Глава 11

Аврора

Хоть Крес и помог мне с настройками жилого блока, комната все равно оставалась безликой и чужой. Не хватало привычных мелочей. Опрятно, стильно, красиво — такие слова приходили на ум, когда я окидывала взглядом комнату, но не уютно. Даже не думала, что буду скучать по Фору.

В этих же пяти стенах, да-да именно пяти, как в сотах, я чувствовала себя одиноко, хоть комнаты Реймона и Крестена находились по соседству.

Я села на большую двуспальную кровать, которая появилась на постаменте посреди комнаты не без помощи Крестена. Тот же час у ее изголовья отъехала панель и появилась консоль. Немного с ней поэкспериментировав, мне удалось изменить освещение и установить подсветку вокруг кровати. Затем мое внимание привлек сенсорный дисплей с нарисованным глазом на нем. Со свойственным мне любопытством я тут же нажала на сенсорную кнопку, надеясь, что не произойдет ничего страшного.

Справа от кровати во всю стену показалось панорамное окно, естественно, как и все здесь, не настоящее, а лишь имитация. Голограмма изображала песчаную пустыню. Над ней кусками ваты висели фиолетовые облака, сквозь которые едва-едва поблескивало красное солнце. Поняв, что такое пейзаж меня не вдохновляет, я решилась нажать на кнопку еще раз.

Спустя пять попыток и спустя пять самых разных картин морского дна, флоры разных планет Конгломерата, я села на кровать, поджав под себя ноги, и затаила дыхание, всматриваясь в голографический пейзаж. Высокие белоствольные деревья стройным рядом стояли в 3D проекции лесного массива, ствол каждого из них был окрашен чёрными вкраплениями. Зеленые пышные кроны колыхались от невидимого ветра, казалось, еще чуть-чуть и можно будет услышать их шелест. Совершенно незнакомая картина вызывала во мне какие-то странные чувства, которым я никак не могла найти определение. Что-то очень далекое и забытое никак не давало мне покоя. Приглушив свет во всей комнате и разглядывая белоснежных красавиц, я незаметно для самой себя уснула.

— Алиска, соня, вставай! Уже семь утра, опоздаешь на пары — неожиданно в моем сне голливудский актер, который уже склонился надо мной для поцелуя заговорил маминым голосом.

Машинально натянула одеяло на самую голову для того, чтобы продлить свой сон и закончить свидание с красавчиком. Но голос мамы достал меня даже оттуда.

— Алиска, опоздаешь! Как тебя еще не выгнали оттуда к чертям!? — кое-как разлепив глаза, я встала и свесила ноги с кровати, уставившись в окно. Пышные кроны березок в парке через дорогу едва подернулись желтизной. Я бы сидела тут вечно и смотрела на них, только бы не толкаться сейчас в утренней давке в метро и не сидеть на парах, клевая носом тетрадку.

— Рори, милая, вставай. Прости, что оставил тебя одну, нужно было отчитаться перед главой исследовательской станции, — моего лба коснулся почти невесомый, полный нежности поцелуй Крестена.

Я открыла глаза, неохотно расставаясь со своими сновидением. Передо мной стоял Крес в парадном костюме, который послужил напоминанием, что совсем скоро начнется открытие праздника. Мне и самой надо собираться на прием, наряд для такого случая был давно подготовлен и ждал меня в гардеробной. Я потянулась к подготовленному заранее темному платью, но Крестен мягко отвел мою руку.

— Мне очень жаль, солнышко, но боюсь кое-что пошло не по плану, — вдруг заговорил мужчина, а я невольно напряглась, услышав его слова. — Так как ты первый раз на императорской станции, император потребовал, чтобы ты участвовала на приеме наравне со всеми дебютантками. Боюсь, что наш план держаться в тени потерпел поражение.

— Но это совсем не повод расстраиваться, — тут же добавил Крестен, видя мою растерянность

Ну что ж, раз этого хочет император — на сегодняшнем вечере я буду блистать. Для этой роли как раз подходило новое платье, которое я только сейчас заметила в руках Крестена. Белое, струящееся, почти невесомое, покрытое россыпью мелких драгоценностей. Видимо каждый звездный род пытался нарядить свою дебютантку как можно богаче. Мои волосы и плечики платья были украшены маленькими бутонами красных цветов, которые выгодно контрастировали с белоснежным платьем. Крестен мягкой щеткой гладил мои распущенные волосы, вставляя в локоны цветы на специальной застежке.

— Это что-то значит, да? — чувствуя подвох, спросила я.

— Белое платье и красные цветы на дебютантке символизируют ее непорочность, — сказал он с серьезным видом и мы тут же оба расплылись в улыбке.

— Ах, ну да, — хмыкнула я.

“Непорочная это про меня” — добавила про себя.

Но всю глубину фразы “блистать на балу” я поняла, уже оказавшись возле приемной залы, когда увидела остальных девушек, впервые оказавшихся на станции, которые были намного младше меня, ниже ростом и в непорочности которых не было нужды сомневаться. Они же совсем еще маленькие девочки! Хотя по меркам сахелогардцев каждой из них уже не меньше тридцати лет, так что это еще вопрос, кто из нас самый маленький. Но, тем не менее, даже этот факт не мешал мне чувствовать себя неуютно среди этих юных прелестных созданий.

И хоть сейчас я особенно нуждалась в его поддержке, Крестена пришлось отпустить. Дебютантки заходили в зал последними, только после приглашения императора. От волнения я переминалась с ноги на ногу и теребила платье. Девочки вокруг тоже волновались, но судя по улыбкам на их лицах, они скорее предвкушали свое эффектное появление. Вздергивали подбородок вверх, томно водили оголенными плечиками, видимо намеревались свести с ума сегодня не одного жителя Конгломерата.

Минуты тянулись мучительно долго, липкой патокой прилипая к циферблатам. И, наконец, спустя целый час, император Асконрей Первый вспомнил о бедных девушках, томящихся за дверьми в парадную залу. Десять пар девушек шли к трону сквозь коридор из любопытных лиц. Все открытые участки тела будто бы горели от изучающих взглядов, направленных на меня. Среди толпы я быстро заметила восхищенный взгляд Крестена и почувствовала себя немного легче, а вот злость на лице Реймона была мне совсем непонятна.

Стройным рядом мы выстроились перед возвышением с императорским троном. И я впервые увидела вживую императора Асконрея. Все девушки подобострастно склонили головы и я последовала их примеру, боясь привлекать лишние внимание. Только после того как каждую представили высшему обществу, нам позволили присоединиться к празднующим, а я, наконец, смогла вздохнуть спокойно. Надеюсь, никто ничего не заподозрил и не понял, что на самом деле никакая я не сахелогардянка.

Зал, казалось, был просто огромным. Весь его периметр освещали свободно парящие сферы разных размеров, стены были обиты белоснежной с серебрянным тиснением тканью, а пол устлан флюоресцентным покрытием с забавным эффектом — каждый след, оставленный гуманоидом, словно пульсировал в течении нескольких секунд после его появления. Между гостями сновали роботы-официанты, предлагая разнообразные напитки и закуски. Девушки, которые по прежнему находились рядом, почувствовав свою свободу, взяли себе по бокалу игристого голубого напитка. Я, не желая оставаться в стороне, тоже пригубила эту вязкую жидкость.

Окончательно мое волнение улеглось, когда я заметила фигуру Крестена, который пытался пройти ко мне.

— Вы только посмотрите на нее!

— Это же надо было так вырядиться!

— Все знают, что ее дни на императорской станции сочтены!

Щебет дебютанток отвлек меня от улыбающегося Креса. Из любопытства я проследила за их взглядами, чтобы понять, о ком они говорят.

Рядом с императором стояла красивая женщина. Ее бледная кожа серого оттенка и красные глаза выдавали в ней киорку. Волосы фиолетового цветы ниспадали до самых ягодиц и были украшены экзотическими цветами, в ушах приближенной к императору красотки было не меньше десятка самых разных сережек и кафф. Платье на ней было надето из такой же струящейся ткани как и у меня, но оттенки его были такие же как и наряд самого императора. Они выглядели очень гармонично вдвоем.

— А кто это? — спросила я, к счастью, моя легенда позволяла выглядеть мне невежей на этом празднике жизни.

— Айте Присцилла, амантэ императора, — скривилась одна из щебетушек, почти выплевывая ее имя.

— Раз она избранница императора, то может стоит проявить к ней чуть больше уважения, — даже понимая, что айте Присцилла вряд ли нуждается в моей защите, мне было неприятно, что за ее спиной ее поливают грязью.

Девушки дружно засмеялись.

— Много чести! Посмотрела бы я на Присциллу, когда у императора появится настоящая избранница.

— Если бы я стала невестой Асконрея, то первым же делом избавилась от амантэ. Она и так слишком долго задержалась в императорской постели.

— Неудачница, — продолжали перемывать косточки Присцилле девушки, — я бы за это время давно охомутала Асконрея. Нравится ей что ли быть императорской подстилкой?

Голос девушек до меня стал доноситься как сквозь вату, я стояла будто оглушенная посреди зала. Даже не знаю, каким чудом не выронила бокал на тонкой ножке. В моей голове набатом звучали брошенные ими слова.

“Любовница… Подстилка…”

Моего локтя коснулась рука и я вздрогнула от неожиданности. Обернувшись, я увидела Крестена. От меня его тут же отвлекли проходящие мимо гости, расспрашивая о ходе какого-то важного исследования, и мне оставалось лишь стоять рядом, разглядывая его широкие плечи и чувствовать как на моей шее все туже стягивается удавка из злости и обиды.

“Стой за спиной великого ума Конгломерата, знай свое место… любовница”.