Глава 23
Света
После знатного утреннего возбуждения без концовки я была зверски голодна в обоих плоскостях и смыслах. Сидеть долго не получилось. Тело будто жило собственной жизнью, подгоняя меня к выходу. После пятисекундного душевного метания я решила, что не являюсь пленницей и из каюты выйти смогу. Тем более, что мне надо делать самостоятельные шаги в этом новом мире, а начать с поиска пищи - это отличное и очень символичное действие.
Разобравшись, как открывается дверь, я бодро шагнула в коридор, вспоминая направления нашего вчерашнего променада. Светло серые стены моментально показались безликими, теряющимися за поворотом. Но отступать некуда. Голову выше и королевской походкой вышла искать себе пропитание.
Примерно через тридцать пять - сорок шагов я остановилась прислушиваясь. Если везде разносился мерный едва заметный гул систем корабля, который воспринимается мной довольно естественно, то сейчас я улавливаю явные звуки борьбы. Уже крадучись вдоль правой стенки, натыкаюсь на полуоткрытый отсек. Он явно шире каюты, но не сильно отличается по высоте. Освещение приглушено, но оно совершенно не мешает разглядеть танцующих в центре мужчин. Голые торсы, покрытые струйками пота, блестят в свете редких ламп. Широкие и чуть коротковатые брюки низко сидят на бедрах и держатся на честном слове. Волосы собраны на макушке, делая взгляды хищнее и опаснее. У обоих в руках короткие клинки, которыми они то и дело пытаются нанести повреждения друг другу.
Я не дышу. Смотрю во все глаза и даже забываю моргать. Опасность и ярость сплетаются воедино в этом поединке. Нет игры, жеманства или хвастовства. Есть только слепое желание победить, разукрасив тело противника острыми лезвиями. Красиво и страшно. Страшно и красиво.
Я уже напрочь забываю о завтраке, о планах, о моем шатком положении в этом пугающем мире. Я смотрю. Завороженно, беззвучно, беспристрастно. Движения слишком быстры, точны, смертоносны. Всматриваясь в лица, не с первого раза понимаю, что я стала невольным свидетелем поединка тех, кто проявляет ко мне максимум внимания. Неужели они вот так решают вопрос моего внимания? Силой? А как тогда со мной поступят, если откажу? Если устанут ждать?
Особо опасный выпад и я не выдерживаю, вскрикнув и зажав руками рот. Мужчины моментально оборачиваются в мою сторону. Они дерутся. Я права.
Стараюсь незаметно отступить назад. Ведь я не давала себя заметить. Мужчины даже не обернулись, не дали повода подумать, что почувствовали мой приход. Они безотрывно заняты своим поединком, не обращая внимания ни на что вокруг. Медленно перевожу вес тела на левую ногу, дела шаг назад. Глаз же от боя не отвожу. Слишком завораживающее зрелище.
Кайрис делает дополнительный выпад, разворачиваясь под локтем своего соперника на долю секунды быстрее, и расчерчивает идеальный торс алой лентой крови, что брызжет под давлением из свежей раны.
Я шумно вздрагиваю, прикрыв рот ладонями, не в силах удержать свои эмоции под контролем. Мужчины моментально прерывают бой и разворачиваются всем корпусом ко мне. Тело застывает столбом, а сознание мечется в панике, решая сделать ли ноги по английски или помочь раненому. Но решение принимается уже под гнетом обстоятельств. Одно движение ресницами и оба карианца стоят вплотную ко мне.
Ошарашенная, я выбираю помощь, и, повернувшись к окровавленному Ильтасу, зажимаю рану под ребрами.
- Что ж вы как дети малые! - на нервах начинаю отчитывать двух великовозрастных балбесов. Руки трясутся и прилипают к коже. Через пальцы сочится кровь. Ладонью чувствую пульсацию, которая нагнетает мое не самое радужное настроение. - Неужели всем мужчинам на всех планетах так важно драться! Почему, вот скажите мне? И где здесь аптечка? Чем прикажете обработать вашу рану? А? Да не стойте истуканом! Помогите мне! Что, прикажете делать с трупом, если вы кровью истечете?
- Он будет здоров через четверть гира, - спокойно отвечает Кайрис, откровенно забавляясь моей реакцией.
Ну уж нет! Он его повредил, пусть он и лечит!
- Прекратите улыбаться! Не смешно! Вы же виноваты в его ранении! Помочь можете? Может его в капсулу, где мою ногу лечили? Она вам поможет? - меня несет на всех парах невыплеснутый эмоциональный ком, помноженный на нынешнюю ситуацию.
Выпрямляюсь и поднимаю глаза на Ильтаса. Он тоже еле сдерживается от улыбки, причем не надменной, а такой искренней. Стоит, прикрыв глаза и блаженно на меня любуется. Да что ж это такое!
- Вы так и будете топтаться на месте! Показывайте дорогу к лекарю, врачу… к медику, елки палки… как их у вас зовут? - уже откровенно истерю, пытаясь ускорить движение в сторону выздоровления бойца. А тот лишь накрывает мою руку своей, поглаживает недолго и потом отстраняет.
Бестолково хлопая глазами, пялюсь на окровавленный бок с тонкой нитью свежего шрама. Твою ж мать! Они все объяснили сами. А я раскудахталось над ними, словно наседка. Взрослые мальчики решали между собой взрослые вопросы. Куда полезла, спрашивается? Во дууура! И главное, что такое поведение мне совершенно не свойственно!
- Подержите еще немного свою руку здесь, Света, - просит у меня своим глубоким голосом, а я уже начинаю залипать не на ране, а на темной, рельефной и очень потной груди, что аккурат напротив моих глаз, - чтобы она помогла восстановиться быстрее.
- Чему? - рассеянно интересуюсь у него.
- Моему порезу, - отвечает мужчина, перехватывая мою грязную ладошку и прикладывая ее к месту бывшего ранения, - вы обладаете целительной силой, - заглядывает мне в глаза.
- Ч-что вы, нет, - отрицательно машу головой, втягивая насыщенный мужеской аромат.
Запах раскаленных песков и пряных южных трав оседает на языке, заставляя облизнуть губы. В глазах напротив вспыхивает настоящий огонь!
- Пожалуй, вам хватит моего лечения, - тут же одергиваю руку, таща силком в прорубь свое разгулявшееся либидо. “Кто я такая, чтобы становиться между двумя сильными мужчинами? Простая, смертная, слабая женщина. Поэтому, не нарываясь на очередное выяснение отношений, покину этот цирк. Хватит на сегодня представлений.”
________
Оставшись одна, остро почувствовала скопившееся напряжение. Двое невероятных мужчин, прекрасных атлетов, активно оказывают мне заботу и скорее всего даже знаки внимания. А что же я? Прячусь за ширму прошлого? Держусь за воспоминания, как за утопленника? А смысл? Мозг твердо настаивает на продолжении игр в равную и независимую, а вот сердце протяжно ноет в опостылевшей одиночестве.
Да, я очень рада за Лизочку, мою звездочку и смысл жизни. Но постоянно жить ее судьбой неправильно. Моя собственная совершенно не используется. Как то платье для похорон, что стало мало, когда пришел срок его надевать. Вот и я чувствую, что пора менять что-то в своей жизни. И начать лучше всего с себя. Но я же не буду сообщать все это мужчинам. Приеду, присмотрюсь, а та уже как карта ляжет.
Оставшись без завтрака, я раздумьях провела около часа. Мужчины не появлялись, а я их лишний раз не хотела провоцировать на прямое общение.
Еще через время, послышался легкий писк двери, извещающий о посетителе. Стоило ему, вернее ей, переступить порог, я позабыла обо всех метаниях. Дочка! Жива, здорова, да еще и светится изнутри в буквальном смысле этого слова.
Мы долго стояли обнявшись. Молчали и грелись в объятиях друг друга. Ведь на протяжении восемнадцати лет, лишь мы вдвоем были единственными родными душами. И теперь я отчетливо осознавала ту черту, через которую переступили обе. Одним махом. Но она должна была случиться в нашей жизни. Мы обе стали самостоятельнее. И наша взаимозависимость истончилась. Уже нет той всепоглощающей нужности друг в друге. Просто сердце по привычке будет ныть вдали от любимого и дорогого человечка! Но уважая внутренние изменения, мы просто обязаны чуточку отдалиться. Не отпускать. Ни в коем случае! Просто дать свободу выбора и действий. Так правильно. Так мудро. У нас есть теперь не только мы, но и новые, уже нам небезразличные создания, готовые сделать нас счастливыми.
Шумно втянув набежавшие на глаза и защипавшие нос слезы, я немного отстранилась и потянула доченьку на кровать. Мы уселись с ней двумя нахохлившимися попугайчиками, тесно прижимаясь друг к дружке, будто напитываясь теплом и родной заботой впрок. Покрасневшие глаза моей маленькой девочки тоже были на мокром месте, показывая всю степень переживаний и тревог за взрослую меня.
- Мамулечка, ты такая красивая, - улыбнулась моя дочка, - ну… ты и раньше не выглядела на свой возраст, а сейчас тем более. Совсем как моя ровесница.
- Милая моя, - обняла я Лизу, - наверное, я выспалась впервые лет за десять.
- Да нет же! - не унималась дочь, - и волосы без седины и лицо ровнее. Поверь, я хорошо тебя изучила за последние две недели.
- Может быть спокойствие за тебя и твою судьбу придало мне сил и молодости? - привела еще один аргумент.
- Не очень похоже, но я расспрошу у Войтса, может он что-то сделал с капсулой?
- Хорошо. Расспрашивай. А сейчас расскажи, как ты ощущаешь себя женой сразу двоих? - во мне проснулся невероятный интерес.
- М… мам, - замялась дочка, - что конкретно тебя интересует? - и смотрит на меня так кокетливо из под ресниц.
- Выкладывай все, даже без цензуры. Я в полном непонимании. До сих пор чувствую, что мне все это снится.
- Ну… хорошо, - дочка явно подбирала слова, - начну с того, что ты скоро станешь бабушкой.
Я с минуту хлопала глазами, укладывая эту новость в своей голове, а потом накинулась на Лизу с воплем победителя.
- Вот это новость! Ох. Сколько же я спала в капсуле? - удивилась пролетевшему времени, ведь для меня по ощущениям прошло не более пяти-семи часов. Глазами осматривала дочку, пытаясь найти хоть какие-то изменения, но срок вероятнее всего просто крошечный. Лизина улыбка и невероятный внутренний свет выдавали ее состояние с потрохами. Она сама была рада и скорее всего ее мужья тоже.
- Ну, теперь когда тебе известна эта деталь, я могу начать просвещать тебя, - с улыбкой уже матёрой опытной женщины, Лиза начала свой рассказ, а я спрятала усмешку. Поменялись мы местами. Если раньше я ее учила уму разуму, настал ее черед. Что ж послушаю. - Мамуль, я не знаю, что тебе поведали окружающие, ни Войтс, ни Сарс мне никакие подробности не рассказывали. Знаю я не много, могу лишь в общих чертах описать то, что было во время твоего сна.
- У каждого карианского мужчины есть внутренняя сила. Она и помощник и раздражитель, если ее не сливать. Поэтому мужчины совместно с силой ищут сосуд, подходящую женщину, способную забирать излишки силы, растворяя их в себе и окружающем мире. Сила Сарса и Войтса нашла меня и да, мы создали семью. Как я поняла, связав себя с одной женщиной и завершив круг, мужчины больше не имеют возможности ходить на сторону. Это большой плюс, - хихикнула Лиза. - Кстати, ты уже познакомилась с Ильтасом? Он отец Сарса.
- Да, познакомилась, - почему-то при упоминании этого зеленоглазого мужчины у меня порозовели уши, - очень приятный. Мне помогает освоиться.
- Мама, - глядя строгим взглядом прямо мне в глаза, произнесла Лизунька, - я понимаю, что твоя тоска по папе очень сильна. Но подумай сама. Нас забросило на другой конец даже не света, а целой вселенной! Нам с тобой жизнь преподнесла невероятную возможность измениться самим и изменить жизнь других людей! Может это шанс для тебя? Я так хочу, чтобы о тебе заботились, мам! Мне будет спокойнее и радостнее знать, что ты под крылышком у надежного и сильного карианца. Просто… - Лиза замялась, а я уже прочитала мысль о расставании в ее взгляде, - просто мы не сможем жить в одном доме. Ты понимаешь, о чем я?
- Конечно, моя взрослая девочка, - ласково притянула ее к себе. - Я же вижу, что у тебя теперь семья. Скоро детки появятся. Я желаю тебе только добра и счастья и понимаю, что буду не ко двору. Ну, ну, милая, я не считаю себя обузой и уже состроила некоторые планы.
- Мамуль, - прервала меня растрогавшаяся дочка. Понимаю, для нее этот разговор тоже не из легких, - я хочу с тобой видеться, обязательно, и часто. Просто… ох! Как же сложно это объяснить!
- Ничего не объясняй, я сама все вижу! Тут не разорваться. И разумно выбирать семью. Правда? - я постаралась улыбнуться самой искренней улыбкой.
- Да, мам, спасибо за понимание. Но ты тоже моя семья!
- Конечно! Тут уж не воротишь, - свела я все к шутке, - давай договоримся, что будем поддерживать связь и встречаться минимум раз в три дня сперва, а как освоимся, то по обстоятельствам.
- Э-э, мам, я хотела каждый день!
- Прекрасно, тогда помогай мне разобраться со всеми этими внеземными технологиями, - протянула я Лизе свой браслет, который являлся точной копией браслета Кайриса. Он передал мне его еще вчера вечером с просьбой одеть и не снимать.
Стук в дверь и довольное лицо второго мужа Лизы - Войтса мы видим через пару секунд. Его глаза излучают невероятное тепло в адрес моей дочери, а тело само бесконтрольно раскрывает объятия.
- Светлых Звезд, - здоровается он с нами, - любимая, тебе нужно что-нибудь? Света?
Лиза подскакивает к нему, доверчиво прижимаясь к сильному боку. Тот автоматически целует ее в макушку и стискивает в больших руках. На контрасте они смотрятся как возмужавший после армии старший брат и совсем еще юная девчонка-подросток. Но атмосфера, которой заполняется вся каюта, не даст никому соврать. Они созданы друг для друга.
- Нет, благодарю, - прерываю их нежности, - у нас все хорошо. Мы еще поболтаем?
- Конечно! Просьба, сами из каюты не выходите, это приказ императора, - сказал он с деланной строгостью, - Лиза покажет, как вызвать сопровождение или нас, если будем свободны.
- Лиза, слушай, - я замялась, неумело подбирая слова к началу довольно деликатной темы, - а как ты чувствуешь сама, эти мужчины тебе приятны?
- Хахаха! Ма-ам! Ну ты кремень! Столько продержалась! - Лиза залилась смехом, разряжая атмосферу. - Я была уверена, это будет самый первый вопрос.
- Ну…
- Это очень необычно! Знаешь, когда мужчин нет рядом, я все равно отдаленно чувствую их. Особенно, если кто-то думает обо мне. А еще я лечить могу!
- О! Даже так?
- Ага. Это очередная способность караимской силы. При полном принятии и единении получаются вот такие бонусы. Ну… и дети, конечно!
- Как же я за тебя рада, мое счастье! - мы снова обнимались, стискивая друг дружку.
- Я тоже, мам! Не представляю жизни без Сарса и Войтса! - с нежностью в голосе произнесла она. - Они такие заботливые, и отважные. Ведь благодаря им, а еще Ильтасу, которые отправил нафаршированный спасательный челнок на ту планету, мы с тобой здесь сидим и обнимаемся.
- Да… - задумчиво протянула я, - они действительно наши герои!
- Ты не против перекусить? - вопросительно уставилась на меня Лиза, поднимаясь на ноги. - Я бы прошлась. Тяжело находиться в одном положении.
- Конечно! Конечно! - затараторила в ответ, пытаясь нажать на браслете комбинацию, которой обучила меня дочь, чтобы вызвать сопровождение.