Глава 24

– Галь, а как тебе эта вакансия? – устало тычу пальцем в монитор ноутбука. – Помощник директора. – В маленькую конторку по откачке сливных ям? Юль, ты сбрендила? – морщится подруга. Ты на зарплату глянь. На нее и неделю не протянешь, не то, что месяц. – Галь, я понимаю, что это я виновата в том, что ты теперь без работы. Если хочешь, можешь жить здесь, с нами. Так хотя бы можно будет не платить бешеные деньги за квартиру. – Ну, идея неплохая, я пол зарплаты отдаю в месяц за однушку. Грабеж. Но работа все равно нужна. Мы же не собираемся контоваться так всю оставшуюся жизнь? – Я тут подумала. Может, мне сходить к Арховскому? Ты же ни в чем не виновата. Попрошу, чтобы вернул тебя. – Ну уж нет! Я не буду работать на того, кто крадет чужих детей, – со всей серьезностью заявляет Галочка. Лучше уж помогать откачивать чужие какашки, – отчаянно вздыхает она. – Галя, – не сдерживаюсь я и начинаю смеяться. – Ладно, шутки шутками, а что у тебя там по поводу суда? – Назначен на восемнадцатое. Если честно, нервничаю ужасно. Боюсь, что Арховский может кому-нибудь заплатить, чтобы мне не отдали дочь. У него ведь не только много денег, но и связей. – Не думай о плохом. Я уверена, что суд будет на твоей стороне. Ты мать ребенка, а он чужой дядя. Еще и рецидивист. – Галя, остановись. Никакой он не рецидивист. Вдруг он вообще не знал, что ему отдали не его ребенка? – Юююль, – тянет подруга. – А чего это ты его вдруг защищаешь, а? Может, ты втюриться в него успела? – Может, и успела, – вздыхаю и отворачиваюсь к окну. А у самой слезы текут по щекам. До сих пор мурашки по телу от воспоминаний о Стефане. Его пронзительный взгляд, горячие ладони, чистый голос, в который подмешивалась хрипотца после наших поцелуев. До сих пор помню запах его парфюма. Жаль, что Арховский оказался таким подлецом. И только мы проговорили о генеральном, как мой телефон начинает трезвонить. – Легок на помине, – бурчу я и сбрасываю вызов. После всего, что он сделал и наговорил мне, нет никакого желания слышать его голос. Тем более, вряд ли он станет звонить, чтобы сказать мне что-то приятное. А его очередные оскорбления я слушать не намерена. Однако он настойчиво набирает меня снова. – Да ответь уже, – бросает Галя и тактично покидает кухню. Еще секунду раздумываю, и все-таки жму на зеленую трубочку. – Юль, ты можешь приехать в офис? Прямо сейчас, – спокойно спрашивает Арховский, словно это обычный рабочий звонок. – Не думаю, что мне следует это делать, – не сдерживаю в голосе нотку злости. – И все же я настаиваю. Машина ждет тебя у подъезда. Я не задержу тебя надолго, – отвечает он и кладет трубку. И как это понимать? Он что себе позволяет? Думает, что я по первому звонку помчусь к нему в офис? – Пошел ты к черту, Арховский! – кричу на уже потухший экран телефона. – Чего он хотел? – заглядывает Галя. – Чтобы я приехала. Наверняка еще не все высказал. Вот и хочет унизить меня в очередной раз. – Возможно, это сейчас странно прозвучит, но я бы на твоем месте поехала. Вдруг, он все осознал и хочет сам вернуть тебе ребенка? Тем более, что его карета уже у твоего подъезда. – И не подумаю! Ты слишком хорошего мнения о нем. – О, водитель кому-то звонит. Наверное, нашему Стефану Дмитриевичу, – продолжает она торчать возле окна. – Уехал. – Вот и хорошо, – злюсь на своего бывшего начальника. Возомнил из себя короля мира. Но уже через час в дверь звонят. Мы с Галей настороженно переглядываемся. Я поднимаюсь с дивана и иду к двери. Встаю на носочки, чтобы посмотреть в глазок. Отшатываюсь, словно увидела монстра за дверью, а не Арховского. С каких пор директора сами ездят по домам своих сотрудников? Бывших, к тому же. – Юль, нам нужно поговорить, – требует он. – Я знаю, что ты дома. Вот чего он разорался? Сейчас всех соседей поднимет. А мне потом еще и влетит от хозяйки. Поворачиваю замок. Ну, не убьет же он меня, в конце концов. Распахиваю дверь и презрительно смотрю на мужчину. – Чего тебе? – Поехали, поговорим, – хватает он меня за локоть и силой выводит из квартиры. – Если что, я знаю, что она уехала с вами, Стефан Дмитриевич, – высунувшись, предупреждающе шипит на него Галя. На что тот только ухмыляется. – Куда ты меня тащишь? – пытаюсь вырваться, но сражаться с каменной скалой бесполезно. – Говорю же, просто поговорим. В офисе. Мы приезжаем на территорию Арховского. Не думала, что окажусь здесь еще раз, после того, как он меня уволил. Стеф ведет меня по коридору, крепко держа за локоть. Уже в приемной со своего места подскакивает Яна. Брови девушки удивленно подпрыгивают вверх, когда она видит меня. – Стефан Дмитриевич… – Меня не беспокоить, – бросает он своей секретарше и захлопывает дверь. – Присаживайся. Разговор будет сложным. Но для начала я хотел бы извиниться перед тобой. – Извиниться? – язвительно фыркаю я. – И за что же? За свое поведение, за несправедливые обвинения, или за то, что украл моего ребенка? Конкретнее, Стефан Дмитриевич. – Юля, – подозрительно спокоен он. – Кто-то подставил тебя. Поэтому мои люди не сразу разобрались. А я погорячился, каюсь. Почти во всем офисе есть камеры. Информация была отправлена не тобой, как удалось выяснить. – Камеры? – хмурюсь и взглядом ищу их. – Их нет только в моем кабинете. Откуда и были слиты данные. Это кто-то из своих. – И ты сразу подумал на меня, – язвлю Стефу. – Прости, но данные были отправлены твоему мужу. – Бывшему мужу, – поправляю мужчину и обиженно скрещиваю руки на груди. – Это точно не Галя. Она здесь ни при чем. Верни ее. – Верну, как только найду того, кто меня предал. – Отлично. Хоть с этим разобрались. Все, я могу идти? Только я собираюсь покинуть кабинет Арховского, как после короткого стука в него входит Яна. Она несет поднос с двумя чашками кофе и, улыбнувшись, оставляет его на столе Стефа. Уходит, плавно виляя бедрами. Они точно спали. Не зря же она так и вьется возле него. И от этих мыслей почему-то становится неприятно и противно. Я останавливаюсь и замираю. Оборачиваюсь. Интересно, ее Стеф тоже целовал с такой страстью, как меня? Наверное, и эти розовые часики он ей подарил. Вряд ли у секретарши зарплата позволяет приобретать такие дорогостоящие вещицы. – Ты спал с ней? – вылетает у меня, как только дверь закрывается за этой расфуфыренной девицей. Зачем я это спросила? Все равно между нами все кончено. Вот только мне почему-то хочется услышать отрицательный ответ. И Арховский отвечает: – Нет, я нарушил свои правила лишь единожды. И это было с тобой, Юля, – сверлит меня пронзительным взглядом. Словно он меня обвиняет в том, что наши отношения разрушились. Но не смотря на все, мне искренне жаль, что наше время вышло так быстро. Время… Стоп! – Часы. На ней розовые часы.