Глава 22

Мысль о том, что по дому ходит призрак отца Адама заставила меня слегка поседеть. Только привидений не хватало! У меня уже поджилки затряслись! – Ты хоть понимаешь, что ты наделала? – послышался недовольный голос чудовища. – Я не знаю, как он вернулся с того света! И почему я раньше не видел его на балах, но… Чудовище осеклось. Ох, ничего себе! У нас тут не хомячок в зеркале сидит! – Я не поняла, что случилось? – напряглась я, чувствуя задницей новую семейную тайну. – Да как ты вообще посмела?!! – надрывался Адам. – Да что в этом такого?!! – кричала я в зеркало. – Ладно, – внезапно успокоилось чудовище. И мне это не понравилось. – Слушай меня внимательно. Я спрашивал у феи. Я задал ей вопрос: «Почему после того, как ты согласилась стать моей невестой, проклятие не спало?». Фея мне сказала, что меня может расколдовать только красавица. Так что тебе придется стать красавицей, чтобы меня расколдовать. – Эм… Ты хочешь сказать, что я … чудовище? – прищурилась я. А вот это прозвучало обидно. – Нет, ты как бы в чем-то симпатичная… Как бы даже …. эм… миленькая… Но не красавица, – грустно заметило чудовище. – Слышишь, принц! Ты себя в зеркале, когда в последний раз видел? – разозлилась я. Мне было так обидно, что я чуть не расплакалась! Чудовище исчезло. А я осталась в растерянных чувствах. Я вспомнила жуткую рожу заколдованного принца. – Нет, ну главное кто?! – в сердцах воскликнула я. – Кто мне объясняет, что я – не красавица! Какое-то чудовище! Или что? Шерстью оброс, и уже мужик весь из себя? А рога – маленький недостаток? Обидно было до соплей. Я недостаточно красива для огромного, лохматого заколдованного мужика с противозачаточной внешностью! – Ыыых! – я швырнула подушку с горя. Впервые мне зеркало такое зарядило! Прямо чувствую себя злой мачехой! – Ма-а-а-акс!!! – всхлипнула я, решив получить авторитетное мужское мнение по поводу внешности. Я спускалась вниз, слыша, как Макс гремит посудой. – О, юная мадемуазель! – вежливо улыбнулся дворецкий. – Я… я… – всхлипнула я. – У меня трагедия! – О, юная мадемуазель! Трагедия у меня! Восемь приборов стащили! Четыре ложки, две вилки, одну чайную ложечку и нож! – возразил Макс, пересчитывая столовые приборы. – Ничего не осталось от фамильного сервиза! Ничего, в следующий раз я отравлю ручки. Может, хоть так отучу гостей воровать? – Макс, – вздохнула я, гнездясь в кресле. – Я- красивая? Только честно! Очень честно! Скажи мне, как мужчина! Дворецкий оторвался от ложек и посмотрел на меня. – Как дворецкий могу сказать, что вы очаровательны, милы и прекрасны, – послышался его голос. – А с мужской точки зрения? – закусила губу я. Я всю жизнь считала себя симпатичной. Я даже была почти уверена в том, что я красивая. По-своему, но красивая! – Знаете, чего вам не хватает? – задумался Макс, глядя на меня со всех сторон. Я оживилась. Наконец-то, я смогу получить исчерпывающую критику. А если есть критика, то я смогу исправить что-то в себе! Просто мне очень нужен этот дом. По-настоящему, а не понарошку! И я была бы не прочь расколдовать поместье, чтобы в нем можно было жить спокойно. И даже если ради этого придется расколдовать чудовище, а потом выставить его за дверь пинком! Но сначала придется все-таки расколдовать! Последние десять минут мне очень хотелось попробовать удар сковородой по голове. Мне кажется, что это – очень действенная магия! Один удар и злое чудовище превращается в мягкий коврик для женских ног. – Вам не хватает… – начал Макс, поглаживая подбородок. – Ну! – нетерпеливо заерзала я. – Топора! – выдал дворецкий. – Чтобы бить по голове того, кто сказал вам такую глупость, что вы – не красивая. И дворецкий улыбнулся. – То есть, вы думаете, – начала я, успокаиваясь и поглядывая в свое отражение в ложке. – Я ничего так? А если я хочу стать ослепительно красивой! – Как унитаз? – спросил Макс, натирая ложки и складывая их в шкатулку. – А кого вы ослеплять собрались? Кто у нас завтра по дому на ощупь будет ползать? – Эм… Адама! Он сказал, что я – некрасивая. И поэтому проклятие не снимается! – пожаловалась я. – Что? Юный лорд вам прямо так и сказал? – Макс застыл на месте с занесенной над шкатулкой ложкой. – Он вам так и сказал? – Да. И именно поэтому он танцевал на балу с феей, а не со мной, – ответила я. – Он хотел узнать о проклятии, это раз. Второе, я была недостаточно красива после катания на Васе! Я впервые видела, как ложка в руке Макса начинает гнуться сама собой. – Юная мадемуазель, – послышался холодный и спокойный голос. – Не стоит принимать близко к сердцу слова Адама. Видимо, ему пора купить очки. И я, как дворецкий семьи, обязан позаботиться об этом. – А что если правда?!! – спросила я, вставая с кресла. – Думаю, что перед тем, как делать выводы, – голос Макса стал мягче. – Нам нужно попробовать его ослепить красотой. Есть у меня в запасе парочка идей! Кто, как ни дворецкий, знает, как должна выглядеть хозяйка дома! – А что? Это возможно? – занервничала я. – Пойдемте, – ложка вернулась на место, а Макс повернулся ко мне с дьявольской улыбкой. Я шла по коридор вслед за Максом. Он свернула в ту ванную, в которой я видела мокряка. – Так, подвиньтесь, уважаемый, – заметил Макс. – Юная Мадемуазель будет принимать ванную. Сейчас я позову шкаф. Мы подберем вам что-нибудь из гардероба. Он лучше всех разбирается в моли и в моде. Мокряк стек с ванной. И пошлепал в сторону туалета. – Главное правило женщины – уделять время себе! – заметил Макс со знанием дела. Ванна наполнялась водой. С полки соскочили мочалки, плюхаясь в воду. Я присела в горячую ванную, как вдруг мочалки и скребки оживились. – Спа….. – орала я, пытаясь выбраться. – С-с-спа… – Я бы назвал это изысканным словом “салон”, – вздохнул Макс. – Спа-а-а-а, – я почти выбралась, но шустрая мочалка поймала меня и вернула на место. Через полчаса я вывалилась из ванной и поползла на манер мокряка в сторону протянутого мне полотенца. – Я думаю, что вам нужна маска и прическа, – задумчиво заметил Макс, глядя на меня. – Одну минутку!