Глава 39

Никита

Все мое тело горело в нетерпении по пути домой. Сегодня меня задержали дела дольше, чем обычно. Я не мог все бросить, хотя очень хотелось. Возможность ближайшего разговора с Лерой заставляла меня давить на газ и ехать гораздо быстрее, чем необходимо. Возможно, чуть позже я получу несколько штрафов. Плевать.

Пальцы барабанили по рулю, пока тяжелые металлические ворота мучительно медленно открывались передо мной. Припарковав машину, я ворвался в гостиную, но не нашел девушку. Разумеется, уже было поздно, но в глубине души я надеялся, что она меня дождется.

Я решил проверить двор, прежде чем ворваться в ее спальню. Предчувствие меня не обмануло. Лера сидела на шезлонге и… Курила?

Заметив мое приближение, девушка попыталась спрятать эту курящую дрянь себе под юбку, но было уже поздно. Я заметил.

– Никит, – испуганно произнесла она.

Ее голос дрожал, видя мое стремительное приближение.

– Я не курю при ребенке. Клянусь.

Настигнув девушку, я вырвал айкос из ее руки и швырнул в сторону. Я посмотрел на нее с неистовым желанием, и ее глаза, полные ужаса и недоверия, смягчились от раскаяния. Не дав ей опомниться, я крепко схватил девушку за шею и притянул к себе для поцелуя. Он не был нежным. Я не был нежным. Этот поцелуй был наполнен отчаянием и страстью. Мне хотелось поглотить ее. Наши языки сплелись, зубы сталкивались от напора. Ее тело такое чертовски совершенное: тонкое и упругое. Я хотел ее всю, каждую часть. Я хотел провести с ней целую вечность.

Лера отчаянно застонала мне в рот, когда я нагнулся и подхватил ее на руки. Девушка обхватила меня ногами, не отрываясь от поцелуя. Я не заметил никаких протестов – только жажда, всепоглощающая, оглушительная.

Я чувствовал, как ее тело напряглось под моими руками, как дыхание участилось, становясь хриплым. Девушка, словно боящаяся вздохнуть, прижималась ко мне, впиваясь в мои плечи пальцами. Я прошептал ей на ухо:

– Ты такая красивая, солнце.

Она зажмурилась, и ее ресницы затрепетали. Я провел пальцами по линии ее ключиц, заставляя все тело девушки дрожать сильнее. Эта кожа: такая мягкая и упругая. Такая чертовски совершенная. Ее тело отзывалось на мои прикосновения. Я сжал ягодицы девушки, вдыхая запах ее волос. Лера слегка приоткрыла губы, шепча что-то несвязное. Я чувствовал, как ее тело трепещет, как мышцы напрягаются в предвкушении.

Черт возьми. Я не мог больше терпеть. Игры закончились. Я так сильно ее хотел, что каждый прожитый день без ощущения меня, глубоко зарытого в ней, пытка.

– Мать твою, солнце…

Мои губы опустились к ее шее. Я целовал разгоряченную кожу, кусал и засасывал, пытаясь отметить ее как свою. Я чувствовал ее тяжелое дыхание, тонкие пальцы на своем затылке, притягивающие меня к ней. Я был в раю.

– Я думала, мы будем разговаривать.

Голос Леры был тихим, ее дыхание сбилось. Обхватив ладонью грудь девушки, я нащупал пирсинг и сжал его пальцами, слегка оттягивая.

– Ах! О, Боже, – застонала она.

– К черту разговоры. Я трахну тебя сегодня, – продолжал я целовать девушку, спускаясь все ниже, чтобы, наконец, втянуть эти прекрасные соски в рот. – Прямо у этой стены, хочешь?

Я сделал несколько шагов и придавил девушку к фасаду дома, вжимая свое тело в ее. Лера продолжала крепко удерживать мою голову своими ладонями, боясь, что я могу прекратить ласкать ее. Хрена с два я это сделаю. Даже гребаный конец света не заставит меня сейчас оторваться от нее, пока мой член не будет похоронен глубоко внутри этой девушки.

– Блять, солнце…

Я провел рукой по внутренней стороне ее бедра, подбираясь к, я уверен, насквозь промокшим трусикам. И предчувствие меня не обмануло. Лера всем своим видом источала секс. Порою казалось, что я мог учуять на расстоянии запах ее возбуждения. И последние дни это происходило довольно часто.

– Черт возьми, Никит…

– Скажи мне, как сильно ты этого хочешь.

– Очень сильно…

Я прервался на мгновение, чтобы заглянуть девушке в глаза и убедиться в том, о чем она сейчас умоляла. Ее взгляд был затуманен похотью. Мать твою. Это все, что мне нужно было знать. Сердце билось в груди барабанной дробью, но я не отводил от нее взгляд. Мне было нужно видеть ее, чувствовать ее, слышать ее стоны. Блять. Я больше не мог этого выносить. Она была такой мокрой, такой податливой. Пока мой большой палец ласкал ее клитор, я продолжил терзать ее грудь. Твою мать. Эти проколотые соски сводят меня с ума.

– Мы ведь не всерьез?

Я пробурчал что-то невнятное в ответ на ее вопрос, потому что слишком был занят. Я не был здесь, в реальности. Казалось, весь мой разум отправился на другую планету.

– Это всего лишь секс, – продолжила Лера.

Ее голос был тих, слегка охрип от страсти.

– Это ничего не значит.

И теперь до меня стали доходить ее слова. Я поднял голову и посмотрел на девушку в недоумении.

– Если я сейчас тебя трахну, то ты станешь моей. Сегодня, завтра, всегда!

Последнее слово я произнес с такой яростью, что девушка вздрогнула от силы моего голоса. Я запустил пальцы ей в волосы и стянул их в кулаке.

– Считаешь меня человеком, который предпочитает одноразовый секс? Считаешь, я дал тебе это работу, чтобы, блять, изредка трахать тебя?

Лера испуганно смотрела мне в глаза, но мне было плевать. Какого хуя эта девушка ждала от меня?

– Я вернусь в Москву, как только решу здесь свои дела. Это всегда было моей мечтой. И даже ты ее не отнимешь.

Разочарование сдавило мои легкие. И чем дольше мы стояли у стены, вжимая тела друг в друга, тем сильнее злость распространялась по моей крови, вызывая зуд и раздражение. Я еще яростнее сжал ее бедра ладонями.

– Повтори! – приказал я.

– Не буду!

Лера толкнула меня в грудь, но это было не больше, чем жалкое усилие. Это все равно что пытаться сдвинуть с места бетонную стену. И мы оба это знаем. Каждая ее попытка сопротивления лишь подливала масла в огонь моего желания. Я хотел ее, хотел сильнее всего на свете.

– Ты и так все слышал!

Я так долго смотрел ей в глаза, пытаясь заглянуть прямо в душу. И все, что я видел, Лера говорила правду. Я отпустил девушку. Как только ее ноги коснулись земли, я сделал шаг назад и повернул голову в сторону, чтоб не смотреть на нее.

– Иди спать, – приказал я.

– Никит…

Девушка попыталась протянуть ко мне руку, но я презрительно шлепнул по ней.

– Иди. На. Хуй. Спать!

Валерия

Я никогда прежде не видела Никиту таким разъяренным. Забежав в свою комнату, я положила ладонь на грудь, пытаясь перевести дыхание. Мать твою. Он действительно чертовски страшен, когда зол.

Подойдя к окну, я решила украдкой посмотреть на мужчину, если он все еще находился там, где я его оставила. Чутье меня не подвело. Никита избавился от одежды. Она валялась на земле вместе с обувью. Мужчина плыл от одной стороны длинного бассейна до другой. Ранее я уже наблюдала за ним, но сейчас не было ничего похожего с его привычными утренними тренировками. Никита не был расслаблен. Его движения были быстрыми, яростным. Как будто он пытался побить мировой рекорд. Я невольно залюбовалась его силой, стремительностью, с которой он рассекал воду. Каждая мышца на его теле работала синхронно, создавая мощный, неудержимый поток энергии. Он был как акула, атакующая свою жертву. Никита не просто плыл – он охотился, пробиваясь сквозь сопротивление воды с неистовой решимостью.

Как только мужчина доплыл до края, он оттолкнулся и двинулся в обратном направлении. Он был не просто силен, словно хищник. Именно в этот момент я поняла, что в нем скрывается нечто большее, чем просто гнев. Это была чистая ярость, неконтролируемая, животная. И я боялась, что она может перекинуться на меня. Кажется, я совсем забыла, с кем связалась. Когда-нибудь это обернется мне боком.

Никита вынырнул из воды и, словно зверь, вытряхнул ее с волос, откинув назад голову и проведя по ней ладонью. Капли воды стекали по его торсу, подчеркивая рельеф мышц, которые сводили меня с ума.

В какой-то момент его взгляд устремился на окно моей спальни, но я быстро отпрянула. Слишком рискованно было оставаться на виду. Мое сердце бешено колотилось, от его взгляда, от этой неконтролируемой ярости, которая кипела в нем. Я нечасто видела его таким. Точнее, сейчас был второй раз, когда Никита вышел из себя в моем присутствии. Он всегда был спокоен, уравновешен, словно статуя, вырезанная из мрамора. Попытавшись успокоить учащенное дыхание, я присела на кровать. Мне нужно было успокоиться, проанализировать ситуацию. Я решила больше не вторгаться в его пространство, наблюдая за ним. Упав на матрас, я устало посмотрела в потолок.

«Ну, ты сделала это. Оттолкнула человека, которого хотела больше всего на свете.» – обращался ко мне мой мозг.

Самой главной проблемой между нами является то, что мы не можем нормально поговорить друг с другом. Думаю, если бы мы изначально обговорили некоторые вещи, было бы проще. Честно говоря, я действительно думала о том, что наше взаимное влечение друг к другу мимолетно. Но сегодня мужчина опровергнул мое предположение. Тем самым повергнув меня в шок. Никита действительно хочет меня не только в сексуальном плане, но и в жизненном? Хочет, чтобы мы были вместе, как самая настоящая семья?

Я громко фыркнула от этого предположения. Что за бред? Такие вещи явно были не для меня. Я не знаю, что такое жить большой семьей. Никто не вложил в меня подобных ценностей, поэтому мне это никогда не было интересным.

Да, мне нравился Никита. Очень. Я не могла отрицать того факта, что все в этом мужчине было прекрасно и притягательно. Как только он поцеловал меня и придавил к стене, удерживая за бедра, я почувствовала себя маленькой девочкой, которую только что впервые обняли. Как будто я кому-то так сильно была нужна. Что во мне нуждались. Это чувство ни с чем не сравнимое. Я поняла, что моя независимость, к которой всегда стремилась, – это броня, защита от боли. Рассуждая на эту тему сама с собой, я делаю вывод, что это лишь препятствие, которое мешало мне видеть то, что на самом деле важно.

Семья. Вот что главное. Для любого человека. Нормального человека, но не для меня. Никита – семьянин до мозга костей. Я не могу разрушить все, что он строил годами. Ему явно нужна была другая девушка. Такая, как я, не способна дать ему то, что он хочет.

– Лера, ты, кажется, вляпалась по самые уши и понятия не имеешь, чего сама хочешь, – прошептала я вслух, раздумывая, разрушить ли эти нежные чувства, которые уже начинали расти в моей душе, или оставить все плыть по течению?

Я хочу окончить ВУЗ, много стажироваться, работать не покладая рук и в итоге стать первоклассным пластическим хирургом. По крайней мере, план был таков. И я знаю, что любая мечта может стать реальностью, если человек ставит перед собой правильные цели и идет к ним.

Еще пару лет назад я и представить себе не могла, что все-таки смогу вырваться в столицу, но у меня получилось, и я чертовски горжусь собой за это.

То, что произошло с отцом, не отнимет моего дикого желания стать тем, кем я хочу больше всего на свете. Я разобьюсь в лепешку, но достигну своей мечты. На это у меня уйдёт лет десять-пятнадцать. И в этом мире у меня не будет места ни для мужа, ни для детей.

Я представила, как в тридцать пять буду стоять в белом халате, уставшая, но довольная результатами проделанной работы. В моих руках будет блестеть скальпель, символ всех стремлений, победы над самой собой. Мне почти двадцать. У меня было еще полно времени. И я была решительно настроена на то, чтобы сделать свою жизнь такой, какой хочу.

Мои мысли прервал звук входящего сообщения. Я потянулась к тумбочке, чтобы взглянуть. Это была Лаура. У нас троих был групповой чат, где мы постоянно общались. С тех пор как я уехала, девчонки не давали мне соскучиться. Мы часто переписывались и созванивались.

Я разблокировала телефон и открыла сообщение. Это была фотография Мари. Она положила голову на колени Лауры. Волосы были растрёпаны и закрывали лицо.

«Эта идиотка пускает сопли, потому что изменила своему мужу.»

Я тут же набрала ответ:

«Она еще долго продержалась. Андрей – кретин. Поцелуй ее от меня. Пусть не киснет.»

«Еще пару бокалов, и она будет в отключке. Я обещаю.»

«Скучаю по вам. Очень.»

В качестве драматизма я добавила рыдающий смайлик.

«Мы тоже очень соскучились. Может, мы все-таки сгоняем к тебе в Сочи? Покупаемся, позагораем. Я воочию увижу этого красавчика, на которого ты теперь работаешь. Кстати, о нем. Ты его трахнула или еще нет?»

Я сделала раздраженный вздох и уже в который раз пожалела о том, что рассказала подругам о своей новой работе. Но большей ошибкой было прислать фото Никиты, которое я сделала украдкой.

«Нас тянет друг к другу. Но я хочу вернуться в Москву, и для меня это просто секс, но не для него. Он хочет большего.»

«С чего ты взяла?»

«Скажем так, мы откровенно поговорили.»

Если это только можно назвать разговором.

«Этот красавчик прямо сказал тебе, что у него на тебя серьезные планы, а ты даешь заднюю? Ты ненормальная!»

Я отшвырнула телефон от себя. Лаура права. Я сумасшедшая. И этот факт разозлил меня еще больше.

«Мы точно приедем. Жди. Нужно вбить немного здравого смысла в твою тупую голову.»

Я не знала, что ей ответить. Лаура среди нас троих, как мне казалось, была мудрее всех нас, хоть у нее и были странности.

«За что Бог наказывает меня? За какие грехи? Что послал мне двух подруг-идиоток. Одна страдает от нераздельной любви, а другая бежит от горячего красавчика, по которому все девушки в Сочи пускают слюнки.»

В этот раз Лаура опять оказалась права. Я вспомнила наш поход в торговый центр сегодня и тех девушек, которые бесстыдно пялились на Никиту.

Надеюсь, завтра между нами не будет никаких столкновений, потому что мне явно нужно немного времени, чтобы хорошо подумать.