Павла Александровича.

Ох, мне бы сейчас взять вилку в руки и начать запихивать эти макароны с сыром себе в рот, но я смотрю на это блюдо и кусок в рот не лезет. Я очень сомневаюсь, что такое стечение обстоятельств возможно. Не особо верится в то, что все эти проверки, которых то и не было, или о которых я не знала за все время работы здесь, не связаны с юристом, с которым я сегодня имею общий ужин. Но с другой стороны – я ведь ничего ему не сказала, точнее не сказала ему правду, тогда почему это все произошло? Он решил сыграть на опережение?

* * *

На этот общий ужин со Станиславом я собиралась так, будто мы не просто пообщаемся и поедим вместе, а как будто предо мной будет минное поле, которое мне нужно обезвредить от взрывов, ну и вернуться живой было бы неплохо.

Я не могла нарядиться так, чтобы мужчина подумал, что я украла вещи у какого–то бездомного, но, с другой стороны, не стоило привлекать лишнего внимания откровенным нарядом, это тоже могло направить мысли Стаса обо меня в неправильное русло.

Поэтому я все же надела вечернее платье, но средней длины и без лишних вырезов на нем, чтобы фантазия юриста особо не разгулялась. Ну и мне нужно было себя чувствовать больше деловым партнером на этом ужине, чем девушкой, пришедшей на свидание и благосклонной к мужчине, с которым будет этот ужин.

Но все мои наставления и мысли рухнули вниз, когда я пришла в ресторан, куда пригласил меня Стас, который встретил меня хоть и не в классическом костюме, но в рубашке и с цветами в руках

– Привет, это тебе, – протянул букет красивых, красных роз юрист мне в руки, пока я еще находилась в ступоре от того, почему он этот букет притянул с собой и с какими намерениями мне его подарил, – выглядишь хорошо.

Просто супер! Лучше и быть не может! Подствала за подставой от этого чертового джентльмена. А ведь я после работы в течение двух часов настраивала себя на то, что не стоит пересекать определенные границы, как вчера это сделал Стас, потому что на это было пару причин. Начиная от той, что мы с ним знакомы всего два дня и заканчивая тем, что мой мозг и мое тело довольно странно вчера отреагировали на действия мужчины, я беспокоилась, что это может повториться снова. А еще был фактор Мишеля, который тоже не стоит отбрасывать. Я хоть и слегка, но чувствовала себя предательницей в этот момент. Мужик преодолевает ради меня столько тысяч километров, даже если, сидя в самолете, а я ужинаю со вторым мужчиной накануне встречи с французом. Такого в моей жизни точно не было. Такого я определенно не планировала в своей жизни.

– Спасибо, огромное спасибо и за цветы, и за такие хорошие комплименты, мне действительно приятно, – все же слова благодарности стоит выразить, думаю он делал это от всей души и не тянет же меня сразу в постель. Как многие мужчины любят это делать, подарив какую–то безделушку или приобретя на рынке поломанную, несчастную гвоздику.

– За правду не благодарят, – подмигнул мужчина и помог мне пройти к нашему столику и присесть, – как прошел твой день? Все хорошо?

Да, Альбина, стоит сейчас выйти из образа розовой зефирки и не продолжать таять под этими теплыми словами Стаса. Я дам ему ответ и на счет сегодняшнего дня, и спрошу на счет этих странных проверок у босса, приложил ли он руку к этому. Но это будет потом, сейчас стоит переключить внимание на несколько иное, что было наиболее важным.

– Стас, мне действительно очень приятно, что ты хочешь мне помочь и делаешь такие прекрасные подарки, но позволь мне задать несколько вопросов, которые очень беспокоят меня. Ты разрешишь мне?

– А стоит на них отвечать правдиво или главное просто ответить? – Вот козел, еще и улыбается после этих слов. Я прекрасно понимала, что он намекает на то, что я ему солгала на счет своего руководителя, поэтому он сегодня может отыграться в этом плане.

– Правдиво, сегодня отвечаем только правдиво, – мне обычно льстит, что он улыбается и имеет прекрасное настроение, но у меня есть несколько вопросов, которые не должны восприниматься игриво, – как называется эта встреча? Как ее можно охарактеризовать?

– Ужин жареных цыплят, если нужно давать название этому ужину, то пусть будет так, закажем сейчас пару крылатых, – все так же весело произнес Стас.

– Окей, тогда я пойду, спасибо за ужин, – я не спеша начала подниматься с кресла, но юрист остановил меня, прикоснувшись рукой к моей руке, чем вызвал новый шквал мурашек по телу. Мурашек, которые после вчерашнего дня где–то притихли, а сейчас снова активировались на максимум. Снова это чувство...

– Хорошо, извини, присядь, – я почти была уверена на сто процентов, что он не даст мне уйти, не зря он же так готовился к этому ужину, чтобы отпустить меня через пять минут после того, как мы побывали в этом заведении, – просто ужин, без каких–либо излишков. Если ты это имеешь в виду. Можешь считать это деловой встречей или дружеской. Что ты хотела узнать, задав этот вопрос?

– Просто ты так официально выглядишь, подарил мне цветы, – я окинула поочередно его силуэт, потом цветы, которые услужливый официант уже поставил в воду, – не прибежит ли сейчас твоя законная жена и не станет вырывать мне волосы из–за того, что я похищаю ее мужчину из семьи?

Ну вот так, не могу я ходить вокруг да около, если я узнаю, что у него есть жена, а еще не дай Бог дети, то я буду чувствовать себя так противно, что просто ужас. Я и так пришла сюда на свой страх и риск, потому что такие встречи устраиваются не просто так. Но я все–таки пришла...

– Нет, можешь не переживать за свои волосы, я холост, детей нет, плохие привычки стоит сейчас перечислять, возможно немного позже? – наконец–то Стас понял почему я задала ему такой кардинальный вопрос прямо в лоб, поэтому после того, как услышал его и ответил, расплылся снова в улыбке.

– Можешь немного позже, будем узнавать друг друга постепенно, – ответила я ему такой же улыбкой, потому что это было заразительно и к тому же его слова о том, что у него нет семьи, успокоили меня и... Альбина, давай хотя бы себе признайся уж ты обрадовалась пониманию того, что этот красавчик свободен и никому не принадлежит. Хочешь сказать, что эта улыбка твоя на тридцать два никак не связана с этим фактором?

Перекинувшись еще парой фраз, мы приступили к выбору блюд и в общем к ужину. Вечер протекал в хорошей и теплой атмосфере, в отличие от вчерашнего дня я смогла расслабиться в компании Стаса, и это при том, что я считала его совсем незнакомым для меня человеком, а Бертраны словно стали моими хорошими друзьями. Все зависит от меня, если вчера я сразу закрылась в панцирь после известия о приезде Мишеля, то сегодня я чувствовала себя комфортно.

– Так что, пора перейти к главной теме нашего вечера? – Когда мы справились с нашими блюдами, а мы все–таки люди воспитанные и не разговариваем с набитыми ртами, Стас затронул тему, которая была неприятна для меня, но от того не менее важна. Я совершила ошибку, значит пора ее исправить.

– К жареным цыплятам? – Теперь мы сменились ролями, если раньше мужчина хотел шутить и не особо вдаваться во что–то более серьезное, чем что выбрать на гарнир, то теперь я была не прочь соскользнуть с этой темы как угорь, случайно попавший на крючок.

– К ним тоже, но вернемся к твоему боссу, – на секунду у мужчины промелькнула улыбка и я думала, что он не прочь хорошо провести время и не вдаваться во всякие детали, но в следующую секунду она исчезла, зато появился серьезный Стас, которого я впервые увидела в кабинете Павла Александровича, – чего ты прикрывала этого гада? Ведь были определенные дискриминации со стороны него, верно?

– Да, были, – не было смысла больше скрывать от него правду, к тому же если сегодня были проверки на работе, значит юрист уже начал копать под моего босса и не стоит идти ко дну с этим козлом, пусть сам тонет. Ну если он не всплывет конечно, ведь мы знаем, что некоторая субстанция не тонет в воде, а он слишком похож на эту субстанцию. – Извини конечно, но вероятно ты меня не поймешь в этом плане. Как ты уже знаешь – у меня есть ребенок. Иметь ребенка значит иметь обязанности перед ним, иметь возможность дать ему нормальную жизнь и будущее. Иногда даже жертвуя своим комфортом. Поэтому извини меня за ложь, но я в первую очередь думала о своем ребенке, а потом о себе и тебе.

– Ну, во–первых, я пойму тебя, потому что у меня много было клиенток с детьми, которые так же не хотели делать кардинальные изменения, потому что боялись этого, а во–вторых, неужели эта работа действительно так важна и хорошо оплачивается, что стоит терпеть издевательство своего босса и унижение? – Мне показалось, или у Стаса стали при воспоминании моего руководителя туда–сюда ходить желваки, а сам он словно весь напрягся, как перед броском на жертву, забравшую на его территорию

– Во–первых, нет унижений, ну таких, как ты себе надумал в голове, – конечно, ситуация на корпоративе выглядела действительно как унижение, но я тогда послала далеко и глубоко босса и все решилось более или менее адекватно, – а во–вторых, я же говорю – ты никогда не поймешь человека, особенно женщину, самостоятельно воспитывающую ребенка. Ты можешь сказать и подумать, что понимаешь таких одиноких женщин, но на самом деле это не так. Пока не почувствуешь на себе это собственноручно, до тех пор не поймешь, как это все происходит.

– Ладно, не буду спорить, не вижу в этом смысла, ведь каждый останется при своем мнении. Скажи мне другое – почему ты все же решила извиниться передо мной и рассказать правду?

– Мне показалось, что ты от чистого сердца хотел мне помочь и был искренним со мной, – пожала я плечами и произнесла именно то, что я действительно думала. Даже если он полностью не сможет понять мои намерения, все же не стоит исключать тот фактор, что этот человек не водит меня за нос и открыт со мной.

– Тебе не показалось, я действительно каждый раз подхожу к делу профессионально и с желанием помочь людям, – он говорил чистую правду, в этом сомнений не оставалось. Рыцарь на белом коне против таких козлов как мой босс, и вот настало мое время получить помощь от такого рыцаря двадцать первого века.

– Верю, – я представила в этот момент, как он на коне бегает за Павлом Александровичем и с помощью своего меча бьет того по одному месту, хорошо так, от души, и эта картина порадовала меня довольно сильно, вот было бы круто увидеть ее собственными глазами, – к тому же мне не хотелось выглядеть в глазах моих друзей неблагодарной скотиной.

– Каких друзей? – Он, кроме того, что, наверное, хороший юрист, еще и непревзойденный актер, потому что так сыграть недоумение еще стоит уметь. Можно запросто бронировать билеты в Голливуд или где собираются такие умельцы как вот этот.

– Ой, скажи мне еще, что ты не в курсе кто такие Бертаны и что ты вообще о них никогда не слышал, – ну уж он затянул с этим наигранным удивлением, сидит дальше на стуле и не хочет признавать, что они с Франсуа давние друзья и он работает по его наводке.

– Ты можешь мне не верить и думать, что я шучу, но я действительно впервые слышу об этих Бертранах. Если это фамилия твоих друзей, то они, судя по всему, французы или немцы, а у меня нет таких клиентов за пределами страны.

– Это правда? – Я все еще надеялась, что он наконец–то выйдет сейчас из образа и начнет искренне смеяться, но этого не произошло и он только отрицательно покачал головой, что могло только означать категорическое "нет".

– Это так же правда, как и то, что я холост и у меня нет детей.

Ну супер, приплыли к берегу, выходить будем или заляжем на дно???