Глава 13

Аврора

Но оказалось, что бояться все же надо было. Только не его самого, а огромного стадиона, куда он меня привел. Мы зашли со стороны трибун и моим глазам тут же предстала арена, испещренная длинным треком с различными препятствиями. Светящимися точками, словно быстрые импульсы, проносились участники заезда по треку. Сама трасса подсвечивалась неоновыми софитами, по периметру стояли огромные голографические таблоиды, отображающие в этот момент схватку между лидерами гонки. Даже сам воздух здесь был пропитан адреналином и энергией.

— Мы будем наблюдать за гонкой? — Мои глаза заблестели от восторга, а я сама предвкушающе заозиралась по сторонам в поисках лучшего свободного местечка.

— Нет, — сначала расстроил меня своим ответом Рей, а спустя секунду заставил сердце биться чаще. — Мы будем участвовать в гонке!

— Но я же не умею управлять ими? Разве это не опасно?

— Опасно, — не стал юлить мужчина. — Но ты с этим справишься.

Он потянул меня вниз, а я доверившись ему, позволила увлечь себя в это приключение. Несмотря на страх перед участием в заезде, мне этого отчаянно хотелось — выйти за рамки, вылезти из кокона гиперопеки, которым оплел меня Крестен, не забывая при этом нагло врать мне в глаза.

— Это гоночный мотолет, достаточно прост в управлении, — на ходу раздавал указания Реймон. — Это самый легкий и маневренный транспорт. Как и любым звездолетом и аэролетом им можно управлять голосом. Помимо этого он оснащен чувствительными клипонами для виражей. Здесь главное баланс.

Легко ему говорить, пилоту с огромным опытом управления всевозможной техники. А я испытала животный трепет перед хромированной махиной с двумя колесами, что выполняли скорее декоративную функцию, так как мотолет был оснащен левитирующей подушкой. Переднее колесо было гораздо больше заднего, диски переливались и создавалось впечатление, что внутри пляшет синий огонь.

— Может не стоит? — сработал инстинкт самозащиты, когда Реймон протянул мне гоночную экипировку. Сам он уже был облачен в комбинезон под цвет своего транспорта — черный.

— Лишь бы не пришлось потом жалеть, — пожал он плечами и уже собрался вернуть комплект на место.

— Стой! — спохватилась я, и заметила на его лице довольную улыбку.

Схватив вещи, побежала в зону отдыха пилотов. У меня было пять минут на то, чтобы переодеться, пока гонка профессионалов подходит к концу. Когда я вышла, перед линией старта находилось всего около десятка мотолетов любителей поиграть со скоростями и пощекотать себе нервы.

Серебристый комбинезон был на мне словно вторая кожа, то и дело я ловила на себе заинтересованные взгляды представителей мужского пола. Иногда взгляды чересчур откровенно изучающие. Я надела шлем, чтобы скрыть пылающие щеки, и подошла к Рею, который единственный, казалось бы, не заметил моего эффектного появления.

Он сухо кивнул при моем приближении, приложил свою ладонь к белому индикатору у основания руля и проследил, чтобы я сделала тоже самое. Мотолет активировался и поднялся в воздух, зависая в полуметре над треком. Рей дважды постучал указательным пальцем по шлему, возле уха, где должно быть радиоустройство и голосовой командный центр. Он сжал ладонями руль и приник к корпусу, почти сливаясь в одно целое со своим мотолетом. Я поспешила повторить его маневр.

Еще пара минут ушли на подготовку перед заездом, пока перед нами не появились голографические цифры высотой около двух метров с обратным отсчетом. Десять секунд и азарт, адреналин, скорость накрыли меня с головой, унося как можно дальше от всех проблем.

Реймон

Мы сидели с Рори на трибунах, разглядывая раскинувшийся перед нами гоночный трек, где еще совсем недавно гонялись друг за другом словно подростки. Огромных усилий стоило не пялиться в ее сторону слишком часто. Этот чертов комбинезон сводил меня с ума.

Надо быть полным кретином, чтобы выдать ее за сахелогардянку. Она совсем не похожа на наших женщин: менее худая, более чувственная. Ее женственные формы давно вышли из моды в Конгломерате и сейчас украдкой поглядывая на быстро вздымающуюся грудь от пережитого волнения, на округлые бедра, я искренне не понимал почему.

А еще надо быть полным кретином, чтобы обидеть ее. Маленькая упрямая девочка не спешила мне жаловаться на брата, но я был не так слеп, как Крес, чтобы не видеть ее чувств.

— Как тебе императорский бал? — завел я разговор издалека.

— Помпезно, многолюдно, неловко, — стала перечислять Аврора и я был готов подписаться под каждым ее словом.

— Кто я? — поставила меня врасплох Рори неожиданным вопросом и не дожидаясь ответа, продолжила: — Я не сахелогардянка, хоть ей и притворяюсь. Человечества уже нет. Как я могу быть одной из них? Может я ничем не лучше роботов-компаньонов?

— Брось, звездочка, кем бы ты ни была…

— Я вижу сны, — перебила она меня.

— Это нормально. Я тоже.

— О Земле, о людях, будто я там, среди них. Что это может значить? Это память или фантазия?

— Ты говорила об этом с Крестеном? В таких вопросах он разбирается намного лучше. Теоретически, если он создал тебя из образца днк, это может быть генетическая память.

— Но она моя или нет?

— Расскажи Крестену, он поможет разобраться, — упомянув еще раз о брате, она только поджала губы.

— И что, он поможет своей любовнице разобраться в своих метаниях? — девочка пыталась скрыть за иронией свою боль.

— Прости, звездочка.

— Ты знал? — резко повернула голову в мою сторону Аврора.

— Да, — не стал я юлить.

— Почему ты не сказал мне?

— Как ты себе это представляешь? Ты бы мне поверила?

Аврора ненадолго затихла.

— Почему “звездочка”?

— Как Аврора, самая большая и яркая звезда, — попытался я сделать комплимент и не преуспел.

— Это не звезда, а утренняя заря, — улыбнулась Рори.

— Черт, и в астрономии я не силен, — пришлось признать свое поражение на глазах у повеселевшей звездочки.

Она улыбнулась мне уголками губ и отвернулась к треку, вновь разглядывая его причудливые петли. Живая, соблазнительная, совсем рядом, стоит лишь протянуть руку и обнять, прижать к себе. О, я бы смог ее утешить и, наконец унять свое нестерпимое желание…

— Рори, он не самый плохой, просто не умеет себя вести по-другому. Крестен привык жить в одиночестве, замкнувшись в стенах лаборатории. Он пытается уберечь тебя, как может. Возможно, если бы такой подарок свалился на мою голову, я бы запер тебя в военном бункере, — я постарался говорить это все непринужденно, но в душе был полный раздрай. — Уже поздно, давай я проведу тебя к жилым отсекам.

Мы шли молча, думая каждый о своем. Возле жилых блоков было более оживленно, чем в остальных отсеках станции. Огромный космический улей продолжал гудеть, готовясь ко сну.

— Спокойной ночи, — махнула рукой на прощание Рори, прежде чем за ней закрылась дверь.

Да куда ж уж спокойнее. Боюсь, эту ночь я проведу не в постеле, а в спортзале, прогоняя одержимость чужой женщиной. Только сначала найду Крестена и популярно объясню, в чем именно он не прав. Сегодня я дал ему фору, больше на такие поблажки с моей стороны он рассчитывать не сможет.