7

Я приехала в свою городскую квартиру. Не любила ее, но большую часть недели приходилось жить именно здесь. Каждое утро ездить из загородного дома было неудобно. Очень много времени уходило на дорогу.

Прошлась по квартире, разглядывая ее так, словно видела впервые. Здесь мы жили с Кириллом. Отсюда он ушел, что бы сесть в самолет, который должен был доставить его в очередную командировку. Должен был, но… До Сирии самолет не долетел. Рухнул в Черное море. Выживших в этой катастрофе не было.

Кирилл …

Мы познакомились на работе и сразу понравились друг другу. Короткий роман, всего несколько месяцев. Обычная командировка, работа по десять часов в день. Кровь, боль, слезы. После очередной операции, когда стоять на ногах было почти невозможно, я присела на какой-то ящик, достала сигареты и попробовала прикурить. Зажигалка сдохла, и у меня не было желания идти куда-то, искать другую. Сидела, тупо глядя перед собой. Очень хотелось чая. Свежезаваренного, черного, сладкого. И с толстым кружком лимона. Прикрыла глаза и представила себе большую кружку чая, остро пахнущего лимоном. Даже ощутила на языке его вкус. Сглотнула и открыла глаза. В действительности не было ни чая, ни сахара, ни лимона. Зажигалки, и той не было.

Тяжело вздохнула, понимая, что нужно вставать и идти работать дальше.

И вдруг перед глазами возникла рука, протягивающая мне кружку, исходящую паром.

— Выпей, — предложил Кирилл, — легче станет.

Не веря своим глазам, осторожно приняла кружку, вдыхая чайный аромат. Сделала глоток и застонала от счастья. Чай был именно таким, каким я представляла его в своих мечтах.

— Спасибо, — с чувством поблагодарила Кирилла.

— Не за что, — улыбнулся он и протянул мой любимый шоколадный батончик со сливочной начинкой.

Я почувствовала, что жизнь начинает налаживаться. Откусила кусочек и в блаженстве закрыла глаза.

— Лиза, — услышала голос Кирилла, — а выходи за меня замуж.

Не знаю почему, но я совершенно не была удивлена его предложением. Неторопливо прожевала шоколад, допила оставшийся чай и ответила:

— Выйду, куда же я денусь.

Кирилл отобрал у меня пустую кружку и сказал насмешливо:

— Как-то ты неправильно реагируешь.

— Ты хочешь, что бы я поломалась?

— Даже не знаю, — Кирилл смотрел на меня.

— Что ж тогда?

— Я, между прочим, волновался, репетировал.

— Ты думал, что я откажу?

— Не исключал такую возможность.

— Хочешь, повторим?

— Что? — не понял Кирилл.

— Предложение.

— Нет уж, — он рассмеялся, — ничего мы повторять не будем, не хочу рисковать.

— Все-таки, боишься, что не соглашусь?

— Не то, чтобы боюсь. Скорее, опасаюсь.

Я посмотрела на него. Несмотря на веселый и беззаботный тон, было видно, что Кирилл волнуется. Это было так трогательно, что сердце невольно сжалось, и шутить мне совершенно перехотелось.

Мы сидели рядом на ящиках, Кирилл вертел в руках пустую кружку из-под чая. Я прижалась к нему покрепче, положила голову ему на плечо и сказала:

— Я буду счастлива стать твоей женой.

И физически почувствовала, как из его тела уходит напряженность.

— Приедем и поженимся, — твердо заявил Кирилл.

— Приедем и поженимся, — согласилась с ним.

— А как же свадьба? — удивился Кирилл. — То есть, разве тебе не нужно будет подготовиться? Ресторан, гости, платье.

— И торт, — добавила я.

— Лимузин и кукла на капоте.

Я представила себя в пышном белом платье, по дороге в какой-нибудь модный ресторан. В огромном лимузине, украшенном лентами и куклой. Стало смешно. Где я и где все эти куклы, лимузины и рестораны с сотней-другой гостей?

— Платье куплю вместе с мамой, — заявила решительно. — Ресторан выберешь сам.

— А гости?

— Пригласим родителей и деда, остальные переживут.

— Торт?

— Торт заказать не проблема, — я пожала плечами. — Слушай, ты меня отговариваешь, что ли?

— Нет, — Кирилл обнял меня за плечи. — Просто хочу быть уверен, что ты не пожалеешь. Девочки обычно мечтают о шикарной свадьбе.

— Хорошо, — ответила я, — отправимся в шикарное свадебное путешествие.

— Сейшелы? — предложил Кирилл.

— Магаданская область, курорт Талая.

— Ты серьезно? — удивился Кирилл.

— Абсолютно.

— Лиза, я думал, что знаю тебя. Оказалось, ни фига я тебя не знаю.

Вместо ответа я улыбнулась.

— Талая так Талая, — согласился Кирилл.

Я медленно встала.

— Мне идти надо, — сказала виновато.

— Мне тоже, — Кирилл поднялся вслед за мной, обнял. — Черт, забыл!

Похлопал себя по карманам.

— Куда же я его дел?!

— Кого?

— Сейчас, сейчас, — он продолжал искать что-то в карманах. — Нашел!

Взял меня за руку и, глядя в глаза, надел кольцо, а потом крепко поцеловал.

— Вот теперь нам действительно пора, — Кирилл с трудом оторвался от меня.

— До вечера? — восстанавливая сбившееся дыхание, спросила у него.

— Давай устроим праздничный ужин?

— Давай!

Он еще раз поцеловал меня и ушел. Я посмотрела ему вслед и перевела взгляд на кольцо. Красивое. Полюбовалась им немного и тоже пошла. Работу никто не отменял.

Мы поженились, как и планировали, сразу по приезду в Москву. Кирилл договорился, и нас расписали быстро, за один день. У нас была замечательная свадьба. Мама помогла мне выбрать удивительно красивое платье, Кирилл нашел небольшой, но очень уютный ресторан в центре города, а дед организовал совершенно фантастический торт. Из гостей были наши с Кириллом родители и дед, одолживший у кого-то из своих многочисленных знакомых белый Bentley, на котором и привез меня в ЗАГС. Кирилл в костюме, с каким-то невероятным букетом ждал меня у дверей. Мы поженились, а на следующий день улетели в свадебное путешествие, в Магадан.

И все у нас было хорошо. И даже то, что мы вместе работали, не стало проблемой. Наоборот, совместная работа сплачивала нашу семью. Наверное, мы жили бы долго и счастливо. И родили бы детей, а потом нянчили бы внуков. Если бы я не улетела в очередную командировку.

Лететь нужно было срочно. Кирилл не мог оставить Москву, у него были дела в госпитале. Поэтому я ехала одна, без него.

— Я прилечу через пару — тройку недель, — сказал он, провожая меня на самолет.

— Буду ждать.

— Ты поаккуратнее там, — он обнял меня.

— Как и всегда, — согласилась с ним.

— Родная, я тебя люблю.

— И я тебя.

Я улетела, Кирилл остался в Москве. И поначалу все было хорошо. Много работы, частое отсутствие связи с Москвой. В один из редких разговоров Кирилл сообщил, что дней через десять сможет вылететь из Москвы.

В тот день позвонили из соседнего поселка и попросили приехать. Вообще-то, по инструкции, врачам запрещено было покидать расположение госпиталя, но кто и когда обращал внимание на инструкции, когда речь идет о спасении человеческой жизни? Тем более что ехать было недалеко, километров восемьдесят.

Срочно нужен был хирург. У одной из местных женщин начались роды. Она ждала двойню, возникли осложнения, и роды затягивались. Нужно делать кесарево. В поселке не было больницы и, соответственно, врача тоже. Был фельдшер. Но что он мог сделать в такой ситуации? Только обратиться за помощью к нам. Можно было отвезти роженицу в районную больницу, но возникли серьезные опасения, что она может не доехать. В общем, я собрала необходимый инструмент, села в машину и отправилась принимать роды.

Все прошло хорошо. Мне удалось спасти и мамочку, и двух мальчишек, огласивших поселок своими криками почти сразу после появления на свет. Муж роженицы долго благодарил меня, пытался всучить живого барана в качестве платы за помощь. От барана я решительно отказалась, даже боясь представить себе, куда я его дену в госпитале. Умылась у колонки, выпила чая и собралась в обратный путь. Хотелось попасть домой до заката.

— Елизавета Петровна, — позвал меня водитель. — Нам нужно заехать в соседний поселок, человека одного забрать.

— Какого?

— Не знаю, начальство позвонило, велело привезти его к нам.

— А сам он не доберется? — ехать никуда не хотелось.

— Так у него по дороге к нам машина сломалась.

— Тогда поехали, — согласилась я.

До соседнего поселка мы доехали за полчаса. На въезде в поселок стоял высокий мужчина в военной форме, опираясь на машину.

Водитель притормозил.

— Доброго дня! — мужчина оторвался от капота и пошел нам навстречу.

— Доброго, — дружно поздоровались мы с шофером.

— Кипреев Владимир Всеволодович, — представился мужчина и протянул мне руку.

— Вяземская Елизавета Петровна, — пожала протянутую ладонь.

— Наслышан, — улыбнулся мой новый знакомый. — У вас крепкая рука.

Не зная, как реагировать на столь сомнительным комплимент, молча пожала плечами.

— Я договорился, машину сейчас отгонят во двор, и можно будет ехать, — сказал Кипреев.

Действительно, из ближайшего дома вышло несколько мужчин, Кипреев и водитель присоединились к ним, и совместными усилиями они закатили автомобиль в ворота.

Кипреев вернулся, сел в машину и захлопнул дверь.

— Ну что, в путь?

— Подождите, — попросила я.

— Что-то случилось?

— Нет, давайте проедем через поселок.

— Зачем?

— Там в одном доме пекут очень вкусный хлеб, — ответила я и приготовилась к тому, что меня сейчас засмеют. В самом деле, какой хлеб?

В этот поселке я бывала нечасто, но все в госпитале знали, что здесь живет женщина, выпекающая обалденно вкусные лепешки на продажу. Конечно, специально к ней никто не ездил, но если представлялся случай, закупались сразу на всех.

— А давайте, — согласился Владимир Всеволодович. — Я с удовольствием попробую.

Мы поехала за хлебом. Нам повезло, у женщины как раз были готовы свежие лепешки, и я скупила всю партию.

— Это для коллег, — сказала, заметив удивленный взгляд Кипреева.

— Я понял, — улыбнулся он.

Пока мы ездили за Кипреевым, пока покупали хлеб, солнце стало клониться к закату.

— Нужно поторапливаться, — заметил водитель и нажал на газ.

Мы на хорошей скорости ехали домой, и я предвкушала уже теплый ужин и крепкий чай со свежими лепешками. Нужно продержаться еще немного, и прилетит Кирилл. Я невольно улыбнулась, представив нашу встречу.

— Устали? — поинтересовался Кипреев.

— Немного.

— Сейчас доберемся, и будете отдыхать.

— Буду. А вы?

— И я тоже буду.

— Как же ваша машина? — вспомнила я.

— А что с ней станется? Завтра пришлю ребят, посмотрят, что можно сделать.

Мы ехали, перебрасываясь ничего не значащими вежливыми фразами, когда наперерез нам выскочил большой темный джип. Водитель резко затормозил, а я качнулась вперед и ударилась лицом о спинку переднего кресла.

— Черт, — Кипреев потянулся к оружию.

Он успел достать пистолет, когда двери машины открылись, и какие-то люди очень слаженно вытащили нас наружу. Кипреев дернулся, но его ударили прикладом автомата по голове.

Нас бросили на землю.

— Девку в машину, — скомандовал мужской голос.

— А этих?

Раздался выстрел. Я чуть повернула голову и увидела водителя, лежащего справа от меня с простреленной головой. Горло сдавило спазмом. Что бы не заорать от ужаса, с силой сжала зубы.

— Второго возьмем с собой, — продолжил тот же голос.

Меня грубо подняли и потащили к внедорожнику. Кипреева волокли следом за мной. Он, было, дернулся, но в спину ему уперся ствол автомата.

— Дернешься, пристрелю, — услышала я. — Ты нам пока без надобности.

Но Кипреев дернулся. Он так дернулся, что у меня перехватило дух, и на мгновенье появилась мысль, что нам удастся сбежать. Но раздался еще один выстрел, и Кипреев упал. Я заорала. В тут же миг мое горло сдавила огромная рука.

— Заткнись.

Я вцепилась в руку и попыталась ее оторвать от шеи. Мне не хватало воздуха. Пальцы на моей шее чуть ослабли. Сделала судорожный вздох и посмотрела в сторону Кипреева. Он лежал на земле, держась за ногу.

— Полегчало? — насмешливо поинтересовался мужчина у Кипреева. — В багажник его.

— Подождите, — просипела я, — нужно его перевязать.

— Обойдется.

— Он же кровью истечет.

— И что?

— Он же нужен вам живым!

— Нам ты нужна, прочие без надобности.

— Пожалуйста, — попросила я, ни на что не надеясь.

— Ладно, — согласился мужчина, — перевяжи, а то он мне весь багажник испачкает.

— Моя сумка с инструментами там, — я кивнула на нашу машину.

— Дай ей сумку.

Мне бросили мою сумку и предупредили:

— Только без фокусов. Быстро перевязала и села в машину. Иначе я твоему приятелю еще что-нибудь важное отстрелю.

Я кивнула и так быстро, как могла, наложила Кипрееву жгут.

— Ему нужно обезболивающее вколоть, — сказала я.

— Не нужно.

Меня подхватили и грубо кинули на заднее сиденье джипа. Как в багажник заталкивали Кипреева, я не видела. Когда по обеим сторонам от меня устроились конвоиры, шофер завел мотор, и джип рванул куда-то в неизвестность. На дороге осталась наша машина и мертвый водитель, имени которого я даже не знала.