Глава 5

Бар «Логово Кабана»

Загородная трасса под Уссурийском

Капли ночного дождя барабанили по крышам дальнобойных фур, вставших на стоянке. Их водители давно заперлись в кабинах, предпочитая не связываться с теми, кто сегодня гулял в «Логове Кабана».

А сегодня там отдыхали байкеры.

Из хрипящих колонок ревел какой-то зубодробительный рок. Суровые бородатые мужики в потёртых косухах, сбившись в тесные группы, пили пиво литрами, орали, смеялись и делились последними новостями.

У местной байкерской группировки «Уссурийские кабаны» были почётные гости — коллеги из самого Владивостока, банда с говорящим названием «Отмороженные». Дела были сделаны. Новые поставки наркоты и оружия обговорены, расчёты за старые партии произведены. Теперь можно было просто бухать.

Среди общего гомона и веселья, как яркие бабочки среди стаи медведей, порхали симпатичные «нажопницы» — подружки членов банды. Некоторые из них, впрочем, совсем не возражали «пообщаться» с более перспективными байкерами из столицы губернии, бросая на них оценивающие, полные обещаний взгляды.

Старший от владиковских, Георгий Протасов по кличке Жбан, почувствовал, как мочевой пузырь настойчиво требует внимания. Его уже прилично штормило. Коктейль из кокса и водки, которым он угощался весь вечер, начинал брать своё.

«Надо завязывать с тяжёлым, — подумал он. — А вот пивка ещё можно. Попустит».

Он поднялся из-за стола и нетвёрдой походкой направился в сторону туалета. Но обе кабинки были заняты. Из-за одной двери доносились звуки, похожие на мучительный приступ поноса. Из-за второй — томные «охи-ахи» какой-то девицы и утробное рычание мужчины.

Жбан криво усмехнулся и со всей дури саданул кулаком по второй двери.

— Шуруп, сука, другого места найти не мог? Дай поссать!

— Жбан, в жопу иди, не мешай! — донеслось из-за двери приглушённое рычание.

Жбан громко заржал и, махнув рукой, вышел на улицу. Он — воин дороги, одинокий волк, и ссать на обочине ему не впервой.

На улице было свежо. Дождь приятно холодил разгорячённое лицо. Жбан отошёл от входа, расстегнул ширинку и с облегчением принялся за дело.

И тут ночное небо разорвала ослепительная вспышка. Молнии сегодня разыгрались не на шутку — слишком сильные для такого дождя.

Одна, особенно мощная, ударила прямо за его спиной. У Жбана от испуга инстинктивно пережало все сфинктеры, и он подпрыгнул на месте, едва не облив себе ботинки.

— СУКА!!! — заорал он, торопливо застёгивая ширинку и оборачиваясь.

Асфальт в нескольких метрах от него дымился. В центре дымящегося пятна, оперевшись на одно колено, сидел абсолютно голый мужчина. Идеальное телосложение, гора мышц, ни единого грамма жира. От его кожи, влажной от дождя, поднимался лёгкий пар.

— Ты кто, блин, такой⁈ — ошарашенно спросил Жбан.

Странный чувак медленно, с каким-то механическим усилием, поднял голову, а затем выпрямился во весь рост. Жбан, сам далеко не маленький мужик, настоящий слон, понял, что этот незнакомец на полголовы выше и в полтора раза шире в плечах. Настоящая машина для убийства.

Но Жбана это не испугало. Он всегда считал, что большой шкаф громче падает, а подраться он любил.

— Ты кто такой, утырок? — уже увереннее спросил он.

Голый мужчина сделал шаг вперёд. Его движения были плавными, но какими-то неестественными.

— Мне нужна твоя одежда, твои ботинки и твой мотоцикл, — произнёс он медленно, почти по слогам, как будто заново учась говорить.

Жбан на секунду замер, а потом не выдержал и расхохотался.

— Да иди ты на хер, урод!

Его кулак, размером с небольшую дыню, налитый силой и пьяной яростью, со свистом полетел прямо в челюсть наглецу. Он вложил в этот удар всю свою злость и уверенность. Но кулак врезался во что-то твёрдое, как гранитная стена, отдавшись тупой болью в костяшках.

А потом свет в его голове просто потух.

⁂

Я с наслаждением пил кофе, закусывая его шаурмой. В одной руке — горячий, сочный свёрток, в другой — телефон, на котором я просматривал подборку самых популярных роликов в местном сегменте сети. Нужно было понимать, чем живёт и дышит этот город.

Большинство видео были откровенным мусором. Вот, например, ролик с кричащим заголовком: «Банда байкеров сегодня была избита голым мужчиной». На размытом, снятом на какой-то древний телефон видео, действительно мелькала голая задница, но кто там кого бил — разобрать было невозможно. Я хмыкнул и переключился.

На видео трясущимися руками снимала себя какая-то бодрая старушка в цветастом платке на фоне обшарпанной пятиэтажки.

— Люди добрые, вы послухайте! У меня ж кот, Васька, ирод блохастый, опять на дерево залез! А у меня ни стремянки, ни сил. Я уж и «кис-кис», и колбасой его манила — сидит, окаянный, на ветке и только хвостом крутит! Я уж в МЧС звонила, а они мне: «Бабуля, мы котами не занимаемся!» И тут, значит, смотрю — летит что-то! Такое маленькое, жужжит, как шмель-переросток, и глазком красным светит! Подлетело к Ваське, лапкой его механической так аккуратненько подтолкнуло — и он мне прямо в подол спрыгнул! А эта штучка взмыла в небо и пропала! Я вам говорю, это ангелы-хранители новые! Спасибо вам, милые! Дай вам бог здоровьица!

— Сириус, проанализируй эмоциональный фон комментариев под этим видео, — сказал я вслух.

— Анализирую, Повелитель. Уровень умиления — девяносто семь процентов.

Гораздо интереснее была подборка по запросу «Филин». Наша маленькая охранная фирма, похоже, становилась местной легендой. Истории были самые разные.

Вот какой-то мужик со слезами на глазах благодарил «невидимых ангелов-хранителей», которые спасли его новенькую машину от угона.

А вот — совершенно противоположный отзыв. Какой-то потрёпанный мужик с подбитым глазом, брызжа слюной, орал в камеру:

— Эта ваша контора «Филин» — полный развод! Меня избила невидимка! Понимаете? Невидимка! Я просто хотел проверить, как работает их система! Подошёл к своей машине, чтобы, ну, чисто для эксперимента, стекло выбить… А меня как будто током ударило, и я отключился! Очнулся — весь в синяках! Это они! Они меня избили и теперь не хотят платить компенсацию!

Я хмыкнул. Этого «пострадавшего» я хорошо помнил. Особо упоротый тип, который раз за разом пытался повредить свою машину, чтобы получить двести рублей. Первые два раза мои дроны просто усыпляли его дротиками со снотворным. Но на третий раз Сириус, видимо, не выдержал такой наглости и, потеряв терпение, просто вырубил его одним хорошим ударом, отправив в нокаут до утра.

Я уже собирался закрыть эту подборку, когда наткнулся на экстренный выпуск новостей, который бил все рекорды по просмотрам. Заголовок был кричащим, броским и донельзя лживым: «НАСЛЕДИЕ БЕЗДУШНЫХ ОКОНЧАТЕЛЬНО УНИЧТОЖЕНО!»

Я сделал глоток кофе и приготовился к представлению.

На экране появился лощёный репортёр на фоне дымящихся руин. За его спиной сновали пожарные, полицейские, люди в белых халатах. Дело происходило в наших теплицах.

— … трагедия, не имеющая аналогов! — надрывался репортёр. — После вероломного нападения и фактического уничтожения благородного рода Бездушных, казалось, что их величайшее дело погибло вместе с ними. Но нашлись те, кто не остался в стороне! Верные друзья и соратники покойного Эдуарда Бездушного — благородные рода Воропаевых и Трофимовых — решили возродить наследие Бездушных. Они вложили огромные средства, наняли лучших специалистов, чтобы спасти то, над чем гениальный учёный и великий мечтатель Эдуард Бездушный работал всю свою жизнь! Он мечтал избавить мир от всех болезней, и его труды уже приносили первые плоды!

На экране замелькали архивные кадры: вот Эдуард Бездушный с гордостью демонстрирует князю Трофимову какой-то светящийся саженец, вот они вместе пожимают руки на открытии нового лабораторного корпуса… Идеальная картинка дружбы и сотрудничества.

— Но, — голос репортёра стал трагическим, — нашлись те, кому это было невыгодно! Какие-то подонки, враги Империи и всего человечества, сегодня ночью совершили чудовищный акт вандализма! Они сожгли всё! Уничтожили многолетний труд, великое наследие, которое могло бы спасти миллионы жизней!

Камера показала панораму разрушений. По пепелищу бродили пожарные, заливая водой тлеющие останки конструкций. Полицейские в оцеплении лениво отгоняли зевак. Врачи «скорой» оказывали помощь какому-то человеку, лежавшему на носилках.

— Постойте! — репортёр вдруг сорвался с места и бросился к носилкам. — Кажется, есть выживший! Расскажите, что здесь произошло!

Камера приблизилась. На носилках лежала истощённая, измождённая женщина в рваной одежде. Она с трудом подняла голову.

— Воропаевы и Трофимовы — подонки! — прохрипела она. — Они…

ХРЯСЬ!

Экран на мгновение наполнился помехами. Камеру явно ударили чем-то тяжёлым. Запись прервалась.

Я доел шаурму и переключился на комментарии.

Интернет бурлил.

«Вы видели⁈ Они заткнули её! Правда рвётся наружу!»

«Я слышал, там были настоящие рабы! Люди, которые работали в этих теплицах, начали пропадать! А теперь их всех переловили и запирают в психушки! Информацию трут со всех сайтов!»

«Аристократы — уроды! Доколе это будет продолжаться⁈ Сколько можно терпеть⁈»

И среди всего этого потока ненависти и теорий заговора я наткнулся на один, особенно интересный комментарий:

«Да что вы несёте⁈ Эдуард не умер! Его видели вчера в лесу! Инфа сотка! Он лично спас группу туристов от орков!»

Под этим сообщением тут же разгорелся отдельный срач. Кто-то писал, что это бред, кто-то утверждал, что тоже слышал подобные слухи.

Я улыбнулся. Хаос в информационном поле — это именно то, что мне было нужно.

— Сириус! — позвал я.

— Да, Повелитель?

— Нам нужны наши собственные, независимые СМИ!

— Что, господин⁈ — в его голосе прозвучало такое искреннее недоумение, что я невольно рассмеялся.

— Что слышал. Хватит им врать. Пора рассказать людям правду. Нашу правду. А Маргарита пока станет лицом нашей новой компании!

— А Маргарита… хотя бы об этом знает, повелитель? — осторожно уточнил Сириус.

— Ещё нет, но я ей сообщу. Кстати!

Я вдруг вспомнил кое-что важное. Быстро найдя в контактах нужный номер, я набрал его.

— Эльвира, привет! Как дела?

Заброшенный домик лесника

80 километров от Уссурийска в сторону китайской границы

В самой глуши Приморской тайги, куда вела всего одна разбитая просёлочная дорога, раскинулась большая, залитая солнцем поляна. Место было мечтой любого отшельника: крепкий бревенчатый домик, несколько хозяйственных построек, старый колодец с «журавлём» и прозрачная речушка, огибавшая край леса.

Милое, уединённое местечко.

Когда-то здесь жил старый лесник, но как только на границе активизировались китайские сборщики травы, превратив тихий лес в зону боевых действий, он, недолго думая, собрал свои нехитрые пожитки и съехал, рассудив, что жизнь дороже.

Дроны Феликса, прочёсывавшие местность в поисках уединённых и безопасных локаций, обнаружили этот заброшенный уголок и сочли его идеальным для одной очень важной миссии.

Именно здесь, на этой поляне, сейчас кипела работа.

Эльвира стояла на коленях у одной из свежевыкопанных грядок, глядя на маленький, едва проклюнувшийся росток. Рядом, на корточках, сидел Пухлый, внимательно следя за показателями на экране планшета.

Она сама выбрала его для этой миссии, и сейчас, наблюдая за ним, в очередной раз убеждалась в правильности своего решения. Да, он не был похож на тех лощёных аристократов с их фальшивыми улыбками и пустыми комплиментами, к которым она привыкла с детства. В нём не было ни капли этого показного благородства. Зато была простая, какая-то очень правильная пацанская прямота и живой, пытливый ум, который она разглядела почти сразу. Феликс был прав: иногда самые ценные союзники скрываются там, где их меньше всего ожидаешь найти.

Рядом с ними, деловито жужжа, трудились новые творения её брата — дроны-садовники. Похожие на механических жуков, они с невероятной точностью и аккуратностью высаживали в подготовленную почву драгоценные саженцы. Те самые, которые им удалось спасти из захваченных теплиц.

Картошка, которую дроны показательно высадили у подножия кривой башни, была лишь отвлекающим манёвром, пылью в глаза. В будущем, когда у них будет достаточно сил и средств, чтобы защитить свою новую базу, чудо-трава действительно будет расти там. Но пока рисковать было нельзя. А спасённые из теплиц ростки ждать не могли.

Прямо сейчас дроны-садовники аккуратно извлекали из специальных контейнеров драгоценные саженцы и опускали их в подготовленные лунки. Пухлый, следя за показателями на планшете, отдавал им короткие команды, корректируя глубину посадки и состав питательной смеси. Но главная, самая тонкая работа лежала на Эльвире.

Используя свой дар Друида, она контролировала потоки энергии, помогая капризным, изменённым растениям прижиться на новой земле.

— Госпожа, — раздался в её голове механический голос Цветочка, её личного дрона, — зафиксирована аномалия. Саженец в секторе Гамма-три не входит в синхронизацию с энергетической сеткой планеты.

Эльвира тут же подошла к указанному месту. Маленький, едва проклюнувшийся росток слабо мерцал, его жемчужные лепестки были тусклыми и безжизненными. Она опустилась на колени, закрыла глаза и прикоснулась кончиками пальцев к влажной земле.

Её ладони засветились мягким изумрудным светом. Она почувствовала, как её собственная сила — дар друида, унаследованный от отца, тонким ручейком потекла в землю, находя путь к корням упрямого ростка. Она нашла разрыв, то место, где энергия растения не могла соединиться с живой силой земли, и аккуратно «сшила» их. Росток тут же вздрогнул, его лепестки налились жемчужным сиянием.

Не успела она подняться, как дрон сообщил о новой проблеме.

— Госпожа, саженец в секторе Дельта-семь. Критический уровень поглощения энергии. Вероятность самосожжения в течение двух суток — девяносто семь процентов.

Этот росток, наоборот, сиял слишком ярко. Он жадно впитывал силу земли, не зная меры, и эта сила грозила его уничтожить. Эльвира снова опустилась на колени. На этот раз её прикосновение было другим — мягким и успокаивающим. Она не подпитывала его, а наоборот, создавала вокруг его корней тонкий энергетический кокон, регулирующий поток, успокаивая его, как капризного ребёнка.

— Готово, — выдохнула она, поднимаясь на ноги.

В этот момент к грядкам подошёл Пухлый, неся в каждой руке по полному ведру воды из колодца. Он аккуратно, стараясь не размыть почву, полил то, что нужно было полить, а затем, вытерев пот со лба, с довольным видом посмотрел на плоды их совместного труда. Поставив пустые вёдра на землю и, неловко переминаясь с ноги на ногу, он сказал:

— Вы это… прямо как друид восьмидесятого уровня из «Забытых Королевств». Серьёзно. Я читал. Там тоже эльфийки с растениями разговаривали.

Эльвира, привыкшая к изысканным и пустым комплиментам аристократов, на мгновение замерла, не зная, как реагировать. Она никогда не слышала ни о каких «Забытых Королевствах».

— Это… хорошо? — осторожно спросила она.

Пухлый густо покраснел, поняв, что ляпнул что-то не то.

— Да! То есть, очень хорошо! Это самый высокий уровень! Круче только боги! — выпалил он, смущенно почесав затылок. — Извините.

Эльвира посмотрела на его смущённое лицо, на мокрую от пота футболку, на крупные руки со сбитыми костяшками.

— Спасибо. Это, наверное, самый необычный комплимент в моей жизни.

Она поймала себя на том, что улыбается. Просто, искренне, как не улыбалась уже очень давно. Здесь, в этой лесной глуши, вдали от всех интриг и опасностей, занимаясь делом, которое когда-то было смыслом жизни её отца, она вдруг почувствовала себя… на своём месте.

Именно в этот момент в её ухе тихо пискнул наушник.

— Эльвира, привет! — раздался голос Феликса. — Как дела?

— Здравствуй, Феликс! — её голос прозвучал звонко и радостно. — Всё хорошо! Ты знаешь… я счастлива, что дело нашего отца продолжается.

Девушка обвела взглядом свои новые грядки, широко улыбнулась и поняла, что действительно счастлива. Впервые со дня смерти родителей.