Глава 18.4

Сарс Атрас Мидас, старший советник

Рванул на полной скорости в сторону упавшего тела. Им оказался спасательный челнок, полностью нафаршированный дополнительными сверх мощными силовыми установками в двигателях. На подходе НУМИК передал код ZR577, который означал не отслеживаемую спасательную операцию. Значит, это посылочка от отца прибыла. Посмотрим, посмотрим, что придумали умнейшие для нашего спасения.

Челнок стандартной комплектации на 7 мест. Хм, столько капсул у Войтса? Пять? И мы двое? А девушки? Семь в сумме никак не получается. Хотя можно посчитать условно шесть. Девушки легкие, в половину веса здорового карианца обе вместе. Но все равно спасательных комплектов не хватит.

Демонтировать парочку с корабля Войтса невозможно, они подключены к центральной системе управления и не могут активироваться вручную.

Пробравшись внутрь, нашел записку. Стопку металлических пластин, изрезанных символами, как множество секоло назад. Сейчас мы подобные не используем, обходясь комами и прочими более совершенными устройствами. Пробежавшись глазами по тем записям, что мне отправил отец, понял, что дальнейшее спасение - дело только наших рук и немножечко везения. По примерным подсчетам у нас в запасе около трех оров до начала схлопывания.

Обошел челнок. Визуально он был без повреждений. Запустив простейшую диагностику полностью в этом убедился. Повезло!

Быстренько активировал движки в режим полуготовности, провел подготовительные манипуляции с системой навигации. Мотнулся обратно к кораблю, прихватив гравиплатформы. Они достаточно зарядились, чтобы доставить капсулы со спящим экипажем Войтса на челнок.

Необходимо будет демонтировать часть начинки, но это уже забота Войтса. Он же у нас техногений.

Спасательная операция по извлечению капсул прошла более-менее успешно. На скорости не заметил “кратер”, оставленный кораблем и неудачно скатился, повредив защитный костюм на предплечье и бедре и оставив в разорванных трещинах глубокие порезы.

Добрался я быстро, благодаря своим способностям и синхронизированной системе поиска координат. Пришлось делать две ходки, выгружая капсулы у челнока по одной. Слишком большой вес и скорость платформы сильно падала. Несмотря на это, я уложился в половину ора. Про маму нашей красавицы я тоже не забыл. Теперь шесть капсул ожидали погрузки в тени челнока.

Решил наведаться к нашей Лизе, мысленно представляя ее спящей на своей кровати с разметавшимися по подушке волосами и чуть розоватыми щечками, мерно посапывающей в приоткрытые губки.

Каково же было мое удивление, когда за открытой дверью я застал невероятно пикантную и не двусмысленную картину. Голый Войтс полулежал на кровати, поглаживая Лизу за молочно белое бёдрышко, а девушка облизывала губы, в уголках которых и на острых сосочках я явно уловил следы спермы. Глядя в блестящие, полные эмоций глаза девушки, мысленно выдохнул. Судя по всему успокоительная терапия прошла на отлично. 

Облизывая совершенное, разгоряченное тело нашей красавицы глаза заволокло желанием. Сила бесконтрольно рванула к Лизе стремясь слить потоки с Войтсом. Все мысли моментально провалились в район паха, член потяжелел, яйца налились, а в голове промелькнуло лишь “два с половиной ора должно хватить”.

Лиза

По мере охвата его взгляд меняется. Темный такой, хищный, и ноздри втягивают в себя ароматы, которыми мы с Войтсом до этого активно накачивали воздух тесноватой каюты. Суетливо стираю “следы преступления” со своего лица и груди, а мужчина смотрит на меня потяжелевшим взглядом не отрываясь. Сарс сглатывает и отпускает свою силу. Я ее вижу. Отчетливо. Она словно голодный зверь рвется к добыче, огибая малейшие препятствия. За моим первым мужчиной взметнулось голубоватое облачко пыли, прилетевшее со сквозняком и моментально растекшееся в воздухе. Не успела даже начать пугаться, как тело прошило стрелой нового возбуждения. Не выдержав, застонала. Оба мужчины почувствовав неудовлетворенное напряжение в моем теле, зарычали, буквально нападая на меня. А мне стало так хорошо, так сладко в их объятиях. Я видела силу, которая кружила вокруг нас то полупрозрачными темными, то такими же бледно красными полосами, сплетаясь, изменяясь, проникая в нас и вырываясь наружу уже с более четкими контурами.

Четыре руки мяли все мои прелести, целовали самые чувствительные местечки, распаляя и увлажняя все самые нежные места. Я не заметила, как мы очутились на кровати полностью раздетые, мокрые от страсти, обезумевшие от невероятного желания. Мужчины по очереди подставляли мне свое тело для изучения всеми доступными способами, пока я сгорала в агонии, желая унять напряжение внизу живота. Отвлекшись на крупный темно бордовый член Сарса, потерялась в стонах и ласках Войтса, ласкающего мою промежность и играющего с колечком ануса. Мне было все в новинку настолько, что я не понимала, стесняться или поддаваться этим очумительно заводящим играм одного из мужей. Что самое интересное, мне безумно нравились эти ощущения, приправленные неопытностью и желанием изведать мир “взрослых игрищ”.

Мое тело само подстраивалось под умелые руки, дрожало от напряжения, просило еще и еще. В Глазах первого мужа плясали чертята, намекая на то, что ему очень пришлось по-вкусу, что он увидел. Не стала терзать ни его ни себя, прошлась дорожкой из поцелуев по мощной груди, по рельефному прессу, скользнула в пупок, огибая орудие, полностью заряженное и готовое к сладкому бою, облизнула яички, предварительно их покатав в ладошке и наконец-то добралась до самого сладкого, изрядно замучив мужчину ожиданием. Стоило мне совершить пару поступательных движений губками, подняла голову, чтобы с непривычки перевести дыхание, как почувствовала проникновение в попку.

О-ох! - не выдержала я громкого стона. Как необычно, но при этом чертовски возбуждающе. Попробовала сжать колечко, но лишь получила  расслабляющий и отвлекающий поцелуй в нижние губки. Расслабилась, доверившись мужчинам. Палец аккуратно задвигался вперед-назад и уже после пары секунд я начала получать невероятное удовольствие. Прихватив губами член Сарса, стала сама насаживаться на пальцы Войтса, которых было уже два. Мужчины нежно толкались в меня с двух сторон, приспосабливая и подготавливая для основного действа. Мысли в голове уплывали, разнеженные ласками мужчин.

Пока Сарс играл с моей грудью, пощипывая невероятно чувствительные сосочки, Войтс нагло ворвался в мою попку своим оружием. Как говорится, отвлекающий маневр и крепость взята без боя. Я аж задохнулась от его проникновения, дрожа всем телом и понимая, что на грани очередного оргазма. Крупный член без труда помещался во мне, задевая головкой внутренние точки невероятного возбуждения. Орала я уже в голос, хрипя и срывая его. Но мне было так сладко, горячо, остро и невероятно хорошо!

Движений пять и меня накрыла такая долгожданная дрожь освобождения, что тело само выгнулось дугой, ища расслабления. Войтс выдержал несколько мгновений и сам излился в меня, рыча словно тигр, целуя и покусывая за холку.

Похоже, что наша картина распалила первого мужа, который с победным рыком повалил меня на спину и, отвлекая поцелуями в шею, стал плавно входить в мое лоно. По чуть-чуть, очень аккуратно. Будто примеряя свой размерчик к моей дырочке. Это ощущение было незабываемо. То, что нужно. То, что правильно. Я обхватила его ягодицы ножками, поощряя двигаться дальше. Поцелуй в губы, в шею, опять в губы и эти плавные поступательные движения… узел желания снова заставляет стискивать зубы, мысленно моля об избавлении. Неожиданный укус за сосок и резкое проникновение на всю длину.

- А-а-а-а! - завопила я, - как же хорошо!

Ответом мне была довольная улыбка кота, наевшегося сметаны.

- Моя сла-а-адкая, - протянул со вкусом мужчина, - невозможно оторваться!

И он начал возносить меня на вершину удовольствия. Сперва плавно, давая привыкнуть к новым ощущениям, затем все резче, выбивая из меня последние остатки стеснительности. Когда к нам присоединился Войтс, вышедший из душа, перевернул меня на четвереньки, прогнул в пояснице, заставив взять в рот член побратима. От подобной позы меня простреливали мелкие волны удовольствия, а мысли об открытости и развратности положения, добавляли перца. Несколько глубоких толчков и мои бедра фиксируют жесткие руки, не давая возможности пошевелиться. Сарс утробно рычит, а я чувствую его струю внутри себя, подгоняемая скорым оргазмом. Удивительно, но зафиксировав и не делая ничего, он доводит меня до финала, что аж искры из глаз. Кончаю я долго, ровно столько, сколько стою зафиксированная, раскрытая и незащищенная.

Сарс гладит меня по попке одной рукой, задевая колечко, так невинно подставленное под ласки.

- Хочу туда, - хрипло дышит мне в лопатки, выходя и подталкивая в сторону Войтса.

Не давая свести ноги усаживает на побратима, член которого, мокрый от оральных ласк, с легкостью проникает в разработанную дырочку. Войтс любуется грудью, перекатывая ее в своих широких ладонях, целует поочередно сосочки, оглаживает бедра. Вокруг нас уже вихрь. Не видно ничего, кроме двух самых желанных мужчин на всем белом свете! И мне так хорошо в их руках, что я буквально разрываюсь от чувств. Еле дышу после таких ощущений.

Уткнувшись в литую грудь, зацеловываю крошечную горошинку мужского соска, пока меня мерно покачивают на своем члене здоровенные руки, придерживая за бедра. Амплитуда становится все меньше и вот я уже чувствую давление на то место, куда очень хотел Сарс.

- Какая ты горячая, - шепчет он в спину, отвлекая, - желанная, вкусная!

Отвечать нет сил, в голове круговерть, снаружи тоже. Сила пляшет, оплетая каждую нашу клеточку, пронизывая нас троих насквозь. Сарс входит в меня на полную длину, заставляя распластаться от удовольствия. Запретного, острого, чувственного. Мне не больно. Разве только непривычно. Мужчины начинают двигаться одновременно, словно танцуют, синхронно входя до упора и практически выходя из меня. Я мычу, не в силах кричать. Молнии напряжения в прямом смысле обжигают кожу, жалят лоно, сводят пальцы на руках и ногах, а мужчины и не думают останавливаться, ускоряясь с каждой минутой. Накал дрожи в моем теле достигает пика, обрушиваясь лавиной освобождения, что накатывает одна за одной, подстегиваемое непрекращающимися движениями мужей подо мной. Царапаю плечи Войтса не в силах терпеть. Все тело разлетается на куски, отравляя меня в счастливое небытие. Проваливаюсь, чувствуя легкую вуаль силы, что снежинками покрывает наши тела, впитываясь в кожу. Становится тепло и сонно, защищенная с двух сторон, довольно улыбаюсь, отпуская сознание.