Глава 16

Спала я ночью плохо: мне снились длинные темные лабиринты, огромные злобные минотавры, постоянные тупики, из которых не было выхода. Подсознание не просто намекало, оно откровенно говорило своей хозяйке, что у той феноменальные способности находить себе приключения на пятую точку, причем почему-то только в этом мире. Утром я проснулась с ощущением тотальной усталости. Как будто и не спала всю ночь в своей кровати, а действительно постоянно бегала по извилистым лабиринтам от ужасных минотавров. Гарнитур упорно не желал покидать мое тело, поэтому пришлось учиться уживаться с ним: спать, принимать ванну, есть — делать все обычные вещи, но с прилипшими ко мне своенравными украшениями.

Завтракала я одна, у себя. С удовольствием съела тарнитки, местные мягкие вафли с кисло-сладкой фруктовой начинкой, запила их зеленым чаем, погрустила, что в этом мире нет кофе, и начала раздумывать, чем бы заняться.

Выбор был небольшой: или чтение, или зарядка, или рукоделие. Снова ходить по замку в одиночестве я пока остерегалась. Мало ли, где окажусь в следующий раз.

Сделав несколько приседаний и наклонов, я уныло вздохнула: далека я все же от спорта. Прав принц, моей талии с теперешним образом жизни однозначно угрожают лишние килограммы. Но выходить за ворота замка, на мой взгляд, было сейчас опасней, чем гулять по коридорам. А потому я заглянула в вещи Анастасьи, выудила со дна одной из сумок незаконченную вышивку и решила заняться рукоделием.

Понятия не имею, чему Анастасью учили в пансионе, и научили ли чему-нибудь, но вышивала она отвратно: неряшливо, как бог на душу положит, не подбирая нужные оттенки ниток. Складывалось ощущение, что пятилетка впервые взяла в руки нитку с иголкой.

Я прикусила губу, внимательно рассматривая рисунок: желтое солнышко на небе, зеленый лес, оранжевые поля, нечто синее на поле. Нет, ну так не пойдет. Этот пейзаж только слугам в комнату повесить, чтобы настроение им повышать. Посмеются, да и пойдут работать.

Вызвав Лиску, я спросила:

— Здесь есть вещи для рукоделия? Нитки, бусины, холст и так далее?

Девчонка понятливо закивала:

— Да, госпожа, но немного, от любовницы господина осталось.

Сказала и испуганно сжалась. Я же наоборот заинтересованно приподняла брови:

— Любовницы? И давно она уехала?

— Так… Перед вашим приездом, госпожа… — промямлила служанка.

— Лиска, — покачала я головой, — не умеешь врать — не берись.

— За два часа до того, как вы приехали, госпожа, — покаянно вздохнула служанка.

Прелестно, просто прелестно. Небось еще и вылезла прямиком из постели принца. Эй, я что, ревную?!

— Неси, — приказала я, параллельно пытаясь разобраться в собственных ощущениях. Да, мне не понравилась новость о любовнице. Но ревность ли это? Или все же задетое самолюбие?

Лиска между тем кивнула и резво выскочила за дверь.

Пока она бегала за рукодельными принадлежностями, я размышляла над сказанным. Нет, понятно, конечно, что принц до меня монахом не жил. Видный мужчина, с состоянием и связями, да и с титулом, хоть он и отрицает. Понятно и то, что женщин у него должно было быть не одна и не две. Меня смущало, почему ни одна из них не соглашалась на тот тип брака, на который намекали мне: три года прожила, наследника родила и свободна. Сильно сомневаюсь, что прям у всех любовниц принца был развит материнский инстинкт, не позволивший бы им после родов расстаться с ребенком.

Прочитав уйму книг, в том числе и исторических романов, я могла с ходу припомнить множество историй, в которых женщины, прельстившись крупным вознаграждением, оставляли детей отцам, а сами исчезали в голубой дали. Но здесь такой номер не прошел. Принцу почему-то было необходимо жениться на безродной пансионерке. В том пансионе что, воспитывали идеальных жен? Или же никто и никогда не озаботился бы судьбой одной из учениц?

Вопросы, вопросы… Анастасья, судя по аттестату, звезд с неба не хватала. Тихоня и простушка. Разве такая жена нужна принцу, пусть и на три года? Нет, тут однозначно что-то не то. Понять бы только, что…

Тем временем вернулась Лиска со свертком в руках. Три начатые вышивки, немного крупных бусин, несколько небольших мотков ниток для вышивания, спицы и крючок для вязания. В общем, негусто, совсем негусто.

В моей голове внезапно появилась идея.

— Лиска, мотки шерсти в замке есть? — поинтересовалась я.

— Да, госпожа.

— И снова немного? — иронически уточнила я.

Лиска несмело улыбнулась:

— Да, госпожа.

— Неси, — приказала я и начала разбирать богатство, оставленное любовницей.

Здесь качество вещей было на порядок выше. Сразу видно: у любовницы водились деньги. Ну, или принц проявил щедрость и заплатил за все, что от него потребовали. В любом случае, с этим материалом можно было работать. А то, что осталось от роньи Анастасьи, пока спрятать подальше. Мало ли, как жизнь повернется. Мой внутренний хомяк утверждал, что выбрасывать здесь ничего нельзя. И я полагала, что он прав. Вот выйду замуж, закреплюсь в замке, тогда можно будет попросить принца снабдить меня всем необходимым для хобби. Но это потом. Пока же я собиралась немного порукодельничать. И надеялась, что принцу мое рукоделье понравится.