Глава 8. Демон

Одно движение воздушного потока и мы оказались в комнате. Эльфийка щелкнула пальцами, соорудив охранку от внезапных гостей. Плетение светлыми нитками опутало комнату. Потом женщина повернулась ко мне, и без предисловий принялась расстегивать пиджак узкими пальцами скользя по черному материалу. Соблазнительное тело манило, и пока она избавлялась от моей рубашки, я принялся пристально искать застежки на белоснежной ткани, облегающей полную грудь и плоский живот.

– Здесь, – она направила мою руку за спину, и я подцепил непослушную петельку, после чего весь наряд свалился волной под ноги Ниэль. Она уже добралась до брюк и нетерпеливо дергала кожаный ремень.

В порыве страсти, раздевая друг друга, мы упали на узкую кушетку. Эльфийка оказалась подо мной. Призывно прогнувшись, она завела руку за голову, хватаясь за изголовье.

– Прошу… – жаркий шепот сорвался с пухлых коралловых губ, острый язык обвел неровный контур.

В ноздри ударил запах желания. Терпкий и сладкий – ни с чем не перепутать. Я почувствовал, как напряжение в паху нарастает, и магия начинает разливаться под кошей горячим потоком прося заклеймить, сделать своей очередную женщину в моих объятиях. Но демон был тих. Он словно отошел в сторону, наблюдая, но оставаясь безучастным к происходящему.

Ниэль уже готова принять меня, и я не хочу заставлять ее ждать. Вжимаюсь в раскрытые бедра и наслаждаюсь стремительным проникновением. Она приподнимается и начинает ритмичные движения навстречу, смотря на меня взором, полным мольбы и неприкрытого желания. Мне нравится этот взгляд и я углубляю движения, попутно оставляя влажную дорожку языком на изгибе шеи эльфийки. С ее волшебных губ срывается стон и я окончательно теряю контроль, подхватываю партнершу на руки и усаживаю на себя сверху. Ее соски призывно покачиваются и я ловлю один из них ртом, и обвожу вмиг подтвердившую вершинку языком, одновременно вколачиваясь в податливое тело. Она пульсирует и сжимается вокруг меня, что-то всхлипывает и просит не останавливаться, но я этого не слышу.

Моя родовая магия требует выхода, удлинившиеся клыки впиваются в нежное женское плечо, слегка прикусывая, но достаточно, чтобы пустить кровь. По вздыбленным венам бегают искры и находят свою конечную цель между нашими сплетенными телами. Я чую кровь, но она не вызывает отклика у моего демона. Он словно стал гурманом, который однажды попробовал деликатес и теперь не хочет ничего другого.

– Все хорошо? – эльфийка хватает мою голову и заглядывает в глаза. Мы на секунду замираем. Но я не хочу, чтобы она понимала происходящее со мной, поэтому делаю толчок, а затем еще один, и Ниэль закрывает глаза, отдаваясь блаженству. Движения становятся резче и жестче, она стонет уже не сдерживаясь, полностью отдаваясь процессу. Но моя магия не желает успокаиваться, и когда любовница открывает затуманенные удовольствием лазурные глаза, я понимаю, что так и не получил разрядки.

Последствия того нападения на рынке оказались гораздо серьезнее, чем я думал. Хватаю с пола брюки, рубашку, и отворачиваюсь. Мне решительно не нравилось то, что происходило со мной в последние дни.

– Надеюсь, ты довольна, – бросаю за спину, а потом напяливаю трусы и брюки. Последние неловко топорщатся от неудовлетворенного желания. Бездна засасывала меня все глубже, и выход становился все недоступнее.

***

Лечебный сон закончился внезапно. Я плохо помнила, как добрела до смежного крыла Двух Академий, цепляясь руками за стены и останавливаясь по пути несколько раз, чтобы справится с калейдоскопом коридоров, кружащихся перед глазами. Магесса Ниэль поцокала глядя на меня, и быстро уложила на кушетку в приемном покое. Ловко обработала ноги, смазав их заживляющим составом, подпитанным магией Света, а потом дала стакан с прозрачной жидкостью, и велела выпить до дна.

Я пошевелилась, вытягивая расслабленные мышцы. Те сладкой болью отозвались, разгоняя кровь по телу. Тонкая простыня льнула к обнаженному телу, приятным холодком дразня и лаская. Словно переродилась. Чудодейственный настой избранницы Света исцелил не только мое тело, но и вселил спокойствие в душу. Я прокрутила в памяти последние события. Кажется, все началось с той злополучной стычки с преступниками на рынке. Безрассудная глупость, чтобы спасти мальчика, которого я даже не знаю, ссадина на руке, колотящееся от страха сердце как сотня барабанов бьет в виски.

«Ну что, Камилла Флар, поиграем?»

Выстреливает, как стихийный пульсар, в моей памяти. Слова, брошенные в насмешку басистым и эротичным голосом. Почему в моих воспоминаниях это голос Эйнара ан Тарена?!

Вскакиваю и резко сажусь, простыня оголяет ключицы и грудь, спадает на колени.

– Студентка Флар, нам нужно переговорить! – в мою палату врывается тот, кто только что занимал мысли. Демон явно не в духе, вокруг сгущаются тени, преследуя своего хозяина. Горящие глаза магистра синими стрелами впиваются в мою грудь. Я жмурюсь от стыда, и скорее прикрываюсь, возмущенно сопя. Тьма! Какой позор! Ощущаю, как уши стремительно краснеют.

– Отвернитесь! – возмущенно кричу, наивно ожидая от мужчины выполнения команды. Его правая бровь насмешливо поднимается вверх, а тени рассеиваются.

– Зачем? Я уже все видел, – Эйнар хватает стул, стоящий возле входа и переносит ближе ко мне, – и, должен заметить, увиденное мне понравилось.

Садится. Смотрит, сверкая своими ультрамариновыми глазами, а мне почему-то вспоминается эпизод из сна. Когда лорд ректор захватывает твердыми губами горошинку соска и начинает посасывать прямо через тонкий шелк ночной сорочки… Было бы глупо отрицать и обманывать себя, думая, что мне не понравилось. Даже очень. Я безумно хотела осуществить приснившееся в реальной жизни. Но я знала, стоит начать, и остановиться будет крайне сложно, и тогда я останусь без магии. Как же все запуталось за эти дни! Чертовски соблазнительный демон сидит напротив, и я ощущаю флюиды чувственного желания, исходящие от горячего тела в полуметре от меня. Кожа покрылась мурашками.

– Что вы хотели обсудить, господин ректор? – произнесла срывающимся голосом, погибая в водоворотах глубоких глаз.

На губах ректора змеится искушающая ухмылка и в воздухе разливается напряжение, словно перед бурей. Мне страшно от того, что я не могу предвидеть его последующих действий. Лишь судорожно сжимаю ткань больничной простыни до побелевших костяшек пальцев. Что это? Хваленое демоническое обаяние?

– Расскажи мне, Камилла, – он обращается ко мне неформально, разрушая только что возведенную мной стену, – что произошло после того, как магистр Тео отдал вам Могильную Слезу?

– Зачем? – я непонимающе взглянула на собеседника.

– Не хочу тебя пугать, мышка – ты и так всего боишься, но скорее всего ваши склянки подменили. Мне нужно понять, когда это случилось. До или после того, как магистр Тео отдал их вам, – мужественное лицо исказила гримаса недовольства.

Я задумчиво закусила губу, возвращаясь в сегодняшнее утро. Помню, как кладу крошечный пузырек на стол, отворачиваюсь, чтобы поговорить с Миралиндой, потом хватаю зелье и оно скользит в карман формы. Не похоже, чтобы кто-то мог его подменить. Мы лишь перебросились одной фразой.

Замечаю раскаленный взгляд ректора, устремленный на мои губы. Резко вдыхаю, чтобы прогнать наваждение. Пересказываю свои воспоминания, борясь с отчаянным желанием сбежать из комнаты, обмотавшись в простыню. Голодный притягательный демон задумчиво кивает, и совершает поразительный рывок.

Мужчина сидит на краю кровати, резкое движение – и его лицо склоняется над моим, и я утопаю в сложном аромате пепла и дождя. Он хочет меня и мне не нужно убеждаться в его желании наглядно, я ощущаю этой каждой клеточкой своего тела. Жарко и душно, страшно…

– Что ж, – он выдыхает в мои полураскрытые губы, – я услышал все необходимое. Пришло время вернуть должок, Ки-ми-л-ла, – произносит по слогам мое имя, растягивая буквы и обкатывая их на языке, как вкусный леденец.

Судорожно сглатываю. Это пытка. Настоящее издевательство над беззащитной студенткой так касаться своими демоническими губами моих губ, так неспешно раздвигать их и чувственно переплетать наши языки. Сердце затравлено заскулило в унисон сбившемуся пульсу. Я прикрываю веки и наслаждаюсь нашей чувственной игрой. Меж бедер разгорается пожар такой силы, словно сама стихия Огня свернулась саламандрой и подпитывает это пламя. Ерзаю. Одновременно хочу, чтобы он продолжил и остановился.

И я тянусь за его мягкими губами, когда он разрывает поцелуй.

– Кэлмир будет отрабатывать две недели за то, что бросил тебя в коридоре, – с хрипотцой сообщает мне ректор, отстраняясь и оглядывая результат своих действий. На его лице я вижу удовлетворение, и это меня слегка задевает.

– Скажите, лорд Эйнар, а мы с вами раньше не разговаривали? До того эпизода в вашем кабинете? – стремительно покрываюсь краской до корней волос.

– Я думал, мы сейчас собрались заниматься вовсе не разговорами, – он уводит мою мысль прочь и снова накрывает мои губы нежным поцелуем, и в моем животе порхают бабочки. Но когда ректор касается своей широкой ладонью моей небольшой груди, я вздрагиваю, как от ударов тока, и маленькие крылышки щекочут все ниже.

Демон, словно добравшись до сладкого – не спешит снимать обертку. Ласкает сквозь простыню, гладит, выводит замысловатые зигзаги, подчиняя мое тело. И я хочу подчиниться. Против воли протяжный стон слетает с моих губ в его рот, а поясница прогибается. Мужская ладонь тут же ныряет под спину, и горячие пальцы с нажимом исследует мои позвонки, которые легко можно пересчитать по щуплой фигурке.

Раньше, я даже мечтать не могла об этих прикосновениях. Жила обычной жизнью студентки, прогуливала, иногда острила магистрам, а порой ходила на вечеринки одногруппников. Робко посматривала на великолепного лорда Эйнара, и все же самые смелейшие мои фантазии не походили на то, что происходило сейчас между нами.

Обхватила мужские плечи, притягивая его сильнее, я хотела чувствовать жаркое тело Эйнара как можно ближе. Пальцы раздраженно огладили шероховатую костюмную ткань. От невозможности коснуться его, я готова плакать, и всхлип-стон проносится по палате. Удивительно, но демон легко улавливает причину моего расстройства, и одной рукой продолжает поддерживать меня за талию, словно не желая разрывать контакт, а другой принимается остервенело стягивать одежду. Затуманенным от желания сознанием, я подмечаю перемену в пространстве. Светлый день превращается в сумерки, на пол летит рубашка, с треском пуговицы разлетаются в стороны, и я, добравшись до искомого, касаюсь раскаленной оливковой кожи. Она резко контрастирует с моими бледными руками, как будто в песках Анкуррата вдруг выпал снег и осел на беспорядочных песчинках белоснежными заносами.

Тяну его на себя, и лорд подчиняется, устраиваясь меж моих ног, слегка сгибает их в коленях для удобства. Наклоняется и проводит влажным языком от ключицы до уха, и я окончательно схожу с ума. Кому какое дело?

Впиваюсь в широки плечи ногтями, ощущая как язык мужчины находит чувствительную венку, и начинает ее посасывать, иногда задевая зубами.

–М-м, – я готова умолять его продолжать эту пытку до бесконечности, и Эйнар отодвигает простыню, окидывая горячим взором мою нагую грудь. Поднимается ладонью от талии вверх, трогает выступы ребер, зажимает меж двух пальцев сосок, а потом обводит его языком, и поднимает на меня глаза.

Они почти черные, безумные, держат меня. И я как загипнотизированная слежу как он осторожно касается кончиком языка возбужденной вершинки, а потом отводит его.

– Нет, пожалуйста, – я бессвязно лепечу теряясь в этих волнах удовольствия, – моя магия…

Но он не слышит.

Лорд опускается ниже, и зависает над пупком. Его губы твердые, но приятные. Покрывают легкими поцелуями поверхность живота, а ладони продолжают ласкать грудь, ритмично сжимая ее в такт движениям губ.

Моя голова откидывается назад, и я, превращаюсь в одну из тех чертовых похотливых студенток, которых презирала до сих пор. Контроль тает в окружающей Тьме, глаза закрываются, и все внимание переходит на прикосновения мужчины.

– Ты очень чувствительная, мышка, – хрипло произносит Эйнар, и вибрации его отзываются тянущим ощущением внизу живота, и там становится мокро.

Он с силой втягивает воздух, резко откидывает простынь, и я не успеваю испугаться, лишь непослушное сердце замирает и прекращает качать кровь на мгновение.

Потягивает меня за попку, собираясь…

– Нет! – протест выражается ладонями, закрывающими самое сокровенное, – хватит на сегодня поцелуев, лорд Эйнар…

Он лишь поднимает на меня глаза, и ловлю в это взгляде такую жажду, что мне становится не по себе. Одержимость, граничащая с безумием. На скулах ректора ходят желваки, словно он сдерживается, чтобы не сказать что-то или… Красиво очерченные губы размыкаются, и я вижу острые удлинившиеся клыки, плотоядный взор блуждает по моему телу, и я мгновенно ощущаю себя беззащитной, сжимаюсь, и стараюсь прикрыться. На руках демона вздулись вены, и под ними угадывается движение крови, она слегка светится. Меня прошибает холод, и я хочу закутаться в простыню так сильно, чтобы остался только один нос.

Демон дышит тяжело и сильно как загнанный скакун. Его стальные пальцы отрываются от меня через неимоверное усилие. Ладони с громким звуком приземляются на койку и мужественные пальцы сминают, и прорывают слои ткани, матрас, скребут по металлу. Черная Тьма формирует за спиной Эйнара огромные крылья.

Мне неловко, кое-как прикрываюсь и отползаю к противоположной стене.