Глава 4

Расправа не заставила себя ждать, несмотря на то, что я до последнего верила в то, что это какой-то глупый розыгрыш. Но нет. Вечером на меня надели ночную рубашку по типу больничной с завязками на спине и домомучительница и ещё двое мужчин отвезли меня на лифте на минус пятый этаж. Кто бы мог подумать, что здесь такие подвалы. Минус первый – парковка. Минус второй – хозяйственный этаж, там располагалась химчистка, винный погреб, хранилось всякое барахло, инструменты для уборки, это я успела узнать за время пребывания здесь. А вот про остальные уровни никто не распространялся. И чтобы лифт тебя туда отвёз, нужно было набрать код доступа. Так вот лучше бы я не знала, что там. Мы прошли по коридору, и попали в темный круглый зал. Напоминало манеж цирка, со стульями для зрителей. И по центру стоял столб, к которому, по-видимому, меня должны привязать. Ну что ж, добро пожаловать в средневековье. Мне заблаговременно предоставили лошадиную дозу обезболивающих таблеток, по распоряжению Аран Арэ, пожалел несчастную. Но у меня, скорее всего от них печень отвалится, нежели они сделают хоть какой-то погоды. Было очень страшно, тело меня едва слушало, но головы я не опускала. А все потому что на одном из стульев сидел рыжий огненный эльф и улыбался. Я чувствовала, сейчас он упивался своей властью и тем, что я сейчас сполна расплачусь за то что, оказала сопротивление. Кроме него, Матильды, Короля и двух охранников зрителей больше не было. Было неприятно, что мне не сказали, что инициатор наказания будет сидеть в первом ряду. Да они и не обязаны были. Кожаными ремнями меня пристегнули к столбу и развязали две верхних завязки ночной рубашки на спине. Здесь было прохладно и по телу сразу пробежали мурашки. Вышел ещё один эльф с плетью, расчлененной натрое на конце. Невозмутимо он занял место за моей спиной, сразу было видно, что ему это не впервой. Король начал говорить какую-то речь по поводу того, что наказание будет исполнению и инцидент не подлежит огласке. Но я уже не слушала. Сердце бешено от страха забилось, ожидая первого удара. А в ушах зашумела кровь. Я, когда с моста падала, так не боялась. А потом послышался свист тонких кожаных ремней, наверняка с железом на концах, и все тело пронзила жуткая боль. Слезы застали в глазах, контролировать их было невозможно. Но все равно сквозь них я видела довольное лицо рыжего. Даже слышала, о чем он думает в этот момент. «Да, это тебе за то, что отказала мне. Я получаю все, что хочу, а что не могу заполучить – ломаю. И тебя сломаю». Не осознавая того, реальные это мысли эльфа, или я их надумала в бреду, тоже ответила ему. Вот не дождешься, и снова новый удар, я сильно сжала челюсти лишь бы только не доставлять удовольствие своими криками этому подонку. Ещё удар, за ним следующий. Я уже перестала их различать и считать. Ноги не держали меня, и я обвисла на своих кожаных ремнях. Не в силах больше терпеть у меня вырвался тихий стон. Но тут же я попыталась его сдержать, потому что со стороны рыжего почувствовала волну удовлетворения, подобную сексуальной. Как я смогла почувствовать такое? Придумала себе. Ненавижу это место, ненавижу эльфов. Это последнее, что я смогла подумать, а потом отключилась. Очнулась на своей кровати, лёжа на животе. Раны на спине нещадно болели, действие обезболивающего прошло. Все тело горело. Даже страшно представить, что у меня там за мясо. Лика лежала на своей кровати, свернувшись калачиком и тихо посапывала. И я снова провалилась в сон, а может просто потеряла сознание. Проснулась, когда солнце во всю силу светило в окно, маленькая комнатушке смотрелось очень мило в лучах переливающегося света. Я лежала и думала, сколько же сейчас времени и почему меня никто не разбудил. Как потом выяснилось, мне дали выходной, но только один, чтоб не расслаблялась. Пришла домомучительница и сказала, что завтрак я пропустила, специально для меня готовить никто не будет. Но если очень надо могу сделать сама. И на этом спасибо. Оставила мне на тумбочке маленький пузырек с мазью, что бы я обработала раны, и опять сама, потому что королевского врача нам бесправным не положено. И ушла командовать другими. Дождусь вечером Лику и попрошу ее помочь, а сейчас пойду, найду что-то перекусить. С большим трудом я смогла встать с постели. Корка на ранах засохла, и теперь при движениях снова расходилась, причиняя боль. К сожалению, кроме формы больше нечего была надеть, и представив что у меня на спине я отложила ее в сторону, как и идею идти на кухню. Не голышом же, и не в той сорочке для смертников. Моя одежда тоже не подошла, слишком тесная, боюсь сделать хуже. Так и пришлось остаться в комнате с надеждой, что придет соседка и покормит. И как завтра работать? Я прождала весь день. Заняться было не чем, в итоге я решила, что сон – лучшее лекарство. Не знаю, сколько я проспала, но меня разбудил какой-то грохот. Открыла глаза и испугалась, потому что в комнате было уже темно, окно было нараспашку, а на подоконнике сидело что-то и светило как фонарями своими глазищами. Осмотрелось, соседки не было. Где ее носит так поздно, на часах было десять вечера. Обычно в это время уже работа закончена и официально отбой. Очень медленно, чтобы не спугнуть существо, я приподнялась с кровати, немного скривившись от боли из-за того, что свела лопатки. И крадучись приблизилась к окну. На меня смотрел огромный пушистый черный кот, и своими бирюзовыми глазами разглядывал меня. Не убежал, остался сидеть на месте. Животное явно было не простым, таких крупных домашних котов я ещё ни разу не видела. По размеру можно было подумать, что он съел шесть кошек. А бирюзовые глаза были очень яркими и словно излучали энергию. Возможно мне кажется, но опасности от кота я не чувствовала и медленно протянула руку, чтобы погладить по голове. Животинка внимательно смотрела на мою приближающуюся к нему ладонь, но не дернулся с места. А когда я коснулась его мягкой шерсти, даже подался в мою сторону. – И откуда ты такой красивый тут взялся? Кот мне, конечно же, не ответил, спрыгнул с окна и пошел к моей кровати. Устроился там, словно она его. – Знаешь, даже хорошо, что ты пришел, а то и поговорить, пожаловаться не кому, целый день одна, к тому же голодная осталась. Пушистый как-то жалостно на меня глянул, а потом быстро заскочил снова на окно и скрылся в темноте. – Ну вот, сбежал собеседник. Я хотела закрыть кошачью лазейку, но подумала и не стала. Вдруг ещё захочет прийти, он мне понравился, ничего не имею против пушистой компании. Не прошло и десяти минут, как пушистый снова сидел на подоконнике, а в зубах у него была пачка сосисок. – Вау, ты понимаешь, что я говорю, – котейка положил еду и отодвинулся в сторону, – спасибо тебе, можешь считать, что спас меня от голодной смерти. Пачка была запечатанной, я разорвала ее зубами и принялась уничтожать сосиски одну за другой, пока не осталась последняя. – Будешь? – я совсем забыла, что нужно поделиться. Но котик равнодушно посмотрел на еду и растянулся на кровати – Не хочешь? Ну ладно. Ещё раз тебе спасибо, – и последняя сосисочка отправилась ко мне в желудок. После того, как я наелась, показалось, что даже спина стала болеть меньше. Я оглядела свое ложе, пушистый занял больше половины кровати. Нечего не осталось, кроме как сесть на то свободное, что осталось. Я снова решила погладить своего спасителя. Таких пушистых и набивных шерстью котиков я ещё не встречала. Словно он в суровых зимних условиях на улице живёт. Полежав так пять минут, он просто встал, что-то мурлыкнул и снова сбежал. – Пока и ещё раз спасибо, – это я уже пустому окну сказала. А в это время забежала Лика. – О, ты проснулась. С кем ты тут болтаешь? – Сама с собой. Целый день в комнате сижу, так и сума сойти не долго. Ты где была? – Ой, меня отправили комнату Короля убирать. Нужно было постель перестелить. А там такая кровать, десять человек в ряд поместятся, вот я и задержалась, – когда она заговорила о кровати, то мечтательно закатила глаза. – Не знаю, о чем ты там сейчас думаешь, но лучше не рассказывай. – О таком не рассказывают, – захихикал она. – А он такой классный, мне выпить предложил, но я отказалась, а то подумает ещё, что я увлекаюсь алкоголем. – Мне рыжий тоже предлагал выпить, и посмотри, чем это закончилось, я подставила ей спину, – лучше помоги, вон баночка стоит, намажь. Утром, во все двери, как обычно Матильда позвенела своим адским колокольчиком с криками, что пора вставать. И поскольку мой больничный подошёл к концу, мне тоже пришлось выстроиться в линеечку, чтобы получить указания. А сегодня я должна была вымыть окна на первом этаже и принести вечером ужин хозяину в его комнату. Причем, когда об этом сообщили, служанка, которая приносила нам в первый день форму, наградила меня очень злобным взглядом. Если она хотела это сделать, так пожалуйста. Я после того сектантского наказания вообще не хотела его видеть. Пошли они со своими дурацкими законами. Перед всем этим я со слезами втиснулась в одежду. Мазь подарила мне на короткое время приятную прохладу, подсушила раны, но с утра мне легче от этого не стало. От каждого движения хотелось выть и лезть на стену. К тому же жесткая молния постоянно что-то задевала. Кто бы мне подарил фланелевую пижамку. С того момента, как я попала в это место, мое чутье обострилось, и я стала чувствовать людей, точнее их мысли. В моём мире такого не было, и когда я осознала это еще привязанная к столбу, не знала радоваться и ругаться. И каждый раз, когда красивая уже ненавидящая меня служанка проходила мимо, я слышала, как она проклинала меня и желала, чтоб меня выгнали из этого дома. Не понимаю, за что она так взъелась? Завидовать не чему, внешне она гораздо эффектнее меня, длинные прямые черные волосы, мои же и вечно живут своей жизнью. Я всегда мечтала именно о таких, как у нее. Большие выразительные глаза, пухлые губы. Если ей приставить эльфийские уши, она запросто могла бы сойти за местную, с ее то модельным ростом. Был и другой обслуживающий персонал, который из-за событий прошлых дней сделал свои выводы. «Вот она, это ж надо в первый же день приставать в главе эльфийского дома». «Да, нет у нее ни стыда ни совести, она получила по заслугам». Было неприятно, и я предпочла бы ловить крыс где-нибудь в подвале, чтобы не слышать всего этого. Правда к вечеру смирилась, пусть думают, что хотят. Мучал один вопрос, когда перед наказанием мне зачитывали приговор, говорилось что-то о неразглашении. Матильда разболтала или рыжий? На кухне меня нагрузили большим подносом с ужином и отправили в кабинет к Королю. Вошла я туда с гордо поднятой головой, пожелала приятного аппетита и поставила ношу на стол перед эльфом. А потом собиралась уже выйти, как он меня остановил. – Подожди, – я замерла, продолжая мечтать о том, чтобы скрыться за дверью, – как твоя спина? – Нормально, спасибо, – а сама про себя подумала: «Ужасно, а как ты думаешь она должна быть? Давай тебя так отделают, а я потом спрошу». – Что ужасно вижу. – Я громко вздохнула, забыла про то, что нужно тише думать при нем. Ведь он, кажется, умеет читать мысли. – У тебя вся одежда испачкалась в крови. Прикажу позже принести тебе чистую. Не могу понять, жалеет он меня или нет. Голос у него звучал совершенно безразлично, скорее всего, спрашивает для приличия. Кираель встал и подошёл к двери, заперев ее изнутри на замок. Это ещё зачем? – Чтоб никто не зашёл, думаю тебе не нужны новые слухи. – О чем слухи? – я не могла понять, а потом как поняла, – слухами больше, слухами меньше, мне уже все равно. – Присаживайся на стул, я расстегну твое платье. – Минуточку, это ещё зачем? – вытаращила я глаза, совершенно забывая о том, что не собиралась с ним вообще разговаривать. – Лечиться будем. Это весьма энергозатратно, особенно в современном мире, но думаю, не сильно от меня убудет. – Нет, спасибо, я своими силами, мазью помажу, глядишь и заживёт. – Присядь. – Нет. – СЕЛА! – он сказал это так, словно собаке команду дал, и я решила больше не выделываться. Развернула стул и села на него так, чтобы можно было обнять его спинку. Вдруг мне очень больно будет, тогда я, если что и зубами погрызть ее смогу. – У тебя скверный характер. Ты постоянно забываешь кто ты. Никто не смеет спорить со мной. Я решила в этот раз промолчать, ведь действительно, порой я перегибаю палку. Приняла нужное положение и замерла. Очень медленно мужчина расстегнул молнию и спустил платье с моих плеч, открывая своему взору мою спину. – Хм, выглядит не очень. Ты, наверное, не сразу мазью обработала раны, – я промолчала. Теплая рука коснулась кожи, и я вздрогнула, потом перестала дышать. Страшно от того, что там. Неудобно, когда он стоит за моей спиной. Стыдно сидеть полураздетой при нем. Хотя раньше я не помню, когда последний раз мне было так неловко. По коже разлилось тепло, я почувствовала лёгкое покалывание, потом было щекотно. Не знаю, сколько занял процесс исцеления, потому что я потерялась во времени. Может пять минут, может пятнадцать. А потом все странные ощущения прекратились. – Все? – через несколько секунд я набралась наглости прервать тишину. – Все, – тихо ответил он, застегнул молнию, – можешь идти. Я встала, и повернулась поблагодарить мужчину, но увидела, что он сильно побледнел. Тонкие эльфийские черты лица заострились, красивые губы побелели. – Спасибо, – поблагодарила искренне. – Вы в порядке? – Да, – он всем видом показал мне, что хочет остаться один. Я быстро оказалась у двери, отперла ее и вышла. Не знаю, что с ним там произошло, и, наверное, надо было настоять на своем и отказаться от лечения, потому что лица на короле не было. Первое что сделала, когда пришла в свою комнату, это пошла в ванну, чтобы посмотреть результат. Раньше я не решалась этого делать. А когда развернулась к зеркалу спиной, не нашла там ничего. Следов на теле, указывающих на плеть, даже в помине не было. Теперь совершенно точно знаю – магия здесь существует. Спала я как убитая, на спине. Утром Матильда сообщила, что одна из нас поедет вместе с королем в больницу. Все заозирались по сторонам, не понимая, что произошло. – Поедет Сокура, – и она посмотрела на девушку с длинными черными прямыми волосами. А я облегчённо вздохнула. Ну и хорошо, судя по ее довольному лицу, ей это точно нужнее. И мне на несколько проклятий будет меньше, а то скоро я превращусь либо в мелкого пустынного жука, либо меня засосет в зыбучее болото. Желания, часто произнесенные со злобой, имеют свойство сбываться. Я читала, таким образом, женщины ненароком могли проклясть человека или даже весь его род, будь то женщины или мужчина. А если у той, что сказала, ещё и дар небольшой имеется, то все пиши пропало. У меня бабушка была такой, сказала в сердцах одной соседке, чтоб она язык свой прикусила, и не говорила всякие гадости про нашу семью, так та потом стала заикаться, чуть стоило ей хоть про кого-то из нас заговорить или даже подумать. Вообще сдается мне, бабуля моя многое умела, и наверняка видела это мое будущее. Но почему-то не пожелала, чтоб я его изменила. Предупрежден, значит вооружен. Если бы знала, не полезла бы Лику спасать, и пусть не обижается. Сегодня я убиралась налегке, ничего не болело, и у меня словно второе дыхание открылось. Признаться, я в своей жизни никогда столько не мыла полов и окон, сколько я это сделала за несколько дней пребывания здесь. Хоть и никогда не боялась тяжёлого труда, часто в детстве помогала маме по хозяйству. Правда, вот некоторые мысли не давали мне покоя, что там случилось с королем? Ведь на вид крепкий мужчина, и не будет он с лёгким недомоганием в больнице лежать. Матильда целый день косо на меня поглядывала. Видимо не могла понять, что способствовало такому быстрому выздоровлению. А возможно догадывалась. Она думала не так громко, как некоторые, я не слышала ее мысли. Сначала не могла понять свои развившиеся способности, побаивалась, подозревала себя в сумасшествии. Но теперь точно поняла, что на Земле, месте, где магия давно забыта, или ее и не было вовсе, все работает в десятки раз слабее. Вот бы тут взять и открыть свой собственный салон. Хотя местных этим вряд ли удивишь, они сами кое-что умеют. И есть у меня такое предчувствие, что не нужно афишировать род своей деятельности. Вечером Король вернулся. Я видела в окно, как он приехал вместе с Сокурой. Выглядел вполне нормально. А девушка шла позади него с улыбкой на лице. Ну, пусть, может хоть немного станет добрее. Все-таки права была Лика – красивый он мужчина, и как назло такой, каким я ей его описывала. Мужчина мечты, жаль что эльф. Тут Кираэль резко посмотрел в мою сторону, а я растерялась и отскочила в сторону, скрываясь за занавеской. «Глупая» – прозвучало в голове, – «спряталась и думает, что я ее не вижу» – насмешливо подумал мужчина. Меня это разозлило, и я нагло вышла на свет и приняла позу, скрестив руки на груди. Кираель сразу перестал улыбаться, мотнул головой, словно прогоняя наваждение. Наконец, рабочий день закончился, и можно спокойно пойти в свою комнату и уснуть. Не знаю, сколько мне удалось проспать, но прервалось мое любимое занятие криками. Я приподнялась в кровати, и непонимающе стала прислушиваться. – Пожар, – раздалось из-за двери, они сопровождались звуками беготни. – Что случилось? – подскочила Лика. Такое ощущение, что девушка не спала, а лежала и ждала момента, когда ее разбудят. Мне так легко подъемы не даются. – Почем мне знать. Я спала, так же, как и ты, – я кинулась к двери, что бы наконец понять что где горит, но не успела я добежать, как дверь распахнулась. – Горим, все на улицу, – завопила Матильда. Мы послушались ее беспрекословно. Не успев одеться, в чем были поспешили в коридор, но там все было задымлено, пробираться через него было небезопасно. Пришлось вылезать на улицу, прямо через окно. Действительно, наш дом для прислуги, с одной стороны, там, где кухня, почти полностью сгорел. И сейчас огонь быстро двигался в сторону жилых комнат по крыше. Матильда стояла совершенно растерянная, наблюдая за тем, как ее дом горит, и глаза ее были полны слез. – Сагрина, наверное, забыла выключить плиту. Она сгорела. Она пыталась держаться, но было видно, что ей не все равно. Я чувствовала ее боль, на этот раз очень хорошо. Тем более я замечала, что они с кухаркой общались, возможно, были подругами. Хотелось утешить женщину, не смотря на ее характер, который мне не нравился. Но я не умела этого делать, и сейчас было не время. Приехали спасатели и потушили пожар, но вряд ли теперь это место пригодно для жилья. Крыша выгорела, окна закоптились, огонь был необычный, не такой как у нас. Пламя слишком стойкое, с красным оттенком, не хотело поддаваться и быстро проедало стены. Нас всех собрал управляющий и повел расселять в доме. Я шла, и меня не покидало ощущение – здесь что-то не ладное. Не случайно домик сгорел. Поселили нас на первом этаже, в гостевом крыле, в котором давно уже никто не жил. По несколько человек в комнате. Эти комнаты давно пустовали и до этого момента были заперты. Возможно даже, что много лет назад здесь селился обслуживающий персонал. Ведь наш барак, так я его про себя называла, был не всегда и до пожара выглядел довольно новым. Нас оказалось трое. Я, Лика и ещё одна девушка, с которой я раньше почти не пересекалась. Выглядела она безобидно, сразу заняла кровать у двери и уснула. Душевая у нас теперь была одна на всех, вообще всех. И страшно представить, насколько рано надо вставать, чтобы не застрять в очереди. Зато теперь надеюсь, что Матильда не захочет нарушать покой высшего обитателя дома, и не будет громко будить нас по утрам. Мне досталась кровать у окна, такая же неудобная, как и ее предшественница. Они их на базе пыточного оборудования закупают что-ли? Уснуть я не могла по нескольким причинам. Во-первых, через два часа уже вставать, а во-вторых, не давал покой пожар. Было у меня плохое предчувствие. Так и не сумев уснуть, я встала, нашла какое-то полотенце в шкафу и пошла в душ, пока еще все спят. Буду первая, а остальные пусть потом очередь занимают. И только когда вышла оттуда, поняла, что моя одежда и форма остались в сгоревшем доме. А моя сорочка, была очень грязная. В итоге я решила, что успею в одном маленьком вафельном полотенце совершить марш бросок по длинному коридору. А там глядишь, и новую форму принесут. И вот когда мне уже оставалось совсем немного до заветной двери, навстречу мне вырулил Король с двумя охранниками. А поскольку я практически бежала, чтобы успеть проскочить незаметно, то не смогла вовремя затормозить и врезалась в Кираэля прямо всей собой. При этом на серой футболке остались отпечатки мокрого полотенца. – Что тут происходит? – грозно спросил он, пока я не подняла голову и не пожала невинно плечами, заявляя о том, что понятия не имею, – а, это ты. В моей голове стали звучать чужие мысли: «Вау, а что-то я ее раньше не замечал. Столкнулась бы она со мной вот так в темном коридоре, я бы…» Это были не те парни, которые не укоризненно следуют всюду за главой. Скорее всего эти одни из многих, что работают в особняке. А мысли принадлежали одному из них. Король резко поднял полусогнутую руку и приказал жестом утихомирить свои мысли, наверное, он слышал то же самое. Я испытала благодарность за то, что не успела узнать подробности о темном коридоре. – Простите за это, – я указала пальцем на футболку, – очень спешила. – Почему ты в таком виде? Это уже не дом для прислуги, здесь может кто угодно ходить. Он перешёл в нападение, но так и я тогда не буду молчать и скромно смотреть в пол как маленькая девочка. – А потому что. Вещи все сгорели, ходить не в чем. А душ после всего, что произошло принять было просто необходимо. Кто виноват, в том, что нам не выдали полотенца нормального размера? Вы? Король не ответил, лишь сурово свёл брови, сейчас орать начнет? Но я продолжила. – И почему нет хотя бы халата? – Альбина, иди спать, – в итоге спокойно приказал он. Было видно, что он не спал всю ночь из-за случившегося и сильно устал. Я не стала дальше испытывать судьбу и послушалась. Но спать не стала, села на кровать, смотря в окно. Уже светало. Почему нельзя выходить в город хотя бы в сопровождении или за продуктами? Меня угнетает то, что мы сидим здесь как в тюрьме. А если бы ещё зарплату платили, то можно было бы купить себе что-то, побаловать сладким или ещё какими местными вкусностями. Тут я увидела на улице два мерцающих ярких бирюзовых глаза. Открыла окно и высунулась. – Я думала, ты забыл меня красавец ты этакий, – сказала шёпотом, что бы не разбудить других девушек. Кот ловко запрыгнул ко мне и подставил свою спину, что бы я его погладила. Не могла ему отказать, люблю я котов, особенно черных. Через час в комнату зашла домомучительница. – Вот, – она положила чистую форму на кровать, – и полотенца, Аран Арэ решил, что вам оно нужно. Самое большое, – и женщина как-то странно посмотрела на меня. – Спасибо, – это я сказала ей и мысленно поблагодарила Короля, потому что банные принадлежности действительно необходимы. – Через полчаса на кухне всем. – Она сегодня сама не своя, – заметила Лика. – У нее ночью подруга умерла, можно понять. Не будем лишний раз злить, давайте без опозданий. – Это я обратилась к своей соседке, потому что она любит потратить время на прическу. На кухне нас ждал завтрак, стандартный как всегда, в него входила овсяная каша и бутерброд с ветчиной и кружка чая без сахара. Сладкое нам не полагалось. Во-первых, не заслужили, а во-вторых, чтоб не растолстели, иначе форму придется перешивать. Я заметила, что действительно все служанки примерно одной комплекции, кроме поварих и домомучительницы. Эти женщины уж точно не ограничивают себя в еде. А мне бы хоть конфеточку маленькую иначе, где брать силы для уборки, если не в еде? И в сахаре содержится гормон счастья, а то по-другому в этом месте его не испытать. На кухню зашёл Кираэль, все девушки сразу принялись кланяться как кукольные болванчики, я наблюдала за этой картиной с улыбкой. – Доброе утро. Скоро приедут следователи по делу поджога, я попрошу не мешать им, не крутится возле дома, чтобы ненароком не оставить после себя следы и не сбить с толку расследование. – Так это поджог? Я так и знала, – само собой вырвалось у меня. – Поджёг, в этом нет сомнений, – сказал и ушел. Матильда раздала указания, ещё раз повторила приказ Короля и тоже смылась. Интересно, а она сама ещё какую-то работу выполняет, или только командует? Я была настроена сегодня работать, и не хотела злить ни домомучительницу, ни хозяина дома. Ночью и так произошло немало неприятностей. Я вытирала пыль в большой гостиной, Лику с нашей соседкой отправили на минус первый этаж заниматься стиркой. Остальная прислуга была тоже при заданиях. На самом деле дом очень большой, и требует постоянной уборки. Только закончишь и через пару дней в том же месте нужно снова вытирать пыль или пылесосить ковер. Считаю, двадцать рабочих это мало для такого огромного поместья. Учитывая, что один из них – управляющий, одна Фрекен Бок, двое садовников, один электрик. Поварих в счёт не беру. Остаётся пятнадцать служанок на четыре тысячи квадратных метров, как минимум, не считая подвальных помещений. Пора увеличивать штат. Но я так понимаю, наша численность зависит напрямую от того, как сработает телепортационная воронка и рынок рабов. Если бы не экономили на зарплате, могли бы нанять квалифицированных работников. Мои размышления прервала громко хлопнувшая дверь. В зал зашла та самая эльфийская девушка, я видела ее ранее, она была на приеме и часто находилась в компании Кираэля, не замечая меня, прошагала к большой лестнице. По ней уже сбегал управляющий. – Лореаль Арэ, для нас большая честь лицезреть такую красоту в нашем доме, – сказал, а сам ни каким своим видом не показал радость. – Приятно слышать. А где Кираэль? – она бросила сумку на диван, и села на него. – Аран Арэ Кираэль, – нарочито поправил ее мужчина, – находится сейчас со следователями на месте пожара. К сожалению, не имею право его отвлекать от важного дела. – Я подожду, прикажите вина принести. – Все, что изволите, – и управляющий, пятясь назад, скрылся в дверях кухни. Я ещё плохо разбиралась в эльфах, но судя по цвету волос, как и Король она принадлежала к дому Туманных эльфов. Сколько всего таких домов я понятия не имела. И этот пробел в моих знаниях сильно меня волновал. Представители ушастой расы были все очень симпатичные, и эта девушка не была исключением. Но найти в ней какие-то особые черты, которые смогли бы выделить ее из толпы, я не смогла. В общем, обычная девушка, наша Сокура и то была гораздо интереснее. Гостья словно почувствовала на себе чужой взгляд и обернулась. – Иди, протирай пыль в другом месте. – Я не могу уйти. – Ты со мной разговариваешь? – она с удивлением изогнула правую бровь. – Тебе говорили, что нельзя говорить с Высшими? Я не стала отвечать на этот вопрос, у нее на лбу не написано, какая она. А обращение управляющего я могла и не слышать. У меня есть работа, и я честно выполняю, с недавних пор. Бертарель принес на подносе одинокий бокал вина. – Располагайтесь, Аран Арэ придет сразу, как только сможет. – Не сомневаюсь. Управляющий окинул взглядом зал, словно запоминая, в каком оно была состоянии перед его уходом. А стоило ему удалиться, как девушка сделала несколько глотков, а потом взяла и демонстративно вылила содержимое на светлый диван. – Что вы делаете? – не удержалась я. – Ты очень неуклюжа, задела меня, когда убиралась, и разлила вино. – Да как вы… – не стала договаривать все, что думаю, иначе этот мир узнает много не приличных нецензурных слов. – Лучше принеси мне еще вина, – как ни в чем небывало попросила девушка. Я сжала кулаки, представляя, как мне придется оттирать это пятно с обивки. Аккуратно забрала бокал и пошла на кухню. Вот паршивка, специально издевается надо мной. Ну, я ей покажу. В моей голове возник небольшой план мести, осталось только найти кое-какую малость, для его реализации. Знать бы только, где искать. Нужно бы найти аптечку, но на это времени нет, надо работать с тем, что под руку попадется. А ты уж Лореаль извини, если что не так. На кухне хозяйничала одна из поварих, к сожалению, я не успела с ней познакомиться. – Извините, а где вино, которое управляющий наливал Лореаль? – А тебе зачем? Любишь принять на грудь? – грубо хихикнула женщина. – Ээээ, нет. А вот дамочка в гостиной видимо не прочь. – Эта та еще любительница. Бутылка уже в холодильне, – под холодильной она имела ввиду большую комнату-хранилище. А вот там уже была и камера для охлаждения напитков, и морозильные камеры. Початая бутылка сразу попалась мне на глаза. – А где тут полочка с приправами? – повариха заинтересовано взглянула на меня. – Зачем это? – Наша гостья просила добавить остроты. Женщина не стала больше расспрашивать, слегка улыбнулась и указала на большой шкаф. Открыв его, я потерялась. Столько разных специй в одном месте я в жизни не видела. Нужно было быстро дать волю фантазии. Но учитывая, что местных названий я не знала, это было проблематично. Я быстро по очереди открыла и понюхала в случайном порядке баночки. Надо что бы запах был не сильный, но они все были настолько выраженными, что не почувствует их в еде или вине только человек с отбитым напрочь обонянием. Уверена, у эльфов оно развито гораздо лучше. – Эээ, простите, не знаю вашего имени, – снова я обратилась к поварихе. – Тельма. – Милая, уважаемая, Тельма, из-за смены планеты и питания, в последнее время меня мучает непроходимость… ну, этого, – не знала, как выразиться помягче. – Такое бывает. Я пользуюсь вот этим, – женщина ловко достала с верхней полки пузырек с наклейкой, на которой было написано» Сбор остролистного желторога – антизапор». – Ого. – На твой вес всего пару капель перед едой, мне нужно больше. Если не рассчитаешь, капнешь лишнего, во век не отстираешься. Надеюсь, ты поняла, о чем я, – и она громко задорно расхохоталась. – Спасибо, поняла – я мило улыбнулась, Тельма тоже мне как-то слишком мило улыбнулась. Возможно, женщина догадалась о моих замыслах, здесь трудно не выстроить взаимосвязь. Я наполнила бокал вином, откупорила пузырек, понюхала. Очень отдаленно напоминает запах полыни, но настолько слабый, что это просто идеальное оружие мести. Недолго думая, я подмешала в бокал четыре капли и на подносе торжественно вынесла гостье. – Слишком долго. – Пришлось бегать за новой бутылкой в погреб. Лореаль жадно потянулась к бокалу и сделала глоток, оценив качество, выпускать вино из своей руки не пожелала. – Позволите вернуться к своим делам? – покорно спросила я. Девушка махнула рукой, позволяя мне удалится. Отлично. Я специально ушла в другой конец зала, чтобы наблюдать издалека. Жаль будет, если эльфийский желудок окажется в разы крепче человеческого. Минут десять я натирала одно и тоже место на гладкой поверхности большой напольной вазы, ожидая результата. Но он не торопился себя проявлять. Тут на горизонте показался Король. – Лореаль, – мужчина направился к ней, не обращая внимание на то, что я тружусь недалеко в поте лица, скоро дырку в фарфоре протру от усердия. – Кираэль, я слышала про пожар, приехала, как только смогла. – Да, не очень радостное событие, – он хотел присесть на диван, но увидел красное пятно, передумал. – Если я чем-то могу помочь, ты только скажи, – она словно голодная мартовская кошка всем телом прильнула к нему. – Я уже с этим разбираюсь. – Ну, тогда, – замурлыкала девушка, – я бы не отказалась поужинать с тобой, можно прямо на верху, – и она указательным пальчиком коснулась его груди, а потом принялась вырисовывать на ней какие-то узоры. – Как только решу все вопросы, обязательно поужинаем, – но эльф не торопился отвечать на её ласку, возможно не хотел в присутствии посторонних. – Снова ждать? – недовольно спросила эльфийка, – мне скучно, к тому же… – она оборвала свое нытье, что привлекло мое внимание. И я развернулась другим боком в их сторону, найдя себе новый участок для уборки. – Ой, – Лореаль схватилась за живот. – Что такое? – насторожился Король. Она села на диван, потом встала, потом опять взялась за живот, скривилась. – Мне срочно надо отлучиться, – она ринулась в непонятную мне сторону. Странно, кажется, там нет уборной. С большим трудом сдержала свои мысли, и смешок. А когда Кираель вопросительно посмотрел на меня, просто растерянно пожала плечами. Ничего не знаю. Моя месть свершилась и я должна удалиться с глаз долой.