Глава 44

Артем

– Артем, это твой первый день после длительного отсутствия, и ты уже попал в неприятности, – недовольно раздувая обвислые щеки, нараспев проговорил ректор.

Перевернув песочные часы, будто показывая, сколько драгоценного времени он готов мне выделить, Борис Николаевич присел на край стола. Он сложил руки на груди и покачал головой, придавая своему лицу траурный вид.

Я хмыкнул.

Неприятности теперь у того козла, который посмел коснуться моей девочки.

– Борис Николаевич, по-вашему, это нормально, когда преподаватель зажимает в своей машине студентку первого курса? Насколько я знаю, в уставе университета подобные отношения запрещены.

– Какая осведомленность. Интересно, – похожие на мохнатых гусениц брови поползли вверх, от этого вида стало смешно. – Мне сказали, что ты ничего не помнишь, но по твоему довольному виду, я смотрю это не так. Или это снова твои выходки, и ты в здравом уме и твердой памяти? – недоверчиво произнес он и потер подбородок. – Отвечай!

Нервничает – это хорошо и есть отчего.

– Я забыл окружающих людей, да, – потянувшись к столу ректора, я перевернул настольные песочные часы и вновь откинулся на спинку кресла. – Но остальные мои знания при мне. Даже те, о которых вы бы хотели, чтобы я забыл.

– Не понимаю, о чем это ты, – занервничал Борис Николаевич. Его нос сморщился и стал похож на засохшую сливу.

– Зуева, Лаврентьева, Куравлева… Мне продолжить список? – произнес я и вальяжно закинул ногу на ногу. Не хватает только сигары, и тогда образ хозяина положения будет полным.

Ректор вылупился на меня и стиснул зубы. Забавно.

Я изучил некоторые секретные материалы Ярова. Поначалу найдя папку, удивился каким расчетливым козлом я был, а теперь понимаю – не зря. Не лишнее – иметь козырь в рукаве, когда ведешь дела с не чистыми на руку персонами. Жаль, не успел обо всех прочитать, надо быть начеку.

– Вот сученыш, – ректор сжал край столешницы до белизны пальцев.

А я у него в любимчиках хожу.

– Ошибаетесь. Я лучший студент этого университета.

– Можно? – в кабинет заглянула дама, прерывая наш разговор, наполненный любезностями.

– Василина Ивановна, я занят, – произнес ректор и сел на место.

– Прошу прощение, Борис Николаевич, – она не стала уходить. – Мне сказали, что ты подрался? – женщина подошла и наклонившись, провела по моей щеке пальцами – Цел? – её глаза блеснули, и я охренел. Походу между нами что-то было.

– Он-то цел, а вот Сергей Валерьевич…

– Переживет ваш Сергей Валерьевич, что ему будет, а вот Артем… У мальчика непростое время. Такой стресс. Нам надо войти в его положение. Помочь адаптироваться.

– Знаю, знаю, – вздохнул ректор, поглядывая на меня исподлобья и гусеницы его бровей снова потянулись друг к другу. Я нагло улыбнулся. – Мы не станем наказывать Артема, отделается только предупреждением. А вам, молодой человек, следует держать себя в руках и не порочить честь университета нелепыми выходками.

Ты давно её опорочил. Интересно, у меня не было плана как избавить универ от этого старого извращенца?

– А что с уставом? – напомнил я.

– Я поговорю с Сергеем Валерьевичем и напомню, что у нас неприемлемы подобные отношения.

– Спасибо за понимание, – я поднялся и поправил галстук. – Мне пора на лекцию. И так много пропустил.

– Да, конечно, иди. Учись.

– Яров, пойдем, я провожу тебя до аудитории, – поспешила за мной Василина, как её там… – Как ты себя чувствуешь? – спросила участливо, как родного.

– Нормально, а что? – слишком назойливо она себя ведет.

– Анечка очень волнуется. Переживает за тебя и вся наша семья тоже.

– Аня Самсонова?

– Да, она моя дочь, – женщина улыбнулась.

– Польщен. Но не надо Анечке переживать, да и вам тоже. У меня все хорошо.

– Послушай, а приходи к нам в субботу на ужин. Посидим по-домашнему.

– Для чего? Разве дочь вам не сказала, что я попросил её больше не вешаться на меня?

– Ты забыл…

– Да, я забыл и не хочу вспоминать вашу Аню. И вообще, займитесь её воспитанием, а то ведет себя как девушка легкого поведения.

Шлюха.

Женщина покраснела и провела по обтянутым юбкой бедрам.

– Знаешь что? – вся доброта схлынула, оголяя истинный вид этой стервы. – Мы и сами не в восторге от её выбора, но она любит тебя. Аня – наша единственная дочь и она не привыкла к отказам.

– Бедняжка. Но ей придется свыкнуться с этим. Она мне неинтересна, а вот вы… – я посмотрел по сторонам отмечая что никого в коридоре нет и, надвигаясь на Василину, прижал её к стене. – Такая взрослая, опытная.

– Темочка, – меняя тон на соблазнительный, прошептала она. – Я думала, ты забыл о нас, – положив руки на мою грудь, спустила их и пробралась под пиджак. Понесло бабцу. Здоровенные сиськи прижались к солнечному сплетению и она тихонько простонала.

Блять, попытка раз и навсегда отшить милфу пошла не по плану. Мы точно трахались.

Надо поискать об этом информацию.

– Мне пора, – выпалил, чувствуя, что пора валить, пока она меня тут не изнасиловала.

– Да, да, – облизнув сухие губы, сказала Василина. – Нас могут увидеть. Иди. И я пойду, – вскинув голову и выпятив часто поднимающуюся грудь, она пошла на заплетающихся ногах. Наверняка потекла, сучка. Интересно! Видимо она уготовила в своей семье для меня двойную роль – любовника и мужа дочери.

Противно. Неудивительно, что я забыл о ней и об этой Ане. Яблоко от яблоньки…

Прежде чем идти в аудиторию, я решил проверить как там моя милая и на лекции ли она. Заглянув в Верино расписание, я поторопился на второй этаж.

Мне нужно только удостовериться, что она на занятии, а не с этим козлом… Иначе…

Приоткрыв дверь, я бегло осмотрел студентов. Не понял. Занервничав, я еще раз внимательно изучил каждое место. Какого черта её тут нет?

Волна Ярости ослепила, отдаваясь болью. Я сощурился и сразу вспомнил как два образа слились в одном поцелуе и сжал кулаки. Она с ним. Утешает. Гладит. Целует. Я убью его. А её…

Я вновь побежал к расписанию, надеясь, что просто перепутал группу, но нет, Вера отсутствует на лекции.

Схватившись за голову, я постарался справиться с оглушающей ревностью. Вот кто занимает мое место. Из-за того придурка она не хочет быть со мной.

Вера выбрала его, но меня такой расклад не устраивает.

Достав телефон, я начал трезвонить ей. Может, хоть так она оторвется от этого козла. Неизвестно на каком моменте я прерываю их.

– Сука, сука, – начал поливать соперника, желая своим звонком сбить ему настрой. – Чтоб у тебя член отвалился.

Проходя мимо женского туалета, я услышал, как оттуда разносятся звуки телефона. Может они там? Уединились и трахаются без стеснения. Немедля открыл дверь и вошел, сбрасывая вызов.

Я боялся услышать стоны, но из кабинки раздавались иные звуки.

– Вера, ты тут? – спросил я, зная, что по ту сторону двери кому-то очень плохо. Девушку тошнит.

– Да, – прохрипела она и мне полегчало. Это Вера. – Уходи, тебя не должно здесь быть.

– Тебе нехорошо?

– Угу, – проговорила и её снова вывернуло.

Мне сразу захотелось обнять мою девочку и провести по светлым волосам рукой, утешая. Она заболела, а я уже себе чуть череп не вскрыл, думая, что Вера проводит урочное время в объятиях другого. Не беспочвенно конечно.

– Съела что-то не то? – поинтересовался я.

– Да, сэндвич из кафе, – произнесла Вера и вышла из кабинки.

Моя девочка. На глазах слезы, косы растрепаны. Вид уставший, болезненный, но все равно она прекрасна. И лучше ее нет.

– Иди ко мне, – протянул руки, чтобы обнять Веру, соскучился до ужаса и это наша вторая встреча, когда я могу видеть её, но она обошла меня и, включив воду, начала полоскать рот.

– Зачем ты пришел сюда?

– Я услышал, что кому-то плохо и решил, вдруг нужна помощь.

– Мне не нужна твоя помощь. Что ты сегодня устроил? – оторвав сухое полотенце, Вера вытерла губы и наконец развернулась ко мне.

– Это ты у меня спрашиваешь? Как ты могла?

– Не понимаю, о чем это ты?

Поставив руки на раковину, по обе стороны от Веры, я наклонился и вгляделся в заплаканные глаза.

– Не надо строить из себя дуру, – прижался щекой к щеке. – Он твой парень?

Не в силах вырваться, Вера вздохнула так, будто я сморозил глупость.

– У меня нет парня.

– Зачем тогда ты его поцеловала? Для чего? – тихо спросил, зажмурившись и потираясь о гладкую кожу.

– Ради забавы, а что? Нельзя?

Нарочно выводит. А если она спецом это сделала, чтобы я увидел и заревновал.

– Меня ты тоже ради забавы поцеловала.

– Да.

– Ты не такая.

– Артем, ты не знаешь какая я и никогда не знал. Отпусти, мне надо на лекцию.

– Даже не хочешь побыть со мной чуть-чуть? Или к нему спешишь?

– Мне не до сцен, я сейчас слишком слаба, чтобы отвечать на твои колкости, – Вера вытерла вспотевший лоб и прикрыла глаза. – Отпусти. Я лучше пойду домой. Учеба для меня на сегодня окончена.

Вот я идиот. Человеку нехорошо, а я лезу с расспросами. Все это может подождать.

– Иди ко мне, – я поднял Веру на руки и поцеловал в лоб. Легкая. Я вдруг проникся смыслом фразы – «всю жизнь носил бы на руках». Вот так пронес бы ее через года, не отпуская ни на секунду. – Прости. Позволь мне просто позаботиться о тебе.

Сейчас самое время, когда я могу проявить себя, чтобы она убедилась – я лучше, чем он.

– И чем это обернется для меня?

Глупый вопрос, на который есть только один ответ.

– Браком.