ГЛАВА 23

POV Ася

– Поздно уже отмазываться! – Камилла хлопнула в ладоши. Гуля вздрогнула. – До Хэллоуина осталось всего две… – она наглядно показала два пальца, – две недели! Надо уже решить, где обоснуемся.

Я не могла ничего предложить, поэтому молча попивала свой кофе. Место нашего обеденного гнездования не изменилось: мы все также просиживаем штаны в фойе университета.

Внешне моя жизнь осталась прежней. Но сегодня утром я проснулась с полной уверенностью, что ветер переменился. Моё сердце, словно флюгер, направилось в другую сторону, указывающую на Яра Скифа.

Это-то меня и беспокоит. Вчера мы с Яром провели весь вечер вдвоем, досматривая сериал. Дальше были посиделки на кухне: Киры и Лёши не было дома. Яр захотел попробовать мой чай. Оказывается, он сразу заприметил его аромат, как только я начала его заваривать.

Мы много болтали: не сказать, что о чём-то конкретном. Я не могу проследить чёткую нить. Скорее небольшие отрывки. Яр рассказал, в каких странах он был, я сидела с открытым ртом, понимая, что не смогу в них побывать, как бы сильно ни старалась.

Но я умею радоваться за других. Ему повезло родиться в богатой семье, мне – нет. Хотя своих родителей я бы ни на кого не променяла. Из слов Яра создавалась такое впечатление, что мне досталось гораздо больше семейного тепла.

Не знаю, заметил ли Яр, что я весь вечер пялилась на него, словно он – кинозвезда. Может, он больше не захочет дружить со мной, поняв, что я влюбилась в него, как последняя дурочка.

Но Яр ничего не сказал по этому поводу, и ровно в десять часов мы разошлись по своим комнатам.

– Ау, Ася-а-а! Ты где?

– А? Что?

Я часто заморгала, выплывая из собственных глубин сознания. Последнее время они то и дело уносят меня в сторону смешливого красавчика.

– Мы обсуждаем место, где можно затусить, – вводит меня в курс дела Камилла. – Жора предлагает снять квартиру на сутки, позвать ещё народ и устроить вечеринку. А Таши предлагает просто сходить в клуб. Гуля никуда не собирается вообще. А ты?

– Что ты, Ванильная?

Я сглотнула, затем резко задрала голову, чтобы увидеть источник бархатистого голоса. Яр выглядел даже лучше обычного.

На нём светлые немного коротковатые джинсы, серый облегающий свитер, кеды. Волосы модно уложены гелем. А глаза, улыбаясь, окидывают взглядом нашу компанию, останавливаясь на мне. Чувствую, как мое сердце встретило его, шагнув навстречу.

Яр садится рядом со мной: ему тут же уступает место Жора. Как и в прошлый раз.

Камилла словно в рот воды набрала, надув при этом щёчки похлеще Васо.

Наша беременная, кстати, скоро родит. Ну, я так думаю.

– Что обсуждаете? – бодренько так обращается Яр ко всем, не замечая неловкой тишины.

Эх, нет среди нас Анжелы: она бы сразу завязала разговор. Правда, увела бы его в сторону своей отнюдь нескромной персоны.

Но её здесь нет, она сегодня и вовсе не появилась на парах. А вчера мы с Яром утвердили дружбу (точнее, Яр сам заявил, что станет моим другом, и раз сел рядом, значит, собирается выполнить), то именно я должна ввести его в курс дела.

– Камилла, – я слегка коснулась её руки, – предлагает отпраздновать Хэллоуин. И мы все вместе пытаемся решить, где, когда и как. Вот.

– Хэллоуин? Хм, интересно. Тридцать первое октября.

– Вы всегда ведь отмечаете, – несмело, но достаточно громко заявляет Камилла. – Братья всё время в этот день пропадают и появляются только через пару дней.

– Мы празднуем не Хэллоуин, – усмехается Яр.

– Да? – Камилла вопросительно изогнула бровь. – Тогда почему они выглядят после двух суток как грязные свиньи?

Фойе сотряслось от нашего дружного смеха. Яр тоже с удовольствием рассмеялся, разряжая атмосферу.

В универе вокруг него витает ореол неприступности. Хватает одного только взгляда, чтобы собеседник начал заикаться. Пару дней назад мне казалось, что с ним дружат только те, кто так же выделяется: статус, возможности, сильный боевой дух, может, внешняя привлекательность…

Интересно, чем я отличилась?

Ах, да! Я ведь самым наглым образом заняла комнату в его квартире.

– И как? – насмеявшись, спрашивает Яр. – Решили что-нибудь? Выбрали место?

– Нет, ещё нет, – ответила я. Камилла фыркнула.

– Это потому, что кто-то, – она кивнула на меня, – спит на каждом шагу и даже не слушает нас. А кто-то, – кивок в сторону Гули, – вообще отказывается и говорить, и думать.

– Я всё сказала, – отмахивается Гуля, опустив голову в книгу, которую она читала раньше, но отодвинула в сторону, когда присоединился Яр.

– Немногословна, – замечает Яр, Гуля никак не реагирует. – Ну, раз вы ещё ничего не решили, выслушаете моё предложение?

Камилла окинула его неодобрительным взглядом, но все же кивнула.

– Тридцать первого я замучу вечеринку, – губы Яра растягиваются улыбке. – Можете прийти на party.

Парни дружно закивали. Все понимают: где будет Яр – там будут девчонки. И не просто какие-то, а очень даже ничего.

Я повернула голову к Яру, вопросительно подняв брови.

– Что? – спрашивает он меня. – Устроим party у нас. Надеюсь, Лёха не будет против. А если и будет – чхать я хотел.

– У вас? – отозвалась Гуля. Она, оказывается, всё это время держала ухо востро. – Что значит «у вас»?

– Ванильная, ты им не говорила? – удивляется Яр. Кажется, достаточно искренне.

– Я думала, ты не хочешь, чтобы кто-нибудь знал, – тихо буркнула я.

– Фигня! – резко отвечает Яр. – Я бы не оставил тебя в своей квартире, если бы стеснялся твоего присутствия. И тем более бы не предлагал тебе стать моим другом. Ванильная, ты за кого меня принимаешь?

Яр поджал губы, бросая мне вызов.

– Извини. – Я опускаю глаза, чувствуя себя реально виноватой. Но я правда думала, что он разозлится. – Я не хотела…

– Забудь. – Яр закинул руку мне на плечо, приобнимая. Я озадаченно уставилась на него. И не только я. – Мы ведь друзья.

Яра, казалось, нисколечко не смущал тот факт, что он практически при всём универе обнял девушку. И не просто девушку, а никому не известную первокурсницу. При других обстоятельствах моё сердце бы уже вырвалось на волю из тесной груди, но Яр четко произнес это слово.

Друзья.

– Поэтому твои друзья – это мои друзья. Вот и приходите все дружно на вечеринку, не стесняясь. Можете и без костюмов, я не настаиваю. Адрес вам Ванильная назовёт.

– Погоди-ка, – Жора скрещивает руки, стоя перед нами, – ты ведь сказал, что не отмечаешь Хэллоуин.

– Не так, дружище, – усмехнулся Яр. – Я сказал, что тридцать первого отмечаю не этот праздник.

– А какой тогда?

– Свой день рождения.

Мы охнули. Да ладно? У Яра совсем скоро день рождения? Что же делать? Что дарить?

Вопросы калейдоскопом прокрутились в моей голове. Я посмотрела на ребят. Не только у меня.

– И ты приглашаешь нас на свой день рождения? – с трудом выговорил Таши.

– Да, а что тут такого? Это ведь не ужин с президентом. Просто вечеринка, на которой будет много выпивки, закусок и качающая музыка. Я позову ди-джея.

– Ого! – ожила Камилла. – Так вот где пропадали мои товарищи свины? Это они упивались за твоё здоровье?

Яр рассмеялся.

– И я в этот раз смогу увидеть это безобразие, запечатлеть и показать родокам?

Я встревожилась её излишнему энтузиазму. Неординарные у неё представления о семье.

– В лёгкую, – кинул Яр, всё ещё смеясь. – Короче, я буду вас ждать и…

– Баброва? Почему группа ещё не в аудитории?

Мы повернулись в сторону лестничного пролёта. Наш преподаватель русской словесности. Она поправила очки на носу и принялась подниматься по лестнице на второй этаж.

– Да блин! – простонала Камилла. – Почему она вечно обращается к тебе? Это я ведь староста!

Я пожала плечами.

– Просто у неё фамилия запоминающаяся! – прыснул Жора, к нему присоединился Таши.

– Ха-ха, очень смешно!

– Погоди-ка, – Яр было собрался встать, предварительно убрав свою руку с моего плеча, но плюхнулся обратно, – твоя фамилия Боброва?

– Через «а», – поправила его Камилла.

– Баброва? – Радости Яра не было предела. И чему это он так радуется? – Охренеть! Ванильная, ты это нечто!

Он загоготал на всё здание: я заскрежетала зубами. Чувствую, Яр ещё поиздевается надо мной из-за этого.

– Да, Баброва! Проваливай уже! – принялась грубить, ссылаясь на защитную реакцию. – У тебя тоже пара уже скоро начнётся! Или племенным кочевникам не нужно образование?

– Нравится мне твой юмор, Ванильная, – хохотнул Яр, поднимаясь. – Увидимся вечером. Выбери какой-нибудь фильм. Только на этот раз давай без фраков и джентльменов.

Я шикнула, Яр засмеялся.

– Фраки и джентльмены? – переспрашивает Камилла, но я лишь отмахиваюсь рукой.

Мы поднимаемся вслед за Яром.

– Баброва, надо же, Баброва, – бормочет он, тихо посмеиваясь, а я вновь и вновь заливаюсь краской.

***

– Кстати, – после пар меня догоняет Камилла, – есть какие-нибудь неотложные дела?

– Сейчас? Нет, а что?

– Можешь мне помочь?

– Смотря чем, – я невольно переступила с ноги на ногу.

– У моего брата сегодня промоакция. Он у меня организатор. А друганы его, те, кто должны были ходить в ростовых куклах, киданули его. И вот он сейчас в панике ищет промоутеров, но, сама понимаешь, не так-то это просто. Так вот, не хочешь побыть мультяшкой? Со мной? Не боись, – добавляет Камилла, увидев сомнение на моем лице, – брат заплатит. Работа-то всего на четыре часа, а оплата будет приличной.

Камилла назвала мне сумму: я тут же согласилась. В магазине за такие деньги я пахала две недели, а тут четыре часа.

И моя ретивость поубавилась, а то и вовсе исчезла без следа, когда брат Камиллы протянул мне ростовую куклу, а точнее пушистый костюм… кого бы вы думали?

– Я не…

Как так-то? Не могу же я быть настолько невезучей?

POV Скиф

Возвращаться домой стало намного приятнее. И всё из-за неё.

Ванильная…

С её появлением моя жизнь кардинально изменилась. Сперва я думал, что в худшую сторону, но сейчас уверен в обратном.

Не зря она Баброва. Её острые зубки выгрызли дыру в моей деревянной перегородке, которой я закрыл свое сердце ото всех. Но она смогла. Каким-то, только ей виданным способом.

С ней мне хорошо. Я смеюсь над её шутками, сам шучу. И она смеётся. Так искренне, словно я не несу какую-то глупейшую чепуху, а кидаюсь остроумными шутками.

Весь вчерашний вечер мы провели вместе. И вот хотите – верьте, хотите – нет, но лучшего вечера в моей жизни ещё не было. Я никогда не чувствовал себя так спокойно, хотя и смотрели мы сопли-соплями, но мне понравилось. И не столько сам сериал, сколько тот факт, что Ася сидит рядом.

Всё то время, что мы были так близко друг к другу, я как можно глубже вдыхал её аромат, стараясь насытить лёгкие. Но это невозможно. Они уже как наркоманы требуют новую дозу – похлеще Лётчика будет.

Если хочу и дальше быть рядом с ней, то должен стать сдержаннее. Когда Ванильная вскользь упомянула вечеринку, я тут же приковал глаза к её губам: пришлось проявить нечеловеческое усилие, чтобы отвернуться к плазме и не накинуться на неё, чтобы вновь прикоснуться к этим губкам цвета спелой малины. Так стоять пришлось довольно долго, тщательно делая вид, что настраиваю телек.

Но это было только началом. После началась пытка пострашнее.

Я то и дело сжимал руки в кулаки, чтобы не обнять её, желая коснуться, узнать, такая ли её кожа мягкая, как мне вспоминалось. И сегодня я сделал это. Правда на Асе был толстый шерстяной свитер, а сквозь него сложно пробиться. Я бы, может, и попробовал, но благо рядом были её друзья. Это немного отвлекало и отрезвляло.

Аси дома нет. Это я почувствовал сразу. И в библиотеке её не было: я заглядывал. Библиотекарша сказала, что филологи сегодня не захаживали.

Я стукнул в Лёхину дверь. Он сразу открыл её – видимо, не меня ждал. Это разозлило. Он думал, что это Ванильная?

– Что? – нахмурился Лёха.

– Где Ася? – прямо в лоб.

– Откуда мне знать? – прищурился он.

– Ты знаешь, – уверенно заявляю я. – Ты всегда знаешь, где она.

– Сегодня не знаю. – Лёха отводит глаза в сторону – верный признак того, что пытается меня обмануть.

– Знаешь и сейчас же мне скажешь! – рыкнул я. Не нравится мне это.

– Яр, что ты к ней прицепился, а? Что тебе от неё надо?

– Не твое дело! Скажи мне, где она!

– Что ты так злишься?

– Лёха, – предупреждаю, – не буди зверя!

– Хорошо, – сдается он, понимая, что спорить бесполезно: я всё равно добьюсь своего.

***

Я вроде бы всё сделал, чтобы она не работала – разве нет? Тогда почему ей вновь приспичило работать? Какой ещё, нафиг, промоутер? Это кто вообще?

Я вхожу в крупный торговый центр, с твердым намерение выпороть непослушного бабра. Боже, это слишком смешно! Бабёр!

На первом этаже громко играет музыка. Лёха сказал, что Ася будет в ростовой кукле – хм, чудесно. Я окидываю народ взглядом, пытаясь найти своего бабра и застываю.

Вокруг много детей, играет веселая музыка из различных мультфильмов. По небольшой площадке кругами ходят ростовые куклы – мультяшные герои. Вот я вижу Губку Боба, рядом с ним Соник, а дальше…

Я чуть не заржал во весь голос. Это ведь… Даг, герой мультфильма «Крутые бобры»! Ростовая кукла Дага! Пусть немного корявая, но узнаваемая. Мальчишки возле него так и крутятся.

Я ни секунды не сомневался. Это моя Ванильная! Голову на отсечение!

Я двинулся в её сторону, сжимая челюсти, чтобы не заржать. Она остановилась: точно меня увидела. Я поманил её к себе всей кистью. Она качнула головой сначала влево, затем вправо. Видимо, никого не увидела, развернулась и стартанула от меня.

– Ася! Стой!

Я бросился за ней, в полной уверенности, что это она. А зачем ещё ростовой кукле от меня убегать? Сама себя выдала, глупышка.

В таком костюме больно-то не побегаешь. Я быстро догоняю её как раз около небольшой ниши. Я заворачиваю нас в укромный уголок, прижимая её к стене. Сцена похожая на ту, когда мы убегали от охранника супермаркета. Только сейчас я зажимаю огромную куклу.

Я хватаюсь за голову Дага, тащу её вверх. Она легко поддается, открывая мне лицо куколки.

– Ванильная, – выдыхаю я, убедившись, что это она.

Её волосы влажные и спутанные, на лбу капельки пота, губы приоткрыты. Она пытается отдышаться. Видимо, в этом костюме несладко в тёплом торговом центре, где приходится постоянно танцевать.

– Яр, – запыхавшись, произносит Ася, когда я, повинуясь порыву, обхватываю её лицо руками. Боже, кожа хоть и влажная, но шёлковая. – Что ты…

– Ш-ш-ш, – останавливаю я Асю, твердо намереваясь её поцеловать. Я опускаю своё лицо ниже. Медленно. Тщательно вдыхаю аромат Ванильной, усилившийся из-за испарины, покрывающей её кожу.

Её ясно голубые глаза впились в меня взглядом, но мне хочется, чтобы это сделали её губы. Я бы отдал всё, что у меня есть, лишь бы это случилось – никогда ничего не хотел больше, никогда ещё чей-то поцелуй не был так желанен.

– Ася! Ася!

Словно с другой планеты звучит голос её подруги. Ванильная тоже услышала. Она отталкивает меня, поспешно поднимает голову куклы, которую я кинул на пол.

– Ася!

– Я здесь, – откликается Ася.

– О, – Камилла поворачивает к нам, только сейчас замечая, – что ты здесь делаешь? О, и Яр тут…

– Меня ищут?

– Только я. – Камилла странно щурится, рукой удерживая голову своей куклы. Ей достался Соник. – Нас отпустили уже, можно домой идти. Я тебе деньги хотела отдать.

– Хорошо, пойдём, – Ася шмыгнула мимо меня, но я успеваю схватить её за руку.

– Я жду в машине на платной парковке, – говорю я, затем отпускаю руку. Ася кивает.

Ванильная напугана. Чёрт возьми! Я подавил желание ударить себя по голове. Я напугал её! Идиот! Только предложил стать другом, а потом зажал в углу и попытался поцеловать…

Хотелось убиться об стену, чтобы перестать быть таким тупым. Что она теперь думает? Станет ли сторониться? Как я мог так быстро спугнуть её?

И моя теория подтвердилась. Ася молча села в машину и всю дорогу упорно поддерживала тишину.

Мой телефон вновь разрывался от звонков Сони, но мне насрать. Пошла она! Сейчас точно не до неё!

Мы подъехали к дому, заехали на подземную парковку, но я не спешил выходить из машины.

– Прости, – произнес я, обернувшись к ней.

– За что? – Ася пару раз хлопнула ресницами.

– За то, что… Прости, что напугал. Не знаю, что на меня нашло. Это не повторится. Обещаю.

Ася опустила голову, но наблюдала за мной исподтишка.

– Тебе не нужно извиняться, – наконец, отвечает она. – Всё хорошо.

Верится с трудом, но я киваю в ответ. Телефон снова зазвенел, нарываясь, чтобы его выбросили в окно.

– Ответь, – предлагает Ася. – Выслушай, что хотят сказать.

– Не хочу.

– Почему?

– Я не…

– Ой, теперь ты меня прости, – спохватывается она. – Я не должна задавать такие вопросы. Это ведь личное.

– Всё хорошо, – повторяю я её фразу.

Но я, наоборот, хочу ей рассказать. Я хочу хоть с кем-то поделиться этой историей. Моей душе это нужно, чтобы наконец освободиться от всей это тухлой истории.

– Это бывшая невеста моего брата.

Ася молчит, лишь поднимает голову, чтобы удобнее было на меня смотреть.

– Я был влюблен в неё год назад. Хотя… думал, что влюблён. Не любовь это была, а зависть брату. Соня казалась идеалом. Такая красивая, умная, добрая. Я даже ангелом её считал и жалел, что не познакомился с ней раньше брата. Наивный…

– Почему?

– Она не была ангелом. Просто нацепила эту маску, чтобы поймать богатого жениха. И мы все купились. Даже родители. Брат сделал ей предложение, а я злился и завидовал.

Я замолчал.

– Что произошло? Почему она стала бывшей невестой?

– Она разорвала помолвку и уехала.

В машине стало так тихо, что слышались наши вдохи и выдохи. Я также мог различить стук её маленького сердечка, словно нас поместили в один кокон, где не было посторонних звуков.

– Почему? – голос Аси хрипнул: она догадалась.

– Из-за меня, – подтвердил я. – Она это сделала из-за меня.

– Она влюбилась в тебя?

– Чёрт её знает, – хмыкаю. – Я не верю в то, что она что-то вообще может чувствовать. Не после того, как она сама пришла ко мне в комнату посреди ночи, полуголая, когда как мой брат спал на первом этаже.

Ася в шоке закрыла рот рукой. Такая милая. Все эмоции на лице.

– Как думаешь, мы переспали?

Я слышу, как она сглатывает. Ася сцепляет пальцы. Они, видимо, задрожали. Я потянулся к ней, чтобы взять её руки в свои. Холодные такие. И дрожат…

– Нет, – выдыхает она, заставляя меня поднять голову, чтобы столкнуться с уверенностью в её глазах. – Нет, я думаю, что ничего не было.

– Почему? – Теперь я ошарашен.

– Ты не такой. – Она качает головой. – Я не верю. Нет. Я думаю, что ты любишь брата, поэтому не стал бы причинять ему такую боль. Я права?

– Да, – одними губами. У меня вдруг не стало сил даже разговаривать. Язык казался неподъемным, а голос и вовсе пропал.

Ванильная права.

Я выгнал её.

Мои иллюзии вмиг разрушились, словно огромную ледяную стену разбили кувалдой. Но эти мелкие холодные осколки остались в сердце. Они покалывают, напоминая о том, как сильно я ошибался. Из-за какой-то шалавы я не мог радоваться за брата в счастливые моменты и не могу сейчас общаться, чувствуя посасывающую совесть, хотя ничего и не сделал.

Я пригрозил ей тогда, что если она сама не разорвет помолвку, то это сделаю я, рассказав всем и каждому, какая она на самом деле. Соня убежала. И я надеялся, что она не появится вновь, но наглости ей не занимать.

Сейчас же передо мной именно такая девушка, какую я видел в Соне. Ася Баброва.

По её щекам текут слёзы. Она плачет из-за меня? Я вытираю соленые капельки мягкими подушечками пальцев (а хотел бы собрать их губами) – бережно и ненавязчиво, чтобы вновь не напугать.

Я всё также сильно хочу прижать её к себе, поцеловать, но не думаю, что ей это понравится. Зачем ей такой, как я?

Кажется, Макс прав. Я влип по самые уши.