ГЛАВА 15
И куда она собралась?
Рита-Маргарита.
Статуэточка, будь она неладна.
Савелий стоял на втором этаже в спальне, пил морс и наблюдал за действиями Риты.
Она вообще в курсе, что от соседей отлично просматривается её участок? Никакой приватности.
Её тетку это явно не заботило, иначе та давно бы возвела забор. Про то, что дом Рите достался в наследство она сама ему рассказала.
Любит Статуэточка утрами преподносить сюрпризы, от которых челюсть сводило и думалось о плохом.
Например, о том, чтобы перекинуть Риту через колено и хорошенько врезать ей по заднице ремнем! Ладно, пусть с ремнем он перегнул. Ладонью он бы тоже не отказался.
И чтобы розовый отпечаток на попе появился…Потом можно ещё разочек по другой половинке… и ещё…
В паху привычно зашевелился член, мгновенно отзываясь на фантазии о Рите. Вот какого, спрашивается, а?
Жил он, не тужил, работал нормально. Девочек любил по мере возможности и необходимости, и тут появилась на пороге его дома Рита-Статуэточка, и понеслась душа в рай. Или в какое-то другое место, Мартыненко ещё не определился.
Сейчас же, наблюдая за её манипуляциями, он хмурился ещё сильнее.
Непутевая бабенка!
Вот честно…
Рита выгнала из гаража машину. Оказывается, она у неё имелась. Что ж, уже неплохо.
Деловито выехала. Уверенно.
Решила вернуться в город? Правильно, девочка. Котел починили, соседу нервы на одно место натянули, можно смело и к подругам ехать. Или куда она собралась.
Савелий шумно вздохнул и отошел от окна.
Не его дело, куда она собралась. Может, до ближайшего ТЦ за продуктами? Или в киношку? Ему, кстати, тоже не помешает обновить запасы. Если он, конечно, решит тут задержаться ещё на пару дней.
Ранее Савелий сказал Рите, что пробудет до конца недели в поселке. Какова вероятность, что он снова пересечется с очаровательной дамочкой? Что она вообще не уедет в город?
За то, что он её потеряет, Мартыненко не волновался. Он знает точный адрес дома её тетки, пробить по нужным каналам, кому он принадлежит теперь, не составит большого труда. Дальше – дело техники. Номер телефона её подруги тоже есть.
Его беспокоило другое. Несмотря на внешнюю браваду Риты, в ней чувствовалась надломленность, переросшая в желание всем и каждому доказать, какая она самостоятельная и может справиться с абсолютно любой задачей. Как вариант, взвалит на свои хорошенькие плечики непосильную ношу и потащит её, скинуть потом гордость не позволит.
Учитывая, что Рита находилась под опекой мужа почти десять лет, её может понести.
Это первое. Второе. У неё нет ни жилья, ни работы. Жилье только в поселке. С деньгами, следовательно, тоже напряженка. Учитывая, что бывший заблочил ей даже симкарту, с банковскими картами сто процентов поступит ещё жестче.
Спустившись вниз, Савелий завалился на диван. Предварительно сходив за пивом. Морс с утра, конечно, хорошо, но в праздники можно и расслабиться. Тем более, большой босс его не тревожит. Как чует. И даже племяш пропал с горизонта.
Звонила Полинка. Оба раза предлагала приехать. Сначала намекала, кружила вокруг да около, потом открыто предложила.
Он отказался.
Полинка сейчас не в тему.
Пожалуй, никто не в тему, кроме Риты.
По ящику, как всегда, в новогодние дни особо ничего интересного для мужчин не показывали. Несли что-то развлекательное, мелодраматичное. Тошно.
Уединение с собой начало терять радужные краски.
В какой-то момент Савелий признал, что дело в Статуэточке. Он напьется, будет лыка не вязать, а она вдруг заявится. Например, за солью.
Мартыненко усмехнулся. Ну-ну, можно себя тешить мечтами сколько угодно. Рита улепетывала накануне утром с такой интенсивностью, что аж пятки сверкали. И потом не особо радовалась, когда он к ней в дом заявился, хотя эти архаровцы в серо-синих комбезах сто процентов её развели бы, сославшись, что у них нет запчастей и прочее бла-бла. И спокойно уехали. Совести второго января ни у кого нет, и с этим не поспоришь.
Статуэточка его даже на чай не пригласила! Разговаривала сухо, сдержанно.
Он ожидал нечто подобное. И слова про то, что они ошиблись – тоже ожидал.
Только хренушки, милая. Потешь себя, побудь одна. А потом вернешься в его объятия.
Если бы он её не отпустил, Рита встала бы в позу. С этим у женщин очень просто. Надо уйти, и надо, чтобы их обязательно вернули. Иначе никак. Правила игры давно всем известны.
Но как, блть, умудриться их соблюсти, когда распирает изнутри от нетерпения! Мартыненко мотнул головой. Давненько его так не крыло от женщины. Да и крыло ли вообще.
Но интересно же… Ещё как!
Услышав звонок, Савелий улыбнулся, сама себе напомнив мартовского кота.
Ну вот и его Статуэточка к нему в гости пожаловала. То, что это Рита, он не сомневался.
Поднявшись с дивана, он довольно повел плечами, размял их и направился к выходу. Камеру включать не стал специально. Ещё немного пощекочет себе нервишки. Накинув парку, обойдясь без шапки, вышел на улицу. Погода и правда радовала. По-зимнему тепло и красиво, снег переливается, играет на солнце, туч почти нет.
Красота.
Он открыл калитку и мысленно пропел: «Да-а-а».
Рядом с дверью стояла Рита. Вся в снегу и с красным носом.
- Та-ак, - протянул Савелий, скрещивая руки на груди.
- П..привет, - заикаясь и явно смущаясь, прошептала она.
- В сугробе застряла? – сразу же перешел Савелий к делу. А чего межеваться?
По тому, как забегали из стороны в сторону шаловливые глазки, мужчина понял, что попал в яблочко.
- Застряла, - призналась Рита, для пущей убедительности кивнув головой.
И поспешно опуская её.
Статуэточке стыдно? Ну надо же.
- Далеко уехала?
- Прилично. За поселок…
- И пешком ко мне шла?
Он специально сделал акцент на том, что она пришла именно к нему. Но, кажется, некоторые не заметили. Или сделали вид.
- Поможешь? – Рита посмотрела на него глазками небезызвестного мультяшного кота.
- Помогу. Сейчас оденусь и пойдем.
- Пойдем? – глаза Риты округлились.
- Я выпил, Статуэточка. А менты уже работают. Поверь мне.
Он мог сесть за руль машины. Легко. И даже если бы их остановили, заплатил бы штраф. Права ему тоже вернули, тут он воспользовался. Он был вполне вменяем, руль не потерял бы.
Но надо быть дебилом, чтобы отказаться от прогулки с Ритой!
Ему её было мало. Оказывается, и за сутки можно соскучиться по человеку.
- Пройдешь или…?
- Здесь подожду.
- Замерзнешь же!
- Подожду! – упрямо проговорила она, поджимая губы и нахохливаясь, как воробушек на морозе.
Ну-ну. Хочет задницу поморозить, Савелий препятствовать не будет. Потом согреет.
Они вышли через минуту. Чего-чего, а одеваться быстро Савелия научили ещё в армии.
- Показывай дорогу.
- Туда.
Самое парадоксальное, что снова пошел снег. Не сильный, без ветра, он кружил в воздухе и оседал на незащищенных участках кожи.
В поселке было тихо. Почти безлюдно. Люди только-только просыпались от праздников и выползали на улицу. Кто-то расчищал снег, кто-то просто стоял на крыльце и курил. Многие дома были обнесены высокими заборами.
Рита шла рядом с ним, забавно пыхтела и нет-нет шмыгала носом. Савелий молчал. Ему нравилась их прогулка. Когда он в последний раз гулял с девушкой? Давно, вечность назад. Поэтому…почему бы и нет.
Тем более, ему доставляло удовольствие тот факт, что Рита рядом. Оказывается, зачастую и не требуется многого.
Её машинку он увидел издалека.
-На первый взгляд ничего критичного, - сказал он, подходя ближе и осматривая колеса. С собой Савелий прихватил саперную лопату из своего автомобиля, потому что сильно сомневался, что нечто подобное имеется в машине Риты. Девушка несколько раз подозрительно покосилась на инструмент в его руках. – Потом такую купи и всегда вози с собой.
Сначала Савелий сел за руль, проверил насколько машина увязла. Рита пусть и пободалась за неё, но всё же не довела до критичного момента. Не хотелось бы толкать или «дергать».
- Я сейчас буду делать подкоп, и говорить тебе, что делать. Справишься?
Мартыненко остановился рядом с Ритой и внимательно на неё посмотрел. Та выглядела решительной и серьезной.
- Я постараюсь. И…спасибо, Сав.
- Потом скажешь спасибо.
Пришлось повозиться. Заднее правое колесо хорошенько «село», Савелий несколько раз от души выматерился, даже была мысль высказать Рите, культурно так, что нехер ездить, где не следует и когда не следует. Девочка, интуитивно чуя, что накосячила, мудро помалкивала.
Вот и правильно. Вот и славно.
Когда машинка в последний раз капризно забуксовала, а потом стартанула с места, Савелий довольно улыбнулся. Дело сделано. Рита выехала на дорогу и подождала, пока он догонит её, сев на пассажирское сиденье.
- А вот теперь благодари, - самоуверенно заявил он, наклоняясь к ней и подставляя щеку для поцелуя.
План и фокус были стары как мир. Савелий не сомневался, что Ритка в курсе, что последует дальше.
Девушка повернулась к нему, её реснички затрепетали. Едва заметно прищурилась и потянулась к нему. Мартыненко едва ли не урчал от предчувствия, наблюдая за ней. Какая же она всё-таки ладушка! И эти веснушки, что скрылись под румянцем. Прелесть же!
Он выжидал. Притаился. Давай, милая, иди же…
Она, естественно, нацелилась в щеку. Он, естественно, подставил губы.
Дальше дело техники и ловкости.
Один миг и Статуэточка оказалась в его объятиях. Холодная, замерзшая. Родная. Он захватил её губы в плен, вдавил в себя, чтобы оказалась ближе. Пространство между сиденьями не позволило прочувствовать её полностью. Её тепло. Нежность.
Как объяснить то дикое желание, которое он испытывает, когда она рядом? Рита протестующе пискнула, а потом сама вцепилась в ворот его парки. Коснулась шеи. Куда-то дальше попыталась проникнуть. Как и он сам. На них было слишком много одежды и мало доступа к тому, что желанно! Он задрал её дубленку, ощупал бедра, талию. Сжал сильнее, открыто наслаждаясь прикосновениями к ней.
Ещё!
С губами Риты он не церемонился. Она, зараза, от него сбежала вчера! Подумала? Поспала одна? Хорош! Он рыкнул, выдавая своё нетерпение и толкнулся языком внутрь, забирая всю сладость себе. Рита задрожала, заелозила, не то пытаясь отодвинуться от него, не то наоборот.
- Сав…
- Благодарность только начинается. Ты поведешь или я?
- Ты.
До его дома они добрались быстро. Уже и на ментов, и на выпитое спиртное было наплевать. Наоборот, на Мартыненко нахлынуло такое состояние, что лучше его не трогать… никому лишнему.
Зарулил он к дому резко, подняв ворох прозрачного снега. Рита ойкнула, но больше ничего не сказала.
Он открыл ей дверь, взял за руку и повел в дом.
Она продолжала молчать.
От верхней одежды оба избавлялись быстро. Скидывали прямо на пол, к обуви, что нелепо свалилась на кафель, разбросанная в разные стороны.
Рита и Савелий шагнули друг к другу одновременно, едва не врезавшись. У мужчины сработал рефлекс, отточенный годами, и он, вовремя тормознул, смягчив столкновение. Зато Рита врезалась в него. Мягко… плавно… Идеально соединив их тела. Тотчас обвила шею руками и бедрами качнула.
Последнее плавное движение сорвало у Савелия все предохранители. Они и так плоховато функционировали, когда она находилась рядом. Причем, с первого вздоха. Именно с ней.
* * *
Рита не хотела думать, что происходит. Возможно, потом она снова пожалеет. Может, и нет.
Савелий брал её жадно. Нетерпеливо. Точнее, не брал. Пока только трогал. Руками. Губами. Глазами.
А она… нуждалась в нем. Это сложно объяснить. Она оказалась безумно жадной до его тепла. И до потребности в себе. Эгоистично? Да никто и не спорит! Иначе она не могла.
Оторви её от Савелия, и она взвоет белугой. Его запах, близость его тела кружили голову, проникали в кровь, впрыскивая в неё, помимо адреналина, и феромоны. Так же пробуждая дичайшую потребность давать.
Его кожа… Его присутствие рядом. То, как он дышит… Как касается её…
Она вцепилась в него. Прижалась плотно-плотно, и снова втянула в себя его запах. Чисто мужской, сложный. Дорогой парфюм, пот, пиво. Рита уже не удивлялась, что он её не отталкивает. Если с разумом ещё были вопросы, то её тело точно выбрало этого Мартыненко.
Он забрался к ней под свитер, поддел лифчик, вздернув его кверху, чтобы сразу же найти сосок. Извернуться, нагнуться и поймать его губами. Рита выгнулась, отчаянно ища опору. Едва ли не до хруста в позвонках.
Глаза девушки непроизвольно распахнулись. Вид склоненной над ней темноволосой головы поражал воображение. Настолько остро она чувствовала всё, что с ней делал Савелий – не передать.
Он целовал, лизал её. То один сосок, то второй. Припадал к ним, втягивал, и всё время водил руками по голой спине Риты.
Они добрались до дивана, Савелий первым сдернул с неё свитер, Рита потянулась к его. Она не могла бездействовать. Савелий магнитом её притягивал, и она не стала бороться с искушением. К черту всё! Её кожа горела от его взглядов, не говоря уже о ласках.
Получив доступ к её полуобнаженному немного замерзшему телу, Мартыненко начал его согревать. Опустился на колени, покрыл поцелуями грудь, живот, при этом, кажется, намертво вцепился в её бедра. Трогал. Ощутимо. Но как же Рите нравилось! Его дикая страсть пробуждала в ней ответные реакции. Рита вцепилась в его темные волосы.
Направила…
Он безоговорочно понял, что от него хотят. Поднял голову и заглянул ей в лицо.
У Риты что-то екнуло внутри. Вспыхнуло. И покатилось, полилось…
Она провалилась в пламя его взгляда. Так на неё никто никогда не смотрел. Не пожирал глазами. Не трахал ими.
Савелий, продолжая крепко держать её за задницу, потянул свободные штаны вниз. И следом проложил дорогу губами…
Рите было остро. Сладко. Хорошо. Он целовал её сначала через трусики – она, как знала, надела тонкие кружевные, нежно-розовые. Интуиция порой забегает вперед, с этим ничего не поделаешь.
Потом сдвинул в сторону и припал к лону. Рита жадно, сквозь зубы втянула в себя воздух.
Происходило нечто не поддающееся разуму. Разве можно настолько сильно хотеть мужчину, к которому ничего не испытываешь? Или… Рита прикрыла глаза. К черту всё! И всех, пожалуй… Она растворялась в собственных ощущениях, эмоциях. В том, что с ней делал Савелий.
Его губы. Язык. Пальцы.
Он раздвинул её складки. Провел пальцами назад, вперед, размазывая обильно выступивший сок, и лишь потом вошел. Жестко и требовательно. Наполнил частичкой себя. Рита жадно откликалась на его ласки, безоговорочно принимая. Ей нравилось всё, что он с ней делал! Он целовал её лобок, губы, толкался пальцем внутрь, при этом издавая звуки, похожие на урчание. Он наслаждался тем, что делал с ней…
Это срывало запреты, поднимало чувства выше. Ещё выше.
Савелий творил с её телом нечто невообразимое, и когда он поднялся, выпрямился в полный рост, лишив её себя, Рита протестующе застонала. Его губы тотчас поглотили протест. Они несли её запах, её вкус, и у девушки снова зашлось внутри от нетерпения.
- Давай-ка вот так сделаем, - прохрипел Савелий, разворачивая её спиной к себе и подталкивая к дивану. При этом его руки успели ещё раз потискать её грудь.
То, что он постоянно трогал Риту – тоже добавляло огня в топку их общей страсти.
От последней одежды они избавились быстро. За это время Савелий успел достать и раскатать по крупному члену презерватив. Рита, как завороженная, смотрела на действия мужчины, и во рту у неё образовывалась слюна. Сосать через резинку она точно не будет. Это невкусно.
Савелий подошел со спины. Ничего не говоря, встал, прижал Риту к себе. Плотно. А потом начал заводить ногу на диван. Рита прикрыла глаза, чтобы в следующую секунду распахнуть.
Она подчинилась его действиям. Уперлась в диван, нашла опору. Вовремя, потому что руки Савелия легли ей на талию, сжали.
Он начал входить. Неспешно, аккуратно растягивая её. Намеренно медленно, дразня и себя, и её. Рита едва не хныкала от нетерпения, от жажды получить его внутрь и, наконец, кончить. Предоргазменное удовольствие уже кружило по телу.
Рита выгнулась, принимая Савелия.
- Идеально, - выдохнул тот, прикусывая чувственное местечко под лопаткой.
Рита не могла с ним не согласиться. Отведя руку назад, она впилась ноготками мужчине в бедро, намекая, что пора ускорить события.
Он понял её безоговорочно. Задвигался, врезаясь в её ягодицы, наполняя комнату громкими шлепками двух разгоряченных тел, запахом секса и страсти. Рита кусала губы, стонала. Выгибалась, подавалась назад. Двигалась. И снова двигалась.
Шлепок обжег ягодицы, Рита ахнула. Жаркая волна окатила всё тело, на спине выступили испарина. За первым шлепком последовал второй, легкая боль послужила детонатором. Рита задрожала, не замечая, как сильнее впилась ногтями в бедро Савелия и громко, не стесняясь стонов, кончила.
- Крепче держись, - сквозь легкую пелену донеслось до девушки. Та хотела отмахнуться, и лишь когда Савелий ускорился, поняла, что он имел в виду.
Он брал её. Трахал. Бескомпромиссно. Врезаясь в её тело раз за разом. Перед глазами поплыло, второй оргазм накатил следом.
Кончая, Савелий сжал её бедра с такой силой, потянув на себя, что уже позже Рита подумает, что без синяков не обойдется.
Пусть… Это же будет потом.
Савелий притянул её к себе, уложив на грудь и давая возможность отдышаться. При этом из Риты он не вышел.
- Это первый заход. Я голодный. Не надейся, что быстро отпущу.
- У тебя был секс, - хрипло, ещё не придя в себя, сказала Рита. – Недавно…
Рядом с ухом послышалось пренебрежительное хмыканье.
- Сутки прошли.
Губы девушки округлились в «О», но она благоразумно промолчала.
Ей было хорошо.
В его руках.
И с его членом в лоне.
Можно она ещё немного так постоит? Пожалуйста-пожалуйста.
Савелий обнял её, его руки бесцельно гладили тело. Успокаивали.
Дверной звонок заставил Риту вздрогнуть, Савелия – выругаться.
- Кого принесло!
- Не открывай, - попросила Рита, уже понимая, что её сейчас отпустят.
- Не буду, - пробурчал Мартыненко, целуя ей плечо.
Но за первым последовал второй. А потом и вовсе кто-то очень настырный нажал на звонок и не отпускал его.
- П..ц ему, - прорычал Савелий, подрываясь к двери и на ходу умудряясь впрыгивать в штаны.
Рита, наблюдая за его действиями, лениво улыбнулась. Вот что значит человек подготовленный. Про штаны не забывал ни при каких обстоятельствах.
Хотелось лениво рухнуть на диван и ни о чем не думать. Поддаться неге, что ни в какую не отпускала тело. Дождаться возвращения Савелия и улечься ему на грудь. А потом… Позволить снова себя взять.
Рита на ослабших после секса ногах собиралась уже обойти спинку дивана и сделать то, о чем думалось, когда услышала отборный мат Мартыненко.
И сразу насторожилась.
Дурное предчувствие окатило девушку с головы до кончиков ног.
Причем в словах Савелия явственно читалась злость. Даже ярость. Рита нахмурилась.
И зачем-то поспешно начала одеваться. Тот, кто пожаловал к Савелию в гости, явно относился к категории нежданных и нежеланных. Рита насторожилась. Дурное предчувствие окатило девушку.
Что-то не так… Совсем не так.
Одеваться, когда нервозность возникла из ниоткуда и набрала максимальный градус за несколько секунд – сложно.
Рита посмотрела в сторону коридора. Савелия уже не было. Значит, он вышел? Посмотрел по камере, кто пришел, и ринулся вперед? Так получается?
Ей надо было остаться на месте. Привести себя в порядок, может, пройти на кухню, достать из холодильника вина или приготовить кофе. Или чай. Да что угодно! Одним словом, занять себя, а не переться в коридор! Но её точно черти раззадорили, толкая за Савелием.
Более того, она нажала на кнопку камеры, чтобы посмотреть, кто пришел. На задворках сознания запылала мысль, что она нарушает личные границы Савелия, что вмешивается туда, куда не следует. Но ничего не могла с собой поделать.
Две фигуры, явно мужские, Рита увидела сразу.
И узнала…
Какого…
После холодной испарины, вызванной дурным предчувствием, пришла жара. Риту точно в лаву опустили. Или куда-то похуже.
Потому что на звонок жал никто иной, как Фил. Рядом с ним стоял Петр, и пытался того оттащить, отодвинуть.
Теперь пришла очередь Риты злиться.
Фил приехал в поселок! Сто процентов пьяный! И что? Решил её ещё больше унизить?
Рита, не помня себя, прыгнула в угги, накинула на плечи дубленку и поспешила за Савелием, который уже дошел до калитки и как раз открывал её.
Черт! Черт… Грудь взорвало какой-то странной, непонятной болью. Щеки сильнее запылали. Трое мужчин. Сейчас смотрели друг на друга.
И явно не с добрыми намерениями.
Пульс участился, забарабанил в висках.
Рита спешила, несмотря на то, что интуиция вопила о возвращении в дом.
- Савелий? Мартыненко? – голос Петра Рита услышала, ещё не успев дойти.
На секунду даже остановилась, переваривая новую информацию.
Это что же получается? Петя знает Саву? Ничего себе…
И Фил? Фил тоже знает Савелия?!
Если это так…
Это будет не то что катастрофа… Рита боялась думать дальше.
- Петр, - более сдержанно поздоровался Савелий. – Ты трезвонишь?
- Я! – голос Филиппа врезался в восприятие Риты, и девушка поморщилась.
Всё-таки пьяный…
- И чего надо? – голос Мартыненко Рите не нравился всё сильнее.
В нем явственно звучала сталь. И скрытая агрессия.
- А то и надо, - огрызнулся Филипп, вызывая у Риты желание врезать ему по лицу.
- Эй, Фил, тон сбавь, - Петр вмешался, тоже понимая, что пахнет жареным.
Рита как раз подошла к ним и встала рядом с Савелием.
Трое мужчин замолчали разом. И все трое посмотрели на неё. Рита упрямо вздернула подбородок, а у самой под кожей рассыпались угли. Прах, что копился месяцами, взметнулся в воздух.
Она бы хотела не посмотреть на Фила. Не возвращаться снова в пучину той боли, которую она почти забыла и в которую по его вине ей пришлось окунуться. Не думать о предательстве, ничего не вспоминать. Но он не дал такой возможности.
- Оооо, - протянул Фил, не скрывая насмешки и пошатываясь. – А вот и моя женушка появилась.
Фил изменился. И сильно. Он пил несколько дней подряд, это не вызывало сомнений. За все годы знакомства с ним Рита не помнила такого. Наоборот, Филипп всегда негативно относился к тем мужикам, что не могли вовремя остановиться. Считал алкоголь слабостью.
Щеки впали, подбородок зарос щетиной. Под глазами бывшего мужа образовались темные круги, сосуды в глазах полопались, они покраснели.
Рита перевела взгляд на Петра. Тот развел руки в сторону, мол, а что я могу поделать? Приложил все усилия.
То, что Савелий напрягся, Рита почувствовала сразу. Она стояла достаточно близко к нему.
Более того.
Мужчина, точно он имел на это полное право и делал уже множество раз, обнял Риту за талию, и притянул девушку к себе.
- Здесь нет ничьей жены, - чеканя каждое слово, давя аурой, открыто предупреждая о грядущих последствиях, сказал Мартыненко. – Рита – моя женщина. У кого-то есть вопросы или возражения?