Эпилог

Они летели в Амьен. Прошло две недели с момента заговора. Две тяжелые недели, когда Анна могла заснуть только в объятиях Раймона, а если вдруг просыпалась ночью, то долго всматривалась в темноту за окном, пока не видела два ярких глаза. Драконы ревностно охраняли покой хозяев замка.

А еще тяготила королевская свита. Герцогиня и шагу не могла ступить, чтобы не встретиться с кем-нибудь, жаждавшим узнать подробности происходившего в подземелье. Приходилось односложно отвечать и спешно укрываться в личных покоях.

– Я скоро совсем перестану выходить, – пожаловалась Анна Фелисити в один из немногих моментов, когда гарьярда появилась в комнате госпожи. Все это время девушка ухаживала за Гаретом, медленно, но верно приходившем в себя после разрушающего воздействия ментальной магии. Со смертью лорда Уэстерби заклинание развеялось, но последствия были очень неприятными. Судя по сияющим глазам Фелисити, свадьба была не за горами. Жениху необходимо было выздороветь и из рук короля принять титул и поместье.

– Кто бы мог подумать, что мечта этого мужлана осуществится, – пробормотал граф Нортридж, не забыв, с каким презрением смотрел на него капитан герцога Амьенского. Хотя ворчал он, скорее, от усталости. После возвращения Георга граф получил должность первого мага королевства и теперь судорожно разгребал дела, которые его предшественник сильно запустил. Анна помогала ему, в тайне надеясь, что король уедет, и они с Раймоном останутся вдвоем.

Но его величество не торопился покидать замок Скай, желая разобраться во всем лично. Особое раздражение монарха вызвало упоминание об участии в заговоре Марио Ламарка.

– Мало того, что в заговоре замешано полкоролевства, еще придется объясняться с Таннатом! – в сердцах произнес он.

– Не думаю, – отозвался Раймон. – Ламарк действовал по своей инициативе, он был одержим соперничеством со мной.

– Говорил я тебе: прекрати это занятие! Негоже герцогу и сыну короля самому стоять у наковальни!

– Вы забыли упомянуть о титуле Повелителя драконов, ваше величество! – дерзко ответил Раймон.

Король скривился:

– Опять ты о своих монстрах! До сих пор, как вспомню о полете, голова кружится!

Тем не менее он решил присоединиться к сыну. Услышав пожелание отца, Раймон напрягся.

– Не думаю, что вас будут рады там видеть, ваше величество!

– Мне нигде никогда не рады, я привык, – отмахнулся он.

– Как пожелаете, – Раймон склонил голову, но Анна заметила, что муж упрямо сжимает губы.

И вот они втроем летели над заснеженными горными вершинами. Снег искрился под солнцем, а чуть ниже темнел лес. Повинуясь невысказанному желанию всадницы, Проблеск заложил вираж, промчался над верхушками огромных сосен и снова присоединился к остальным. Раймон нахмурился, а Мрак клацнул зубами, но отчитывать неслуха никто не стал.

С высоты долина напоминала блюдце. Со всех сторон ее окружали горы, скрывая от людей драконов. Их было много. Они то и дело взлетали, кружили в воздухе, переливаясь в лучах солнца.

Мрак приземлился первым, герцог спрыгнул и протянул руки, ловя Анну в свои объятия. Прижал к себе, нежно целуя:

– Добро пожаловать в Амьен, миледи!

Анна улыбнулась и смущенно оглянулась на короля. Георг деликатно отвернулся, делая вид, что рассматривает двух драконов, сцепившихся друг с другом в воздухе.

– Раймон! Они же покалечатся! – охнула Анна. Повелитель лениво отмахнулся:

– Ничего с ними не будет! Залижут раны, да и все.

– Но в замке…

– В замке слишком много жаждущих драконьей крови. Ты сама знаешь, к чему это может привести! – Раймон взял жену за руку, и она вдруг заметила, что он нервничает. – Пойдем!

Только теперь, когда Мрак отошел, Анна увидела небольшой коттедж, стоявший у горы. Плющ увивал стены из серого камня, а когда-то коричневая черепица поросла мхом.

Раймон подвел жену к крыльцу в тот момент, когда дверь распахнулась и на пороге показалась невысокая женщина. Ее платье было из простой шерсти, седые волосы заплетены в косу, а вокруг ярко-серых глаз виднелись морщинки.

– Неужели это ты? – с ехидцей поинтересовалась она, привставая на цыпочки и целуя Раймона в щеку, потом ее взгляд переместился на Анну. Женщина приподняла брови, а Анна вдруг поняла, что незнакомка смотрит на нее глазами Раймона.

– Мама, позволь представить тебе мою жену, леди Анну! Милая, моя мать – леди Маргарита Коллер!

– Миледи, – Анна склонилась в реверансе. Женщина покачала головой:

– Вам нет нужды кланяться передо мной, герцогиня! У меня нет ни титулов, ни богатства! То, что мой сын именует меня «леди» – дань традиции, не более!

– Вы мать моего мужа, – возразила герцогиня Амьенская. – И этим все сказано!

Маргарита посмотрела на сына:

– Она мне нравится! Наконец, ты нашел себе достойную пару!

– Ее нашел король…

– Вот как? – она бросила взгляд на стоявшего неподалеку Георга. Он изо всех сил делал вид, что не рассчитывает на внимание бывшей любовницы. – Ладно, расскажешь мне все в доме. Заходите!

Она посторонилась, пропуская сына с невесткой, потом еще раз посмотрела на короля:

– Заходи и ты, Георг!

Король едва заметно выдохнул и устремился следом за вошедшими.

– Но как получилось, что твоя мать живет здесь, а ты ни разу не упомянул об этом? – прошептала Анна, пока они рассаживались за столом, а хозяйка дома хлопотала у очага.

– А о чем я должен был упоминать? Что в отличие от моей жены, мама прекрасно понимает, чем ей грозит пребывание при дворе, и предпочитает безопасную жизнь? – фыркнул герцог, и Анна покраснела, вспомнив о своем опрометчивом решении остаться в замке.

Она ожидала расспросов от матери мужа, но их не последовало. Маргарита с задумчивой улыбкой смотрела на сына, усиленно не замечая, как напряженно смотрит на нее король.

Не выдержав этой игры, Раймон поднялся первым.

– Пойдем, – он протянул Анне руку. – Прогуляемся по долине.

Она бросила взгляд на сидящих за столом и послушно встала, понимая, что этим двоим надо о многом поговорить.

Маргарита проводила сына взглядом, закрыла дверь и повернулась к королю.

– Зачем ты приехал, Георг?

– Сказать, что Мария ушла в монастырь.

Женщина прикусила губу:

– Вот как? И почему меня это должно волновать.

– Потому что… – Георг вздохнул и взъерошил волосы точь-в-точь как сын. – Маргарита, я… мы… Всеединый, как все глупо!

– Если ты считаешь глупым твой приезд сюда… – начала она, но король вскинул руку, не давая договорить.

– Мой приезд сюда – одна из немногих действительно умных вещей, которые я сделал. Я думаю, вдруг еще можно все исправить?

– Исправить? – леди Коллер нахмурилась. – Что ты собираешься исправлять, Георг?

– Ты выйдешь за меня замуж? – наконец он сказал то, зачем приехал.

Маргарита задумалась, на секунду в серых глазах мелькнуло что-то, но сразу же пропало. Она вспомнила королевский замок, глумливых придворных, шепот за спиной, а потом все заслонил светловолосый робкий юноша с голубыми глазами. «Прошу вас, миледи…»

Юноша вырос, но все так же робко стоял сейчас перед ней, ожидая ответа. А еще он был щедрым, благородным и… пылким любовником.

Бывшая кастелянша тряхнула головой, прогоняя воспоминания.

– Жить под завистливыми взглядами, ежечасно ожидая покушения? Благодарю покорно, – фыркнула она и тут же добавила, заметив отчаянный взгляд монарха. – Но я согласна прожить с тобой во грехе остаток жизни!

Георг улыбнулся и собирался поцеловать ее, но женщина отстранилась:

– И никаких больше любовниц!

– Договорились! – он все-таки приник к ее губам, наслаждаясь тем, что давно потерял, но обрел снова.

Раймон с Анной долго бродили по долине, а потом, сев на траву, любовались драконами.

Зная, что за ними наблюдают, огромные грациозные монстры парили над горами, то и дело закладывая головокружительные виражи.

– Раймон, – тихо окликнула его Анна.

– М-м-м? – лениво откликнулся он.

– Скажи, а откуда у тебя шрам?

Герцог вздохнул.

– Память о глупости, которую я совершил во время обряда, – он поколебался. – В первый раз в Амьен можно попасть только через пещеру, в которой смельчака ждет разъяренный дракон.

– И ты сразился с ним?

– Я начал сражаться, но потом… понимаешь, в какой-то момент я понял, что сражаюсь с самим собой… победить дракона означает победить себя, свои страхи, свои сомнения…

Заметив, что Анна слушает, широко распахнув глаза, Раймон улыбнулся и взял ее лицо в ладони.

– Это то, что я расскажу своему сыну… – прошептал он, касаясь губами ее губ. – Или дочери…

Вопреки ожиданию, Анна впервые за все время не смутилась при упоминании о детях, а широко улыбнулась:

– Тогда, милорд, можете начинать готовиться!

Она рассмеялась, смотря на ошеломленное лицо мужа, и кивнула, отвечая на невысказанный вопрос.

– Анна! – он прижал ее к себе, осыпая поцелуями, потом положил ладонь на еще пока плоский живот. – Я не мог желать большего…

Анна улыбнулась и прижалась к плечу мужа.

Их любовь открывалась новой жизни.