Глава 46

Артем

С ума сойти.

С пересохшим от возбуждения горлом я проследил за тем, как Вера расстегнула блузку и приоткрыла для меня врата к своей груди.

Вот это… Вау!

В штанах стало тесно от одного вида кружева нижнего белья.

Что же будет, когда Вера предстанет передо мной полностью обнаженной?

Что-что яйца лопнут, а я захлебнусь слюной.

– Будь со мной нежным, – попросила, словно когда-то я поступал иначе, будто перед ней представал в образе грубого козла, думающего только о своем удовольствии. Видимо, так и есть. Чертов придурок. Как я мог быть таким ебланом?

Меня это немного охладило. Я напряг мозги, чтобы хоть на малость прояснить память, чтобы вспомнить все ошибки и больше их не допускать, но ничего из этого не вышло. Пелена. А все потому, что Вера, скинув с себя блузку, расстегнула бюстгальтер и сняла его, выбивая из меня дух.

Охренеть, как она прекрасна.

Я больно прикусил губу, наслаждаясь этой робкой застенчивой девчонкой, которая немного ссутулилась и покраснела.

Ей самой неловко, но она даже не догадывается, как влияет на меня.

Руки дернулись, и Вера закрыла ими грудь. Спрятала от меня, и её глазки забегали то в одну сторону, то в другую.

Я буду нежным и страстным. Ты получишь невероятное удовольствие от нашей близости. Ты будешь просить, чтобы я любил тебя снова и снова…

– Хорошо, я обещаю, – промолвил как завороженный, любуясь красотой тела моей девочки, убирая податливые руки, загораживающие вожделенный образ.

Правильно Вера сказала, нам надо создать новые воспоминания, остальное оставив в прошлом. Этим я и займусь.

Хочу трогать её везде, повсюду. Целовать, ласкать, нежить…

Больше не могу сдерживаться.

Наклонившись, я присосался к соску, а сам скинув с себя пиджак, взялся за рубашку.

Положив руки на мою голову, Вера направила её на второй сосок, требующий своей порции ласк.

– Да, – проговорила она, страстно вдавливая мое лицо в грудь. С удовольствием бы задохнулся в их пышности.

Избавившись от рубашки, я выпрямился и, обхватив тонкую шею ладонями, впился жгучим поцелуем в ароматные губы. Язык нашел маленький, сладкий язычок и начал вылизывать его, играя.

Неужели я лишал нас этого? Её поцелуи… Невозможно оторваться.

Мы распалялись с каждой секундой все больше и больше, сгорая в пламени страсти. Снимая с себя брюки, желая наконец остаться полностью голыми, мы двигались к спальне, а когда остались без одежды, я просто поднял Веру, и держа за офигенную попку, отнес на кровать. Если бы это не был наш первый раз, то я бы взял её на том месте, где она согласилась отдаться мне. Стоя, потом на ковре, на комоде, сначала сидя, а потом сзади, но надо быть джентльменом… Она должна научиться доверять мне.

Устроившись между ног, я провел подушечками пальцев по внутренним сторонам бедер, рассматривая, как для меня раскрывается и истекает блестящим соком Верина киска. Она готова и хочет принять меня. Я желаю её не меньше. Головка уже посинела от желания проникнуть, ощутить мокрую теплоту, проскользнуть в горячее лоно и излиться.

Цепочка из поцелуев протянулась вдоль тела, и каждое касание отдавалось маленьким ударом тока, который поднимал до небес. Что же будет дальше, ведь это только начало.

Превозмогая первобытные инстинкты, я лег сверху и посмотрел в затуманенные возбуждением глаза Веры.

– Артем, я хочу тебя, – сказала с придыханием и сжала под собой простынь. – Кажется, что сейчас взорвусь от того, как все напряжено.

Я усмехнулся.

– Мы взорвемся вместе, – взяв член в ладонь, я пристроил его к входу, ощущая нежную кожу, и хотел уже толкнуться, но опомнился и остановился. – У меня нет с собой презерватива, – проговорил, зажмурив глаза, еле сдерживая себя. Какого черта я без резинки? Блять, я не рассчитывал, что мне так повезет в первый учебный день, поэтому не стал брать из дома защиту, зря. Только бы Вера теперь не передумала, не испугалась. – Но я буду аккуратным. Обещаю, – произнес уговаривающе. Вера хочет меня не меньше, чем я её. Она должна сказать – да.

Секунды ожидания чуть не убили.

Моя девочка вздрогнула, а после улыбнулась и кивнула, соглашаясь принять меня.

Я не стал больше медлить. Взирая в томные глаза, толкнулся, и оказавшись в тисках, начал медленно погружаться в рай.

Острые коготки царапнули кожу, и я застонал от удовольствия. Боль и сладость. Лучшее сочетание. Вера запрокинула голову и, приподняв попку, протянула:

– Артеееееем.

От её движения я чуть не кончил. Так глубоко и тесно. Кайф.

Соединив наши пальцы, я вытянул Верины руки и придавил к подушке. Темп вторжений стал нарастать. Пышная грудь начала подпрыгивать, выставляя острые пики сосков для поцелуев и это потрясающее зрелище.

Лаская грудь и получая удовольствие, я безмолвно твердил:

– Любимая, девочка моя, я готов ради тебя на все. Я подарю тебе тот мир, о которым ты мечтаешь, пройду с тобой рука об руку через всю нашу жизнь. Я влюблен. Я так сильно влюблен в тебя, родная.

– Любимый… – будто слыша меня, протянула она и влагалище стало еще уже.

Да, Вера меня убить решила.

– Милая моя, – приподняв мою девочку, я посадил её на себя и начал насаживать.

Я уже не могу быть медленным. Её стоны, поцелуи, дыхание срывают крышу.

Руки вошли в мои волосы, и я зарычал. Прижав её таз, я ощутил, как лобок стал тереться о мой. Быстрее, жёстче. Я впился пальцами в ягодицы, сильнее притягивая к себе и помогая достичь финиша.

Вера застонала еще громче.

– Я сейчас… Сейчас…

– Да, девочка моя, кончай, – прошептал сквозь стоны, наслаждаясь ее беззащитным видом, полным эротизма. – Кричи об этом, – хочу слышать звуки оргазма и знать, что это я виновен в этом. Я подарил ей удовольствие, воспаряющее душу.

– Аааа, – Вера забилась в экстазе, и я замедлился, боясь кончить в неё. Медленно поднимаясь и опускаясь на член, она закрутила головой, а после откинулась спиной на мои руки и заулыбалась. – Жива?

– Да, красавица, – теперь моя очередь заканчивать и это не займет много времени. Я поймал губами сосок и толкнулся… Снова… Снова… Прикусил твердый комочек. Толкнулся еще… Последний раз… И…

Сняв с себя Веру, я опустил хрупкое тельце на кровать и, нависнув над грудью, начал кончать на нее, обливая спермой. Вера приоткрыла рот и облизнула губы, а я представил, как провожу по ним головкой обмазывая остатками семени и не сдержавшись замычал от удовольствия. Искусительница! Мне явно недостаточно одного раза и сегодня я не намерен выпускать мою девочку из кровати…

После третьего раза Вера уснула. Устала. Совсем лишил её сил.

Я перелег на бок, подложил под голову руку и, рассматривая умиротворенное лицо спящей красавицы, задумался об обручальном кольце. Если я завтра сделаю Вере предложение, она наверно подумает, что после аварии я окончательно лишился рассудка.

Я улыбнулся и легонько провел пальцами по золоту едва заметного пушка на плоском животе.

Возможно так и есть. Я свихнулся еще тогда, когда Вера пришла ко мне в больницу и я услышал её голос. В темноте беспамятства именно он не дал мне заблудиться. Он не позволил опустить руки и смириться со своим плачевным положением. Он вывел меня из состояния липкой жалости к себе, разогнал тяжелые тучи, наполненные самоедством…

Вера – мое спасение, моя жизнь и я люблю её. Всем сердцем люблю и поэтому мне необходимо заявить на неё права. Все должны знать, что эта шикарная блондинка принадлежит мне. Она – будущая законная супруга Ярова и никто больше не смеет претендовать на её сердце.

Я напрягся, вспоминая, как её целовал тот гандон. Надеюсь, у них ничего, кроме поцелуя не было…

Спрыгнув с кровати, я поднял с пола трусы, брюки и надев их, подошел к окну, стараясь сбросить с себя жгучую ревность, разъедающую радость, оттого, что Вера со мной.

Да, кольцо на пальце должно стать некой преградой к Пышке. Я завтра же организую все и сделаю предложение. Может сначала отлюбить её как следует, чтобы точно не сомневалась?

Стоп!

Пышка?

Мысли любопытными щупальцами потянулись к комку дыма, трогая и вертя вновь и вновь мелькнувшее воспоминание.

Пышка!

Я так называл Веру до аварии…