Глава 17. Первородные
Демон выполнил обещание и проводил меня до дома. Поездка в экипаже превратилась в сущий кошмар. Азаил сидел напротив и не спускал с меня пристального взгляда. Такого серьезного, что мне до ужаса хотелось снять браслет-ограничитель и проникнуть в его мысли. Останавливало только фиаско подобной попытки с ректором. Странно, но я почти забыла про Эйнара. После того, как Азаил упомянул демона лорда ректора, я поняла, о какой силе он говорил. Неужели это и есть влияние крови Первородных? Заманивать мужчин на свой запах, как паук увлекает незадачливых бабочек в блестящие сети липкой паутины?
Столько вопросов, и не одного ответа. Я не хотела говорить с сидящим напротив мужчиной, чувствуя себя немного уязвленной. То, как он легко контролировал своего демона, наверняка было достойным уважения среди его собратьев, но не для меня. Желание почувствовать твердые пальцы на своем теле, смотреть, как сплетаются наши ладони, стонать, когда он меня целует в любом обличии. Вот, что я ощущала на протяжении всей дороги. Нестерпимая мука подавлять либидо, когда необходимо сдерживаться. Должно быть, Семь Стихий ниспослали на меня такое наказание. Пробудили магию в моей крови вместе с извращенными фантазиями…
При входе на территорию особняка нас встретил Варт. Домовой покачал головой на тонкой шее, забавно колышась всем маленьким тельцем, и все же учтиво поприветствовал Азаила ан Бета и показал демону гостиную. Я облегченно выдохнула. Наваждение. Точно. Это не могу быть я. Может, мне что-то подмешали в напиток?
Позже, сидя в своей комнате после контрастного душа, я запоздало поняла, насколько мне повезло. Если бы не демон, я бы стала очередной игрушкой Кэлмира, который, похоже, совсем свихнулся от вседозволенности и всеобщего обожания со стороны женского пола. Обняла колени, стараясь успокоиться.
– Никак из тебя не получается примерной девочки, да, Ками? – у кровати материализовался Варт с маленьким подносом. Горячий какао с добавлением жирных сливок, сахара, с пушистой пенкой, сверху посыпанной измельченной корицей – то, что лекарь прописал. Домовой поставил перекус на кровать рядом со мной, и свернулся клубочком в моих ногах. Духам необходимо было общение с живыми хозяевами дома, иначе они могли одичать и превратиться в одержимое Хаосом создание. Известны случаи, когда заброшенные дома приходилось полностью уничтожать, а духа подвергать агрессивному воздействию магии Света.
– Чем дальше, тем больше я задумываюсь о том, что как бы сильно я не стремилась стать «нормальной», дороги назад уже нет, – пожимаю плечами, с благодарностью принимаю перекус.
– Роксана тоже так говорила, – фыркает бусинкой-носом Варт, – кстати, ты же в курсе, что твои родители сейчас беседуют с этим демоном? Аж жуть берет от его присутствия. Такая сила, что у меня лапки мерзнут, – жалуется маленький, и косится глазками на ладошки, а потом трет их, не в силах согреть.
– Впечатляющая чувствительность, – похлопала духа по пушистой спинке, – но ты подал мне идею.
Надоело узнавать все последней, устала от того, что стоит спросить о себе, мои вопросы либо избегаются, либо меня затягивают в какую-то сладострастную пучину из прикосновений и поцелуев. Демоническое коварство.
Поднялась, отставив кружку, и встав на носочки, выглянула в коридор.
– Будь осторожна, у них слух как у лисиц, – пожелал Варт, устраиваясь на теплом покрывале, где я только что сидела.
– Знаю, – шикнула на малыша. Открыла дверь.
В конце узкого прохода выбивался желтый свет с первого этажа, красиво отражаясь на деревянных панелях, рассеиваясь в вечерних тенях. Я и не заметила, как наступил вечер. Из открытого окна пахнуло прохладой. Ветерок сбивчиво поправил длинные волосы, заплетенные в две косы. Я всегда их так прибирала, будучи дома.
Как юркая и незаметная мышка прокралась вдоль закрытых дверей, замерла со стучащимся сердцем, прислушиваясь к голосам внизу. Эх, слишком далеко.
Еще несколько осторожных шажков.
– Первородные… вы обязаны…
– Но в Саланской Империи…
Различаю отрывки. Двигаюсь почти не дыша, и вижу краем глаза камин с диваном и креслами. Папа с мамой разместились на диване, а гость занял массивное кресло, едва в нем поместившись.
– Мы не хотим повторения семейной истории, – твердо говорит мама, смотря на отца. Тот серьезно кивает.
– Не важно, что сила Первородных пробудилась в Камилле, она должна участвовать в Отборе, как подданная Империи, – приводит аргумент Кристоф Флар, и переводит взгляд на красноволосого.
– Да вы издеваетесь! – шумно восклицает демон, – вашей дочери нужна охрана, и хорошая. Если о ней станет известно в Анкуррате или Лаурендэйле, сюда ломанутся толпы сильнейших кандидатов. Какой к черту Отбор?
– Конечно, но ведь пока это секрет, господин ан Бет, не так ли? – сказал отец, сверля глазами нежданного гостя.
– Ее кровь слишком яркая. Однажды почуяв аромат, никто не сможет сдержаться. Вы знаете, чем это закончилось для Роксаны. Она тоже беспечно отнеслась к своему происхождению, – спокойно говорит Азаил, – Кристоф, Отбор – не выход. Он лишь усложняет и без того непростую ситуацию. Я здесь по приглашению Эйнара, который уже в курсе. А он слишком молодой демон. Понимаете, какие могут быть последствия?
«Это лорд Эйнар молодой? Сколько же лет вам, господин Азаил…» – думаю про себя, навострив уши.
– Но Первородные вовсе не должны зависеть от вашего народа или эльфов. Она спокойно может стать супругой Наследника.
– У меня такое ощущение, что я разговариваю со стеной, господин Флар. Вы же были в Анкуррате, и прекрасно все понимаете.
Я вижу, как отец опускает глаза. Да что происходит?
– Она должна выбрать себе мужчину, успокоить свою родовую магию, а потом уже осваивать Стихии, становиться личностью, искать работу или найти место рядом с супругом. Если вы не примете мой совет всерьез, риск неблагополучного стечения обстоятельств – слишком велик. И да, я сегодня видел Наследника. Он и в подметки не годится Камилле, у нее потенциал двух Стихий, и, как я понял Тьма – основная. Ее родовая магия не примет этого сопляка, – за такие слова можно было легко попасть в тюремные застенки, но демон, похоже, не боялся ничего.
И этот факт заставил меня внутренне напрячься.
– Мы знали, что вероятность того, что в Камилле проснется кровь Первородных есть, но две наши девочки избежали этой участи. А теперь… Слишком поздно все переигрывать. Магический договор заключен, и обряд подтвердил, что Ками походит Наследнику… – мама говорила растерянно, теребя недовязанный шарфик.
– Благодарю за заботу, господин ан Бет, но предмет разговора лишен смысла. Мне в принципе, не совсем понятно, как вы встретили Камиллу и почему сопровождали нашу дочь. На сколько мне известно, в вашем присутствии она так же подвергается опасности, как и в любом другом месте. Вы ведь не нашли себе спутницу жизни? – папа недовольно сжимает губы.
Загадочный разговор начинает действовать мне на нервы. При чем здесь семейный статус Азаила? Хотя, признаюсь, вопрос отца вызвал во мне волну безмерного любопытства.
– Я не женат, если вы об этом, господин Флар, три-маги почти никогда не находят себе пару. Очень жаль, что вы пренебрегли моими рекомендациями. Тогда нам больше нечего обсуждать, – мужчина встает, возвышаясь в гостинице. Сама комната кажется непозволительно тесной. Я смотрю на удаляющуюся необъятную спину, и ловлю себя на безотчетном желании побежать за демоном. Даже икры на ногах напряглись, тело тянулось за ним. Наваждение.
Хочу снова прижаться к твердым продольным мышцам спины, сомкнуть узкие пальцы на его тренированном животе. Быть защищенной от всего остального мира.
«Не уходи» – бьется в голове как будто чужой голос.
Я моргнула и поймала жалящий взгляд фиолетовых глаз. Он смотрел наверх, спокойно, почти безразлично. Бесы! Пусть эти маленькие твари неистово спляшут на его холодной могиле! Будь ты проклят, ледышка красноволосая! Да у тебя нет пары не потому что ты три-маг, а потому что ты бесчувственное существо! Хлопнула дверью и метнулась в спальню.
Руки дрожали, а горло свело спазмом. Хотелось выть, бросать все, что неудачно подвернется, и кромсать воспоминания об острых прикосновениях теплого языка на моем запястье. Лети в Бездну, менталист. Потрясла головой, пытаясь успокоиться. Обняла себя руками, сдерживая рыдания и дрожь.
– Ну ты чего, Камилка? – Варт поднял мордочку. Я разбудила домового духа своими суматошными метаниями.
Бросилась к окну, распахнув створки настежь.
– Все знают о Перворожденных, кроме меня! Родители спокойно обсуждают меня и мою судьбу, а у меня нет голоса, понимаешь? Я как красивая птица, которая должна спокойно есть корм и услаждать своими трелями окружающих. Но захоти эта птица из клетки сбежать – все лишь посмеются, и подсыпят новую порцию, – я мерила торопливыми шагами комнату, – даже если мне понравится другой, они не воспримут никого кроме Наследника.
В дверь постучали.
– Да? – я почти крикнула.
Отец зашел в комнату, немного потоптался у входа.
– Полагаю, ты слышала нас?
– А я должна была остаться равнодушной к разговору о своем будущем? В который меня даже не пригласили, – резкий ответ вырвался раньше, чем я успела выдохнуть и присесть.
– Прости, дорогая. Но все довольно сложно…
– В чем же эта сложность, пап? Там полслова, тут – намек?! Что на самом деле значит сильная кровь? – я лихорадочно сжимала кулаки, впиваясь ногтями в мягкую кожу. Боль отрезвляла и картинка удаляющийся спины в голове рассеивалась.
– Это значит, что у тебя, как и всех, в ком есть хоть капля крови Первородных, есть особое умение. Родовая магия. Твои дети будут обладать сильными магическими способностями, если ты передашь им свой дар. Роксана родила мою маму от простого смертного, и Стихии ее не избрали. Она игнорировала магию рода, хотела сделать все наперекор им…
– Кому, «им»? – наконец, история прабабки становится чуть более ясной.
– Тем, кто хотел заполучить ее силу, хотел, чтобы ее магия выбрала сильнейшего. Она проводила свою жизнь в разъездах, скрываясь, представлялась чужими именами, и сбегала с насиженного места, если случайно ранилась. Потому что запах сильной крови способен привлечь потенциальных супругов. Когда мама умерла, бабушка приехала на похороны, но не проронила ни слезинки. А потом, пропала так же внезапно, как и появилась. Через несколько лет от нее перестали приходить письма, я навел справки, но никто ее не видел уже пару месяцев, а все подставные имена не давали результата. Я подумал, что с ней что-то случилось, – папа рассказывал о члене нашей семьи, но мне чудилось безразличие и холод в его словах.
– То есть, мне тоже следует уехать? – меня снова затрясло. Значит, я была права и моя кровь теперь как приманка.
– Нет, дорогая. Я позаботился об этом. Никто не узнает о тебе. Ты пройдешь отбор, станешь женой Наследника, и даже драконы не смогут тебя найти. Если твоя магия выберет кого-то одного, для другого ты будешь уже бесполезна. Одаренные дети родятся только при отклике твоей магии.
Мне вспомнился ритуал, когда мужчина-Дух, сказал о моей реакции. Кровь под кожей начинала светиться, что представляло собой довольно жуткое зрелище… И Эйнар. Так. У него тоже есть родовая магия, и она реагировала на меня! Странная догадка пронзила своей простотой и болью. Он испугался, что станет моим мужем. Какая ирония. До принятия Стихий, я была простой девчонкой. Недостойной. А теперь нарасхват буду, да?
Смешок вырвался бессознательно.
– Но как же господин Азаил? Он сказал, что моя магия не примет Наследника?
– Ну, во-первых, это еще надо проверить, – Кристоф Флар немного покраснел, – и во-вторых, даже если не примет, ты все равно сможешь стать его женой, ведь наследие Перворожденных влияет на всех потомков. Император одобрит этот союз, – довольно закончил отец.