22. Маленькая смерть

Дьеналь проснулся утром в лазарете – это место с характерным запахом трав и наполненное целительской магией он ни с чем не перепутает. Разумеется, никаких повреждений на нем не осталось, зато появились обвинения. Стражи, оказавшиеся тут как тут, стоило открыть глаза, ничего конкретного Дьену не вменяли, но, судя по тону и характеру вопросов, спускать ему дуэль с рук никто не планировал.

Что ж, это закономерно. Дьен забылся, не подумал, был слишком зол и именно поэтому не стал откладывать выяснение отношений до более удобного момента. К тому же не ожидал, что выйдет так… ярко. И рассчитывал, что сможет быстро и просто справиться, но Стивен Блан оказался серьезным соперником.

Из лазарета его перевели не в тюрьму, слава Древу, а в покои во дворце, светлые, просторные и нарядные, вполне соответствующие его статусу. Но крепкие двери и магическая защита на окнах не оставляли сомнений в том, что он здесь не в качестве гостя.

Что происходило за дверями, Дьен понятия не имел, зато получил записку от отца, в которой тот просил вести себя достойно наследника рода Варнао. Знать бы, что с Летой все хорошо…

Эта неизвестность удручала, и Дьеналь не находил себе места, меряя шагами комнату. Принесенный завтрак он проигнорировал – есть не хотелось, поднос так и унесли нетронутым.

Дьен чувствовал, что что-то нехорошее происходило за его спиной, это было похоже на чей-то недобрый взгляд, буравящий лопатки. Так и хотелось обернуться и встретиться с недоброжелателем глаза в глаза. Но комната была пуста, он дважды проверил магией, а ощущение никуда не делось.

И когда двери отворились, Дьен приготовился к худшему, например, к переводу в обычную камеру, но в комнату шагнула Лета. Шагнула и замерла, как-то резко, словно наткнулась на стену или передумала и захотела убежать.

Но отпускать ее Дьеналь не собирался. Он в несколько стремительных шагов пересек комнату и сжал ее в объятиях.

– Прости, что так вышло, – шепнул он, целуя ее макушку и вдыхая ставший родным чуть сладковатый аромат.

– Нет, ничего страшного, – Лета улыбнулась и… отстранилась.

И как-то сразу стало понятно, что “ничего страшного” – это серьезное преуменьшение. Что-то все-таки случилось.

– Дьеналь, нам надо поговорить, – сжав кулаки, произнесла девушка и с явным усилием посмотрела ему в глаза.

***

Мы с магистром быстро дошли до нужных дверей, которые стерегла самая обычная человеческая стража. Там, за двумя светлыми створками, был Дьен, и в другой момент я бы все отдала за встречу с ним. Теперь же я оттягивала разговор, как могла. Ведь он должен был стать для нас последним…

– Вы же не пойдете со мной? – я с тревогой обернулась на преподавателя, с трудом представляя его при таком непростом разговоре.

– Нет, дальше без меня, – усмехнулся боевик, привалившись плечом к стене. – Семейные разборки – это не по моей части. Надеюсь, ты сможешь бросить его правильно, как того хотят эльфы, и они от тебя отстанут, и от всех нас заодно.

– Волнуетесь за Стивена? Поэтому взялись мне помогать? – я в любимчиках Тираса никогда не ходила, а после разрыва помолвки и брака с эльфом – так и подавно. Поэтому другой причины помогать мне не видела.

– Не буду врать, я бы не хотел запечатывания Блана. Но дело не только в нем.

Продолжить беседу нам не удалось. Стражи, получив разрешение, открыли двери, пропуская меня внутрь. И все остальное отошло на второй план.

Я знала, что это будет сложно и больно, но, глядя на Дьеналя, на секунду забыла, зачем вообще пришла. Он стоял возле окна, и в обрамлении даже тусклого света выглядел воздушным и неземным. А в его объятиях, казалось, можно нежиться бесконечно.

Только оттягивать неизбежное тоже нельзя.

Говорят, рвать лучше резко.

– Дьеналь, – я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы суметь протолкнуть застрявшие в горле слова. Но только и смогла произнести: – Прости.

Небольшой кинжал лежал у меня в складках платья, и я достала его быстрее, чем Дьен успел что-либо понять. Здесь важно не мешкать, иначе я точно не решусь. Крови много не нужно, так что я провела острым лезвием по пальцу и приложила его к губам эльфа.

– Я возвращаю кровь и поцелуй, разрывая наш брак.

Слова сказаны и назад дороги нет.

Кинжал выпал из рук, оглушительно громко звякнув о каменный пол в повисшей густой тишине.

Еще не веря в произошедшее, Дьен прикоснулся к своим губам, стирая с них узкую красную полоску, посмотрел на оставшуюся кровь, на меня, на кинжал…

– Почему? – в его разом потемневших глазах плескалось столько эмоций, что мне не удалось ничего различить. И смотреть в малахитовые омуты было невероятно тяжело.

– Мы слишком разные, – я слышала себя будто со стороны, да и как иначе? Ведь я, именно я, никогда бы такого не сказала. – Тебе лучше вернуться в Леса, просто поверь, правда.

Я прикусила губу, не зная, что еще сказать. Если я расплачусь прямо здесь, это покажется совсем странным, так что я попятилась назад, где была спасительная дверь, выйти за которую Дьеналь не мог.

– Лета, – эльф отмер и нагнал меня. – Тебе угрожали? Это из-за нашего поединка?

– Нет, – я помотала головой, нащупывая ручку.

– Подожди, – Дьен перехватил мою руку за запястье и резко выпустил, словно обжегшись. – Что там?

– Ничего, – я спрятала руку за спину, стараясь левой рукой нашарить выход.

– Покажи!

– Нет!

– Лета, объясни, в чем дело, – не сдавался Дьеналь.

– Дело в том, что наш брак изначально был обречен на провал! – выпалила я. – И если ты сейчас не уедешь, то неизвестно, как все для тебя закончится. Стивена собираются запечатать, тебя, возможно, тоже. Прости, что втянула тебя в это все, я знаю, что ты подрался из-за меня.

– Виолетта, послушай, – его голос звучал ровно и спокойно, несмотря на бурю эмоций в глазах. – Это все преодолимо. Стивен сильный маг, такими не разбрасываются. Я готов присягнуть вашему королю, если это потребуется…

– Дьеналь, – я поняла, что он не примет ни одну причину, подсознательно чувствуя ложь или неискренность. Только правда. – Я с самого начала не планировала становиться твоей женой. И поцеловала тебя на спор с однокурсниками. Сейчас же все зашло слишком далеко, нам стоит остановиться, пока не стало слишком поздно. Отпусти меня, пожалуйста. Мне правда это нужно.

Иначе мой отец не получит вторую порцию лекарства, клятва на руке сыграет, и все окажется зря.

Я видела, как Дьен борется с собой, как ищет возражения или, наоборот, пытается промолчать, удержать рвущиеся наружу слова. А потом делает несколько шагов назад, поднимает с пола кинжал и повторяет мой жест, проводя лезвием по указательному пальцу.

Его рука, коснувшаяся моих губ, показалась ужасно холодной, ледяной. Как и его лицо, разом ставшее непроницаемым. Та самая маска, которую я видела на нем в самом начале, вернулась на свое место.

– Я возвращаю кровь и поцелуй, – он произнес это так спокойно, что у меня по спине пробежали мурашки.

– Спасибо, – только и смогла ответить я.

Дверь открылась сама, за ней стоял магистр Тирас.

– Все хорошо? – буднично спросил он и, получив мой кивок, улыбнулся. – Тогда идем. Только сначала отдай кинжал, – магистр требовательно посмотрел на Дьена. Тот помедлил несколько мгновений, словно сомневаясь, но все же протянул кинжал рукоятью вперед, и преподаватель тут же убрал его во внутренний карман. – Удачи, эльф.

На этом Тирас приобнял меня за плечи и вывел из комнаты. Кажется, закрывшиеся двери в очередной раз разделили мою жизнь на “до” и “после”.

***

Мы шли по коридорам дворца, и я даже не разбирала дороги, куда ведет меня преподаватель. Хотелось поскорее уйти, чтобы все закончилось.

– Виолетта! – негромкий окрик заставил обернуться. В другом конце коридора показался Эвиналь Ильнао и уверенно догнал нас. – Я хотел сказать, – начал он, но был резко прерван магистром.

– Только давайте короче, мы спешим, – бесцеремонно попросил он.

Эльф с укоризной взглянул на Тираса, но затем быстро обратился ко мне.

– Я хотел вас поблагодарить…

– Не стоит, – теперь я прервала наставника Дьеналя. Ужасно невежливо, но выслушивать за все сделанное благодарности было выше моих сил.

Эльф понимающе улыбнулся и кивнул.

– И все же. Мы держим данное слово, – он бережно достал из кармана флакон и протянул мне.

Странно, но я совсем иначе представляла этот момент. Думала, что стану испытывать радость, облегчение, ликование, а ничего из этого не было. Какая-то оглушительная пустота и ни одной внятной эмоции.

Но разумеется, я взяла флакон и убрала его в тот же карман среди складок платья, где до этого лежал кинжал. А подняв голову, наткнулась на изумленный взгляд магистра Тираса.

– Надеюсь, со Стивена Блана снимут обвинения? – спросила у эльфа я.

Пусть его судит король исходя из наших реалий и законов, не оглядываясь на требования и возмущение эльфов.

– Уже сняли, – заверил меня Эвиналь Ильнао. – Эльфийская делегация в течение дня покинет человеческие территории. Портал настраивают.

– Хоть одна хорошая новость за сегодняшний день, – прокомментировал магистр.

Эльф на его слова никак не отреагировал.

– Ветви Древа извилисты и, возможно, наши пути еще пересекутся, – поклонился мне наставник. – Я буду искренне рад новой встрече.

Я поклонилась в ответ. Молча. Кажется, эльфов мне хватило на всю оставшуюся жизнь.

– Ну и что ты грустишь? – спросил преподаватель, когда мы пошли дальше, расставшись с Эвиналем Ильнао. – Если это то, о чем я думаю, то я даже понимаю твое расставание со Стивеном.

– Вы правы, магистр, – только и ответила я. Но радоваться все равно не получалось.

Магистр Тирас любезно довел меня до экипажа и посадил внутрь.

– А вы? – забираться следом преподаватель не спешил, потянувшись к дверце экипажа.

– Хочу убедиться, что наши ушастые друзья уберутся, – просто ответил он, захлопывая дверцу и давая отмашку кучеру.

Отъехав от дворца, я открыла окошко и попросила отвезти меня по другому адресу.

Эту ночь я проведу дома, а не в комнате, где все напоминало о Дьене.

На руке ничего не осталось. Клятва испарилась, словно ее и не было. В моем кармане лежало заветное лекарство, и я снова была свободной ото всего и ото всех.

И понятия не имела, что с этой внезапной свободой делать.

Дома меня встретил верный Бернар, который не поленился выглянуть, дабы убедиться, что я приехала одна, но вопросы, разумеется, задавать не стал, молча взяв мое пальто.

– Доложить лорду и леди о вашем приезде? – только поинтересовался он.

– Отец тоже здесь? – удивилась я.

– Да, лорд у себя в кабинете, – подтвердил дворецкий.

Папа редко бывал дома посреди дня. Неужели у него тоже что-то случилось?

Едва ли не бегом я поднялась на второй этаж, где нашла в кабинете не только папу, но и маму.

– Лета? – удивилась она, разворачиваясь. – Что-то случилось? На тебе лица нет!

Папа же сидел за столом, но встал при моем появлении.

– Не переживай, – сходу заявил он. – Я как раз планировал ехать вызволять твоего эльфа. Ничего ему не сделают. Да и Стивена серьезно не накажут, я уверен.

– Некого вызволять, – я всхлипнула, понимая, что не могу больше держаться. – Я отказалась от нашего брака.

И произнеся это вслух, окончательно разрыдалась.

– Это что еще за новости? – возмутился папа, подходя ближе. – Я только примирился с зятем-эльфом, как его уже нет?

– Дорогая, – мама обняла меня, укутывая и согревая объятиями. – Неужели это то, о чем ты мне рассказывала?

– Да, – я кивнула, стараясь сдержать слезы.

– Но… кажется, ты говорила про другой срок?

– Эльфы изменили условия, – я вытерла щеки, все-таки сумев взять себя в руки.

– Значит, они все-таки забрали Дьеналя? – прищурившись, спросил папа. – Так давай его вернем!

– Если бы все было так просто…

Объяснить папе причину всего происходящего я не могла, но, оказывается, это было и не нужно.

Он дошел до сейфа, набрал код и извлек из него пузырек, идентичный тому, что сейчас лежал у меня в кармане. И главное – такой же полный.

– Я так понимаю, у тебя есть второй, – папа будто и не замечал моего шока. – Предлагаю обменять их обратно.

– Мама! Но ты же говорила, что дала папе лекарство! – такого я точно не ожидала. Я ведь так старалась ради него, ради них обоих!

– Дала, – невозмутимо подтвердила мама. – Как видишь, оно у него.

– И… ты все знал? С самого начала? – я чувствовала, как обманула саму себя, сначала решив, что мне под силу тягаться с эльфами, с их традициями и договорами, а затем – что окажусь умнее проживших жизнь родителей.

– Знал, конечно, – подтвердил довольный произведенным эффектом отец. – Сначала я был очень зол на тебя, признаю. Думаю, когда у тебя появятся свои дети, ты поймешь, насколько была сейчас неправа. Но все же я понимал, почему ты так поступила. И планировал предложить вернуть им лекарство. Это, по моим прикидкам, должно было привести к недействительности клятвы с эльфийской стороны. Ведь они, получается, не могут отдать лекарство в полном объеме. Но ты опять сделала все сама и по-своему?

– Да, – я опустила голову, не в силах поверить, что можно было поступить иначе. И все же. – Это вторая порция, – уже не видя смысла скрываться, я извлекла из потайного кармана пузырек. – Я хочу, чтобы ты поправился.

– Мне жаль, Лета, что ты считала, будто я так страдаю, – папа вздохнул, принимая вторую склянку и разглядывая немного светящуюся жидкость на свет. – На самом деле, мне куда важнее твое благополучие. Поэтому я считаю, что с эльфами все же стоит поговорить и вернуть твоего Дьеналя.

– Он не вернется, и он больше не мой, – я закусила губу. – Не после того, что я сказала и сделала.

– Может, не сразу, – не стал совсем уж настаивать на своем папа. – Но, уверен, с ним еще не все потеряно.

– Нет, я не смогу смотреть ему в глаза. Да и… я не уверена, что ему стоит меня прощать.

Родители переглянулись.

– Я сейчас попрошу приготовить тебе чай с успокоительным, – мама легонько подтолкнула меня к дивану. – И я считаю, что папа прав, ничего непоправимого пока не случилось.

Я не стала спорить. Ведь родители просто не видели лицо Дьеналя в тот момент.

Ничего уже не вернуть.

***

Я приехала в академию на следующий день, взяла самое необходимое и перебралась обратно в родное студенческое общежитие к Ники. В гостевом меня ничего больше не держало, и я твердо вознамерилась оттуда съехать, постепенно перенеся вещи.

На расставании с Дьеналем жизнь не закончилась, и стоит напоминать себе об этом почаще. Подруга, как могла, помогала и подбадривала. Родители тоже регулярно навещали и по уже заведенной традиции привозили сладкое, которое я по большей части раздавала, не в силах управиться с таким количеством вдвоем с Ники.

Стивен в академию так и не вернулся. Его, как и грозились, отправили отбывать наказание на северные рубежи. Но магия осталась при нем, а значит, через год он вернется и доучится.

Тирас, вопреки всем ожиданиям, взялся за меня с удвоенным рвением, то ли в отместку, то ли, наоборот, помогая таким нехитрым способом. После двухчасовых тренировок сил на страдания не было. Такими темпами у меня имелись все шансы стать лучшей девушкой-боевиком на всем факультете и всерьез задуматься о военной карьере. Но до этого оставалось еще больше года, а с некоторых пор я боялась загадывать настолько далеко.

Эльфы уехали в тот же день. Правда, лабиринт восстанавливать отказались, так что переизбыток магии над дворцом стал теперь головной болью наших специалистов.

Дьен уехал вместе со всеми, магистр Тирас подтвердил, что он прошел со своими сородичами в портал. И мне оставалось только надеяться, что Дьеналь тоже сможет все пережить и найти свое счастье. Он его заслужил. Действительно заслужил.

Так прошло три с половиной месяца. И экзамены начались точно в срок. Я даже как-то не придала им значения. После всего пережитого любые оценки казались ерундой.

И ничто не предвещало, что произойдет что-то, способное нарушить привычный порядок вещей.

Но в первое утро сессии, когда все судорожно листали конспекты, сидя за столами, раздался удар гонга. Объявлялся общий сбор на площади перед главным корпусом.

Мы, не веря собственным ушам, отложили книги и переглянулись.

Последний раз этот гонг звучал пятнадцать лет назад…

Народ высыпал из разных зданий, кто-то, у кого экзаменов сегодня не было или они шли позже, выходили заспанные, на ходу поправляя и застегивая одежду.

Тревожные шепотки раздавались отовсюду, преподаватели с такими же обеспокоенными лицами переговаривались друг с другом.

Это было странно… и страшно.

Ректор стоял на высоком крыльце, ожидая, когда все или хотя бы большая часть людей соберется на площади. Мы с Ники не стали заходить в самую толчею, заняв место с краю. Возле ректора возвышался магистр Тирас, широко расставив ноги и сложив руки на широкой груди. И без того не самый приветливый преподаватель выглядел откровенно мрачно.

– Как ты думаешь… – начала Ники, но не договорила. Ее заглушил голос ректора, усиленный магией.

– Студенты и сотрудники академии! – начал он. – Сегодня пришло сообщение с наших восточных рубежей, граничащих с эльфами. Там зафиксированы магические аномалии, идентичные тем, которые стали предвестниками вторжения, произошедшего пятнадцать лет назад, – волна вздохов и выкриков пронеслась по площади. – Открытие порталов ожидается со дня на день, – продолжил магистр Фаграл. – Объявлена полная мобилизация магов, начиная с четвертого курса.

Площадь взорвалась криками, Ники вцепилась в мою руку, и я сжала ее ладонь в ответ. Прошлое вторжение обошлось нашему миру дорого.

– Тишина! – прокатился громогласный рев магистра Тираса. – Мы уже знаем, чего ожидать, лучше подготовлены и не допустим ошибок прошлого! Поэтому никакой паники! Жду четвертый и пятый курс боевого на полигоне!

– А экзамены? – выкрикнул кто-то.

Ректор уже открыл рот и сотворил заклинание для усиления голоса, но Тирас, ни в каких заклинаниях не нуждающийся, опередил:

– Кто вернется с войны, тот и сдал!

Ректор недовольно глянул на боевика и принялся что-то объяснять. Мы же с Ники, по-прежнему держась за руки, протискивались сквозь толпу к полигону.

– Как думаешь, – чуть отойдя, спросила подруга, не спеша меня отпускать. – Тирас ведь пошутил про войну и экзамены?

– Конечно, – подтвердила я, успевшая как следует изучить черный юмор преподавателя.

О том, что в его шутке слишком много правды, говорить не стала. Ники и без того ощутимо потряхивало.

***

Мы построились в обычном порядке сразу за пятым курсом. В последнее время я стояла в числе сильнейших – магистр меня знатно натаскал. Ники же так и осталась ближе к хвосту шеренги, поэтому ей пришлось все-таки отпустить меня и встать на свое место.

– Итак, – магистр вышел к нам. – Вы все – обученные боевые маги, пусть и без реального боевого опыта. Но опыт – дело наживное, и у вас появилась уникальная возможность его приобрести. Помните все, чему я вас учил. Не пытайтесь отсидеться за щитами, те твари слишком легко их пробивают. Прикрывайте друг друга, никогда никуда не лезьте поодиночке. И самое главное, пришельцы крупнее нас и физически сильнее, не подпускайте их к себе, в ближнем бою против них не выстоять.

Напряжение в нашем ряду разливалось все гуще. Даже парни ощутимо нервничали, что уж говорить про девушек.

– Пятый курс, первые восемь человек – выйти вперед для распределения по ударным группам. Остальные – поддержка. – Шесть парней и две девушки решительно сделали три шага. – Четвертый курс. Первая десятка – выйти из строя.

Десятой стояла я. И три шага дались мне нелегко.

– Не дрейфь, Сарнад, – усмехнулся преподаватель. – Докажи, что я не зря с тобой возился последние месяцы.

Меньше всего мне хотелось чего-то доказывать магистру, но внезапная мысль буквально обожгла.

– Магистр, а как далеко порталы до Лесов? – выпалила я, пусть и знала, что Тирас терпеть не мог, когда кто-то задавал вопросы без разрешения.

Удивительно, но преподаватель не принял никаких карающих мер в этот раз, только понимающе хмыкнул.

– Вплотную, Сарнад. Пришельцам у эльфов как медом намазано, они и в прошлый раз прорывались к длинноухим. Видимо, их любимое дерево – прекрасный маяк, а также источник энергии, который расширит возможности наших гостей. Поэтому, хочешь-не хочешь, а нам придется помогать эльфам.

– Мы будем защищать эльфийские границы? – недоуменно спросил кто-то из пятикурсников.

Магистр пристально посмотрел на смельчака, подошел к парню вплотную. Тот с видимым усилием остался на месте, подавив в себе желание отступить.

– Мы, Далирс, будем сражаться с эльфами плечом к плечу, потому что от этого зависит будущее нашего мира, – вроде говорил магистр негромко, а все мы знали, как Тирас умеет орать, но пробирало до костей. – В Леса им порталы не открыть, у эльфов там своя магия и атмосфера, поэтому наша территория для них – базовый плацдарм. Уверен, на этот раз чешуйчатые твари не будут терять времени, а сразу кинутся к дереву за дармовой силой. И ты, лично ты, Далирс, – палец магистра уперся в грудь студента, – сделаешь все, костьми ляжешь, чтобы этого не случилось!

– Я понял, – сглотнул парень.

– Надеюсь! – Тирас развернулся ко всем нам. – И для самых непонятливых. От благополучия эльфов и их дерева зависит наш мир. Если те твари доберутся до дерева и смогут использовать его силу – мы проиграли. Усвойте это. Так что у нас две задачи: закрыть порталы как можно быстрее и не дать пришельцам проникнуть на эльфийские территории. Понятно?

– Да, – отозвались мы почти дружным хором.

– А теперь ударные группы.

Нас разделили на три шестерки, со мной оказались Кайлус и Зак, с которым мы почти не общались после памятного разговора. Еще один парень – Корн и двое пятикурсников, парень и девушка. Она пренебрежительно посмотрела на меня, и я даже не удивилась: на полголовы выше, шире в плечах и в принципе мощнее, студентка точно целенаправленно готовилась к военной карьере. Я же терялась среди крепких парней и пары не менее крепких девушек. Но, как ни странно, не ощущала себя здесь лишней. Тирас прав, он натаскивал меня последние месяцы так, что впору в состязаниях и первенствах участвовать.

А главное, я точно знала, что сделаю все, чтобы помочь эльфам и защитить Великое Древо.